Свет моей души

Крик оглушил мое сознание до самых корней. Рукам вернулся нервный тремор, а ноги совсем перестали держать. Всё было как в тумане. Я будто бы вовсе не бежала, а просто еле перебирала ногами, злясь на саму себя из-за того, что не могла набрать скорость. У меня просто не было сил на это. Статная спина Влада была моим маяком, на который я ориентировалась в туманной пелене. Слёзы подступали уже где-то начиная с горла, перекрывая все пути кислороду. Я молила только об одном: только чтобы с Милли всё было хорошо. Мы быстро переместились на второй этаж, перелетев последние ступеньки лестницы. Первая комната принадлежала Лео, который уже как раз выбежал из неё. Его глаза выражали те же эмоции, что и у каждого из нас. Страх. Добравшись до нужной нам комнаты, мы немедля дернули ручку двери, чтобы оказаться там. Мы замерли в мучительном ожидании, не сумев сразу оценить ситуацию. Но я не стала долго приглядываться к тому, что именно произошло. Увидев Милли, которая сидела на полу и плакала, я сразу же бросилась к ней. — Дорогая, что случилось? Ты цела? — испуганно, я начала осматривать каждый участок её тела. Я смогла облегченно выдохнуть только тогда, когда поняла, что с ней всё хорошо. Милли вытерев слёзы одной рукой, забыв всё прежние обиды, обняла меня так крепко, что казалось мне не хватит воздуха. Она плакала мне в плече, будто искала поддержку только во мне. Я нежно гладила её волосы, будто убаюкивая. Главное, чтобы она успокоилась и смогла нормально всё объяснить. — Эй, посмотри на меня, — оторвались от удушающих объятий сёстры, я обхватила её лицо руками. — Что случилось? — Там…там, — голос Милли дрожал, звуча совсем не так, как в обычной жизни. — Я просто хотела поправить волосы… Взглянула в зеркало… А позади меня… Глаза. Такие страшные…желтые…совсем нечеловеческие. Как фантом…резко появились. Я так испугалась. — Желтые глаза? — переспросил Влад, который вместе с Лео всё это время стояли позади нас. В ответ Милли только неуверенно закивала головой. Истерика совсем сошла на нет, девочка просто вытерла заплаканные глаза салатовым рукавом своей толстовки. — Милая, может тебе просто привиделось? — я обеспокоено зажала ладонь сёстры. — Нет! Я же не слепая, — глаза Милли начали растеряно бегать по наших лицах, искала поддержку в каждом из нас. — Лео… Ну хоть ты мне веришь? Лео коротко переглянулся с Владом, а потом также опустился на корточки к нам. Рыжеволосый устало выдохнул, подбирая в голове наиболее оптимальный вариант ответа. Было видно, что парень боялся задеть чувства Милли. — В любом случае, тебя что-то напугало, — парень коснулся плеча девочки. — Давай сделаем так: сегодня ты переночуешь вместе с Лайей, а я как раз переберусь в соседнюю комнату. Не переживай. Я рядом и смогу защитить тебя с сестрой. Лео нежно улыбнулся, сразу настраивая нас на успокаивающую волну. Я даже ни разу не усомнилась в его словах. Я всегда буду чувствовать себя в безопасности рядом с ним, даже если буду отвергать его помощь. Я буду вечность ему благодарна. Милли кинулась в крепкие объятия парня, который кажется не ожидал такого жеста. Сначала Лео растерялся, но потом ответил ей, едва прикоснувшись руками к её плечам. Пока Милли удушала парня в мертвой хватке, я опустив голову медленно поднялась с колен. Подойдя к Владу поближе, я немного наклонилась к его уху и прошептала, как можно тише: — Ты же не против? — Лайя… Всё, что касается твоей безопастности, стоит у меня на первом месте. Даже если я не в восторге от чего-то, я всё равно согласен на любые условия, чтобы уберечь тебя. Я застыла в приятном ожидании, расплываясь в довольной улыбке. Мои глаза сразу начали бегать где-то по потолку, потому что мне было неловко. Он холодно отчеканил каждое слово отдельно, также присутствовали нотки раздражения и обеспокоенности, которые Влад пытался тщательно скрыть. Но я сумела словить мотив каждого его слова. Я вернула свой застенчивый взгляд на него, наслаждаясь его глазами с каждым днём всё больше. Иногда они были будто море, тёплое и спокойное, без единого признака бушующих волн, а иногда будто два осколка льда: холодные и неприступные. Меня так манит эта неопределённость. Меня притягивает его благородство и ум, но каждый раз, когда я позволяю себя утонуть в мыслях о нем, я вспоминаю то, что совершенно