Перерывы

      К осени Хогвартс был восстановлен и открыт для нового учебного года. Даже больше того: кроме учеников он принимал всех колдунов и магических существ, которым нужна была помощь.       Гарри вернулся в замок завершить обучение вместе с некоторыми другими однокурсниками, которые не доучились последний год. После всех лет и событий, которые прошли в этом огромном замке, Гарри знал его, как свою каморку в доме Дурслей. Конечно, ему было сделано много поблажек как герою, из-за чего учиться должно было стать легче, но... было только тяжелее, потому что после пережитого чаще ничего не хотелось вовсе. Не в силах думать о будущем, он решил плыть по течению, по заданному когда-то шаблону: доучиться, стать аврором, создать семью. Глядишь, можно и привыкнуть, стать счастливым, отпустить потери и забыть хотя бы частично ужасы юности.       Шрам больше не болел, но кошмары не оставляли: он видел во сне, как уходит в мир иной Сириус, как падает Дамблдор, как друзья раскиданы по грязному полу замка и по земле близ Хогвартса в неестественных позах или как они кричат, умирая в муках. И хуже всего слышать во сне мерзкий смех Волан-де-Морта и его приспешников, которых веселили боль и страдания его любимых людей. Он просыпался с криками, со слезами, бился в истерике от того, что не смог спасти их, что сделал недостаточно.       С каждой неделей истерика отпускала всё больше, но на её месте отрешённо замаячила идея уйти за ними: простое решение, которое помогло бы навсегда избавиться от всепоглощающего чувства вины, от отчаяния. Но, как только он представлял своих ещё живых друзей, которых съело бы чувство вины, как жрёт сейчас его самого, он понимал, что не имеет права. Гарри видел грёбаную иронию в том, что мальчик, который выжил, должен выживать снова и снова, что каждый день обязан заставлять себя жить.       Слизеринцев стало крайне мало, они притихли, и это удручало больше, чем, по идее, должно было. Гарри с первого курса мечтал об этом, но теперь хотелось вернуть всё обратно. Хотелось, чтобы Малфой его дразнил и подкалывал, но того почти не было видно, он словно избегал его. Гарри видел слизеринца в основном в гостиной факультета на карте Мародёров. Подумав об этом, он внезапно вспомнил, что ни одного из Мародёров уже не было в живых и скривился, снова выпив залпом шот с огневиски.       — Я даже не сомневалась, что найду тебя здесь, — в комнату вошла Джинни и уселась на пол напротив него. — Поделишься?       Гарри приманил вторую стопку чарами и налил до краёв обе.       — Я только что видела, что Выручай-комната открылась для празднующих окончание года, может, присоединимся к ним?       — Было бы что праздновать, — устало сказал Гарри и, отсалютовав стопкой, опрокинул в себя её содержимое.       — Всегда есть, что праздновать, было бы желание, — просипела Джинни, после того, как выпила залпом. — Как-то совсем не мягонько пошла.       — Если ты пришла призывать меня к веселью — зря: не хочу и не буду. Надеюсь, мне не придётся искать новое место, чтобы прятаться ещё и от тебя?       — Ох, давай без этого, а? Налей ещё.       Гарри налил собутыльнице ещё, а сам уставился в стену напротив.       — Вообще есть кое-что… — Джинни выпила половину стопки и помедлила, — кое-что, что мне хотелось бы сказать вслух, но я не могу решиться. Ты единственный, с кем бы я могла поделиться, но не могу, понимаешь?       — Чёрт, Джинн, прости. Я решил, что ты пришла по мою душу. Впрочем, ты, по-моему, одна понимаешь, как меня достало то, что все мне говорят, что я должен делать и чувствовать. Рассказывай давай.       Девушка допила стопку и протянула её Гарри, который сразу наполнил её снова. Она глубоко вздохнула, выпила и подняла глаза на собеседника.       — Я так проебалась, друг. Кажется, будто я только и умею, что всё портить, — Джинни прикусила губу на пару секунд, ощущая, что чувствительность стала теряться от выпитого. — До меня недавно дошло, что я по самые уши влюблена в того, кого оттолкнула пару лет назад. Он нравился мне, но я, сука, решила, что выше него, что он не тот, кто мне нужен, что с ним ничего не выйдет. Сейчас он встречается с другой и тусит в Выручай-комнате, а я напиваюсь здесь с тобой, пытаясь забыть сны с его участием.       — И кто же это? — приподнял бровь Гарри.       — В том то и дело, что мне даже тебе сложно сказать об этом.       — Если тебя это успокоит: имя, которое могу назвать я в этом же контексте, сто процентов шокирует тебя больше, — усмехнулся Гарри и выпил ещё одну.       Джинни вместо ответа сложила брови домиком и саркастично усмехнулась.       — Не веришь? Давай я назову своё, а ты своё. Можем одновременно, потому что я устал прокручивать это в голове, но не говорить вслух.       — Не верю, что ты скажешь со мной одновременно. И тем более не верю, что ты сможешь удивить меня сильнее, чем я тебя.       — Ну, давай напишем на бумажке? Бля, Джинн, мы словно на первом курсе, чего ты как маленькая? Будто я побегу всем рассказывать.       — Да дело не в этом! Дело в том, что я… блядь, Поттер, я в Невилла втюрилась, доволен?       — Чёрт, вот это ты тормознула, подруга. Как так получилось? Он же чуть ли не фанател по тебе.       — Знаешь, не буду скромничать — я много, кому нравилась и нравлюсь до сих пор. Но я ничего и ни к кому не чувствовала на самом деле, поэтому решила выбрать наиболее подходящую кандидатуру — тебя.       — Это ты зря-я, — Гарри заржал, откинул голову назад и ударился о стену затылком, из-за чего Джинни начала жалеть о сказанном.       — Ну, вот я же знала, что ты…       — Да ладно тебе, ты знаешь, я и сам тебя выбрал больше из-за того, что ты способна переносить мои заёбы.       — Именно поэтому тебя и выбрала. Потому что могу переносить твои заёбы, — хохотнула Джинни. — Мы были бы идеальной парой, как ни крути.       — Ага, только я влюблён в Драко Малфоя, — нервно хохотнул Гарри, — как тебе такое?       — Ты же не серьёзно…       — Да если бы…       — А он тоже в Выручай-комнате сейчас.       — Не может быть, он из своей гостиной никуда не выходит, — нахмурился Гарри и начал оправдываться, — да, мне часто требуется отвлечься от… от других мыслей, поэтому я постоянно слежу за ним через карту.       — Посмотри карту сейчас, его нет в гостиной Слизерина.       Гарри, неуклюже покачнувшись, вытащил из заднего кармана карту и несколько минут пытался найти имя Драко Малфоя на ней.       — Не может быть…       — Меня больше интересует, как это вообще могло случиться? Вы же постоянно срались и ненавидели друг друга.       — Не постоянно…       — А можно подробнее?       Гарри тяжело вздохнул, но решил, что раз уж сказал «А»…

***

      Это началось прямо перед лабиринтом на турнире трёх волшебников. Гарри шёл по Хогвартсу в сторону турнира, когда его резко дёрнули за рукав и затащили в узкий коридор.       — Не ходи туда, Поттер.       Гарри пару секунд осознавал где он, с кем и что именно от него хотят, после чего только усмехнулся в лицо своего недруга.       — С какой стати, Малфой?       — Просто не ходи, понял? Тебя там ничего доброго не ждёт: подохнешь.       — Я, конечно, понимаю, что ты обо мне невысокого мнения, но пока мне удавалось выживать, знаешь ли. И с чего такая исключительная забота? Мы же, вроде, нихрена не друзья, скорее, наоборот. Или я что-то путаю?       — Считай, что на эту минуту я взял перерыв во всепоглощающей ненависти к тебе.       — Допустим, что я тебе верю, — вопреки своим словам Гарри недоверчиво склонил голову набок. — Тогда докажи, что мне не стоит идти туда, что же такого может меня там ждать?       — Я не могу…       — Интере-есно…       — Ты не понимаешь! — закричал Драко, но тут же понизил голос, — я физически не могу.       Драко приподнял рукав мантии и показал следы непреложного. Гарри нахмурился и, почти не касаясь кожи, провёл по его предплечью подушечкой пальца, отчего слизеринец вздрогнул и поспешил опустить рукав обратно.       — Я не могу не идти.       — Ты долбаный придурок, Поттер!       — Перерыв окончен?       — Считай, да. Ты подохнешь там, обещаю тебе, вот тебе и будет окончание перерыва! — Драко зашипел и быстрым шагом двинулся прочь, но на секунду остановился, прежде, чем скрыться, и негромко добавил, — пожалуйста, постарайся не умереть, ладно?

