"Чжань-гэ не предполагает..."

Сяо Чжаню скоро тридцать, и, как глава крупной компании, он уже должен быть женат, вот только бизнес отвлекает его от каких-либо отношений. Он совсем не против, когда родители предлагают ему в невесты дочь своих знакомых. Сяо Чжаню всё равно. Они знакомы с десяти лет, и никаких чувств друг к другу не питают. Подготовку к свадьбе невеста берет на себя, и единственное, на чем она настаивает — это свадебный танец. — Помнишь моего брата? — спрашивает Фэй-Фэй. — Того, который красил волосы в блонд и увлекался танцами? — Его зовут Ибо, — кивает она. — Сейчас он известный танцор и может дать тебе пару уроков. Сяо Чжань соглашается. Эта неделя загружена меньше, да и традиции нужно соблюсти. Он слабо помнит, как выглядит Ибо, в его памяти это пацан со светлыми волосами и в шляпе, которого он однажды встретил в аэропорту вместе с семьёй. Они списываются и назначают занятия на следующий день. У Ибо есть небольшая студия, в которой он иногда тренируется, но Сяо Чжань не хочет ехать через весь город и предлагает встретиться у него дома. Сяо Чжань не предполагает, насколько сильно изменился Ибо. Он выглядит как чистый грех и совершенно не похож на свою сестру. Внешне Ибо кажется абсолютно спокойным, но Сяо Чжань слишком хорошо видит огонь в его глазах и томность в движениях, когда Ибо показывает основные элементы танца. «Валить и трахать, » — это всё, что думает Сяо Чжань. — Чжань-гэ, — обращается к нему Ибо. — Если ты перестал раздевать меня глазами, давай продолжим? Впервые в жизни Сяо Чжаню неловко. Это младший брат его невесты, пусть и чисто номинальной, и нужно взять себя в руки. К тому моменту, когда Ибо решает показать ему весь танец целиком, Сяо Чжаню кажется, что он горит. Движения Ибо выверенные до мелочей, тело послушно музыке, или музыка послушна телу, сложно сказать. — Положи руки мне на пояс, — тихо говорит Ибо и обхватывает ладонями лицо Сяо Чжаня. — Ты слишком напряжен, но я не думаю, что это из-за того, что я настолько неотразим, — шутит он, и, видя, как меняется выражение лица Сяо Чжаня, уточняет: — Или да? Ты выглядишь слишком жадным до прикосновений. — У меня довольно давно не было ни с кем близких отношений. — И секса? — усмехается Ибо. Сяо Чжань отстраняется и устало трет глаза: — И секса тоже. Но я не собираюсь обсуждать это с тобой. — Но ты ведь скоро женишься, — не отстаёт Ибо. — И, если ты не в курсе, это ситуацию не изменит: я не собираюсь спать с твоей сестрой, это просто обычный договорной брак. Ты разве не знал? Ибо качает головой и достает из кармана телефон: — В следующий раз я свободен послезавтра, в семь часов. Я скину тебе ссылки на несколько вполне приличных видео, чтобы ты понимал, что к чему. В этом танце нет ничего сложного, но ты уже умудрился оттоптать мне ноги. — Танцы никогда меня особо не интересовали. — Сяо Чжань сверяется с расписанием, прикусывает губу и совершенно упускает из виду враз потемневший взгляд Ибо. — Я предупрежу тебя, если буду опаздывать. Могу оставить тебе запасные ключи, если хочешь, — добавляет он. — Мы пока не в таких отношениях, Чжань-гэ, — Ибо снова улыбается, будто не может удержаться от того, чтобы не спровоцировать. — Пока, — не отрицает Сяо Чжань и замечает, как Ибо неосознанно краснеет. Игры играми, но они вовсе не два школьника, которые не знают, что делать с проснувшимся к друг другу влечением. — Думаю, парой уроков мы не обойдемся, Чжань-гэ. — Ибо не лукавит, но и упускать свой шанс не собирается. Он слишком хорошо помнит их с Чжань-гэ первую и последнюю встречу, его солнечную улыбку, когда он фотографировал закат через стекло в здании аэропорта. Ибо сомневается, что он обратил на него внимание, но сам он отлично помнит и свои самые сладкие сны, и как горечью осело в желудке известие о свадьбе сестры. Он и на уроки танцев-то согласился лишь