Из другого мира

— Эй, Чонгук! Куда ты собираешься? — выгибает бровь Чонхён, опираясь на дверную раму, пока Чонгук пакует свой рюкзак в одно ранее утро воскресенья. — Ты так часто начал куда-то сбегать. У тебя что, девушка появилась? — хитро усмехается он. Щёки Чонгука тут же вспыхивают розовым. — Нет! — восклицает он. — Юнгём обещал сегодня записать меня в спортзал, вот я и собираюсь! — смущается Чонгук, а Чонхён улыбается, будто говоря: «И почему он всё ещё такой милый ребенок?» — Но когда ты вернёшься, сбежишь опять. Я слежу за тобой, братишка, — прищуривается старший, а Чонгуку хочется провалится сквозь пол на первый этаж, только чтобы немедленно прекратить этот допрос. — И мне кажется, ты сбегаешь в лес. — Чушь, — наигранно фыркает парень и мысленно молиться, чтобы ему поверили. — Нет, не чушь. Ты же знаешь, что там опасно? Почему ты продолжаешь туда бегать и пропадаешь там на целый день? — опять допытывается старший, а Чонгук судорожно перебирает в голове отмазки. — Я… Эм… Я рисую… Да… Эм… Природу…То есть, эм… Этот, как его… Лес… Эм… Издалека… Да, — мямлил Чонгук, а Чонхён широко улыбается от такого ответа. — Гуки, прекрати. Ты можешь мне не врать. Я хоть раз тебя отчитывал за что-то? — Нет, просто… Я не могу тебе сказать. Но со мной всё хорошо и будет хорошо, обещаю, — здаётся младший. — Ладно, — вздыхает Чонхён, — не хочешь, не говори. Но, по крайней мере, я буду знать, где искать твой трупик, — в него тут же прилетает подушка. — Хён! * — Ты монстр, Чон Чонгук, — выдыхает Юнгём, когда они наконец-то выходят из душного помещения. Он, как и обещал, записал Чонгука в спортзал, и парень теперь гордо ходит с высокоподнятой головой и галочкой напротив первого пункта в списке «сделать до 16». Сегодня же была первая тренировка, на которой оказалось, что Чонгук даже немного выносливее спортсмена-Юнгёма. — Как ты можешь так долго бежать на скорости 6 км/ч?! Как?! Как ты действительно продержался час?! — Прекрати, Юнгём. Это же было с перерывами, — невольно улыбается Чонгук от похвалы о своих внезапных способностях. — Да, с перерывами на 3 км/ч, я помню, — Юнгём возмущённо складывает руки на груди. Долгое время он был любимчиком тренера, а теперь это место будет занято его другом. Но почему-то вместо настоящего негодования он испытывает только лёгкую грусть от того, что не смог удержать эту планку дольше. Ведь Чонгук действительно заслужил. — Это даже был не час! Минут 40, — Чонгук тем временем пытается отнекиваться, но делает это скорее для приличия. — Это ничего не отменяет! — восклицает Юнгём. — Главное, теперь ты любимец тренера! Повезло тебе, говорит, с мускулатурой. Я тоже так хочу! — наигранно хмурится тот, а Чонгук только смеётся. — Ничего, ты же всё равно спортивнее, популярнее и круче, чем я, — успокаивает он друга. — Почему-то мне кажется, что не надолго, — усмехается Юнгём, представляя, как скоро ему придётся делить толпы фанаток с ещё одним человеком. Вдруг его кто-то окликает. Оба парня оборачиваются в сторону звука, где видят Бэма и ещё двоих ребят: Мингю и Донхёка. Все они друзья-баскетболисты Юнгёма, и Чонгука он с ними познакомил ещё на первой перемене. Их первая встреча ничем не отличалась от обычных знакомств с новыми одноклассниками, но Чонгук никак не мог нормально ответить на вопросы, чувствуя себя слишком неловко. Парни были хороши собой, уверенные, популярные, вобщем полные противоположности ему самому. Таким людям довольно сложно сразу найти общий язык, поэтому дружил Чонгук только с Юнгёмом, ну и, возможно, немного с Бэмом, ведь тот практически был приклеен к его другу. Сам Бэм был высоким худым парнем, который так часто находился рядом с Югёмом и ходил с ним вместе, что их уже считали за одного человека. Где один, там и второй. Да и характерами они были похожи. Чонгук сразу заметил, что они оба веселые, спортивные, оба не любят историю и едят одинаковую еду. Оба чувствуют себя прекрасно как и в компании, так и наедине, слушают одинаковую музыку и все друзья у них общие. Чонгук уверен, что если бы домой