The Brroom

Тишина спальни наполнилась сладкими, довольно однозначными стонами. К счастью, в волшебном доме можно было творить магию, поэтому за пределами комнаты очевидностью не пахло. Войти же в комнату было можно, потому что как ни запирай, взрослый маг этого дома - отопрет. Тем не менее, вряд ли у Михае возникнет желание в четыре утра проверять, как спят детишки в опочивальне, с одеялом а-ли без. Ирония иронией, а Сена не очень понимал, зачем, что и почему, да еще так рано. Но Хирума не спешил. Заспанная и чуть растерянная мордаха, на которой появляются краски жизни от невинного удивления до явного возбуждения, была Йоичи по вкусу. На самом деле он тоже предпочел бы выспаться. Но будильник, планы, нервы, а потом сам Сена, что увлеченно прижимался и терся к нему сквозь сон - все решили за него. - Зачем… так… рано? - говорить Сене было тяжело, потому что ощущения зашкаливали, приходилось упираться в плечи и всячески сопротивляться, иначе разрядка могла наступить в любой момент. Йоичи не стал отвечать по понятным причинам - глупо отвлекаться в такой момент, как прелюдия к главному блюду. - То, что ты хотел купить… продается так рано? Хотелось придушить креветку за несвоевременные вопросы, так что Хирума, проигнорировав его, без предупреждения вошел на всю длину, ладонями сжимая талию, выгибающегося под ним игрока. Тяжелое сбивчивое дыхание, легкие стоны… Йоичи склонился к Сене, терпко целуя. - Не больно? - собрал губами пару слезинок в уголках глаз и получив отрицательный ответ - продолжил. Сена больше не спрашивал, но прекрасно знал, что Йоичи ему ответит потом. Никакой магии! Тот шепнул ему на ушко. ** - Да, папенька, - Михае тоже хотелось спать, но на звонки главы рода надо было всегда отвечать бодро, звонко, жизнерадостно. К тому же, по мнению ее отца, в пять утра всем положено встать и начать готовить завтрак. Итихара Домэки фигура известная в определенных кругах, имеет славу местами одиозную. Что никак не может помешать ему поднимать жену и дочь в пять утра готовить завтрак. Поэтому сколько-то секунд Домэки вместо дочери разглядывал потолок, потому что Михае спешно приводила себя в порядок, к своему неудовольствию, магией. - Твой муж скоро вернется с работы, - напомнил Домэки так внушительно, будто намечался съезд мирового магического сообщества. - Его надо хорошенько кормить. Он снова задерживается? Михае вымученно улыбнулась. Ей было плохо, и скрывать это от отца было почти невозможно. - Что происходит? - тут же поинтересовался Домэки. - Что у тебя творится дома? Ему вполне хватит сил понять это на расстоянии. Просто все настолько странно, что, скорее всего, он не поверит, даже если поймет. - Михае… - тихо и напряженно сказал отец, заставляя дочь вздрагивать. - С моим единственным внуком все хорошо? - Все хорошо, - выдавила она, чувствуя, как сердце сжимают чужие длинные черные пальцы. - Мне пора. Тебя тоже зовут. Да, мать Михае - Ёнико не собиралась просто так терпеть такие побудки, так что собиралась заставить великого мага, к слову омъедзи, помогать ей и домовикам готовить завтрак. Были они два сапога пара, поэтому до сих пор прекрасно жили вместе, не растеряв былых чувств. - У нас сегодня гости, - самым недовольным голосом заявил Домэки, не спеша завершить разговор. - Этот приедет. Этот - не оправдавший великих надежд сын, женившейся на вдове с ребенком. Михае не завидовала малышу, так что ни раз предлагала Ичимэ на время таких визитов оставлять ребенка ей. “Малыш” был примерно возраста Сены, но от пренебрежения вряд ли было менее больно. Тем не менее, брат принципиально отказывался. Может, считал, что сыну нужно пройти через это испытание. Как итог, внук у рода Итахара был один, носил фамилию Кобаякава и был бы максимально избалован дедом, если бы не считал, что все-таки, это другая фамилия, а значит другой род. Что с этим делать Домэки сам не знал, просто продолжая максимально одаривать вниманием дочь и ее семью, в надежде когда-нибудь увидеть Сену во главе своего рода. К слову, вмешиваться даже в совершенно чужие рода было Домэки не впервой. Хотели того волшебники или нет, к нему приходилось