ЧЕРТА

      

«НЕТ РАЗНИЦЫ МЕЖДУ ТЕМ, ЧТО ПРАВИЛЬНО, И ТЕМ, ЧТО НЕОБХОДИМО…»

      По прошествии нескольких часов изрядно стемнело, пока бушевала буря. «Дельта», убедившись, что та подошла к концу, выбрались из укрытия, пусть и сделать это было нелегко, так как люк спасительной для них цистерны оказался присыпан песком.       Первым, что увидели спецназовцы вне укрытия, оказалась крупная дюна песка напротив цистерны, что засыпала грузовик с парой машин и рекламных баннеров на половину их высоты.       — Никого нет, Уокер. — оглядевшись, сообщил Адамс.       — Тогда выдвигаемся.       — И куда теперь? — не понял Луго, а капитан повёл за собой:       — У Конрада наверняка есть наблюдательный пункт, с которого виден весь Дубай.       По мере продвижения вперёд им открывалась всё более угнетающая картина. Десятки и сотни палаток, стоящих ограждений, уже снесённых или засыпанных. Кучи мусора на протяжении всего пути. В основном пластмассовые бутылки, такая же посуда, упаковки из-под лекарств и прочего.       По бокам покосившиеся ряды проволочного забора на сотни метров, так же покосившиеся осветительные приборы, куда ни глянь. Слева рекламный щит, весь выцветший, с изображённой улыбчивой черноволосой девушки, пальцем указывающей в противоположную сторону той, в которую ныне двигался спецназ. Не иначе как намекает, что лучше бы им дальше не идти. И всё у торчащей из земли таблички: «воды больше НЕТ!».       Эти слова становились всё страшнее с каждым разом… а на фоне этой разрухи виднелись небоскрёбы, а между ними самая высокая башня во всём городе, что, судя по огням, была задействована не иначе как тридцать третьим батальоном. На неё то и указал капитан, приказав двигаться:       — Туда. К самой высокой башне. Вот куда.       Оглянувшись назад, Мартин увидел высоко расположенный мост автострады, под которым находилось их убежище. С него свисали крупные флаги с некогда красным крестом по центру, ныне же они выцвели и казались серыми.       Повернув голову назад он ужаснулся, но не подал виду, когда увидел на рекламном щите вместо девушки нечто страшное. Будто у той вместо лица белая маскарадная клювоподобная маска. Вся изуродованна, окровавлена, вместо глаз кривые, овальные вырезки, из которых сочилось нечто чёрное и густое наподобие нефти, а из пальцев торчали длинные, острые, прямые когти. И девушка будто со злорадным ожиданием взирала на Уокера, с опущенным вниз большим пальцем, не одобряя то, о чём сейчас хотел поговорить кое-кто…       — Уокер… — начал лейтенант, когда они входили в палатку, слева от которой стояла табличка: «пункт эвакуации». Внутри находились койки с давно умершими, да горы мусора с хламом и песком. — Нам нужно поговорить о случившемся.       — Конрад нас заметил. О чём ещё говорить? — Мартин однозначно не хотел развивать эту тему, особенно после рекламного щита с тем ужасом на нём…       — Я никогда тебя таким не видел.       — Я в норме, Адамс.       Из одной палатки они перешли в другую, что внутренним убранством и обстановкой мало отличалась от предыдущей, ну хоть коек с мумиями не обнаружилось, но без трупов не обошлось. Несколько на земле, один на стуле за столом. Видимо, работал с документами о поставках припасов и количестве прибывших и отбывших… наверняка в ад… а Уокер продолжал:       — Мы не можем оставить всё как есть. Мы не уйдём из Дубая, пока не эвакуируем всех выживших. Нужно, чтобы вы мне верили. — приостановился он, взглянув на парней. Адамс взял слово:       — Я верю тебе, Уокер. Я просто с тобой не согласен. — хоть так… Мартин обратил внимание на стопку документов на столе, за которым раскинулся мумифицированный труп. Диктофон, судя по всему, рабочий, и десяток паспортов: все сгорели. Только один достаточно уцелел для прочтения:       «— По наводке проверили волонтёрскую базу в центре города. — диджей… он много где побывал… и «Дельта» словно шли по его следу… — Нашёл трупы. Ничего нового… не считая того, что их расстреляли. Потом сожгли. Вместе с документами. — звучал он почти безжизненно и довольно устало. — Один паспорт я смог прочитать. Зоя Страссбург, двадцать девять лет, немка. Говорят, пессимист — это хорошо информированный оптимист. — он издал пару нервных смешков, — Я… я нихуя не информирован, но мне уже страшно. Не хочу думать о том, что власти города казнят волонтёров-иностранцев… и о том, что это… означает для эвакуации. Но я не могу это так просто игнорировать! Нужно найти полковника. Срочно. Не вызывая подозрений. Если отправлю весточку в большой мир, что-то ещё может получиться. Если нет… помоги нам бог.»       