затем, чтобы доказать самому себе, что прежние чувства были простым юношеским увлечением. Но улыбка Сяо Чжаня никуда не делась, и пусть он все ещё выше ростом, Ибо отчетливо запомнил, какой маленькой сейчас оказалась ладонь Чжань-гэ в его руке. Ибо действительно присылает ссылку, и Сяо Чжань целых десять минут смотрит, как должен выглядеть его свадебный танец, а потом находит в интернете видео с Ибо и совершенно теряется. Ибо танцует, как будто музыка наполняет его, струится вместо крови по венам. Он двигается, и каждое его движение наполнено страстью, пороком и сексом. Сны Сяо Чжаня точно такие же, полные страсти и секса с Ибо. В его сне Ибо танцует, двигается у него на коленях, а потом опускается на его член и шепчет на ухо: — Трахнешь меня, Чжань-гэ? Ибо тоже долго не может заснуть. Он не слепой и видел реакцию Сяо Чжаня и то, как он зависал, опуская взгляд на его губы, и на то, как расширялись его зрачки, когда им приходилось быть очень близко друг к другу. Вот только что делать с этим знанием, Ибо не знает. Сон не идет, он ворочается, в конце концов сбрасывает одеяло и идёт в душ. Прохладная вода приятно остужает тело, и он устраивает руку на члене, вспоминая небольшую, в сравнении с его, ладонь Сяо Чжаня. Как бы хорошо было прижаться ближе и показать, КАК он действительно может танцевать, как бы он двигался только для него, под ним или на нём… Ибо упирается лбом в стену и дрожит. Смыв сперму, он выкручивает кран, делая воду еще холоднее, и минуту стоит, приходя в себя. Думать о Сяо Чжане всегда было хорошо, а это ведь только первая встреча. Кажется, весь его план «увидеть и отпустить» только что полетел к чертям. Сяо Чжань старается не думать о том сне с участием Ибо, что ему удается с переменным успехом. Работы достаточно много, чтобы закопаться в нее, благополучно забыть про обед и очнуться лишь вечером, когда секретарь заходит свериться со списком встреч на завтра. — Звонила ваша невеста, — передает она; и Сяо Чжань подвисает, не понимая, о чем речь. Вся эта свадьба, как одно из списка его дел, причем, не самое важное. — Хотела узнать, как прошла встреча с Ибо, — спрашивает она, принимая звонок. — Он сильно изменился, но действительно хорошо танцует, — невольно улыбается Сяо Чжань. — Не думала, что ты его помнишь, — удивляется Фэй-Фэй. — Я тоже не думал, — спешно отвечает Сяо Чжань. — Я сейчас за рулём, и если это не срочно… — Нет, всего лишь хотела узнать, что Ибо не слился и пришел на встречу. Сяо Чжань прощается и отключает телефон. Он не желает думать, хотел ли Ибо действительно слиться со встречи и каковы были его мотивы, к чему вообще может привести их общение, и стоит ли вести себя максимально закрыто? Будь у него чувства к Фэй-Фэй, и, если бы его будущий брак был настоящим, он бы трижды подумал, соглашаться ли на второй урок, но Сяо Чжань не привык врать самому себе: он совершенно точно ждёт завтрашний вечер больше, чем собственную свадьбу. Дождь заряжает с самого утра. Отвратительно мелкий, к середине дня он переходит в настоящий ливень, и город встает в пробках. Сяо Чжань наблюдает за тем, как стрелка часов отсчитывает минуты, приближаясь к половине седьмого, и, судя по всему, в таком потоке машин раньше чем через час он дома не будет. Надеяться, что Ибо тоже где-то застрял и опоздает, глупо. — Опаздываешь, Чжань-гэ? — весело спрашивает Ибо, отвечая на звонок ровно через два гудка. — Мысли мои читаешь? — усмехается Сяо Чжань, проезжая еще один метр. — Весь город стоит, — хмыкает Ибо — Не переживай, я в кофейне, возле твоего дома. Сообщи, как приедешь. — Где-то через час, с такой дорогой. — Езжай аккуратнее, — предупреждает Ибо. — И не говори за рулём. Пока, — отключается он. От подземной парковки до подъезда всего минута хода, но Сяо Чжань торопится, и, выскочив из машины, совершенно забывает про зонт. Пройти через охрану на территорию жилого комплекса Ибо, конечно, не может, поэтому Сяо Чжаню требуется сначала добежать туда и, показав пропуск, забрать Ибо с собой. К этому моменту он уже промокает, и волосы неприятно облепляют лоб влажными прядями. Ибо тоже без зонта, и, увидев Сяо Чжаня, совершенно неприлично ржет. — Мы с тобой, как мокрые скунсы!  — Бежим, скунс! Где-то совсем рядом громыхает, сверкает молнией, и Сяо Чжань, ухватив Ибо за руку, тащит его к подъезду. Ощущение того, что ему снова двадцать, накатывает, поглощает и не отпускает даже тогда, когда Сяо Чжань закрывает за ними дверь квартиры. Ибо сползает на пол, и, прислонившись к двери, хохочет так заразительно, что Сяо Чжань опускается рядом и смеется вместе с ним. На Ибо мокрая белая футболка и шорты, которые тоже промокли насквозь. Сквозь светлую ткань Сяо Чжаню отлично видны и рельефный пресс, и ареолы сосков. Волосы у Ибо влажные растрепанные от того, что тот, как собака, тряс ими в лифте; на лице капли воды, а губы… Сяо Чжань, как околдованный, зависает взглядом на губах, а потом ловит ответное движение Ибо и вжимает его в дверь, сминая губы в поцелуе. Рот у Ибо прохладный, а на вкус как дождь, кофе и сладкая жвачка. Ибо немедленно отвечает на поцелуй, обхватывает руками за шею и позволяет прижаться сильнее, притереться пахом, и тяжело дышит, ловя дыхание Сяо Чжаня, скользит языком в его рот в ответ, чуть отстраняется, чтобы вдохнуть, и снова проваливается в этот жаркий до умопомрачения поцелуй. На несколько долгих минут мир отключается, и важно лишь чувствовать друг друга и ни за что не отпускать. Отпустить, конечно же, приходится. Ибо отстраняется первым, коротко приникает, целуя ещё раз, и отпускает, нервно облизывая губы. Ибо впервые не знает, что ему делать. Он не хочет уходить, сердце советует ему остаться, но здравый смысл подсказывает, что лучше не продолжать. Ему будто снова пятнадцать, и это чувство накатывает с новой силой, поэтому он встает, намереваясь уйти. — Куда ты? — Сяо Чжань ловит его за руку и поворачивает замок на двери. — Что случилось? — Чжань-гэ, — Ибо прикусывает нижнюю губу и смотрит, словно прожигает взглядом. — Мне стоит уйти, пока мы можем остановиться. — Ты не хочешь продолжения? — хмурится Сяо Чжань. — Мне жаль, что я решил иначе, но… Я не ищу отношений на одну ночь, — твердо говорит Ибо. — Мне есть куда выплеснуть энергию, и я лучше проведу вечер занимаясь танцами, чем буду отвлекаться по пустякам. — Ты воспринимаешь это как пустяк? Мне казалось, наше желание обоюдное. В любом случае, я не выпущу тебя в такую погоду. Давай просто закажем еду и переоденемся из мокрой одежды в сухую. — Уверенность в голосе Сяо Чжаня заставляет Ибо сомневаться в собственном решении. — Не пустяк, Чжань-гэ, — отвечает Ибо. Признаваться в своих чувствах вот так сразу он не намерен. — Ты отлично танцуешь, Ибо. Я видел. — Чжань-гэ смотрел мои выступления? Но зачем? — Сам ответь на свой вопрос, Бо-ди. — усмехается Сяо Чжань и наконец разувается. — Что? — осоловело смотрит на него парень. — Я хотел поцеловать тебя еще в первый раз, — отвечает Сяо Чжань. На губах все ещё остался жвачно-кофейный вкус, и он непроизвольно облизывается. — Поэтому смотрел. — И как? — Ибо не сомневается в своих танцах, но услышать мнение Сяо Чжаня очень важно для него. «Ты снился мне верхом на моем члене», — хочется ответить Сяо Чжаню, но вместо этого он говорит: — Я тоже не ищу отношений на одну ночь, Бо-ди. И не целую всех подряд, если ты об этом. Но ты как-то охрененно быстро сломал мою картину мира. Ибо старается, но не может сдержать улыбки: — Закажи еды и дай воспользоваться твоим душем. Дождь за окном только усиливается. Когда курьер приносит еду, у Ван Ибо уже урчит в животе от голода. Забирая пакеты с едой, он чувствует странный мандраж: Сяо Чжань в душе, куда Ибо почти насильно затолкал