ничего не знаю об этом мужчине. Всё, что у меня есть это тот образ, что укрепляется в моей голове всё плотнее. И как же я боюсь ошибиться. Его голос гипнотический, бархатный, властный. Мне раньше казалось, что такого не бывает. Их создают писатели ради красивой картинки. Но Влад доказал мне обратное. И я тону с каждым днём всё сильнее, пытаюсь ухватиться за последние частички здравого разума. Это уже не остановить. *** Мягкие на ощупь листья какого-то далекого и неизвестного растения зеркально отображались в прозрачно-голубой воде маленького пруда, который был неизменным украшением сада. Ещё недавно сияющие совсем разными оттенками палитры розы, греясь на лучах солнца, сейчас выглядели скорее малиновыми, изредка отдавая нежными цветами. Запах, заполнивший атмосферу в саду, вокруг замка и завораживающий каждого из его обитателей делало это утро по-особенному чарующим. Этот сад смог бы стать настоящим сокровищем, если бы его выставили на каком-либо аукционе. Я трепетно коснулась розы, лепестки которой больше напоминали белые объёмные тучи. Закрыв глаза, я пыталась придумать мир и жизнь, которая кишела здесь ещё много лет назад. Наверняка в этом месте осталось много тёплых воспоминаний. Я представила маленьких детей, бегающих вокруг цветущих лилий. Их звонкий смех точно доносился на весь район. Я резко дернулась на месте от тревожного присутствия человека, точно наблюдающего за мной, которое пробрало до мурашек на моей коже. Я распахнула глаза и вместо тёплой картинки, видела перед собой всё тот же густой туман, серый и никому не нужный сад, который когда-то был особой частью этого замка. Я облегченно выдохнула, когда увидела Влада стоящего у самого входа в это место. Мужчина заправил руки в карман своих брюк, совсем не собираясь сдвигаться с места. — Действительно сад, который околдовывает своим видом, — тонко подметив, сказал Влад. — Я бы даже сказала, заставляет прочувствовать прошлое. — А вы уверены, что прошлое реально, мисс Бёрнелл? — А как же? Миру не двадцать, и даже не тридцать лет. Конечно прошлое существует. У всех оно есть. — Для меня есть только одна реальность… На моем лице застыл немой вопрос. Я не сразу смогла уловить суть его слов, поэтому даже не стала разбирать всё до мелочей. Может когда-то я сама приду к этому. Из раздирающей сознания тишины, нас вывел тихий приход Антона. Дворецкий держал в руках какую-ту книгу. — Вот, как и просили, — мужчина протянул книгу Владу, а после сразу же удалился. — Я не знал, что ты будешь в саду, поэтому хотел почитать здесь книгу, но твоё присутствие меняет ситуацию. — Мне уйти? Я замешкавшись уже сделала полуоборот, в попытке как можно быстрее избавить мужчину от своего присутствия. Но его взгляд будто бы нежно коснулся моей руки, разворачивая меня в прежнее положение. Я четко ощущала на себе невидимые прикосновения рук, но Влад стоял неподвижно. Это было лишь жутко разыгравшееся воображение я уверена. — Нет, ни в коем случае. Это было бы довольно грубо с моей стороны, — прочистив горло, хрипло произнес мужчина. — Что за книга? — указав пальцем на предмет в его руках, неуверенно спросила я. — «Разве ревут волы, когда ясли полны?» — Впервые слышу о такой, — я слегка нахмурила брови. — Украинская. Поверь, в этой библиотеке можно найти книги со всех уголков мира. — И о чем же она? — Тут глубоко изображают на широком общественном фоне жизнеописание преступника с момента его рождения до заключения на каторгу. Как не странно, ему читатель сопереживает намного сильнее, чем обычным людям. — Но он ведь плохой и должен вызывать обратные чувства. — О, Лайя. Нет ни плохого, ни хорошего. Ни чёрного, ни белого. Есть то, что удобно для общества. И то, что неудобно назвали злом, а первое добром. Я уже не впервые после разговора с Владом ощущала легкое недоумение, а после наступало озарение, принятие его слов, как должное. Он говорил те вещи, которые хотелось запомнить навсегда. Уловить их суть и жить по его правилам. Это же не сложно. Мне хочется просто сесть и слушать его речи. Мне не нужна близость и прикосновения, я просто хочу слышать его голос, что пробирает сознание до мурашек. Он проникает под саму кожу, взбудораживая все тело. Ровно с того момента как Влад появился в моей жизни, я почувствовала дикое облегчение. Я не знаю, как объяснить