***

      — …то есть он пытался тебя предупредить о Волан-де-Морте? — Джинни сидела, округлив глаза. — Почему ты никому не говорил об этом?       — До турнира я не успел, а после уже было поздно, да и кто бы мне поверил, что Малфой вообще способен на такое? — усмехнулся Гарри.       — А что было дальше? Вы обсуждали этот диалог?       — Как-то не до этого было, а на пятом курсе он вёл себя снова как мудак, и я забил, — парень выпил залпом новую стопку. — Особенно он вывел меня из себя после того, как… когда Сириуса не стало. Я тогда был сам не свой и не заметил его, когда свернул за угол, ударил плечом, хотел извиниться, но не успел. Он тут же завёл свою шарманку и не затыкался, хотя я в первый раз почти вежливо просил его замолчать. Потом мы начали орать друг на друга, я толкнул его, и он сказал что-то про Сириуса…       — Бля-я, как вы живы то до сих пор?       — Не знаю, меня оттаскивали от него, потому что я даже про палочку забыл, просто дубасил его кулаками, да и он в долгу не остался, кстати.       — А что потом?       — А вот здесь самое интересное…

***

      — Поттер…       — Да что с тобой не так? Просто свали с глаз моих!       Гарри вскочил с места и хотел двинуться прочь с астрономической башни, где, казалось, нашёл уединённое место, но его схватили за предплечье и резко потянули обратно. Не ожидав этого, Гарри навалился на слизеринца, прижав его к стене.       — Малфой… — угрожающе зашипел Гарри, опираясь ладонью о стену позади Драко.       — Я не знал, — парень, нахмурившись, вжался в стену, но даже не пытался оттолкнуть гриффиндорца. — Можешь ударить меня ещё, если тебе это нужно.       — Чего ты, блядь, не знал?       — Про Блэка. Я не знал, что он… не знал. — Драко, не отрываясь, смотрел в глаза напротив.       — Ты извиняться пришёл? — Гарри сощурил глаза. — Как-то мало похоже.       — Я не собираюсь извиняться за то, о чём не знал, Поттер, — фыркнул Драко, — я увидел тебя, когда проходил мимо и решил, что мы можем взять ещё один перерыв.       Неожиданно для самого себя, Гарри молча опустил голову на плечо слизеринца, который был удивлён не меньше. А ещё больше Драко поразило, что он позволил себе погладить парня по голове, зарыться пальцами в тёмные волосы и поглаживать кожу головы ещё какое-то время.       — Поттер…       — Ой, заткнись, а… — перебил его Гарри. — Если тебе нужно идти, просто уходи. Боюсь, что сорвусь, если услышу что-то ещё от тебя.       — Сорвёшься и сделаешь что? Кажется, я уже сказал, что ты можешь меня ударить.       Гарри поднял голову и снова уставился в серые глаза, в которых мелькали лукавые огоньки интереса. Он всё ещё чувствовал, как тонкие пальцы успокаивающе перебирали его волосы, и понял, что не хочет бить его, но очень уж хотелось стереть эту самодовольную улыбку с его лица.       — А, может, я смогу тебя удивить?       — Так удиви же меня, а то у тебя ни разу не получилось за время нашего знакомства…       Не успев сообразить, что делает, Гарри мягко коснулся чужих губ своими, замечая, что Драко шокировано распахнул глаза. Ему понравилась реакция, и он решил закрепить её, проведя языком по нижней губе, а затем между обеих в намёке на то, что может разрешить себе больше.       — Поттер, что… — успел прошептать Драко прежде, чем Гарри воспользовался ситуацией и проскользнул языком глубже, прижимая его к стене крепче.       Слизеринец инстинктивно упёрся рукой в грудь, словно пытаясь оттолкнуть, но другая рука, дрогнув пальцами, сжалась в волосах сильнее, притягивая ближе, и он сдался, отвечая на настойчивый поцелуй.

***

      —…что-о?! Ты сосался с Малфоем? — Джинни упала на пол ударила кулаком об пол в припадке смеха.       — Кажется, дальше мне не стоит рассказывать…       — Что-о? Есть что-то ещё? — гриффиндорка резко села и выпучила глаза, всё ещё посмеиваясь.       — Ну… — Гарри смущённо почесал затылок, — не очень много… в тот раз он молча сбежал сразу после поцелуя, а я осознал, что влип, но задвинул это прозрение подальше. Это было в самом конце пятого курса, у меня тогда и без того хватало проблем, поэтому заморачиваться было некогда.       — Это понятно, не тяни, что потом-то было?       — Когда мы встретились следующий раз, Малфой сломал мой нос, — усмехнулся Гарри. — Хотя за дело: я тогда подслушивал его планы, лёжа в мантии-невидимке над его головой в поезде. Не то чтобы я в тот момент вообще думал, что творю, если честно.       — Ну, ты придурок, — в голос ржала Джинни.       — Да я только и делал в тот год, что следил за ним. Я оправдывал себя тем, что пытался его раскусить, ведь он получил метку, но я много кого мог поймать на тёмных делишках, там с черепами на предплечьях половина слизеринцев ходили.       — Ты уже перейдёшь к тому, что меня больше всего интересует? — во весь рот пьяно улыбалась Джинни.       — Извращенка, — ухмыльнулся Гарри, опрокидывая ещё стопку. — Потом я его шарахнул сектумсемпрой ближе к концу года и, когда он на моих глазах чуть не откинулся, я будто прозрел. До меня дошло, что пора прекращать делать вид, что ненавижу его, потому что всё совсем наоборот.