его, едва тот чихнул. Не хватало ещё заболеть. Ибо не умеет готовить, но неплохо справляется с контейнерами. Ему интересно, каково было бы завтракать и ужинать с Сяо Чжанем, жить с ним, засыпать вечерами и просыпаться по утрам. Завести какое-нибудь домашнее животное со смешным именем… Ибо горько усмехается и закусывает губу — его фантазии не имеют ничего общего с действительностью, в которой Сяо Чжань в ближайшем будущем станет мужем его сестры. — Курьер уже приходил, Бо-ди? — Сяо Чжань выходит из ванной, вытирая влажные волосы полотенцем. — Да, — кивнул Ибо. — Я ждал тебя, но уверен, что съем всё это за пять минут. — Такой голодный? — Сяо Чжань обходит его и тянет за собой к низкому столику. Ибо бросает на него нечитаемый взгляд и коротко отвечает: — Да. Сяо Чжань садится напротив и принимается за еду. Они оба молчат, и эта тишина полнится уютом и одновременно с ним — напряжением. Не нужно быть гением, чтобы понять, какой голод они имели в виду. — Почему моя сестра? — не выдерживает Ибо. — У тебя не было более выгодных партий? — Удобно, — пожимает плечами Сяо Чжань. — Между нами нет никаких романтических отношений, я не запрещаю ей устраивать свою жизнь так, как она хочет. Брак, лишь ширма для общественности — не обязателен, но сделки заключаются лучше, если у тебя есть семья. — И не было никого, с кем бы ты хотел быть на самом деле? Ибо сам не знает, что хотел бы услышать. С одной стороны, окажись у Сяо Чжаня грустная история любви или, наоборот, полное отрицание подобного рода отношений, что бы ему это дало? В сердце ворочается маленькая острая льдинка — царапает и больно колет. Любой ответ был бы не тем, который он, на самом деле, хотел услышать. — Я не думал об этом, — Сяо Чжань откладывает палочки и тянется рукой через весь стол, но так и не дотягивается до внезапно отшатнувшегося Ибо. — Чжань-гэ? — Рис, Бо-ди, — говорит Сяо Чжань и протягивает салфетку. — И ты измазал подбородок в соусе. Ужин проходит в уютной тишине. Они разговаривают о первых выступлениях Ибо, о том, как Сяо Чжань основал свою фирму, и совершенно не касаются темы свадебного танца. До церемонии около двух недель, Сяо Чжань помнит дату, но не думает, что осталось всего-ничего. Ибо вертит в руках пульт от телевизора, перебирает каналы, и в итоге они смотрят шоу Day Day Up. Ведущие очень забавные, Ибо тычет пальцам в одного из них, самого молодого, и говорит, что они были в одной группе в хореографической студии, рассказывает, что он и сам пробовался в ведущие, но не прошел кастинг.  — Ты был бы самым лучшим, — честно говорит Сяо Чжань, и Ибо испытывает огромное желание поцеловать его и остаться навечно здесь, в этом мгновении. После шоу они выбрасывают контейнеры, Ибо зевает, и Сяо Чжань вопросительно смотрит на него. — У тебя ведь есть запасной комплект постельного белья? — спрашивает Ибо. Он знает, что, конечно, есть, но спросить стоит. — Где хочешь лечь? — Сяо Чжань предлагает, и Ибо понимает его намек, но не может ничего поделать с собой и согласиться тоже. — Я видел у тебя гостевую комнату… Сяо Чжань кивает. Он предложил скорее интуитивно, и отказ Ибо горечью оседает в желудке. Ибо действительно нравится ему, но, возможно, сейчас не время вести себя настойчиво. Ибо почти засыпает и просыпается снова. Ветер такой сильный и напирает на окна, будто намереваясь выломать их вместе с рамой. Кровать большая и удобная, но Ибо чувствует себя неуютно. Дождь шумит, ударяет по оконному стеклу и вспыхивает молнией, на мгновение освещая комнату. Обстановка непривычна Ибо, и на месте шкафа он видит темную тень. Ни секунды не думая, он хватает подушку, подрывается и выбегает из комнаты. Чжань-гэ же предлагал? И пусть только попробует отказать. Дверь в комнату Сяо Чжаня закрыта. Ибо не раздумывает, стучит один раз и поворачивает ручку, толкая вперед. Сяо Чжань не спит. Планшет