Немая

      Я помню как я не любила свою метку, что обозначала мою пару. Шар, вокруг которого линии. Ровные. До ужаса. Как он переливался из черного в серый, а потом в белый. И ненавидела за то, что моя пара немая. Не сможет услышать, сказать. Ничего. Но... Как только я тебя увидела, ка ты радуешься жизни несмотря на то, что родилась такой, я начинала ненавидеть себя.       Ты тоже меня увидела. Рядом с тобой стояли парень с девушкой, которые с интересом понимали твой язык жестов. А потом внимательно посмотрели на меня. Я испугалась. До ужаса. И ушла. Засунув голову в капюшон кое-как из-за больших наушников, что играли мне очередной бит. Я чувствовала себя отвратительно. Очки сползали вслед за капюшоном, что норовился каждый раз слететь из-за позднего осеннего ветра. Я не слышала мир, впервые включив почти до полной громкости музыку.       Твои волосы, твои лазурные волосы развивались на зимнем ветру. А глаза. Наверное, ты хотела цвет волос в честь них. Они у тебя голубые и одновременно зелёные. Я подавляла каждый раз желание подойти к тебе и обнять. Больше никуда не отпускать и услышать хоть что-то. Что-то, что позволит стать тебе ближе. Ведь я никогда не смогу передать тебе своими битами. Никогда не смогу сыграть тебе на гитаре, никогда не услышу твой голосок. Даже когда я буду петь, ты будешь думать, что я что-то говорю в слух или забываю о том, чтобы записать тебе это. Я не видела смысла учиться петь, но все говорили что у меня прекрасный голос. Может это был такой обмен? Ну почему именно мне?!..       Ты замечаешь меня всё чаще, хотя мы просто учимся в одном здании. Я вижу как ты улыбаешься и немного смущаешься, когда замечаешь меня. А единственное, что я могу сделать это просто продолжать ненавидеть себя из-за родителей, что так давят на том, что я всё ещё могу и должна поступить на музыку. Что должна научиться петь. Что должна поступить на того, кого они хотят. И многого другого, на что я давно не ценю свою жизнь таковой ценной.       Ты подходишь ко мне на улице. Листва местной вишни обволакивают тебя. Ты протягиваешь мне розу. Белую розу. Единственное, что я могу сделать это поцеловать тебя в щёку, в надежде на то, что ты поймёшь, что я хочу сказать. И ты понимаешь. Озаряешь меня своей солнечной улыбкой и обнимаешь со всей силы. Я хмурю брови, вижу как за нами наблюдают те девушка с парнем и обнимаю в ответ. Отвратно. Отвратно от того, что именно я оказалась твоей парой и за мой дар ты расплатилась своим слухом и речью. Я быстро моргаю и отстраняюсь. Я раскрыла ладонь и как будто держу ручку начала что-то писать. Она вскоре поняла и вытащила блокнот с ручкой. Я написала свой номер, отдала и ушла. Через пару метров, я легонько посмотрела назад не оборачиваясь. Ты прыгала, пока те ребята улыбались и смеялись.       Ты расспрашиваешь обо всём, что может со мной связано. В комнате стояла на удивительная тишина. Её тут в помине не было, пока я тут. Даже во время болезни что-то играло. Родители в который раз заходили и проверяли меня. Смотрели странно и закрывали дверь снова. За ней шли перешёптывания. Я даже звук в телефоне отрубила. Ты писала много. Ты строчила так, будто от этого зависит твоя жизнь.       Скрипка. Единственный инструмент, что почти не использовался вообще. Но я играла без нот. На улице самые разные мелодии, что приходили на ум. Люди скапливались и слушали. Слушали, как под звон весны, я играла самые разные и абсолютно иногда не похожие мелодии. Смениваясь с весёлой до грустной, от тихой до динамической. И я вижу тебя в круге своей семьи. Вы как завороженные смотрели за мной. Пальцы болели от не прекращающей игры за несколько часов. И я попыталась максимально передать ту звонкую, весёлую, наполненной любовью и поддержкой, твою жизнь, что принесла в мою жизнь новые звуки и краски. Ведь такого у меня нет, мне доставалось лишь смотреть на тебя, узнавать через записки и большие сообщения. Ты улыбалась и я украдкой увидела как блестят твои глаза в этот день. И как мимо проходящие родители смотрели с шоком на меня. Я ненавидела скрипку и они прекрасно знали, я даже обходила её стороной до твоего появления. Так ненавистная на мне юбка, рубашка, а на ней чёрная, то ли синяя жилетка, немного пыльные туфли. Такая нетипичная на мне одежда, но так уютна.       