Диктофон вернулся на стол, а спецназ прошёл через новую палатку, видя скорую помощь, в песке стоящую без дела долгое время у палатки, целиком и полностью обклеенной листовками внутри с информацией о погибших и пропавших без вести.       Впереди очередная скорая помощь, но в ней всё пространство занимали ящики с припасами, а около неё заканчивался проволочный забор. Рядом рухнула палатка, не исключено, что с кем-то внутри. Возможно, на койке, без чувств, так и оставшись без них навсегда…       Справа над всем этим расположился рекламный щит. Многие мечтали о изображённом на нём самолёте, дабы на том свалить из тонущего под песком Дубая. Но увы, реклама, от реальности тем и отличается, что одно на щите, а в другом ты сам…       «Водораспределительный центр», гласила надпись на табличке, чуть выше проволочного забора. Смешно, учитывая, что ранее, бойцы видели другую табличку: «Воды больше НЕТ!». Звучало как приговор, вынесенный самой жизнью.       В метрах ста от покинутого лагеря беженцев светил свет. Походил на зажжённый, ярко горящий ХИС, брошенный в песок. Спецназ устремился к нему, преодолевая груды ящиков с припасами за колючей проволокой. Пробежав мимо здания с развешенным на нём флагом с крестом по центру слабо различимого зелёного цвета, «Дельта» добежали до запалённого ХИС, рядом с трупом «Проклятого» у засыпанной цистерны для воды, справа от ступенек, неподалёку от рекламы роскошного автомобиля, который наполовину утонул в песке.       Труп свежий, да и ХИС, горящий так ярко, дольше минут двадцати не просветит. Поднимаясь по лестнице, «Дельте» открылся вид на ещё несколько убитых солдат тридцать третьего, на фоне позолоченных, огромных надписей на стенах зданий и рекламы очередного автомобиля от известного бренда в этих краях.       — Тихо! — предостерёг Луго товарищей. — Похоже, там идёт бой. — и правда, слышалась стрельба, и совсем рядом. Тут-то по рации и раздалось:       — Твою мать… — слышался немолодой голос. — Если меня кто-то слышит, это Риггс! Мы попали в засаду «Проклятых»! Нужна помощь. Срочно!       — Риггс? — удивился сержант, вспомнив страшное: — Блять… Гулд рассказал о нём «Проклятым»! Это наша вина!       Да, это так. Они не спасли Гулда, так как Уокер усомнился в том и предпочёл спасти гражданских вместо него. И вот оттуда вырос ныне бушующий бой. Бойцы тридцать третьего батальона со стороны банка штурмовали высокое здание посольства, судя по вывешенным на флагштоках у забаррикадированного мусором входа флагах: США, Британии, Германии и других.       У входа в посольство стояло несколько рабочих «хаммеров» с зажжёнными наведёнными на посольство фарами, для облегчения обнаружения врага в условиях плохой видимости из-за времени суток. Один «хаммер» подбит и горел, другие лишь обстреляны повстанцами, защищающими вход из последних сил от хорошо подготовленных и оснащённых солдат неприятеля в качественной защите и сверху до низу обвешенным оружием.       Как видно, «Проклятые» давно готовились атаковать логово Риггса, судя по всему, последнего агента ЦРУ, действующего в городе. От того, сразу по окончанию бури начался штурм, в который бросили человек тридцать, не меньше.       С такой грубой силой повстанцам не совладать, и капитан дал приказ содействовать им в защите. Заняв позицию на возвышенности сбоку от банка, «Дельта» атаковали тридцать третий, стреляющих из-за машин, «хаммеров» и колон у входа в банк.       

