Сквозь маски и боль

Как ни странно, на следующий день Сакура, видимо, что-то для себя решила и выглядела намного лучше. Хотя такой же, как до убийства, она не станет. После такого прежними не становятся. Это как почувствовать дыхание Шинигами на шее: в обоих случаях человек становится неуловимо, всего капельку другим или же полностью меняется. Наруто в свое время отнёсся к этому более спокойно, правда, до десятого убийства, которое помогло ему окончательно смириться и успокоиться, он постоянно мыл руки, потому как ему казалось, что они в крови: неприятно, но терпимо. Под мостом плыли на лодке без двигателя. Наруто в отместку за долгое и тесное пространство подгадил лодочнику: покопался кунаем в моторе лодки, пока никто не видел - а после решил вздремнуть, и, как будто случайно, рядом с ним сидел Саске, которого Узумаки после недолгих раздумий превратил в подушку. Учиха посмотрел на привалившегося к его плечу Наруто и неуловимо улыбнулся, качая головой. Блондин в последнее время выглядел, как лентяй, при любом удобном случае старающийся вздремнуть. Саске нравилось ощущение мягких волос на своей шее и плече, эти ощущения были намного приятнее, чем прижимающая с другой стороны Сакура. Учиха боролся с желанием запустить руку и перебрать эти шелковистые, солнечные пряди, ведь его никто бы не понял, если бы он сейчас стал наводить шухер на небрежной причёске их лохматика. Сакура нахмурилась, но промолчала, хотя и заметила, что эта привычка Наруто: спать на Саске и на вещах ее кумира - становится раздражающей тенденцией. Харуно задумалась: неужели она ревнует Саске к Наруто? Да быть того не может, чтобы хотя бы один из них стал геем! Однако эти странные взгляды Саске, изредка бросаемые на Наруто... Они иногда настораживали Сакуру, но она отмахивались от этих мыслей, как от разыгравшейся фантазии. Какаши же про себя смеялся: он видел, как Наруто отомстил лодочнику за глупую задержку, ведь об их скором появлении узнали сразу, как только те шиноби не вышли на контакт и не вернулись, да и сам лодочник выглядел подозрительно. Когда они наконец приехали, Наруто пришлось будить, потому как он умудрился не просто задремать, а крепко уснуть. Саске толкнул Наруто, ожидая, что тот встрепенётся и встанет, но Узумаки только сполз с плеча на чужую грудь, явно соскальзывая. Учиха успел подхватить Наруто раньше, чем тот бы упал. Сначала на его колени, а потом и на дно лодки. Узумаки открыл глаза и хмуро посмотрел на Саске, но промолчал, высвободившись и мрачно смотря на издевательскую ухмылку Учиха. Умывшись, светловолосый гад смотрел, как недоумевал лодочник, когда мотор не заводился, а затем, как тот уходил в туман с остальными. Однако далеко они не ушли: на них напали, заставляя пригнуться. Какаши и Забуза выпендривались, нагоняя на детей жуть. Наруто откровенно скучал: он уже сталкивался с Забузой Момочи, и тот его не впечатлил: качок, псих и просто идиот. Только его подопечный, Хаку, сдерживал взрывного хозяина от кровавых бань в центре какой-нибудь деревеньки под романтичным свечением звёзд. Наруто не хотел бы столкнуться с Хаку в бою, но по одиночке мог бы перебить этих двоих: все же два нукенина S ранга для среднего джонина, каким по скромным меркам считался Наруто, среди наемников — это слишком много, но если Узумаки использует не только свою силу, но и чакру Курамы, то это будет вполне осуществимо. Если же Наруто воспользуется покровом Курамы с одним и более хвостом, то сила его повысится в несколько раз: с каждым хвостом все больше и больше - но Наруто не хотел использовать друга, как батарейку, и старался не пользоваться его чакрой. Исключением были лишь крайние случаи. Остальное Курама делал сам: лечил Наруто и гонял свою чакру в его теле по ночам. По своей инициативе, несмотря на протесты мальчика. Все же неполноценность Наруто выливалась в детскую травму, и он отчаянно хотел быть сильным, чтобы больше не чувствовать себя беспомощным перед озверевший толпой. А ещё в тайне мечтал, что его когда-нибудь обнимут и скажут, как сильно любят, или позаботятся о нем хоть немного. И все же от редких дружеских касаний или слов Наруто терялся, хоть и старался этого не показывать, однако это замечали все, кроме, пожалуй, Сакуры. Когда Саске впервые дружески хлопнул Наруто по плечу в порыве эмоций, тот растерялся и стал выглядеть потерянным настолько, что хотелось помочь. Тогда-то Учиха и вспомнил, что Наруто - сирота, когда-то мечтавший о теплой материнской ласке и сильном, но добром отце, который поможет, поддержит, обнимет, в конце концов. Забуза вырвал Наруто из размышлений своими размышлениями о том, куда же ему ударить в первую очередь, и использованием тумана. Наруто это надоело, и он, призвав технику ветра, сдул его. Все, конечно, удивились, но разве можно джинчурики смутить пристальными взглядами? Сенсей и нукенин стали биться. Узумаки просто наблюдал, пока сенсея не заключили в водяную тюрьму. Тогда он бросил в Забузу сюрикен, от которого тот уклонился, на что Наруто и рассчитывал. Он переместил себя на место сюрикена и ударил Зазубу кунаем, ранив его. Водяная тюрьма распалась, и Какаши навалял мечнику, после чего того забрал Хаку в образе крутого шиноби. Наруто посмотрел на своего учителя, который после боя решил отдохнуть, и вздохнул. Он подозревал, что Какаши на прошлой миссии был травмирован, и сейчас убедился в этом: чакроистощение было на лицо, видимо, не долечился в прошлый раз и теперь расплачивается. Наруто вызвал клонов, которые и оттащили учителя в дом. Саске и Сакура не знали, что и делать, Учиха был поражен смелостью и силой Наруто и расстраивался из-за того, что сам не смог вовремя отреагировать из-за огромной ки нукенина.