***

      Уже после отбоя Гарри бесшумно проник в больничное крыло в мантии невидимке и оглянулся: кроме Малфоя никого не было. Тихо ступая, он подошёл ближе. Казалось, что слизеринец спит: волосы в беспорядке лежали на тонкой подушке, глаза прикрыты, а губы наоборот разомкнуты. Гарри проскользил взглядом ниже, к пульсирующей венке на шее, затем к расстёгнутым на груди пуговицам и шумно вздохнул.       — Тебе бы в разведке работать, Поттер, — внезапно открыл глаза Драко.       Гарри, понимая, что уже выдал себя и что сбегать будет совсем неприлично, скинул мантию на кресло рядом, а сам опустился на колени возле больничной кровати.       — Прости меня, — он опустил голову и услышал тихий смешок.       — Что, Потти, решил устроить перерыв, после того, как чуть не убил меня?       — Я не думал, что так получится.       — Даже не сомневался, что ты не думал, — Драко покачал головой и запустил руку в волосы, мягко поднимая голову парня, чтобы заглянуть в его глаза. — А сейчас-то ты думаешь, что делаешь?       — Нет, я понятия не имею, — на выдохе прошептал Гарри, осознавая, что млеет от одного касания парня. — Очень больно?       — Уже нет, но когда ты приложил меня этим, было крайне неприятно, — слабо улыбнулся Драко. — Кстати, что это было?       — Заклинание Сектумсемпра. Я не знал, как оно работает, — честно признался гриффиндорец. — Покажи.       На его удивление Драко стянул одеяло и принялся медленно расстёгивать пуговицы. Гарри затаил дыхание, стараясь раньше времени не смотреть на обнажённую кожу, потому что слизеринец, не отрываясь, с интересом наблюдал за его реакцией. Когда рубашка распахнулась, Гарри сжал зубы: по всему животу и груди заживали довольно глубокие порезы. Он по-настоящему осознал, насколько близок был к тому, чтобы действительно лишить жизни. И не какого-то левого носителя скверной метки, а именно того пожирателя смерти, в которого был влюблён. Ему стало смешно от своих мыслей, он сдавленно хохотнул в кулак.       — У меня галлюцинации или ты смеёшься? — сощурился Драко.       — Это нервное, не обращай внимания.       Гарри протянул руку и, еле касаясь, провёл подушечками пальцев от груди вниз по животу, обходя стороной медленно затягивающиеся порезы. Драко молчал, но прикусил губу и внимательно следил за каждым движением: пресс несколько раз предательски вздрогнул, втягиваясь, словно стараясь уйти от нежного прикосновения. Гарри пододвинулся ближе, всё ещё стоя на коленях, сжал его ладонь в своей руке и, смотря в серые глаза, медленно коснулся губами каждой костяшки пальцев, отчего Драко на несколько секунд забыл, что нужно дышать, а, вспомнив, глубоко вдохнул. Он ощутил давящую тишину, но не мог ничего сказать: завораживали мягкие губы, которые выглядели так правильно, целуя его руку.       От затуманенного взгляда слизеринца Гарри осмелел и коснулся губами тут же втянувшегося живота, выцеловывая вверх по направлению к груди ласково и неспешно. Драко задышал чаще, пытаясь держать себя в руках, но к нему ещё никогда и никто так не прикасался. Настолько чувственно, что сознание плыло, заставляя зарыться пальцами в тёмные волосы, не мешая, скорее, поощряя не останавливаться.       С губ Драко слетел тихий стон, больше похожий на резкий выдох, когда он почувствовал, что к соску, кружа, прикоснулся горячий язык. Прикосновение вызвало в теле дрожь и заставило слегка выгнуться, призывая прикасаться ещё, что Гарри и сделал уже увереннее, засасывая набухший бугорок в рот, скользя языком плотнее. Драко сжал волосы гриффиндорца в кулаке, кусая нижнюю губу. Ужасно не хотелось останавливать его, но явная твёрдость между ног вгоняла в панику.       — Поттер… — он переместил ладонь на плечо Гарри, пытаясь легко оттолкнуть. — Поттер, прекрати сейчас же.       — Почему?       Гарри оторвался от своего занятия и поднял голову, облизывая губы. Тон его голоса опустился и стал звучать невыносимо эротично в ушах Драко, который, проследив за движением языка, забыл ответ на этот вопрос. Он пытался вернуть способность нормально дышать, но, глядя в потемневшие зелёные глаза, совершенно терялся.       — Давай так, — Гарри наклонил голову набок и медленно заскользил пальцами вниз по его животу, стараясь не задеть увечья, — если сейчас твой член не стоит, я прекращу.       Сказав это, Гарри сразу же огладил, конечно, уже возбуждённый орган, от чего Драко протяжно застонал, затыкая рот рукой, и прогнулся в спине. Гриффиндорец продолжал легко поглаживать выпуклость на тонких пижамных штанах, с удовольствием замечая нарастающую агонию. Кровь прилила к лицу Драко, он закрыл его обеими руками, инстинктивно двигая бёдрами навстречу, стараясь вести себя тише, но тщетно.       — Тише, Малфой, разбудишь кого-нибудь. Представляешь, какую интересную картину они застанут? — Гарри шептал возле уха, обдавая попутно горячим дыханием, распаляя сильнее. Хотя, казалось бы, куда уже сильнее.       — Я не… м-мх! — Драко хотел признаться, что не в состоянии прекратить шуметь, когда наглый Поттер сжал пальцы уже на обнажённом члене, засунув ладонь под штаны.       — Я помогу тебе.       На пару секунд прекратив ласки, Гарри отстранил от лица Драко руки и накрыл губы своими, сразу целуя глубже, пытаясь заглушить рвущиеся стоны. Слизеринец толкался в скользящую внизу руку и сжимал пальцами плечи парня, отвечая на поцелуй. Откуда же Гарри было знать, что такой соблазнительный в его глазах Малфой ещё никогда не кончал от чужих рук, ещё никогда не позволял кому-либо прикасаться к себе так интимно. Поэтому его немного удивило, насколько быстро наступил оргазм. А ещё то, что после пережитого Драко напрягся и расстерянно уставился в потолок, рвано дыша сквозь пересохшие губы.       — Малфой?       Драко слышал взволнованный голос сквозь громкий гул в ушах, он не мог понять, как мог допустить это. Только что вернувшееся назад сознание тут же взорвало вихрем стыда и сожаления.       — Уходи, прошу тебя, — он повернулся спиной к Гарри, чувствуя, как глаза становятся влажными.       — Малфой… — гриффиндорец хотел дотронуться до его плеча, но был прерван.       — Просто свали, я не хочу тебя видеть.

