Hoc erat in fatis

***** Мужчина, полный своих мыслей, вышел на балкон, не замечая ничего вокруг. Да и что интересного мог увидеть на балконе отеля человек, приехавший не для того, чтоб наслаждаться видами? Одежда его была в беспорядке: рубашка распахнута, ремень болтался в шлевках и даже пуговица джинсов пребывала на свободе от узкого плена петли. Едва открыв дверь, он закурил, и огонёк привлёк внимание Елены. — Папа?.. Услышав привычный зов, Грейсон выронил сигарету. Поспешно затушил её и поднял взгляд на девушку. — Вы что здесь делаете? — строго вопросил мужчина, цепко вглядываясь в позу, свидетельствующую о близости стоящих перед ним людей. — Мы приехали прогуляться, на метро, без машины, и слишком устали, чтобы возвращаться, Деймон выпил, а на такси... — затараторила юная Гилберт. — Хватит, Лена, — одернул оправдания Деймон и крепко прижал её к себе, обняв за талию. — Ты к нам или мы к тебе, Грейсон? Поговорим... — Грей, я уже замёрзла... — лениво растягивая слова, выплыла из номера Гилберта молодая стройная мулатка, обладательница длинных тугих чёрных кудряшек и груди четвёртого размера, которая была прикрыта... в общем-то, ничем, ведь мелкая сетка пеньюара ничего не скрывала. — Как хочешь, но я туда ни ногой, — выплюнула Елена и, вырвавшись из хватки Деймона, ушла. Сальваторе посмотрел на давнего приятеля и досадливо цокнул языком. Взглянул на часы, потом на озадаченную девушку, застывшую рядом с Грейсоном. — Лучше отложим разговор на завтра, — забрал кружку с парапета и последовал за Еленой. ***** Она сидела на кровати, сгорбившись и зажав ладошки между коленями. — Странно так... — проговорила, едва он зашёл, а потом громко, надрывно засмеялась. Вдруг в дверь грубо постучали, и Деймон, покачав головой, открыл. — Какого черта вы делаете на Кони-Айленде?! — влетел Гилберт в комнату и растерянно замер, увидев две кровати. — Катались на аттракционах, гуляли по аквариуму и смотрели на океан, — спокойно ответил Сальваторе и сел на постель напротив Елены, с волнением заглядывая в карие глаза, уставившиеся в одну точку. — Деймон... — начал гость. — Скажи ему уйти. Пожалуйста, — горячо прошептала Елена, переведя взгляд на любимого. Он положил руки ей на колени и поцеловал в лоб. — Всё хорошо, моя девочка, — и перевёл взгляд на её отца. — Мы встречаемся, Грейсон. — Что?! — взревел мужчина, подавшись вперёд. — Но не спим вместе! Ты видишь — раздельные кровати! — вскочила Елена, преграждая путь к возлюбленному. Деймон поднялся и приобнял её за плечи, чуть отодвигая в сторону. — Это правда? — обратился гость к Сальваторе. — Какая тебе разница?! — снова встряла Елена. — Что значит, какая разница? Ты – моя дочь! — Пап, прекрати! Ты не имеешь права читать мне мораль! Не ты ли только что вышел из номера с какой-то голой девицей?! — Ну, ей хотя бы есть восемнадцать! А его я засажу за совращение малолетних! Елена ахнула. — Папа, пожалуйста, — бросилась было умолять, но Деймон поймал её за руку, дернул к себе, заставив развернуться, и крепко прижал к груди. — Ей семнадцать, Грейсон, а это возраст согласия в Нью-Йорке. Гилберт опешил: шумно выдохнул и нервно провел рукой по волосам. — Если тебе больше нечего сказать или спросить, уходи — тебя ждут. — Ты давил на неё. Она обожает тебя, а теперь ты и её начальник — это весомые доводы против тебя, Сальваторе. Так что вся эта чушь с возрастом согласия не прокатит! — Что ты несешь, папа? Неужели тебя совсем не волнует, что чувствую или хочу я? — Да что ты понимаешь? Такую окрутить «на раз-два»! — Это тебе, конечно, лучше знать! И вдруг мир замер. Елена моргнуть не успела, как Деймон поймал занесенную над девушкой ладонь, а саму её завёл себе за спину. — Только тронь, — с ледяным спокойствием предупредил мужчина, и Грейсон невольно отступил, не выдержав взгляда и тона Сальваторе. Сейчас Гилберт вспомнил, что уже замечал подобную вспышку в глазах Деймона, яркую, но мимолетную. Видел ее каждый раз, когда разговор касался дочери. Теперь же этот огонек разросся в настоящее пламя - мужчина защищал своё и не боялся заявить права на Елену. — Я уже говорил твоей жене и готов повторить снова, специально для тебя: я мокрого места не оставлю от того, кто сделает ей больно, кем бы он ни был. — А если ты сам? — с вызовом спросил Гилберт. — Даже если и сам, — уверенно ответил Сальваторе. Грейсон воспользовался положением соперника и ударил его свободной рукой в челюсть. Елена вскрикнула, когда Деймон, покачнувшись, лишь сильнее прижал её к себе и горячо прошептал на ухо: — Оставь нас, пожалуйста... — ослабил объятия. — Я не... — попыталась возразить девушка, но короткое «Лена» — и она уже перелезала через кровать, чтобы не приближаться к отцу. — Возьми у Лиззи ключи от моей машины, и пусть она покажет, где Кевин припарковал её. Девушка взглянула в последний раз на Грейсона и вышла. ***** Бывшая миссис Зальцман ответственно подошла к своему делу: она не просто отдала девушке ключи, но и лично препроводила её на парковку. То ли простое любопытство, то ли волнение за