это, но так оно есть. Мне не хватало этого и я ни разу не усомнилась в его словах и своем выборе. Разве, что когда в замке начинает твориться чертовщина. Но почему-то я все равно спокойна. Влад пообещал, что со мной ничего не случиться. И этот успокаивающий низкий голос, будто стрелой пронизывает мое сердце. Я доверяю тому голосу, что слышу из прошлого. — Вот, держи, — мужчина аккуратно передал мне книгу, почти не касаясь моей руки, поэтому книгу я поймала в полете. — Почитай. Тебе понравится. Я непонимающе подняла свои карие глаза на Влада, а тот тепло и спокойно улыбнулся мне в ответ. Мне ничего не оставалось, как принять книгу с благодарностью в смущенном взгляде. Мужчина больше ничего не сказал, развернулся на каблуках и вышел из сада, оставив за собой терпкий запах его одеколона. Только аромат этот был не похож ни на что. Отдавались незримые нотки мускатного ореха в вперемешку со сладкими оттенками. Еще с первого моего прибытия в замок, я сразу ощутила запах лилий, не тот что был характерен Владу. Истошный и терпкий. Этот шлейф тянулся по всему помещению, во всех комнатах и не выветривался уже несколько дней. Этими цветами пахли вещи, кожа, и даже картины успели перебрать на себя этот аромат. Он преследовал меня все время, и не желал уходить. Удивительно, ведь никто из обитателей замка точно никогда не баловался духами с таким ярко выраженным запахом, а цветы и вовсе здесь не жаловали. Так откуда же взялся этот расслабляющий до головокружения запах? Какими тайнами пропитан этот замок, и когда наконец-то передо мной раскроется его история? Сколько здесь блуждает потерянных и отчаянных судеб. Главное не стать одной из них. *** Сама того не осознавая, я провела полдня в своей комнате за чтением той книги, что оставил мне Влад. Милли проводила время с Сандрой, совсем не нуждаясь в моем присутствии. А парней я вовсе больше даже не слышала. Когда глаза начали подпекать от продолжительного чтения, я слегка зажмурила их. Полностью иссякнув мыслями, я решила немного отдохнуть поработав. Немного странно, но это именно, то в чем я нахожу успокоение в последнее время. Моя работа — это мое успокоение от сумасшедшего мира, в котором я живу. Развернув картину, я аккуратно расположила ее на столе, а позже сама удобно садилась за него. Пару секунд я просто сканировала ее взглядом. Интересно каким был этот Хасан? Судя по тому, что я видела он был достаточно в близких отношениях со мной… То есть с Лале. Черт. Я даже не знаю, как реагировать на все происходящие. Подсматриваю ли я за чужой жизнью или же вновь проживаю свою. Но все те совпадения из моей реальной жизни никак не дают мне покоя. Может стоит рассказать все Лео? А может даже Владу. Только вот не посчитают ли они меня сумасшедшей. Я настолько погрузилась в свои догадки, что совсем забыла о прежде запланированном намерении поработать. Я вновь не успев даже взять в руки шпатель, начала терять сознание. А последнее, что я видела в настоящем — это притягивающие серые глаза Хасана. *** Османская Империя. 1444 год. Темно и сыро. Ни звука. Лале будто бы на секунду оглушило. Ни ощущений, ни чувств. Страха тоже не было. Конечности девочки обмякли и озябли, губы приоткрылись, а веки изредка подрагивали. Казалось, что вот-вот она проснется из принудительного сна, но это никак не происходило. Со временем звуки дали о себе знать. Лале вновь смогла слышать все, что происходило вокруг и даже различать голоса. Громкий шорох, обеспокоенный вой женщин, чьи-то шаги за спиной… И эти шаги точно не предвещали ничего хорошего. Девушка будто летала в параллельной вселенной, а тело все никак не хотелось поддаваться контролю. Лале-хатун почувствовала, будто она упала в яму и никто не успел ее поймать. Все голоса стали просто шумным фоном, которые даже разобрать толком было невозможно. Холодный всплеск воды, что в панике вылили на такую же ледяную кожу Лале, сумел вернуть ее на секунду в реальность. Девушка уже стала неразборчиво мычать, будто пытаясь взять свою реабилитацию в собственные руки. А потом опять шум, тонкой линией неприятно пищал в ее голове. Но потом пересилив все недуги и отсутствие здравого рассудка, Лале сумела открыть глаза, которые на тот момент ощущались, как увесистые свинцовые двери. Перед собой, она увидела бегающих вокруг нее учеников, а