***

      — …и ты просто ушёл? — Джинни сидела с открытым ртом и даже после своей реплики не смогла его закрыть.       — Да, просто ушёл. Я испугался: на кой чёрт я вообще это сделал? Почему я решил, что это хорошая идея? Меня просто переклинило из-за того, что я чуть не убил его, и я на эмоциях опять натворил какую-то дичь, — Гарри скривился и несколько раз несильно ударился головой о стену сзади. — После этого мы встретились наедине только когда на Хог напали. Это было ночью прямо перед тем, как я отправился в запретный лес. Он снова схватил меня за рукав и затащил в разгромленную аудиторию. Просто обнял меня, а, когда я сказал, что мне пора, будто не мог отпустить меня. Он так отчаянно смотрел на меня, Джинн, но ничего не сказал, просто отвернулся, когда мы разомкнули объятия. — Парень выпил ещё стопку и продолжил, — всё лето я мотался по судам, давал показания в его пользу, он полностью оправдан. Как и его отец, кстати. Что странно, ведь я заступался только за него и его мать, но не за Люциуса. Какой же он скользкий гад! Я даже немного восхищён: сделать столько дерьма куче народа и всё равно остаться на плаву!       — Знаешь, судя по твоим рассказам, у вас с Малфоем взаимная симпатия. Я имею в виду Драко, а не Люциуса, конечно, — Джинни прыснула от смеха в кулак.       — Я тоже на какое-то время так подумал, но, сколько бы я не пытался к нему подойти, он уворачивается, будто избегает меня. А сейчас и вовсе не выходит из гостиной Слизерина.       — Сейчас он в Выручай-комнате, а ты сидишь и треплешь мне нервы, вместо того, чтобы…       — Чтобы что, Джинни? Ему это явно не нужно. Да и мне не нужно! Ты вообще понимаешь, о ком мы говорим?       — А ты понимаешь, что, если не скажешь ему сейчас, то будешь жалеть об этом? Вот-вот мы навсегда покинем Хог! Пошли, я тоже признаюсь, и будь что будет! — она вскочила на ноги и потянула Гарри за руки.       — У него же есть девушка, — уже поднявшись, ухмыльнулся Гарри.       — Ну, и что? Мне не столько нужны отношения с ним, сколько просто сказать об этом и сбросить груз.       — Чёрт с тобой, Уизли, пошли.       Пьяная парочка вывалилась из своего убежища, прежде проверив по карте Мародёров, не встретят ли кого-то из преподавателей: было бы нехорошо дышать на них проспиртованными ароматами. Они аккуратно перебрались на седьмой этаж и перед ними возникла дверь.       — Ну, что, готова? — подмигнул Гарри подруге.       — Нет, — честно ответила Джинни, но всё же отворила дверь.       Они вошли внутрь и словно окунулись в другой мир: повсюду мигали разноцветные огни, по стенам периодически гремели мини-фейерверки, в центре комнаты был организован танцпол, а вокруг расставлены мягкие диваны и пуфики.       — Похоже, даже Хог не против того, что мы бухаем, — сказал Гарри на ухо подруге.       — Всё равно все бухают, Хог заботится о том, чтобы мы хотя бы были в одном месте и следили друг за другом, я думаю.       — Га-арри! Ты всё-таки пришёл! — на шее гриффиндорца повисла Чжоу.       — Ага, на свою беду…       Гарри попытался мягко отстраниться от девушки, но это оказалось не так просто, поэтому он жалобно взглянул на Джинни, которая, закатив глаза, оторвала от него Чжоу и увела в сторону. Он, двигаясь по периметру помещения, высматривал нужную фигуру. Гарри ещё не придумал, что именно собрался сделать или сказать, когда заметил Драко. Тот сидел в одном из кресел и отстранённо наблюдал за отдыхающими сокурсниками. К нему подошла Панси и что-то очень эмоционально говорила, что именно Гарри не слышал, но реакция слизеринца была бесценна, потому что её вовсе не было. Драко перевёл скучающий взгляд на Паркинсон, которая, видимо, не добившись того, чего хотела, топнула ногой и ушла обратно на танцпол.       Гарри затаился в стороне, пытаясь сообразить, как действовать. Его отвлёк шум: совершеннолетние шестикурсники тоже были здесь, они громко орали "Пей! Пей! Пей!" какому-то парню в жёлтом ослабленном галстуке.       — Что, Поттер, веселишься?       Гарри вздрогнул от неожиданности и взял протянутый бокал с голубоватой жидкостью.       — Заметно, что мне весело, Малфой? — парировал он и отпил из бокала. Напиток оказался насыщенным, в меру сладким с кислинкой и мятным послевкусием. — Что это?       — То есть ты сначала пробуешь, потом спрашиваешь? А если я решил подмешать тебе в напиток что-то? — усмехнулся Драко и отпил из своего бокала, в котором, судя по цвету, было то же самое.       