в его руках отсвечивает на лицо голубым цветом, в ушах Сяо Чжаня гарнитура, поэтому он не сразу реагирует на появившегося в дверях Ибо. — Бо-ди? — удивляется он, вынимает наушники и откладывает планшет. Ибо чувствует себя неловко, но потом слышит знакомую мелодию и бросает взгляд на экран. — Что-то случилось? — спрашивает Сяо Чжань, указывая на подушку в его руках. — Неуютно, не смог заснуть из-за грозы, — признается Ибо и задаёт встречный вопрос: — Это же мой танец? Ты смотришь видео со мной? — Можешь остаться здесь, — говорит Сяо Чжань и убирает гаджеты на тумбочку. Признавать очевидное не имеет смысла. Ибо кладёт подушку на край кровати и подходит ближе. — Я могу станцевать для тебя, Чжань-гэ, если ты хочешь? — Он наклоняет голову и облизывает губы. Сяо Чжань следит за движением языка, ловит его прямой, решительный взгляд, и отвечает: — Хочу. — Включи трек заново, — просит Ибо. Верхний свет выключен, лампа стоит в режиме ночника, но Сяо Чжаню достаточно. Он успел сменить линзы на очки и видит не так хорошо, как днём, но это не мешает ему. Музыка динамичная, Сяо Чжань помнит основные движения, но никак не ожидает, что Ибо не собирается делать их на полу. На Сяо Чжане легкое одеяло, и оно нисколько не мешает ему чувствовать сильные бедра Ибо, которыми тот обхватывает его ноги. На «ЕОЕО» Ибо выгибается, притирается к самому паху и прикусывает нижнюю губу. В паху тяжелеет, сладко тянет, и Сяо Чжань ловит взгляд Ибо, возбужденный и совершенно бессознательный. Следующая картинка, которая, как он предполагает, навеки отпечатается у него в памяти: Ибо, лежащий спиной на другой половине кровати с припухшими от поцелуев губами и задранной вверх футболкой. — Чжань-гэ, — шепчет он. — Разве нам можно? Так хорошо, Чжань-гэ… Сяо Чжань не знает, правильно ли он поступает, но в своей жизни он столько раз говорил себе «Нет», и сейчас «Да» — это самое правильное из всего. Сердце стучит, как сумасшедшее, Сяо Чжань проводит рукой выше, тихо просит Ибо приподняться и стаскивает с него футболку. Кожа у Бо-ди влажная нежная на животе и очень светлая. Сяо Чжань ведет раскрытой ладонью по груди, оставляет руку на шее и подается вперед, полностью накрывая собой. Ибо сладко стонет, ерзает под ним, танцует свой самый лучший танец. Сяо Чжань усиливает давление на шее, чувствует под пальцами кадык, спускает с Ибо шорты, тянет вниз резинку собственного белья и прижимается кожей к коже, толкается на пробу, чувствуя влажное скольжение, а потом опускает руку вниз и обхватывает ладонью оба члена. Ибо стонет громко, восхитительно сладко, подается бедрами, и Сяо Чжань отнимает руку от горла, обхватывает сзади и целует, ловит ртом всхлипы Ибо, пока воздух в легких не заканчивается, чувствует его дрожь, и сам следует за ним в ярком удовольствии. Сяо Чжань просыпается раньше будильника. Шторы плотно задернуты, ночник все еще горит, и в мягком золотом свете комната кажется отдельным волшебным миром. Ибо спит рядом, едва прикрытый одеялом, и сердце Сяо Чжаня сладко сжимается, когда он видит его спутанные волосы и припухшие губы. Одной рукой Ибо обнимает его самого, и, видимо, почувствовав, что Сяо Чжань проснулся, тянется ближе, устраивая голову у него на плече и касаясь губами кожи. От его движения просыпается Орешек, которая, оказывается спит в той части одеяла, которое спихнул с себя Ибо. Сяо Чжань помнит каждую минуту прошедшей ночи, и как после того, как они оба пришли в себя после первого раза, он сам решил продолжить, чтобы Ибо ни в коем случае не сбежал. Он понимал, что в том, что происходит между ними сейчас, нет места для рефлексии и самокопания: они оба взрослые люди, и иногда лучше поддаться очевидному для них обоих влечению, чем сомневаться. Прошлая ночь как будто пробудила в них обоих почти первобытный голод к ласкам и любви. Из сбивчивой речи Ибо Сяо Чжань