также Ходжам Мустафа, что всякими способами пытался привести девушку в чувства. — Что…что происходит? — голос Лале совсем дрожал, попала присущая ей нежность и спокойствие. Она вся дрожала, тело пронзило ознобом. По ее потерянным глазам было видно, что девушка еще не отошла от прошлого состояния. — Вы потеряли сознание, Лале-хатун. Как же хорошо, что вы пришли в себя, — учитель явно выдохнул с облегчением. — Мы сейчас же отведем вас в комнату. Вам нужно отдохнуть. Девочка взялась рукой за голову, понемногу приходя в себя. Она стряхнула подушечками пальцем капельки воды под глазами, которую пару минут назад вылили на нее в попытке привести в чувства. Лале слегка поднялась, освобождаясь из рук одноклассников, которые видимо по всему, успели поймать ее в момент падения. Лале отрывисто хватала воздух ртом, никак не в силах отдышаться. Девушка подняла глаза, в попытке найти тех людей, которые были ей также необходимы, как воздух. Но их уже давно здесь е было. Прошло две недели с тех пор, как пленников отправили учиться в казармы. Аслан и Влад навсегда пропали из жизни Лале, из-за чего девушка переживала неописуемое чувство одиночества. Ее друзья, что стали поддержкой и опорой в такой трудный момент в ее жизни, просто пропали. Теперь создавалось такое впечатление, будто бы их никогда и не существовало. Лале ненавидела Мехмеда каждой частичкой своего тела за то, что он лишил ее самого главного. Он лишил ее покоя, а их свободы. Будто бы почувствовав присутствия и мерзкого взгляда нынешнего Султана, Лале развернула голову. Действительно, позади нее стоял Мехмед вместе с приспешницей Нурай. Они оба сложили руки на груди, ехидно наблюдая за картиной. Их забавляло состояние Лале, будто они потешались над ее недугами. Но где-то в глубине, Мехмеда обуяла дикая злость и раздражение от того, что за его кузиной все так обеспокоено бегали. По его мнению она — никто, а все внимание должно доставаться только ему. Лале зло прожигала дыру в Мехмеде, а тот также даже не старался сделать вид, что ему это неприятно. Наоборот. В его душе черти хлопали в ладоши, а хитрая улыбка на лице это только доказывала. Наконец-то, Лале окончательно привела себя в чувства, даже сумев самостоятельно подняться. Голова все также немного кружилась, но на этот раз она контролировала процесс. Почти дойдя к своему месту, где она раньше сидела на уроках вместе с Владом, ее остановил голос, что каждый раз пробирал до мурашек. — Ходжам Мустафа, я заберу Лале-хатун на пару слов, — противно и немного пискляво произнес Мехмед. Это звучало, как жесткое утверждение. Он даже не собирался, что-либо спрашивать в учителя. Это они должны делать все, что прикажет Султан. — Не переживайте, я потом лично прослежу, чтобы Лале-хатун отвели в покои. — Конечно, не смею задерживать, султан Мехмед, — поспешно ответил учитель, на что Лале разочаровано вздохнула. Все они стали марионетками Мехмеда. Так быстро. Мехмед не стал долго задерживаться в классе, поэтому когда девушка подошла к нему почти вплотную, тот поспешно вышел на улицу, оставляя там недовольную Нурай. Всю дорогу они шли в тишине. Лале не имела ни малейшего желания общаться с Султаном, а тот судя по всему, не сильно спешил начать задуманный диалог. Молчание длилось мучительно долго, пока они не вышли к знакомому для девочки месту. Тренировочная площадка стала для нее местом грустных воспоминаний, ведь именно здесь она в последний раз видела своих друзей. — Ты догадываешься зачем мы здесь, моя дорогая кузина? — Мехмед развернулся лицом к девушке, с легким отторжением всматриваясь в её недоброжелательные глаза. Но они были такими не всегда. Только когда он находился рядом. — Не совсем понимаю ваших намерений, — уверенно ответила она. У Лале злость закипала где-то внутри, начиная с солнечного сплетения. Она ясно дала понять, что не намерена сейчас играть в «Угадайку». Она ответила размыто и резко, как бы отсекая дальнейшие несуразные вопросы. Она хотела услышать конкретику. — Хм, — парень хмыкнул в ответ, невольно поднимая уголок губ. Мехмед махнул рукой куда-то в сторону, где стояли бостанджи и властно прикрикнул: — Приведите их. Охрана султана, легко кивнули ему головой, после чего скрылись из виду. Все это время Лале непонимающе следила за реакцией Мехмеда. А тот с каждой секундой