прислушиваться. Одному он даже угрожал, что заберет их сына и возьмет себе в ученики, раз воспитывать ребенка они не умеют. Михае все прекрасно знала и даже местами понимала (хотя кое-что и не принимала), но как сказать отцу то, что она почувствовала сегодня утром - совершенно не представляла. Как сказать это мужу? Тоже непросто, но для папеньки это будет удар. Детей от Сены он, видимо, не дождется. Михае знала, что мудрее будет молчать и ждать. Но женская интуиция подсказывала ей, что влюбился ее сын навсегда. Все мужчины в их роду были однолюбы. Рушить жизнь сыну ради наследников рода? Она не хотела, но у Домэки наверняка свои мысли, раз он так остро относится к Ичиме и сыну его жены - Масамуне. - Подумай, что ты мне хочешь сказать и выйди на связь потом, - вдруг сказал Домэки. - Твое сердце в растерянности. Тебе страшно. Кого ты боишься? Меня? Но разве я когда-либо выгонял Ичимэ из рода? Разве Масамуне хоть раз сказал отцу, что не хочет ко мне ехать? Выдохни, Михае, мы все люди. Даже если характер не очень, все можно пережить. Даже я переживу. Скажи… он… не ранен? - Конечно нет, - выдохнула Михае, вытерев слезу. - Просто ты расстроишься. - Ничего. Готовь иди ужин, корми детей завтраком. Потом поговорим. Уже когда Михае достала кастрюлю, глядя на грустного домовика, который хотел помочь, до нее внезапно дошло. - Детей? Вряд ли это была оговорка. - Вам помочь? - Хирума спускался по лестнице, и Михае невольно задержала на нем взгляд. Она знала его задолго до появления в этом доме. Конечно же заочно, по колдофото в том числе. Так или иначе, все известные рода в Японии немного да общаются. И нет такого, про который не знал подробно ее отец. У парня была строгая мать, склонный к темной магии отец, а мальчик хотел играть в квиддич и играть честно. Михае догадывалась, как непросто быть на его месте. Вот и сейчас, он явно играет роль примерного мальчика, потому что так надо ради Сены. - Иди сюда, - Михае с улыбкой позвала его. - Хочешь покажу, как маглы готовят? Сене это очень нравится. Смотри. Она показала длинный и опасный даже на вид нож. - Почти кинжал, да? Йоичи заинтересовался. В глазах проснулось искреннее любопытство. - Пока соня спит, давай попробуем его удивить, - предложила Михае. Хирума с энтузиазмом кивнул, и ему вручили нож. - Я… - Хирума положил нож на стол, вздохнув. - Должен кое-что сказать, потому что вводить в заблуждения неправильно, а Сена решится не скоро, долго будет страдать и думать, как сказать. Я… Михае провела рукой по его волосам и щеке, нежно улыбнувшись. - Я буду на твоей стороне, не волнуйся и будь собой. Как ты думаешь, он будет рад тыкве с утра? - Он готов ее есть хоть пять раз в день, - фыркнул Хирума, а потом снова вздохнул. - Правда все в порядке? - Не все наши родственники это примут, но я буду вас защищать от их нападок. Для чего еще нужны родители? Хирума взялся за нож, глядя на стол. Действительно, для чего нужны родители? Он пока не понимал, потому что, ему казалось, что родителей он видит впервые. ** - Как ты думаешь, что мой отец такой злой пришел? - поинтересовался Сена, внимательно глядя на Хируму, который паковал рюкзак. Вот он замер. - Я могу предположить только одно. Если дело не во мне, то он пересекся с моим папенькой, и они повздорили. Сена поежился. - Представляю, что там было. - Представляешь? - поразился Йоичи, поднимая взгляд. - Например? - Раз пришел таким, значит, его задели за живое. А когда его что-то задевает, то так просто он это не оставляет. Никогда. Хирума уселся в кресло, с интересом глянув на Сену. - Ты не преувеличиваешь? - Нет. Отец очень принципиален. Он вежливый, интеллигентный, если не переступить грань. Тогда с ним… Хирума слегка усмехнулся, Сене показалось, что с нежностью. - Прям как ты. Такой милый, а как прижмешь к стенке, так всем можешь дать дрозда. Сена фыркнул. - Дать дрозда… тебе надо меньше общаться с маглами. И, кстати, нам пора выходить. Ты хотел что-то купить до визита к ним? Хирума уверенно кивнул. - Я сделал предзаказ. Осталось только забрать. Глядя на его зубастую улыбку, Сена невинно улыбнулся. Кажется, будет весело!