9. Поколение девятое. Рудольфус Брайан Корвус Рухард Лестрейндж, 1949 г.р.
14 сентября 2020 г., 03:00
Рудольфус Брайан Корвус Рухард и Рабастан Фалько Базиль Дрейк Лестрейнджи были единственными за много веков, у кого было четыре имени. Отец таким образом хотел увековечить в сыновьях величие древнего рода. Он мечтал, чтобы они преумножили славу семьи и произвели на свет наследников. К счастью для Инминварда до безславной кончины последних представителей рода Лестрейндж он не дожил.
Рудольфус внешне был больше похож на мать, чем на отца. Руди был во всех смыслах маминым сыном, хотя характером больше пошёл в отца. Рабастан же был точной копией своей матери, кроме пола и возраста. Из-за этого в дошкольном возрасте, Рудольфус часто ревновал брата к матери, что, однако, не
помешало им к моменту поступления в Хогвартс стать самыми близкими друзьями.
Детство, проведённое во Франции, оказало своё влияние на братьев. Они в совершенстве овладели французским языком, изысканными манерами и этикетом. Они часто проводили время в обществе шестиюродных сестёр Аделаиды и Регине Лестрейндж. К моменту отъезда в Великобританию, девятилетний Рабастан уже был почти готов жениться на одной из них.
Что до Рудольфуса, то туманная Англия ему пришлась больше по вкусу, чем легкомысленная Франция.
Окончив Хогвартс, братья не ограничились членством в рядах Пожирателей Смерти. Рудольфус устроился работать в отдел Министерства магии, где когда-то работал его отец. А Рабастан стал одним из целителей больницы святого Мунго, по чистой случайности ни разу не столкнувшись в коридорах с Эдвардом и Андромедой Тонкс.
Исполняя обязанности адвоката Визенгамота, Рудольфус регулярно вытаскивал из передряги чистокровных сторонников Волан-де-Морта. Рабастан же, благодаря своим навыкам и связям, спасал с того света, тех кого не поймали, но покалечили.
Долгое время братьям всё сходило с рук. Нападение на чету Лонгботтомов шокировало общественность, как своей циничностью, так и благонадёжными его участниками.
Бывший адвокат и бывший врач оказались на скамье подсудимых. Никто не сумел помочь им, да и лечить их никто не собирался. Общество требовало возмездия и оно его получило.