«Spec Ops the line 37 — Save Riggs 00:52:35»

      — Уокер, хватай гранатомёт! — советовал Адамс, поливая очередями врагов, что оказались как на ладони. Уокер послушался, и, подняв РПГ с убитого «Проклятого» на их позиции, выпустил ракету в гущу врагов, уничтожив минимум пятерых противников. Такой взрыв не остался без внимания всех воюющих сторон.       — Нас обходят! Обошли с тыла! Атакуют повстанцы! — кричали солдаты, но после их крики сменились на более озлобленные: — Это не повстанцы! Это «Дельта»! Внимание! Здесь «Дельта»! Повторяю. Здесь «Дельта»!       — Кто бы вы ни были, спасибо за помощь. — раздался по рации голос Риггса, пока Уокер готовил вторую и последнюю ракету РПГ к запуску. — А теперь — плотный огонь по ублюдкам! — старик почувствовал преимущество над противником, раз так высокомерно отдал приказ.       — Ракета пошла! — крикнул Мартин, запустив её по трём противникам, укрывшимися за «хаммером», который казался надёжной защитой от выпущенной ракеты… — Убил мразей!       «Хаммер» подняло в воздух, перевернув и окутав пламенем с едким дымом, а солдат за ним откинуло в песок грудами мяса, разорванного в клочья.       Выкинув РПГ, капитан принялся поливать свинцом ближайших недругов из «UMP 45», пока к тому не кончились патроны. Как только это случилось, он выбросил пистолет-пулемёт, подобрав среди нескольких убитых поблизости АК-47.       По прошествии пары минут «Проклятые» во всю рвали глотки, крича в рацию, что штурм не увенчался успехом и они отступают. Ещё через минуту стрельба смолкла, когда последний враг оказался на песке в крови или сбежал с поля боя.       — «Проклятые» отошли. — сообщил Луго.       — Эй вы! — Кричали повстанцы за баррикадами у входа. — Дуйте сюда! Быстрее!       Спецназ двинулся к ним через поле брани, пробираясь по дороге с двумя десятками убитых и груды металлолома, оставшегося от бронемашины. Мартин слегка помедлил, остановившись у солдата, что пытался перезарядить опустевший АК ради безнадёжной попытки забрать кого с собой. Уокер помешал этому, силой отобрав оружие и…       — Не надо! — забив прикладом бойца до смерти, после отбросив окровавленное оружие.       — Ну же, они вернутся! — орали повстанцы. Уокер с остальными подбежали к баррикадам, которые те разгребли для «Дельты».       — Капитан Уокер. — представился Мартин, подходя к старику в военной форме с бронежилетом и окровавленной рукой у левого плеча, пока в правой удерживал крупный револьвер на ране.       — Джефф Риггс. — ответил дед громко и нехотя, толкнув за плечо командира внутрь. — А теперь — быстро внутрь, пока снайпер башку не отстрелил.       — Не за что. — послышалось хмурое от Адамса.       — Простите? — обернулся старик.       — Если вы не заметили, — взял слово сержант. — Мы спасли ваши жопы.       — Болтливый парень, капитан… — заметил Риггс, смягчившись.       — Это сержант Луго. И он в целом прав.       — Неужели? — не поверил дед и ударил по больному, — Так где агент Гулд?       — Он… — опустил оружие капитан, прискорбно сообщив. — Погиб там.       — Всех не спасёшь, верно? — агент утешающе похлопал по плечу Мартина, ступая вглубь здания. — Это война, капитан.       — Знакомое дерьмо заиграло. — недружелюбно заметил лейтенант.       — Может, дослушаешь, — обернулся к нему агент. — Потом будешь стрелять, сынок? — Адамс не прекратил:       — Есть план, кроме как стрелять во всё живое?       — Конечно же есть. — прозвучал Риггс так, словно вопрос задало малое дитя.       — Итак, — Уокер рукой велел другу помолчать. — В чём ваш план?       