ему было бы в ту же сторону, то Бэм бы висел у Юнгёма на шее в прямом смысле этого выражения. Вобщем, не удивительно, что он с ними подружился практически сразу. — Эй, Бэм! Какие люди! — широко улыбается Юнгём и заключает друга в быстрые объятья. — Привет, парни! — здоровается он с остальными рукопожатием. — О, Гук. Ты что, тоже теперь в качалке зависаешь? — похлопывает его по плечу Бэм, повиснув на спине Юнгёма. Кажется, он там и останется до конца дня. — Да, решил привести себя в форму, — просто отвечает он, пожимая руку сначала Мингю, а затем Донхёку. Эти двое были не такими, как парочка их друзей. Мингю всегда глупо шутил, постоянно указывал на всё предчувствие и молол какую-то чепуху, за что получал безконечные подзатыльники от Донхёка. Этот же парень был намного умнее и строже характером, чем его друзья. Иногда он казался серьёзным опытным парнем, а иногда таким же школьником, как и остальные. Вобщем, идиллия. — Он спорт-монстр! У нашего тренера появился новый любимчик! — уведомляет Юнгём, а лица парней вытягиваются. — Ничего себе, ты крут, раз тренеру с первого занятия понравился, — удивляется Донхёк и бросает сквозь мусорку пустую упаковку чипсов. Чонгук очень скептически поднимает бровь, но не решается что-то сказать. — А мы как раз искали повод отпраздновать! — радуется Мингю, абсолютно никак на это не реагируя. — Вы с нами, или как? — А что ты отмечать собрался? — выгибает бровь Юнгём, поправляя волосы Бэма, которые, по видимому, щекотали его шею. Парень на это только довольно улыбался. — Ну как же, успешное выступление Чонгука в мир спорта, что же ещё? — довольно улыбается Мингю. — А какие же празднования без виновника? Чувствую, мы узнаем о нём кое-что новенькое. — О, отлично придумал, бро, — даёт ему пять Бэм. — Ну как? — он наклоняется ближе к Юнгёму. — Почему бы и нет? — соглашается тот, пожимая плечами. Кажется, ему было привычно таскать на спине этого парня. — А вы разве пьёте? — удивляется Чонгук. — Вы же, как бы, спортсмены… — Чонгук, мы не курим, потому что спортсмены, — поясняет Донхёк, — а пить нам никто не запрещал. Идём, хоть познакомимся нормально, — подмигивает парень. Чонгуку эта идея не нравится от слова совсем. Во-первых, он не пьет. Во-вторых, он не любит шумные места. И в-третьих, он сегодня до безумия хочет снова наведаться к Тэхёну. Ему просто не терпится ещё раз увидеть эти удивленние глаза, когда он проводит прямую линию от руки, или же услышать очередную классную шутку и просто поговорить в этой уютной атмосфере. Но с другой стороны… Возможно, это его единственный шанс нормально влиться в эту компанию, да и в школьный коллектив в целом. Возможно, Чонгуку это и не нужно было, но… Быть изгоем тоже так-то не очень. Плюс ко всему он может своим отказом показать слабость, а здесь новичку это делать принципиально нельзя, поэтому… — Почему бы и нет? — выдавливает он, а парни одобряющие хлопают его по спине. Чонгуку здесь не нравится. Они сейчас сидят в каком-то «кафе». Здесь шумно, много людей и довольно громкая музыка. Странно, что их вообще сюда пустили. Это «кафе» больше смахивает на клуб по атмосфере, но работает в 2 часа дня и тут по большей части школьники и молодые студенты. Оказывается, у Бэма здесь работает «баристой» лучший друг старшего брата, поэтому им продали коктейли без лишних вопросов. Интересно, как такие заведения вообще ещё работают? Как ни странно, здесь Чонгук находит несколько знакомых лиц своих одноклассников и парней постарше и даже младше. Мда, он и не думал, что практически единственный не посещает подобное места. Но это просто кафе по официальным данным. Просто музыку немного громче сделали, и столики сдвинули к стенам, чтоб комфортнее было. А коктейли здесь только безалкогольные и полностью безвредны, да. — Ну, что, по новой? — подходит к их столику официант с подносом новых коктейлей. У Чонгука уже после первого голова начала немного кружится, что уж говорить про добавку. Музыка давит ему на затылок, от чего гудит голова, так ещё и толпа людей, исходящий от них