Елену, руки которой тряслись, когда она передавала просьбу Деймона, сподвигло женщину не оставлять возлюбленную давнего знакомого в одиночестве. — Водитель задвинул машину в дальний угол, но я не рекомендовала бы тебе сидеть здесь. Поэтому давай проедем вон туда, под фонарь. Там и камера есть, поэтому спокойно можешь дожидаться Деймона. Елена неуверенно кивнула, нервно перебирая ключи. — Позволишь? — мягко спросила Элизабет и осторожно вытянула брелок из дрожащих пальцев. Сняла сигнализацию и открыла перед девушкой пассажирскую дверь. — Не буду спрашивать, что произошло. Только скажи: в номере не будет трупов? — Я надеюсь... У вас ведь есть камеры в коридорах? Пожалуйста, проверьте, чтобы они оба вышли из номера... — Спросила бы: что, муж застал с любовником? Но ты, наверно, слишком молода для этого... Скорее парень застукал с папиком? Елена усмехнулась. — Почти — папа застукал с парнем. — Фу! Надеюсь, парень — это не о Деймоне! — И почему же? — Ему просто не подходит! Уже лет десять — точно! — Какая разница? — улыбнувшись, спросила Елена. — Тебя как зовут, деточка? — Елена. — Так вот, Елена, тебе стоит уяснить, что этот кобель не намерен больше никогда остепеняться! И если ты рассчитываешь на что-то большее, чем первоклассный секс, сними свои розовые очечки и иди играть дальше с плюшевыми мишками! Елена звонко засмеялась. — Что здесь смешного? — Уверена, Деймону будет приятно узнать, что вы о нем не такого уж плохого мнения. Я... про первоклассный секс, — добавила, когда собеседница непонимающе изогнула бровь. — Ой, да откуда мне знать! Это я так, чтоб тебя поддержать, — фыркнула женщина и показала жестом, будто её тошнит. — Деееймон, — брезгливо протянула. — Тьфу! — Вы первая женщина, которая так о нем отзывается. — Конечно! Он увёл у меня мужа! Елена шокировано открыла рот. — Хорошо жили, пока не появился этот... Сальваторе. — Вы до сих пор любите его? — Любовь — это ещё не все, деточка. Мы слишком разные, чтобы быть вместе. — А мне кажется, наоборот: вы с Риком похожи. — Ох, детка! Не оскорбляй так мою грудь! Не представляешь, сколько она стоила! — женщина приподняла вышеупомянутую часть тела. — Что ж, смотрю, тебе лучше! Я тогда побегу — дела, дела, дела... Если этот гад не появится в ближайшее время, жми на сигнал — охрана вызовет меня, договорились? Девушка кивнула, и её новая знакомая спешно ушла. ***** Елена вздрогнула, когда в окно машины постучали. Увидев Деймона, она облегчённо выдохнула и торопливо разблокировала двери. Едва мужчина забрался в прогревшийся салон, девушка села на колени и заключила его лицо в ладони, всматриваясь в любимые черты. — Боже... — выдохнула, увидев ссадину в уголке рта, и, не долго думая, лизнула успевшую подсохнуть каплю крови. — Я знал, что ты оценишь, — усмехнулся Сальваторе. — Ради подобного лечения действительно готов всегда ходить, как после спарринга. Возмутившись, Елена слегка ударила его по щеке, а потом грубо впилась в губы поцелуем. — Я так боялась... — пробормотала, отстранившись. — Чего? — прищурился мужчина. Она пожала плечами. — Он ведь меня не заберёт? — Я не отдам тебя, даже если решится. Ни о чем не волнуйся, любимая... Поехали отсюда? — Но куда? — А нам как будто некуда, — засмеялся, и Елена смущённо опустила глаза. Деймон завёл машину, подождал, пока его спутница пристегнется и резко газанул, унося их из места, где они провели несколько преисполненных счастьем часов. ***** С волнением посматривая на Елену, он мчал к себе домой. Девушка была чересчур тихой, неустанно смотрела в окно и нервно ковыряла собственные ногти. Деймон понимал её, наверное, слишком хорошо: нужно было переварить произошедшее, и итог мог быть абсолютно непредсказуемым. Так и вышло. На полпути Елена неожиданно громко всхлипнула и выдохнула: — Что же я натворила?.. Господи, Деймон! На тебя же тоже будут смотреть вот так, как я смотрела на отца! Как это противно! Мужчина свернул на обочину и заглушил машину. Выйдя, обогнул автомобиль и распахнул дверь со стороны Елены. — Выходи, — получилось слишком резко, но тон заставил девушку беспрекословно повиноваться. Взяв любимую за руку, он потянул её в сторону большого скопления людей. А потом остановился и, не позволив спутнице опомниться, поцеловал прямо посреди оживленной улицы. — Ты слышала хоть одно возмущение? — прошептал, отстранившись. — Им все равно, Елена. — Это другое... Ведь мы для них, - девушка кивнула за спину, - всего лишь какая-то влюблённая, парочка. Но ты публичный человек, и общество не примет конкретно тебя и меня... — Значит им будет не все равно до того момента, пока они не перелистнут ленту в своём телефоне на следующую новость. Те, кто мне дорог, знают, любят тебя и примут нас. А на остальных плевать с высокой колокольни. — Но... Мужчина вновь её поцеловал. — Мне нравится этот эксперимент, - усмехнулся, отстранившись. - Но папа?... - А с Грейсоном мы сможем поговорить завтра в более официальной обстановке. Елена опустила глаза, и Сальваторе понял её без слов: — Если захочешь, моя родная...