Они очутились по центру просторного помещения с невероятно высоким потолком до самой крыши на десятки метров вверх.       Наблюдалась сцена с обилием музыкальных инструментов: фортепиано, виолончели, скрипки, саксофоны и другие, в окружении золотых колонн на метров пять в высоту и бесподобно сотворённых хрустальных лестниц. Омрачало всё обильное количество песка, сваленная где попало мебель с мусором и кучами хлама, десятки ящиков с боеприпасами, оружие в обильном количестве и наличие грязных вооружённых местных, готовящихся проливать кровь.       На столике у дивана с присыпкой из песка Уокер наткнулся на интересный документ. Это про Конрада, как он сразу понял, судя по закреплённой фотографии полковника в парадной форме со всеми наградами и гордым лицом, по которому хоть сейчас портрет из камня выдалбливать. Мартин бегло пробежаться по первой странице:       «Согласно психопрофилю, Джон Конрад страдает от посттравматического стрессового расстройства, вызванного неудачей в Афганистане.       У людей с психотипом Конрада проявления подобного расстройства могут проявляться эгоцентризм и моральная чёрствость.       И ещё одна деталь: многие считают Конрада «величайшим командиром со времён Паттона».       Конрад и сам в это верит, и это в значительной степени определяет его состояние.       Есть мнение, что если Конрада обвинить в провале афганских операций, это приведёт только к дальнейшему завышению его самооценки.       Конрад объясняет свои ошибки ошибками командования, формируя параноидальные идеи в отношении начальства.       Трудно предугадать, как скажется на психике Конрада очередная неудача».       — В четырёхстах ярдах отсюда главное водохранилище. — объяснял Риггс, указывая на карту местности на маленьком столике. Мартин отвлёкся от документа, сосредоточившись на словах. — Мы как раз туда направляемся. Мой план, капитан, — захватить воду и нейтрализовать тридцать третий.       — И вода — ключ ко всему? — не удержался от вопроса сержант.       — Мы в пустыне, сынок. Здесь вода — это жизнь. Блять… — выругался Риггс, видя сквозь стеклянные, запыленные двери приближение противника, что вместо повторной атаки в лоб через вход предприняли атаку с другой стороны, но скрытно, успев добраться сюда.       — Граната! — крикнул боец тридцать третьего, разбив кинутой гранатой стеклянную дверь.       — В укрытие! — велел агент.       Увы, спецназ не успел ибо укрытий поблизости мало, да и те от гранаты… сомнительное спасение, но к счастью. Та оказалась светошумовой, и кроме слепоты с глухотой им ничего не грозило… отчасти…       — Блять… — выругался Адамс.       — Я не вижу… — простонал Луго.       — А ну, пригнись нахер! — велел Уокер, который и сам ничего не видел и к тому же валялся на полу, вне укрытия.       — Контакт! — послышалось от приближающегося «Проклятого».       — Это Риггс? — раздалось от другого, бегущего рядом.       — Нет, это «Дельта». — последнее слово он злобно прожевал и выплюнул, настолько оно вызывало ненависть. Уокер, отходя от слепоты со звоном в ушах, принялся вставать, побаиваясь резких движений, так как солдаты взяли его на мушку, — Где старик? — повелительно спросил он и искомый ими нашёлся, сделав два выстрела из револьвера, появившись из-за стены. Одна пуля угодила в голову первому, другая ранила второго в ногу. Боец с пулей в ноге свалился на спину, прижимая раненную конечность к груди, морщась от боли.       — Я здесь. — произнёс старик, встав перед «Проклятым», выронившим оружие.       — Сукин ты сын! Ну всё, ты труп… — выстрел, и солдат слёг с дырой в голове.       — Идём. — поманил агент спецназ. — Вы меня задерживаете.       

