Сквозь маски и боль

Просыпаться было лень. Кое-как поднявшись под хмыканье Саске, Наруто спустился вниз на завтрак. Напротив него сидел ребёнок. Его историю Наруто уже знал, а потому не удивлялся хмурому виду. Сейчас ему было не до него. Узумаки с дебильной улыбкой ел, витая в своих мыслях. Он освоил несколько тяжёлых техник и обчистил миллиардера. Мелкому не понравилось, что кто-то лыбится, пока он страдает, а вид измотанного Наруто явно говорил о тренировках. Смотря на Наруто, ребёнок не выдержал и стукнул кулаками о стол. Заполучив всеобщее внимание, он начал орать на Наруто: - Зачем ты так стараешься, если вас всех все равно убьют?! Наруто флегматично пожал плечами: - Все мы смертны, а мои тренировки отдаляют час моей смерти, делая меня сильней. - Да ты просто беззаботный пустоголовый идиот, который никогда не поймет, что значит боль и страдания! Повисла тяжёлая тишина. Наруто был готов рвать и метать, от него прямо веяло еле сдерживаемое ки. Слова его, как и вся поза, были холодны как лёд: - А что о боли знаешь ты, сопливый ребенок, который только и умеет паниковать и ныть? Ты ничего не знаешь. Твои сверстники сейчас голодают, живут на улице, потеряв родителей, умирают от холода и голода, убивать готовы, чтобы получить корку хлеба и крышу на ночь, пока ты сидишь тут, в тепле и достатке, окружённый любовью деда и матери, которые сами с голоду умрут, но тебя накормят. Слова Наруто, как удары, били по мальчику, а ледяной взгляд Узумаки заставил его ноги подкоситься, увлекая его на пол. Наруто посмотрел на этого маменькиного сынка и встал. - Спасибо за еду. Он вышел, не обратив никакого внимания на выкрики очнувшийся Сакуры, оравшей, что так с детьми говорить нельзя, и не ответив учителю, куда это он пошёл. Саске покачал головой, посмотрев на еду Наруто, к которой блондин едва успел притронуться, и вздохнул. Инари убежал куда-то в слезах, Какаши доел и пошёл за ним. Саске запаковал недоеденную порцию синеглазой ледышки, удивляясь, как это Наруто может быть таким до ужаса холодным и пустым в гневе. Злой Наруто - это страшно. Затем Саске пошёл подслушивать разговор Какаши и Инари. И успел, как раз вовремя. Хатаке подошёл к сидящему на берегу моря ребенку. - Позволишь? - спросил он, присаживаясь рядом. Видимо, ответа на вопрос он и не ждал. - Не злись на Наруто, он не со зла, просто сильно расстроился. На самом деле Наруто - тот, кто, пожалуй, лучше всех понимает тебя. Инари что-то удивлённо воскликнул. - Да, Наруто потерял своих родителей при рождении и всю жизнь был один. У него не было никого: ни друзей, ни опекунов - он жил, и многие его не любили, часто били, часто морили голодом, но Наруто никогда не унывал, всегда улыбался и говорил, что станет сильным и все его будут уважать. Я никогда не видел его слёз, он все прятал в себе, прикрываясь улыбкой. Я никому не пожелал бы того, что пришлось пережить Наруто. Но он не сломался, как того многие желали бы. Он хулиганил, заставлял обратить на себя внимание, много тренировался и до сих пор не сдаётся. Инари сидел в шоке. Саске решил, что пора и честь знать. Учиха не знал, что Наруто в детстве было так плохо, хотя и догадывался. Сейчас он пошёл искать Узумаки и нашёл его на крыше. Наруто медитировал, кучка его клонов уже отправилась на мост, а ещё несколько охраняли периметр. Саске готов биться об заклад, что ещё сотня проводит тренировки в лесу, а может ко всему прочему ещё и охотятся. От мальчика исходила подавляющая аура, но Учиха все равно сел рядом, заставляя Наруто открыть глаза и недовольно зыркнуть в его сторону. Прежде чем Саске успел что-то сказать, Наруто выдал: - Я сказал то, что считаю правильным, и извиняться ни перед кем не буду. Обиженный голос блондина намекал, что Сакура здесь уже побывала и успела расстроить Наруто ещё больше. Узумаки сидел в позе для медитации, но до этой самой медитации ему было далеко. Его сильно задели слова ребёнка, а потом и розововолосой дуры. Сакура начала оскорблять Наруто, как только нашла, заявив в своей прочувственной речи, что Узумаки ленивый, безответственный идиот и что правильно его никто не любит, так ему и надо. Мальчик просто вдарил по ней ки так, что та слетела с крыши. Сам же Узумаки вгонял себя сейчас в состояние полного игнора окружающих. Он жалел, что расслабился и позволил себе немного приоткрыться, показывая себя команде, и теперь старательно возводил барьер, перечеркивая все, что успело произойти, и разрывая тонкую и хрупкую привязанность к сокомандникам. Однако и тут ему помешали, не дав настроиться на жизненный принцип, имя которому "мне пофиг на все и вся, важен лишь я любимый". Саске отошёл от удивления и, усмехнувшись, протянул блондину завтрак, вызвав недоумение. - Бери, это твой завтрак, я подумал, ты не наелся. Наруто хотел было гордо отказаться, и Саске уже видел это по его физиономии, но тут вмешался пустой желудок. Видимо, почувствовав неладное, живот Наруто взвыл раненым китом, так что Узумаки, пробормотав слова благодарности, принял коробку. Брюнет сидел и смотрел на просыпающийся горизонт, пока Наруто, отвернувшись от него, жадно поглощал поздний завтрак. Узумаки был признателен, но завтрак не заставил его забыть о словах сокомандницы. Но все же это заставило его пересмотреть свои планы: теперь он будет бесстрастен и холоден по отношению к Сакуре, но сенсей и Саске пока не подорвали его доверие. Хотя и от них стоит ждать предательства, ведь с детства вбито правило: доверять никому нельзя, даже себе порой нельзя верить, что уж говорить о других. На мосту было тихо и спокойно, а на следующий день пришла весть, что Гато был убит Демоном Тумана, которого он обманул, а в месте с ним убили ещё половину бандитов, что защищали миллиардера. После этой вести к Наруто пришёл сам Забуза вместе с Хаку и поблагодарил за предупреждение. А так же прозрачно намекнул, что теперь Демон Тумана и его ученик имеют должок перед Наруто, и если приспичит, то мелкий киллер в маске, что очень известен в бандитских кругах, может обращаться. Иными словами, Момочи внятно дал понять, что поможет. Наруто растерялся, но кивнул. Он не ожидал благодарности. И тем более не ожидал, что его раскроют, ведь сейчас он без маски, да и одежда на нем не та, в которой он работает наёмником. Больше ничего необычного не случилось. Мост достроили в рекордные сроки, и все счастливые и довольные отправились домой, а дорога назад, как известно, всегда короче, потому не стоит удивляться, что уже спустя месяц команда номер семь оказалась в Конохе.