Я прекрасно умела отдаваться всем телом музыке и я отдалась. Весна помогала. Засыпала меня листьями, летали птицы, подпевал ветерок, что нёс так необходимую прохладу для моих пальцев. И мелодия, что строчилась не переставая. Я ждала, надеялась, что ты услышишь всё что я пытаюсь сказать. И на последних нотах я услышала овации и хлопания в ладоши от твоей семьи и от тебя. Я была так рада, что смогла тебя порадовать. Я искренне улыбнулась, чем вела ещё в больший шок своих родителей и его партнёра. Мой звонкий смех разразил улицу и также быстро голос попросил всех разойтись по делам, ведь на сегодня концерт закончен. Для тебя я снова начала отдаваться музыке полностью, ведь уже есть способ тебе помочь слышать. И к этому времени я постараюсь стать лучше, чтобы ты могла без сожаления сказать, что любишь меня так же как я тебя.       Я уже не играю на встречах. На моём лице всё становится холодней равнодушие. А мой блеск глаз, что ты вернула, исчезает в это время. Родители попросили сыграть, но я отказалась. Мою игру на скрипке услышать только при тебе. Ты стала солнышком, что так не хватало в моём наигранном мире.       Сын партнёров с интересом и с азартом смотрит на меня. Но уже поздно. И я сбегаю. В своих немного обтягивающих брюках, в кедах, что были начищены до белого-белого, в рубашке, что стала на распашку и в своей любимой майке. Я на бегу собираю волосы в неровный хвост и замедлилась, придвигаясь всё ближе. Ты видишь меня и так радостно улыбаешься. Обнимаешь и мне ничего не остаётся как обнять хотя бы за плечи. Девушка хвалит меня за игру, когда ты отводишь меня к своей семье. Вас троя. Ты, твоя старшая сестра и брат. Твой милый отец и немного строгая, но заботливая мать. Я так хочу стать частью вашего мира. Сбежать из своего в твой радужный. Ты берёшь меня за руку и я иду вместе с тобой и твоей семьёй, что смеялась с того, как ты много про меня рассказывала.       Меня хотят женить на сыне партнёра отца. Но в день торжества я не прихожу. Получаю выговор от родителей и так мягко улыбаюсь, ощущая запах твоего парфюма на своей футболке, что давно была пахнуть только ландышем нашего стирального порошка и максимум пота. Отец махает рукой и продолжает бубнить. Мать запирает меня в комнате. Пусть они думают, что так для меня будет лучше, но это моя жизнь.       Я приезжаю к тебе. Мне было больше некуда идти, но твои родители разрешили и я живу с тобой в одной комнате. Я часто выходила во ваш двор играть на гитаре, потому не хотела рушать ту тишину, миролюбию, что царила у вас дома. Я часто сидела в наушниках сочиняя всё новые биты и выпускала их. Меня некоторые узнавали, я играла в самых разных местах. Ведь мне нравилось этим заниматься. А ты училась. А иногда рисовала или что-то рукоделила. Мои руки давно были в твоих сделанных браслетах. Пальцы в кольцах. Хна на теле, потому что тебе нравилась моя ровная кожа без всего, что так часто пугала меня.       Я бросаю учёбу и по несколько дням разъезжаю в самые разные места. Ты едешь вместе со мной, учась дальше по интернету. Тебе давали такие задания и время на них, что на них невозможно было найти ответ за время. Иногда я читала, что ты писала. Преподаватели были не против. А иногда ты общалась языком жестов, что я так и не выучила за всё время. Я чувствовала себя никчёмной и это было видно по моему лицу. Но ты подходила, целовала в щёку и крепко-крепко обнимала до хруста костей.       Родители искали, пытались вызвать к совести. А сын из-за азарта и похоже из-за спорта иногда меня преследовал. А я весело что-то рассказывала тебе и так радостно улыбалась, ведь ты слышала всё. Всё из-за маленького механизма. И ты так интересно слушала всё, что есть. И мою музыку особенно. Ты уже не представляла без неё свою жизнь, а я без тебя моё персональное солнышко.       Ты никогда меня не будишь. Даже если раньше встанешь. Нет, ты всегда заведёшь будильник на телефоне, пусть и на своём, но ты никогда не станешь так делать. Пока я не проснулась в одно утро. От своего имени, что так ласково произносили, максимально до скольки это можно было. И я услышала впервые твой голос за пять лет. Твой голос, что так нежно меня звал. Я видела как твоё лицо было весёлым и как ты целовала наугад моё сонное лицо. Я заплакала. Ты что-то пробурчала по поводу того, что я сломаю тебя, а я сказала, что ты сама меня чуть каждый раз не ломаешь. Твоё лицо становится смущенным и ты недовольно выставляешь губы. Совсем как ребёнок. А я звонко смеюсь. Ты вытираешь мои слёзы и крепко обнимаешь. Обнимаешь так, как никто меня не обнимет больше. И я растворяюсь в утренней неге, в твоём тепле и в твоём кольце рук, что так крепко держат меня и не собираются никогда меня отпустить.