«Spec Ops: The Line Combat OST — Follow Riggs»

      Несколько неприятелей набежали в коридор, на протяжении которого находились закрытые витрины магазинов, ларьков и закусочных. А во всю его длину располагалось небольшое помещение, служащее баром и закусочной для ожидающих в очереди. По крайней мере, так было когда-то.       — А вот и гости! Открыть огонь! — велел дед, видя в коридоре «Проклятых».       — Враг впереди! За рекламой! По центру коридора! — кричал Луго, ныряя за барную стойку у груды сумок с чемоданами, избегая пуль. Адамс с Мартином укрылись за стеной, не решаясь высунуться.       — Вы трое — к ресторану. — сообщил по связи Риггс. — Я вытащу оттуда своих людей!       — Хороший план. — подметил Мартин, чувствуя, как за спиной закрывается путь назад. Это старик:       — Заприте дверь! — командовал он своим. — Нужно время, чтобы уйти отсюда!       — Кидай светошумовую! — приказал Уокер, дослушав обращение агента. — Отплати сукам той же монетой!       — Есть, сэр!       Лейтенант выкинул гранату, что ослепила обоих врагов, а парой секунд спустя они валялись, нашпигованные пулями. Потом им предстояло выбежать во двор роскошного ресторана, путь к которому частично перекрыт чемоданами, через которые нетрудно перебраться, и частично опускаемой железной решёткой.       — Вижу долбаных снайперов. — сообщил Луго, высунувшись из-за стены.       Подобравшись к выходу на внутренний двор ресторана с крупной статуей двух рыб, напоминающих символ «инь и ян», «Дельта» попали под снайперский огонь.       — Рад за них. — отвечал флегматично агент по связи. — Отвлеките их на себя. Я уже иду.       — Риггс! Где ты? — пытался связаться с ним Уокер, боясь высунуться из-за груды чемоданов так, чтобы не распластаться на полу с пулей в башке. Собственно, его товарищи разделяли те же опасения, но по прошествии минуты дед вышел на связь:       — Здесь, спасаю ваши жопы! — после послышался выстрел невероятной мощи. Решившись выглянуть, Мартин увидел, как дед на крыше убил снайпера и на его глазах разобрался со вторым, скинув с крыши ногой, произнеся при этом, обращаясь к капитану: — На здоровье.       Но не с одними снайперами спецназ бился. Объявились солдаты тридцать третьего, что выбежали из двери, ведущей на кухню и окопались среди столиков и у барной стойки. Пусть у капитана с подчинёнными возникли проблемы с неприятелем, но у Риггса всё сработано недурно. Метко он разил врагов, вынуждая отвлекаться на себя или прятаться получше от его убойной пушки.       Враги быстро стали выдыхаться и общими усилиями с ними покончили, несмотря на подошедшее подкрепление в лице тяжеловооруженного бойца в прочной броне. С ним быстро намеревались покончить гранатами, но старик всего парой пуль пробил тому шлем, к удивлению солдатов «Дельты». После перестрелки он спрыгнул с крыши в ресторанный дворик, несмотря на серьёзное ранение левой руки, ведя себя с «Дельтой» как с зелёными новобранцами, словно они не проходили сотни и тысячи часов в боевых обстановках.       — Как только освободитесь, мальчики, встречаемся на кухне. — с этими словами он поплёлся на кухню, держась за пострадавшее плечо.       Бойцы стариковского юмора не оценили, а Уокер приказал подготовиться и выдвигаться дальше. Луго и Адамс по такому случаю сменили оружие: винтовка сержанта давно стреляет с осечками и туго перезаряжается, а пулемёт Адамса постоянно задает. Один подобрал оружие скинутого с крыши снайпера, а другой — пулемёт штурмовика, в то время как сам капитан с трупов подобрал две липучки. Все однозначно подготовились к новому этапу, обещающим быть не легче предыдущего.       Пройдя вдоль стеклянной стены, разошедшейся сотнями трещин, «Дельта» очутились в коротком коридоре с маленькими столиками у стен. Путь дальше перекрывался стальной непроницаемой решёткой, которая вдруг поднялась. Это Риггс! Он как-то оказался по другую сторону и сейчас удерживал её одной рукой, а за ним виднелась кухня, превратившаяся в маленькую инсценировку Дубая, судя по количеству разрушений с кучами песка и всюду валяющимися столовыми приборами и кастрюлями со сковородками и разделочными досками.       — Давайте! — поторапливал дед молодых на его фоне парней.       — Вы не наш командир, чтобы нам приказывать. — напомнил Луго.       — Тихо, Луго. — Уокеру не хотелось споров во время задания, но Риггс посчитал нужным объяснить, но отнюдь не сделал лучше…       — Не мы начали эту войну.       — Раздача оружия местным не в счёт? — сурово вмешался лейтенант. Старик словно оправдывался, но умело:       — Люди были на грани бунта. Мы просто помогли им.       — Помогли умереть? — съязвил сержант.       — Молчал бы ты, мальчик.       Из кухни они выбрались в новый коридор, занесённый почти на половину высоты потолка. Им пришлось подниматься по песчаной горке, добираясь до источника свечения, что вновь оказался зажжённым ХИС посреди песка, дивана и сгнившего до костей верблюда.       — Так, стоп. — замедлился впереди ковыляющий дед. — У нас гости.       