Драко провёл языком по верхней губе, собирая оставшуюся влагу, а Гарри, наблюдая за этим движением, подумал, что было бы неплохо, если бы в его бокале оказался яд, потому что захотелось поцеловать Драко прямо здесь, на глазах у всех старшекурсников.       — Если ты решил отравить меня сейчас, в чём уже явно нет никакого смысла, то выбрал лучший момент: я не против.       Он разом выпил содержимое, поставил бокал на полку и, подумав пару секунд, решился. Проверив, что на них никто не смотрит, он взял Драко за руку и потянул за угол, тут же вжимая в стену и примыкая к так удачно раскрытым в удивлении губам.       Пальцы слизеринца дрогнули, бокал выскользнул из рук, разбиваясь об пол, но никто не услышал этого из-за грохота музыки и шума собравшихся. Драко растерянно попытался оттолкнуть от себя гриффиндорца, но тот только прижал его руки к стене, сжимая в районе предплечий, и продолжил целовать так, что он уже чувствовал слабость в ногах.       После того, как Драко, сдавшись, всё же ответил на поцелуй, скользя по его языку своим, Гарри провибрировал стоном в поцелуй, прижимаясь ближе. Он отпустил руки Драко, прошёлся пальцами по его спине, скрытой тонкой тканью рубашки и огладил ягодицы.       — Поттер, блядь… — Драко зарылся пальцами в тёмные волосы на голове гриффиндорца, когда тот, избавляя его от бремени мыслительного процесса, чувственно выцеловывал шею, спускаясь губами к её основанию.       — Признайся, ты подлил мне приворотное? — прошептав это, Гарри начал покусывать раковину уха, продолжая ласкать его зад, мягко сминая.       — Ага… и себе тоже, видимо, — тяжело дыша произнёс Драко и вжался в его бедро своим нарастающим возбуждением.       — Чёрт, Малфой, я сейчас тебя прямо здесь трахну, — Гарри притёрся к слизеринцу в ответ и поймал губами несдержанный стон.       — Прекрати же, — простонал в поцелуй Драко, — нас могут увидеть.       — Тебя только это беспокоит?       — А-ах, м-м-м, да… — Драко почувствовал надавливающие ласки в области паха, и его стоны утонули в окружающем шуме, он больше не хотел даже пытаться задуматься о последствиях, — да, только это.       — Тогда у меня хорошие новости, — усмехнулся Гарри и кивнул в сторону образовавшейся рядом с ними двери, — забыл, где мы находимся?       Взглянув в сторону, куда ему указали, Драко потянул гриффиндорца за собой. Когда дверь была закрыта и запечатана парой заклинаний, он развязал галстук и начал торопливо расстёгивать пуговицы рубашки. Гарри одним движением стянул свою водолазку и, мягко остановив подрагивающие пальцы парня, уложил его на кровать.       Учитывая то, насколько страстно Поттер прижимал его там, возле всеобщего празднования, Драко думал, что тот накинется, как только они останутся наедине, но Гарри неторопливо продолжил расстёгивать пуговицы на его рубашке, утягивая в медленный чувственный поцелуй. Драко зарылся в отросшие тёмные волосы на голове парня, позволяя расстегнуть свою ширинку и запустить руку под нижнее бельё. Он несдержанно простонал в поцелуй, оглаживая плечи Гарри, и, проскользив ладонями по торсу вниз, забрался в чужие штаны, сжимая в ответ, чувствуя, как гриффиндорец толкается в руку, тоже постанывая.       — М-мх… подожди… — Драко прервал поцелуй, понимая, что долго не выдержит. — Если сейчас не остановишься, я кончу.       — А разве не для этого мы сегодня собрались? — тяжело дыша, усмехнулся Гарри.       — Я хочу, чтобы ты… чтобы мы… — прикусив губу, Драко остановил руку, которая двигалась по его члену, — блядь, Поттер, я хочу тебя, понимаешь?       — Чёрт, ты имеешь в виду… хочешь, чтобы я тебя?..       — Именно, — перебил Драко, — и быстрее, пока я не передумал.       — Понял.       Стянув с Драко штаны вместе с бельём, Гарри скинул с себя оставшуюся одежду. Он подложил под поясницу парня подушку и снова поцеловал его губы, разместившись между ног. Гарри прошептал заклинание, прерывая поцелуй всего на пару секунд, и мягко надавил средним пальцем на проход, толкаясь внутрь, смазывая изнутри.       — Скажи, ты уже был снизу? — прошептал Гарри, чувствуя неосознанное сопротивление.       — Какая разница? Мне кажется, сейчас не лучшее время для бесед. Ты мог бы просто заткнуться и трахнуть меня?       — Не мог бы, это важно.       Драко изо всех сил старался расслабиться, но ощущения были крайне непривычными, и он сдался:       — Нет, не был. Я вообще ни с кем не был, доволен?       — Кто бы мог подумать… — Гарри широко улыбнулся, из-за чего слизеринец закатил глаза. — Я буду аккуратнее, просто сконцентрируйся на дыхании, хорошо?       