понял, что у него не было опыта подобных отношений с мужчинами, и старался не давить, не перебарщивать, но как можно отказаться от этих сладких губ и хриплого голоса, который выстанывал его имя, когда Сяо Чжань обхватывал губами его член, а после собирал языком потеки спермы с твердого пресса. Перед глазами Сяо Чжаня встал образ того мальчика из аэропорта. Сейчас расхристанный и дрожащий от удовольствия Ибо отличался от него разве что ростом и цветом волос. Сердце тревожно отзывалось на звуки его голоса, тихие, немного хриплые, и, когда Сяо Чжань не в силах больше сдерживаться потянулся рукой к собственному члену, Ибо приподнялся на локтях и наклонив голову выдохнул: — Трахнешь меня, Чжань-гэ? Картинки из недавнего сна накрывают Сяо Чжаня так ярко, что он не может сдержаться и опрокидывает Ибо на постель. Ибо тоже тянется к нему, и они встречаются губами как какие-то влюбленные из дурацкой романтической комедии. В голове пусто, важно только то, как Ибо отвечает ему, как крепко обнимает и обхватывает ногами, когда Сяо Чжань наконец входит, осторожно и медленно, прислушивается к дыханию Бо-ди, боясь упустить важное, причинить боль. А потом становится легче, и Ибо цепляется пальцами за простыню, пока Сяо Чжань с особой тщательностью исполняет его просьбу. Глупо думать, что им может не понравиться. Ибо кажется, что он рухнул с какой-то огромной высоты, сорвался в пропасть, выиграл чемпионский кубок или воскрес. Ощущения бьют через край, тело кажется слишком легким, и сладкие волны все еще окатывают его с шеи и до пальцев ног. Ибо смотрит на Сяо Чжаня и чувствует боль вперемешку с надеждой, радостью и прочими чувствами, анализировать которые Ибо не хочет. Не сейчас. Ему просто охуительно хорошо. Сяо Чжань целует его в плечо, губы и отводит от лица волосы. — Я сейчас вырублюсь, — признается Ибо. Сил в самом деле хватает только на то, чтобы обнять Сяо Чжаня и провалиться в глубокий сон. Ни один танец не изматывал его так, как эти чувства и эта ночь. — Спи, — не слышит он. Когда он просыпается, Сяо Чжань по-прежнему обнимает его, в ногах возится Орешек, а потом спрыгивает и, перебирая маленькими лапками, выходит из комнаты. — Нас оставили вдвоём, — смеется Сяо Чжань и перекатывается, подминая Ибо. К тому времени, как они заканчивают, уже срабатывает второй будильник. Они все же репетируют свадебный танец. Сяо Чжань сам не знает, почему вся эта подготовка к свадьбе продолжается, но Ибо молчит, а сам он не считает это каким-то реальным событием. Тем не менее, дата все ближе и ближе, а Сяо Чжань не помнит ни единого движения кроме тех, в которых они оба оказываются у стены, на полу или на другой более-менее удобной поверхности. Дни перед встречей с Ибо кажутся Сяо Чжаню долгими, лишенными смысла, а вечер и ночь проходят слишком быстро. Обычно Бо-ди остается у него до утра, и Сяо Чжань всегда просыпается немного раньше, чтобы осознанно обнять и ещё раз заснуть рядом, впитывая тепло кожи и уже ставший родным запах. Осознание собственных чувств накатывает на Сяо Чжаня во время переговоров. У него аудио-конференция, и один голос отдаленно похож на Ибо. Сяо Чжаню кажется, что он перестаёт дышать, вслушивается, стараясь уловить знакомый тембр чужого голоса, а потом осознаёт: он скучает. Они расстались несколько часов назад, но ему хочется увидеть Ибо, услышать его по-настоящему, прикоснуться и забрать себе. «Бо-ди, во сколько ты заканчиваешь?» - набирает он сообщение в Вичат. «В четыре» «Я заеду за тобой» «Хорошо, Чжань-гэ» Переговоры проходят отлично. Сяо Чжань находит адрес студии Ибо в сообщениях от Фэй-Фэй и впервые уходит с работы в середине дня. Студия Ибо не очень большая, но пространства для занятий достаточно. Одна из стен полностью зеркальная, и Сяо Чжань совершенно не собирается откладывать в долгий ящик мысль о том, как будет смотреться Ибо, когда