«14 Battle04 LP3 LR3 (15:10)»

      Впереди у лифта, у которого стояли тележки с вещами, рядом с очередным зажжённым ХИС, обнаружились противники. «Дельта» заняли позицию понадёжнее, а Риггс двинулся по лестнице с твёрдым намерением обойти тридцать третий.       — Уокер, жду приказа!       — И я! — вместе с Адамсом воскликнул Луго.       — Сука, спокойно! Ждём Риггса! — «БАХ-БАХ-БАХ» — Валим их!       После црушника хоть в похоронное бюро обращайся!       Хе-хе, да, «Дельта»?       Спецназу он мало кого оставил, и им разве что осталось добить пострадавших. Минуту спустя на лестнице объявился дед, медлительно перезаряжающий револьвер, подзывая отряд к себе.       Те поднялись к нему по ступенькам, оказавшись в коридоре для ожидания, судя по обилию диванов у окон и здоровенной плазмы на пол стены. Дальше по пути офисы, смотрящиеся ещё порядочными и аккуратными, ну, а ещё дальше, через кабинет для брифингов лестница, ведущая к новым офисам с отчётливым видом на цель, а впереди над длинным столом на стене надпись: «CORMIRAN TACHIS» — название фирмы или компании, но всё внимание Риггс приковал к окну, прижавшись к стене рядом с тем, таким образом минимализируя шанс схлопотать пулю, как и прежде держась за раненную руку:       — Вот он, парни. Комплекс «Водный колизей». — впечатляло. Огромная, тускло светящая голубым вывеска над входом: «Водный Колизей». У входа справа стоял «страйкер», пара «хаммеров», противотанковые ежи, мешки с песком, пальмы и огромные песчаные дюны. Крыши сооружения были треугольной формы, и, как и вывеска, светили голубым. Судя по всему, это из-за воды, хранящейся там и подсвеченной чем-то. — По моим расчётам, здесь хранится более сорока пяти тысяч галлонов пресной воды.       Пока агент рассказывал, переговариваясь между собой из хранилища выбегали десятки бойцов и выезжали парочка «хаммеров», спешащих на отбитие атаки, но… они же здесь? Почему «Проклятые» к ним не спешат?       — Это — сердце Дубая. — закончил Риггс.       — Вырежьте сердце — и зверь умрёт, — заметил Уокер.       — Наконец-то ты понял. — похвалил агент. — Мои люди устроят шум возле главного хода. Они отвлекут «Проклятых», пока мы просочимся внутрь. — вот всё и сошлось… и не одному Уокеру стало ясно, что затеял старик.       — Используете местных как приманку? — послышалось неодобрительное от сержанта. Дед к нему обернулся:       — Они осознают цену жертвы. — в ушибленную и ноющую от боли голову Мартина пришло осознание, кто такой этот человек. Тот был готов как минимум жертвовать людьми ради достижения цели. Ныне этими людьми были простые местные, которых стравили с батальоном Конрада, что пришли их спасать, црушники… — Хм… — удивился Риггс, пытаясь открыть дверь, ведущую из офисов в другую часть, из которой имелся шанс проникнуть в водохранилище. — Дверь закрыта.       — Мы их зажали! Налетай! — раздался вдали крик солдата.       — Блять. Нас нашли, — заметил агент, а Уокер спросил:       — Что делаем, Риггс?       — Держите их! Я открою вход! — он быстро направлялся в сторонку окна.       — Он что, издевается? — негодовал лейтенант. Капитан поспешил образумить подчинённого, присев за столом, готовый встречать гостей:       — Забудь о нём. Есть дела поважнее, — дед перелез через окно и исчез, а к спецназовцам пожаловали солдаты тридцать третьего с твёрдым намерением убить успевшую стать занозой «Дельту».