Тихий час с мамочкой

      Сакуру будит шорох одежды и возня на кровати. Она моргает, поворачивая голову, глядя поверх своего сына, который громко посапывает и обнимает ее, чтобы увидеть за ним своего мужа. Он дует губы и ворочается на краю кровати, устраиваясь поудобнее, прежде чем вздыхает и решает лечь на бок, занимая оставшееся мизерное пространство.       — Как ты могла?       Она прищуривается, глядя на него:       — Тебя не было слишком долго, а я устала.       — Жена, — он смотрит на нее самым сухим взглядом, на который только способен, — меня не было всего сорок минут. Как, черт возьми, тебе удалось заставить их надеть пижамы и уложить их без меня?       Она не упоминает, как, воспитывая их выводок, она практически всегда делала это без него. И у нее гораздо больше практики, поскольку ей еще с подросткового возраста и до двадцати лет приходилось иметь дело с инфантильными сокомандниками. Не то чтобы это было соревнование или что-то в этом роде, но Сакура почти уверена, что только из этого опыта она превосходит Мадару в том, как обращаться с детьми. Нет лучшего способа выработать терпеливость, чем иметь дело с идиотами, которыми являются твои товарищи и по совместительству лидеры команды.       Но Сакура помалкивает, потому что это заденет мужское самолюбие Мадары, не говоря уже о том, что ранит его чувства, поэтому вместо этого она ему улыбается.       Осторожно он разжимает крепкую хватку их сына на ее волосах и пододвигает его, прижимая к своей груди. Он зарывается носом в кудрявые волосы Кагами:       — Хм, а как ты относишься к еще одному?       — Ты серьезно предлагаешь завести еще детей, когда этот, — она показывает на свой большой живот, — еще даже не родился? — Затем Сакура махает рукой на остальных спящих детей, лежащих с другой стороны от нее.       Он хихикает.       — Количество важнее качества, моя дорогая.       — Хорошая попытка, выпендрежник, но в данном вопросе именно качество важнее количества. Можешь попробовать спросить меня об этом еще раз через пять лет.       Он на нее дуется.