становился все безжалостней радостным. Его коварная улыбка не обещала ничего хорошего. И тут сердце Лале замерло. Откуда-то сзади появились те люди, которые казалось уже никогда не появятся в жизни хатун. К горлу сразу начал подступать непонятный ком, а в уголках глаз скапливалась солёная жидкость. Девушка хотела сорваться с места, подбежать к своим друзьям, но преградившая рука Мехмеда, остановила ее. — Нет. Ты стоишь тут. — Что ты хочешь, Мехмед? — прежняя злость не казалась такой всепоглощающей, чем сейчас. Но ей хватило только одного взгляда Влада, который наконец-то заметил ее. И вместо разрушающего пламени, появилась тоска в глазах. — Лале, — тихо прошептал темноволосый, застыв на месте. Аслан сразу отреагировав на слова друга, начал искать глазами ту, о которой он вспомнил. Парни переглянулись, ведь они также, как и Лале не понимали, что сейчас должно происходить. — Ну, что же, — Мехмед громко хлопнул ладонями, после чего хитро потирал их. — Мне очень интересно увидеть вас в поединке. Бой на мечах. Два друга. Это должно быть интересно. — Мы, что для тебя игрушки? К чему это представление? — первым вспыхнул от злости Влад, не побоявшись возразить султану. — Это приказ, парниша! И я хочу, чтобы ты смотрела на это, — Мехмед явно обращался к Лале. — Сердце будет разрываться за своих друзей, правда кузина? Жестокий бой без правил. — Я ненавижу тебя, — одинокая слеза, почти незаметно скатилась по разгорячённой коже девочки. — А будешь много говорить, заставлю их просто ножи метать друг в друга. Лале недовольно поджала губы в тонкую нить. Ее душило чувство несправедливости и безвыходности именно в этой ситуации. Они не могли противостоять Мехмеду, как бы не старались. Девушка смахнула предательские слезы, после чего взглянула на своих друзей. Те чувствовали то самое, что и она. Влад пытался успокоить Лале, прошептав одними губами: — Все будет хорошо. Только его усталая улыбка смогла вернуть ей прежнее спокойствие, но только на секунду. Юноши взяли мечи, и вновь неприятное чувство сдавило горло Лале. Она так боялась за них, за то, что должны сражаться друг против друга. Когда это было на уроке — это было совсем по-другому. Они учились, готовили себя к настоящим битвам. А тут просто прихоть Мехмеда, который возомнил из себя Великого Султана. Парни начали активно наступать друг на друга. Влад стал в стойку, уже готовясь поднять шпагу и нанести первый удар. Он резко прогнулся вперед, в то время как Аслан отступил назад, поэтому Влад даже не задел его. Аслан следил за каждым движением своего противника, слегка прищурив глаза. Через мгновение, они оба активно вступили в бой, соприкасаясь смечами, с целью отбиться и перехватить первенство. Они сражались гордо и без поблажек, будто действительно хотели выяснить, кто сильнее. Никто никому не уступал, а их сила была равносильна друг другу. Невозможно было предугадать исход этого боя. Сердце Лале замерло каждый раз, когда чей-то меч проскальзывал совсем близко возле лица. Она переживала как за Влада, так и за Аслана, а сердце не находило себе места. — Они не просто так сражаются, Лале, — Мехмед пробрался слишком близко к девочке, прошептав ей на ухо. Но она даже не хотела отводить взгляда от парней. — Они сейчас делят тебя. Но это предложение, заставило ее оторваться от напористого боя. Султан самодовольно улыбался, будто возвышал свой приказ о поединке. Лале стиснула пальцы в кулак, уже намереваясь грубо высказаться в сторону Мехмеда. Но пронзающий звук лезвия, а дальше неприятный стон парня, вновь обратил ее внимание на поле боя. Аслан выкинул меч на землю, поспешно бежал к своему противнику. Влад нагнулся телом над землей, прикасаясь пальцами к ране, которую ему оставили неосознанно. Лале хотелось сорваться с места и подбежать к ним, но не могла. Девушка начала всматриваться, что же именно произошло. Наконец-то, Влад поднял голову, из-за чего она невольно охнула. Почти весь его рот был испачкан алой кровью, а на верхней губе ярко красовался маленький разрез… *** Я резко распахнула глаза, немного запыхавшись. Осмотрев все вокруг и просканировав комнату минуту, я поняла, что вернулась в реальность. В голове металось уйму мыслей, но в настоящее недоумение меня привело только одно воспоминание. Поединок. Порез губы. Шрам Влада. Он… Он есть и сейчас…