Пока Драко дышал медленнее, пытаясь не пропускать ни один вдох или выдох, Гарри, засасывая и покусывая нежную кожу, спускался поцелуями по груди и мягкому впалому животу, параллельно аккуратно разминая неразработанные мышцы. Он, придерживая член рукой, провёл языком от основания вверх, плотно обхватил губами головку и, немного пососав, пропустил глубже. Драко раздвинул ноги шире, толкаясь в горячий рот, он протяжно застонал, принимая уже два пальца. Ему пришлось схватиться за спинку кровати, чтобы ощутить хоть какую-то опору, потому что его подбросило от слегка болезненной волны удовольствия, когда ловкие пальцы внутри прошлись по особенно чувствительному месту.       — Поттер… чёрт, ещё…       Драко пытался насадиться на пальцы и толкнуться глубже в рот, но Гарри, громко причмокнув, выпустил член и, продолжая осторожно растягивать проход, поднялся мягко кусающими поцелуями по торсу.       — Сейчас… сейчас будет ещё… — Гарри закинул его ноги на свои плечи и проскользил членом между ягодиц, дразня, но не проникая внутрь. — Готов? Точно хочешь этого?       Драко несколько раз кивнул головой и почувствовал, как Гарри аккуратно толкается.       — Впусти меня глубже, не выталкивай… — шептал Гарри возле шеи, успокаивающе целуя. — Дыши, давай: вдох и…       На выдохе Драко почувствовал, что его заполняет всё больше. Ласковый шёпот и поцелуи помогали унять откуда-то появившуюся панику: он и представить не мог, что будет так волноваться.       — Ещё немного… м-мх!       Гарри замер и не сдержал стон, когда смог войти полностью, позволяя немного привыкнуть. Он прошёлся пальцами по животу и обхватил член Драко, неспешно лаская.       — Двигайся же, я хочу… — прошептал слизеринец и сжал плечи Гарри, чувствуя, как тот сразу начал медленно толкаться, постепенно ускоряя темп вместе с движениями руки на члене.       Когда Гарри осмелел, двигаясь резче, почти не выходя, крепко вжимая его в матрас, Драко чётко осознал, что раньше и представить не мог, какое наслаждение мог подарить секс. И то была последняя связная мысль, потому что дальше он мог только извиваться в сильных руках, чувствуя, как внутри нарастает удовольствие, как оно готово выплеснуться. Но Гарри, читая состояние любовника, зажал его член у основания, снова двигаясь медленнее.       — Чёрт, Поттер, что ты… м-мх, пожалуйста… пожалуйста, — словно в бреду Драко выстанывал что-то невнятное и порывисто дышал, ощущая, как его, будто разрядами тока, пронзает острое удовольствие, но не находит выхода.       Гарри развернул его, заставляя вжаться грудью в кровать и прогнуться в пояснице, открывая полный доступ к себе. Он вжался членом между ягодиц Драко, не входя внутрь, и с наслаждением отметил, насколько несдержанно тот пытается насадиться снова.       — Хочешь ещё? — Гарри провёл языком по спине вверх, несильно, но ощутимо сжимая зубы на плече возле шеи.       — Да! Да, прошу, я хочу… — Драко поскуливал, потираясь о твёрдый член, и громко застонал, прогибась ещё сильнее, когда снова почувствовал распирающее движение внутри, — а-ах, ещё, да!       Гарри приподнял слизеринца, заставляя упереться в спинку кровати, чтобы не скользил по постели, и начал размашисто входить, оставляя внутри только головку. Одной рукой он придерживал Драко за бедро, другой прижимал спиной к своей груди, надавливая пальцами на ключицы, а ладонью на грудь.       — Драко… ты такой… — Гарри, роняя утробные стоны, покусывал плечо и периодически бездумно шептал, — такой невероятный… чёрт…       У Драко перед глазами плыли разноцветные пятна, удовольствие до приятной боли скручивалось где-то внизу. Он завёл руку назад и впился короткими ногтями в плечо Гарри, ощущая, как на его члене сжалась ладонь. Драко сосредоточился на подступающем удовольствии, хватая воздух губами, и с вымученным стоном начал изливаться в ласкающую руку. Гарри, успев выйти, тоже кончал на его поясницу и зад, потираясь ещё эрогированным членом между ягодиц.       Спустя несколько секунд они упали на кровать. Гарри перевёл взгляд на Драко, улыбнулся и, оперевшись на один локоть, повернулся к нему: глаза парня были прикрыты, грудная клетка ходила ходуном от частого дыхания. Гарри решил: вот он, тот самый момент, сейчас он скажет о том, что чувствует, сейчас раскроет все карты, и, как сказала Джинни, будь что будет. Он уже открыл рот, чтобы начать, но Драко тихо простонал на выдохе.       — Ты как, нормально? — Гарри едва касаясь провёл тыльной стороной ладони по щеке слизеринца и проскользил по шее вниз, успокаивающе поглаживая подушечками пальцев влажную кожу на груди и животе.       — Да, — голос Драко дрогнул, и он прочистил горло, прежде чем продолжить, — да, всё хорошо.       — Я думаю, нам стоит поговорить об этом прямо сейчас.       — А мне кажется, что и так всё ясно. Если тебя волнует, нужно ли мне что-то ещё от тебя, то можешь быть спокойным, — Драко подтянулся на локтях и сел, опираясь на спинку кровати, — мне ничего не нужно. Даже больше: мне нужно, чтобы этого больше никогда не повторилось. Этим я хотел поставить точку в том, что между нами происходило все эти годы.       Что-то внутри Гарри сжалось и задрожало, будто ударили под дых. Он, стараясь сохранить спокойное выражение лица, тоже сел на кровати спиной к парню, поставив ноги на пол.       — Как интересно, однако, ты ставишь точки.       — А, по-моему, всё довольно логично. Между нами росло какое-то странное напряжение, и его нужно было выплеснуть, чтобы никогда к этому не возвращаться.       Гарри уставился невидящим взглядом в стену: пару минут назад он действительно решил, что взаимно влюблён, ощущал волнение, размышляя, как выразить то, что чувствует. Он уже морально приготовился ко всем препятствиям на пути их взаимоотношений, уже знал, как рассказать друзьям об этом, и совсем забыл, что у Драко могли быть другие причины для того, чтобы переспать с ним. Теперь в голове бился вопрос, стоит ли вообще сообщать Малфою, что для него это не было просто сексом на один раз.       — Было бы странно, если бы кто-то из нас думал о продолжении, — хохотнул Драко, уже одеваясь. — Совсем скоро мы навсегда покинем Хогвартс, к тому же у меня свадьба осенью. Я говорил, что помолвлен с Асторией Гринграсс? Да и ты не свободен, у тебя же, вроде, та младшая Уизли, разве нет?       Помолвлен… Гарри стало тяжело дышать.       — Да, так и есть, — соврал он и тоже стал одеваться, пытаясь сохранить лицо.       Вот и ответ: смысла признавать чувства вслух не было. Гарри думал, что больше ни в чём смысла не осталось. Он и не осознавал раньше, насколько это было важно для него, насколько сильно он хотел признаться. Появилось ощущение, что до сего момента он вообще не осознавал, насколько влюблён в грёбаного Драко Малфоя. И теперь он одевался с повышенной скоростью, лишь бы быстрее убежать из этой комнаты, лишь бы не сорваться раньше времени.       — Никаких больше перерывов, Поттер, — нарочито весело произнёс Драко и натянуто улыбнулся. — Всё кончено, теперь нас ждёт нормальная жизнь.       Гарри закончил одеваться и подумал о том, что они больше не увидятся вот так, что он больше не сможет поцеловать его, что это был их последний момент. Он также натянуто улыбнулся в ответ через нарастающую где-то внутри боль и подошёл к Драко, который сосредоточенно застёгивал пуговицы подрагивающими пальцами. Он приблизился совсем близко, заставив слизеринца прекратить своё занятие и поднять голову.       — Я рад, что мы всё прояснили.       Гарри смотрел в серые глаза ещё несколько долгих секунд, прежде чем прикрыть свои и последний раз поцеловать любимые губы. Драко вздрогнул всем телом и сжал его плечо пальцами, отвечая на поцелуй.       — Счастливой жизни тебе, Малфой, — Гарри отстранился и двинулся к двери, больше не смотря на Драко. — На свадьбу не зови — не приду.       Он вышел из комнаты и, как только дверь была закрыта, быстрым шагом понёсся по знакомым коридорам, по потайному ходу. Он ворвался в свой тайный уголок. Внутри него было отвратительно: истерика, словно тошнота, рвалась наружу, перекрывая доступ к кислороду. Гарри шумно и глубоко вздохнул, держась за живот, открыл режущие от слёз глаза и заметил, что не один в комнате. Он вытер глаза, проясняя зрение, и понял, что не один и в своём состоянии: на полу, прижав колени к груди, сидела Джинни и понимающе смотрела на него сквозь непрерывный поток своих слёз.       — Он взглянул на меня с такой жалостью, — она громко всхлипнула и нервно рассмеялась. — Я действительно такая жалкая… зачем я вообще…       Джинни прикрыла рот рукой, чтобы сдержать новую волну рыданий. Гарри сел рядом с девушкой и приобнял её за плечи, позволяя уткнуться в свою грудь.       — А я в итоге так ничего и не сказал, — пальцы Гарри, дрогнув, крепче сжались на плече подруги.       — Ты ещё можешь, ещё не всё потеряно…       — Нет, это конец. У него… он помолвлен, — Гарри не смог сдержать слезу, глаза нещадно резало, и он коротко рассмеялся, поджимая губы, — как я вообще мог позволить себе мысль, что он может полюбить меня, что может быть со мной?       — Знаешь, если ничего не изменится в наших сердцах, мы можем организовать тандем отверженных, — всхлипывая, усмехнулась Джинни.       — Неплохая идея…