The Brroom

Тишина. Его слова встретила недоуменная тишина. Конечно, кто-то в ней чертыхнулся, кто-то сглотнул слюну, но все равно она была звенящей. Первым пришел в себя Мусаши. Даже не попытавшись откашлять недоумение, он провисшим голосом поинтересовался: - Как такое безумие пришло тебе в голову? - Ген, не дожидаясь ответа, повернулся к Хируме. - Йоичи. Хирума тоже переваривал идею, брови его были чуть нахмурены, на лице привычная полуулыбка с одним клыком. - Абсурд, - прошептал он с усилием. Казалось дальше он должен усмехнуться, и сообщить, что идея в стиле Сены, и пусть он пробует. Вдруг выгорит? Но ставки слишком высоки. Даже для Хирумы. Вернее, особенно для него. Поставить на кон всю жизнь? Всего себя? - Ради чего? - строго спросил Оливер Ларкинз. Он уверен, это хотят знать все, в том числе Хирума. Почему малышарик (это он про Йоичи) не мог это принять Оливер прекрасно понимал. Почему же Сена так упрям? - Он тоже человек, - жестко отвечает Кобаякава. Маги начинают возмущаться, но Сена заставляет всех замереть одним взглядом, никакой магии. - Он еще человек. - Ты хочешь дать ему последний шанс, креветка, - с недовольным лицом пояснил Хирума. - Дать шанс тому, кто должен так и так умереть. По любым законам. Любого мира. Сена упрямо сложил руки. - Он может умереть один раз, может десять, или сколько он там крестражей наделал или наделает! Но потерять душу… - Он уже… - Сена отмахнулся от Оливера, но тот пожал плечами. - Не в философском смысле! В прямом! У него должен быть выбор, последний выбор. - Сена. То, что ты предлагаешь, глупость и безумие, - вступила Мамори, видя, как побелел Йоичи. Тот собирался согласиться, хотя идея ему так и не понравилась. - Йоичи! - потребовал Сена. - Ну схвати его за руку, Сена! - в сердцах рявкнул Хирума. - И скажи больше так не делать, Ай-яй-яй! На том совещание было временно приостановлено, потому что Кобаякава бросился догонять Йоичи. ** В комнате было тихо. Они уже словесно помирились, и сейчас просто валялись в обнимку, думая о действиях коллектива. Они не собирались бездействовать и сдаваться. Но двадцать-двадцать-один не так уж много. Им хотелось играть, играть дальше. Хотя для Хирумы игра в квиддич стала скорее хобби. Он нашел работу, которая нравится, даже две. Первая заключалась в организации игр, достойных Сены. Пока он работал вместе с отцом Сены, но когда-нибудь потом, а может никогда… Никогда, потому что работа в министерстве ему тоже нравилась. Ему нравилось приближать два таких разных мира, вправлять то маглам, то магам мозги. Ему казалось, что в этом его призвание. Волан-де-морт хотел всего этого его лишить. Сена же думал о Снейпе. Слишком ярко сейчас вспомнилось, в каком отчаянии он заявился к ним всего неделю назад. Ему казалось, что все потеряно. Все, что только можно. К счастью, так думал только Северус. Но в итоге, пытаясь найти выходы, они узнали про крестражи и про пророчество. Оставалось малое - спасти Поттера и его семью. Не сказать, что Снейп и Поттер стали друзьями. Но Альфа-Леонис то ли сильно любила, то ли сильно ненавидела Лили. Непонятно человеку со стороны, но все очевидно близким друзьям. Быть может странная, но самая настоящая дружба. И позволить подруге погибнуть она не могла. - Можно ли изменить пророчество? Чтобы он отстал от них? Перестал искать Гарри? - прошептал Сена. - Можем подсунуть новое. - Как? - подивился Кобаякава. - Пустить слух, заплатить гадалке, дать матери Снейпа поколдовать и во-а-ля. Шар исчезнет в его же руке, понять, что это подделка он не успеет. А если успеет, то все равно доля сомнения останется. Заставит его действовать хаотично… - Но это же недоста… Хирума усмехнулся. - Кого Поттер оставил Хранителем Тайны? - Блэка? Хирума покачал головой. - Петтигрю. Он хочет уговорить его. Неожиданный ход, верно? Достаточно по-мародерски. Сена прикусил губу. Почему-то идея ему не нравилась. Интуиция подсказывала, что так делать нельзя. - Пусть Крыса думает, что ему оставлены ключи. Пусть ведет своего Лорда в ловушку. Что, Сена? Удивлен? Не сильно, да. Твоя чертова интуиция идет впереди мозгов. Хирума фыркнул. - Кто защитит Гарри не хуже, чем его мать? - Крестная, - прошептал Сена. Хирума оскалился. - Чтобы выпытать тайну у главы рода Блэк - Альфа-Леонис даже Волан-де-морту придется постараться. В конце концов, она не одна. И не просто так глава рода в свои юные года. Йоичи сжал Сену. - Не волнуйся. С Поттерами будет все в порядке. Обещаю. Можешь выкинуть свою идею из головы. - Нет. Я хочу заглянуть ему в глаза. - Там уже нет того, что ты ищешь, - Хирума был уверен. Сена же не понимал, причины такой уверенности. Йоичи же не понимал, почему Сена лезет на рожон из-за такой глупости. - Альфа сказала… Что он был одинок всегда. Одинок душой и оттого болен. - Болезнь… любая не оправдание. Он - опасен. Даже если бы вообще не понимал, что творит. Уверяю тебя, он - понимает. - Но если его никто не остановит, он исчезнет навсегда! - В чем проблема? - Хирума нахмурился и даже сел на кровати, глядя на Сену. Куда несет этого борца за справедливость, авроры по нему плачут крокодильими слезами! Сена замялся лишь на секунды, видимо, мысль сидела в голове крепко. - Рейдзи говорит, что мы все - оборотни. В глобальном смысле. Придет время и мы родимся заново, чтобы заплатить за грехи прошлой жизни. Но у него не будет этого шанса. Ведь он уже почти убил то, что позволяет нам появляться вновь - душу. Одинаковую у всех. Что у аякаши, что у мага, как бы волшебники в Англии не упирались. Хирума усмехнулся. Сене лучше такие идеи в Лондоне не толкать, а то маги сожгут, как ведьму, а потом будут ходить иронизировать, упражняясь в поэзии того века, в котором люди жгли магов. Однако Сена упрямо глянул на Йоичи, и его улыбка завяла. - Я против, - сказал Хирума, укладывая руку на плечо Сены и крепко сжимая. - Ты хочешь спасти душу, понимаю. Но я не хочу потерять тебя. Мне не важно, кем ты будешь потом, хоть Буддой! Я тебя уже не вспомню. Никогда. И если на каждого из нас по бесконечности, то на нас двоих всего лишь одна жизнь. И знаешь, не такая она уж и длинная, как хотелось бы. Ты хочешь ее укоротить? Оборвать? Ради кого? Ради убийцы? К чему эти высокие разговоры о душе, Сена? Кобаякава тяжело вздохнул, но мнения своего не поменял. Сена знал, что Йоичи от этого только обиднее. - У него нет никого. Никто и никогда не схватит его за руку и не остановит возле обрыва. Хирума отвернулся. Чуть приподнимая плечи, он прошептал: - Так почему это должен быть ты? Сена и сам не знал. Может, потому что больше было некому?