жар, духота… Чонгуку точно здесь не нравится. — Конечно же! — восклицает радостный Бэм и, стараясь не задеть локтем Юнгёма, сидящего рядом, передаёт всем напитки. — Хорошо здесь по воскресеньям, — говорит Гём, уже начав свой второй напиток, — народу не так много, да и проверок можно не боятся, — остальные согласно закивали. Либо Чонгук совсем социофоб, либо он чего-то не понимает, но для него здесь очень много людей. Конечно, заведения не забито посетителями, но заняты практически все столики с учётом того, что многие стоят около столов с безплатными пончиками и другими мелкими сладостями. От этого ему становится ещё более некомфортно, даже когда музыка начинает играть тише. — Эй, Гём, — зовёт Мингю, — смотри, какая красотка на тебя пялится, — он кивнул в сторону, и Чонгук обернулся. Какая-то довольно симпатичная девочка действительно то ли дело поглядывала на Юнгёма, но как только заметила взгляды в свою сторону, тут же отвернулась к подносу с фруктами в шоколаде. Юнгём хмыкнул. — Думаешь, мне стоит подойти к ней? — Почему нет? Ты не раз так уже делал. Возможно, найдешь себе девушку наконец, а то холостуешь уже несколько месяцев, — подбодрил его Донхёк, и Юнгём поднялся с места, огибая Бэма, который сидел с не очень довольным выражением лица. — Уговорил, — он усмехается, делает уверенное лицо и направляется в сторону уже красной до кончиков ушей девушки. — И часто вы так делаете? — невольно спрашивает Чонгук, даже не прикасаясь к своему напитку. — Когда хотим найти девушку, — пожимает плечами Донхёк. — А ты разве никогда так не делал? — Как-то не приходилось, — немного неловко отвечает парень. — Да ладно, у тебя что, девушки никогда не было? — удивляется Мингю, а Чонгук неуверенно кивает. — Да ладно?! Серьезно? Это так… Странно? — восклицает он, и уворачивается от профилактического подзатыльника Донхёка, взгляд которого так и говорил: «Не обсуждай чужую личную жизнь, придурок!» — Почему? — удивляется Чонгук, так и не увидев взгляд Донхёка. — Ну, ты… Эм… Красив, как бы, и не глупый вроде. Странно, что этим не пользуешься, — Бэм задумчиво отпивает напиток из трубочки. — Чувак, тебя срочно надо спасать. Прикинь, если в школе узнают об этом? Ты станешь самым не популярным чуваком в самой популярной компании. Не иметь никакого опыта — не круто, — похлопывает его по плечу Мингю, а Донхёк впервые за весь вечер согласно хмыкает. — Это будет фиаско, Гук, тебе лучше поторопиться, — говорит ему Бэм, а Чонгук смотрит в сторону Юнгёма. Тот уверенно флиртует с девушкой, и она застенчиво смеётся с его шуток. И как он может вести себя так уверенно? А Чонгук даже не целовался ещё ни разу. Возможно, парни правы? Возможно, это действительно фиаско? Неужели он вообще не крутой? Он мысленно добавляет в свой список «сделать до 16» пункт «поцеловаться», ставит его на второе место после «следить за диетой» и вздыхает. — Не парься, чувак, мы тебе поможем, — уверенным тоном заявляет Бэм. — Да, и начнем уже скоро. И запомни: чем больше, тем лучше, — добавил Мингю и встретил взглядом довольного Юнгёма. — Ну что, ловелас, как там? — Завтра после занятий идём на свидание, — сообщает он, садясь на свое место, на что получает довольный гул парней. — Да ты красавчик, Гём! — похлопал его по спине Бэм, но он казался не слишком радостным. — Научи Чонгука так же. Он у нас, оказывается, не опытный в таких вещах. — Серьезно? — округляет глаза парень, смотря на Чонгука. — Ну ты даёшь… Ну, ничего, мы это исправим. А пока, по новой? Почему у Чонгука внутри такое странное чувство? Ему… Неловко? Стыдно? Смотря на то, сколько всего знают его ровесники, живя современной жизнью подростков с выпивкой и многочисленными свиданиями, он чувствует себя иным. Может, он и впрямь упускает что-то важное? * — И почему ты такой ребенок? — вздыхает Тэхён, когда Чонгук рассказывает ему эту историю тем же вечером. Они снова сидят у озера и рисуют, паралельно разговаривая о всяком. Тут, в отличии от шумного «кафе» тихо и спокойно: шелестят листья деревьев, иногда поют птицы и везде слышен запах