он возьмет его лицом к зеркалу. Ибо совершенно не против. Кожа под его волосами ещё немного влажная от пота после репетиции, но взгляд, который Сяо Чжань видит в отражении зеркала, очень быстро меняется с решительного на поплывший. Ибо опирается ладонями в зеркало и видит каждое движение, которое отдаётся легким дребезжанием у самой кромки зеркала. Сяо Чжань двигается сильно, оглаживает бока и сжимает ладонями ягодицы, прежде чем войти. Немного тянет, Ибо глухо стонет и подаётся назад, и следует, следует за каждым движением Сяо Чжаня до тех пор, пока они оба не приходят к финалу. — Бо-ди, ты ещё тут? — слышат они пару минут спустя, и Ибо подскакивает, ударяясь затылком о зеркало. Дверь открывается, и Сяо Чжань видит застывшую на пороге Фэй-Фэй. Не нужно быть слишком умным, чтобы понять, чем они тут занимались. Волосы Ибо в беспорядке, пояс всё ещё расстегнут, на шее след от зубов, а на зеркале совершенно четкие отпечатки ладоней. — Извините, — растерянно говорит она и закрывает дверь. — Блядь, — матерится Ибо, опускаясь обратно на пол. Ситуация кажется слишком дебильной: вот так подставить собственную сестру, подставить Чжань-гэ. — Я поговорю с ней. — Сяо Чжань заправляет рубашку в брюки, наклоняется, притягивает Ибо за подбородок и коротко целует. — Я всё решу, Бо-ди. Ибо кажется, что их нет целых полчаса, хотя на самом деле проходит не больше десяти минут. «О чем можно столько говорить?» — думает он. Ибо кусает губы и тщетно пытается распустить нитку на кармане своих широких штанов. Занять руки — всегда отличный способ перестать накручивать себя. Когда дверь открывается, Ибо видит смущенную улыбку Сяо Чжаня и радостную — Фэй-Фэй. Осознание, что они действительно «договорились», бьет обухом по голове. Как можно договориться, если застаешь своего брата со своим будущим мужем? Да и дураку понятно… А потом Сяо Чжань делает невероятное: садится перед Ибо и тянет на себя, шепча в ухо: — Ты мне тоже очень нравишься, Бо-ди. Очень сильно. Сердце Ибо совершает кульбит, а Фэй-Фэй смеется: — Да поцелуй ты его, Чжань-Чжань. Ты же видишь, он сейчас с ума сойдет от волнения. — Что, значит, Фэй-Фэй всё это подстроила? — спрашивает Ибо, когда они остаются одни. — Это значит, что никакая свадьба не планировалась. Твоя сестра лишь создала видимость, а я был так занят сначала работой, а потом тобой, что не замечал очевидного. — Звучит как какой-то бред, — сомневается Ибо. — С чего бы ей таким заниматься? — Ты, правда, был влюблен в меня тогда? — Когда? — вскидывается Ибо. Они сидят друг перед другом в зале, и вечернее солнце отсвечивает от зеркал, погружая всю комнату в медовый цвет. — Тогда, — Сяо Чжань берет ладони Ибо в свои и поглаживает большими пальцами его запястья. — Когда ты был прекрасным юношей со светлыми волосами. — Я и сейчас, — отвечает Ибо и улыбается немного потерянно и нежно. — Прекрасный юноша? — Сяо Чжань подносит его ладонь к лицу и целует у основания. — Влюблен, — честно отвечает Бо-ди. — Всё ещё влюблен в Чжань-гэ. Сяо Чжань улыбается широко искренне, и Ибо понимает, что шансов разлюбить Сяо Чжаня у него никогда и не было. Позже вечером, когда они лежат в кровати и Ибо лениво гладит кошку, Сяо Чжань рассказывает всё, о чём разговаривал с Фэй-Фэй. Про то, как она поняла про влюбленность брата, и про то, что спустя столько лет решилась свести их на одной территории. И даже о том, что, оказывается, мама Сяо Чжаня принимала в этом участие. «Такие хорошие наши мальчики, » — показывает он скрин переписки из Вичата, который прислала ему бывшая «невеста». — А как же твой бизнес? — не может удержаться от вопроса Ибо. — Я не стремлюсь завоевать весь мир, если ты об этом, — усмехается Сяо Чжань. — Мне достаточно мира, в котором есть ТЫ. Ибо смотрит на кошку, и Сяо Чжань подается вперед, целуя его коротко и сладко. — Ладно. Ты, и Орешек.