свежести. — Я не ребенок! Ты вообще не на много меня старше! — восклицает парень, давно забыв о своем занятии. — Ты уверен? — насмешливо поднимает бровь Тэ и продолжает: — Ты ничего не упускаешь, Чонгук. У каждого свой темп и образ жизни, и ты не обязан бежать за всеми. Сам же говорил, что тебе не хорошо в многолюдных местах, а теперь рассказываешь, что готов пожертвовать комфортом ради популярности, — хмыкает старший. — Я понимаю, что для тебя сейчас важна репутация, но, пожалуйста, не дай этому испортить себя, — Тэ возвращается к рисованию лесного пейзажа, а Чонгук задумывается. Тэхён… Прав. Но всё же… Парень поднимает взгляд перед собой и замирает. Он видит жёлтые глаза. Хищные жёлтые глаза, которые тёмным силуэтом медленно приближались в их сторону. — Тэ… — Да? — парень продолжает спокойно вырисовивать деревья на своем листочке и ничего не замечает. — В… Вол. Волк, — заикается Чонгук, дрожа от страха, совершенно позабыв и об их недавнем диалоге, и вообще обо всем. — Думаешь, я смогу нарисовать волка? — всё так же беззаботно спрашивает зеленоглазый и улыбается. — Ты так мило веришь в меня, но, думаю, мне пока будет сложно это сделать без твоей помощи. Ты же у нас всё рисуешь только по правилам, а их даже не знаю. — Н… Нет, т-т… Там, волк, — он дрожащими пальцами указывает на жёлтые глаза, которые стремительно приближались. Сердце колотилось просто бешено, пытаясь вырваться из груди и убежать отсюда первее самого своего обладателя. Это был просто ОГРОМНЫЙ серый волк с ОГРОМНЫМИ хищными глазами, который был очень близко. Что он вообще делает так близко к городу, да ещё и один?! Чонгук уже мысленно попрощался со своей семьёй и друзьями, ибо смерть, казалось, была неминуема. Ведь, даже попробуй он сбежать, волк слишком близко и догонит его в два счета. Тем временем Тэхён подводит взгляд и всё ещё улыбается, когда этот зверь немного разбегается (сердце Чонгука сейчас остановится от страха), валит зеленоглазого на траву и… Лижет ему щеку? Что? Тэхён смеётся и пытается отвернуть своё лицо от большого волчьего языка. Чонгук в шоке. Он просто застыл на месте, и был не в силах даже пошевелить пальцами. — Казу, прекрати! — смеётся Тэхён, всё ещё уворачиваясь. — Ты не вовремя! Чонгук же испугался! — волк перестает облизывать лицо парня и переводит свой хищный взгляд на Чонгука, направляясь к нему. Он смотрит ему прямо в глаза. Чонгуку настолько страшно, что, кажется, умрёт скорее из-за сердечного приступа, нежели от зубов волка. Он где-то читал, что эти хищники подчиняются силе (он удивляется, как вообще может здаво мыслить в такой момент), и только тогда не трогают, поэтому скапливает всю силу и смелость, которые остались в его парализованом от страха теле и просто смотрит волку в глаза. ОН СМОТРИТ В ГЛАЗА ВОЛКУ. Его мозг паникует, сердце стучит так, что отдает в висках, но он смотрит. Господи, как же это тяжело. Волк не моргает, и подходит вплотную к лицу парня. Прижмуривается. Несколько секунд тянутся вечность. Чонгук взглатывает, но продолжает себя успокаивать и играть в гляделки с волком. Он не замечает ничего вокруг, даже Тэхёна, который очень беспокойно наблюдает за этой картиной, борясь с желанием бросится к другу, но не вмешивается. Волк пристально изучает реакцию Чонгука, открывает пасть и… Облизывает его языком? Сердце парня падает куда-то в пропасть в этот момент. Тэхён довольно улыбается и расслабляется, а волк лижет Чонгука ещё раз и отходит, удобно пристраиваясь у бока Тэхёна. — Он принял тебя, — довольно выдыхает парень, а Чонгук тянется ладонью к своей только что облизаной щёке, всё ещё перебивая в шоке от происходящего.  — В… Волк? — глупо переспрашивает он. — Ты… Ты дружишь с… Волком? — Да, — смеётся Тэхён. — Знакомся, это Казу, — парень гладит по голове зверя, на что тот недовольно рычит. Зеленоглазый цокает языком и прекращает свои действия. — Я боялся, что ты не выдержишь, но он признал тебя! Я в шоке! Но, думаю, подобное бы не сработало, не будь тут меня. И всё же… Откуда ты знал? — Я… Я читал… Где-то, — выдихает Чонгук, со всех сил стараясь успокоиться. — Это хорошо, значит, теперь ты здесь будешь в полной безопасности, раз смог примириться с вожаком стаи, — взъерошил свои волосы Тэхён. — Только не гладь его и старайся не злить, он всё-таки хищник. — Уж постараюсь, — на одном дыхании пищит парень, глядя на волка, который явно собирался вздремнуть. Тэхён весело хихикнул. — Да не бойся ты, он тебя не тронет. Продолжим? — парень улыбается и спокойно берёт в руки свой листик и карандаш, собираясь начать рисовать. Он вёл себя так, будто болтает с волком каждый день. — Ты серьезно? У тебя под боком спит самый настоящий волк, а ты собираешься рисовать? — сердце Чонгука всё ещё предательски пытается покинуть грудь. — Ну да. Он просто спит, Гуки, и не тронет тебя, я обещаю, — Чонгук бы с этим поспорил. Но Тэ взъерошивает его волосы и просит оценить свои творения. Как ни в чём не бывало разговаривает, подшучивает над другом и смеётся. У Чонгука в голове не укладывается… Тэхён дружит с волком? Да ещё и не с каким-то там, а с вожаком стаи. Ахренеть… Кто же он? Парень быстро мысленно пинает себя за такой вопрос и глубоко вдыхает. А со временем даже успокаивается и тоже начинает рисовать, стараясь не думать ни о чем. Волк то и дело меняет позы для сна, а потом и вовсе начинает позировать для зарисовок парней. И это странно, но… Чонгуку становится как-то хорошо, как-то спокойно и счасливо. Даже в сумеречном лесе. Даже плечом к плечу с волком. И даже если всё происходящее невозможно объяснить. — Ты видишь эти звёзды? — Тэхён указывает на созвездие в ночном небе, когда они лежат на поляне поздно вечером. В другой день Чонгук бы волновался, что получит очень хороший пинок под зад от мамы за такой поздний приход, но не сейчас. Он попросил Чонхёна прикрыть его, если что, поэтому не спешит портить такой хрупкий момент. — Это созвездие Большой Медведицы. А вот то, — он указывает чуть ниже, — это Маленькая Медведица. Они похожи на кувшины. — Да… Они кажутся такими маленькими, но на самом деле просто огромны, — выдихает Чонгук. Он никогда раньше не интересовался ночным небом, и уже в который раз убеждается, что зря. Какое же оно невероятно прекрасное… — Они же как планеты, только отражают свет. Поэтому я не верю, что, когда падает звезда, желание сбывается. Ну, во-первых, это даже не звезда, а во-вторых… — его оборвало фырканье Тэхёна.  — Это не так! Какой ты приземлённый, Чонгук. Вот мне, например, рассказывали одну сказку о звёздах ещё в детстве, — он улыбается воспоминаниям. — Там говорится, что каждое космическое тело — незаконченная работа Магии, что создавала этот мир. Поэтому, если увидить такой и загадать желание, его услышит сама Владычица, и исполнит его для тебя, — Чонгук неверяще поднимает брови, но не спорит. Он смотрит на Тэхёна и невольно задерживает взгляд. Его лицо в лунном свете выглядит ещё красивее, а в волосы как-будто вплели серебряные нитки. Его зелёные глаза сияли в таком освящении, и это выглядело просто… Великолепно. Тэхён выглядел великолепно. Что-то внутри груди Чонгука начало шевелиться (не в прямом смысле, конечно). Что это? Он так засмотрелся, что пропустил сквозь ушей вопрос Тэхёна. — А, что? — как-будто вышел из транса Чонгук, а Тэхён лишь понимающе и нежно улыбнулся. — Ты красивый, говорю, — его улыбка стала немного хитрее. Он явно говорил не об этом ранее, но Чонгук невольно покраснел и поблагодарил вселенную, что сейчас темно и мало что видно. — С… Спасибо, ты… Эм… Тоже, — Чонгуку хотелось ударить себя за такой глупый ответ, но Тэхён лишь хихикнул и снова вернулся к звёздам, не желая смущать Чонгука. На небе сверкают тысячи огней. Где-то там есть огонь, зажжённый именно для него. Вдруг Чонгук замечает сияющую полосу в небе. Всего на две секунды, но этого достаточно, чтобы понять, что именно произошло. Сам не веря в то, что делает, парень закрывает глаза и загадывает желание: «Хочу быть счастлив…» Тэхён смотрит на него с некоторой нежностью, и Чонгук снова смущается. Но почему? Чонгук и сам не понимает. Он уже ничего не понимает.