4
5 сентября 2020 г., 15:29
– Лейтенант! Сэр! Нужна поддержка!
Вилхелм поморщился и убавил громкость вокс-приёмника.
– Сэм, что там у тебя? – спросил он.
– Сержант мёртв, лейтенант! – ответил наёмник, – Говорит капрал Маноле. Маркус. Маркус Маноле! Гретчины! Они нас крепко прижали! Гретчины на деревьях!
– Успокойся, Маркус, – Вилхелм зажмурился и обхватил лоб ладонью.
– Успокойся, – продолжал Вилхелм. – Я сейчас же выдвинусь к тебе. Пока поставьте дымовую завесу.
– Сержанта убили, всё командное отделение убили! Они повсюду. Их здесь сотни! Я уже слышу, как они гыркают поблизости!
– Держись, Маркус! Мы скоро будем. Конец связи.
– Что там? – спросил Виталий.
Денщик выглядел люто. На манер катачанцев он снял броню. В руках держал тяжёлый стаббер, а дополнительные пулемётные ленты пустил крест-накрест по обнажённой груди. Не хватало разве что вздутых вен и крепких мышц, но Вилхелм считал, что у Виталия всё впереди.
Сам лейтенант предпочёл строгость, не по причине какого-нибудь негласного устава Отряда, а из-за того, что Нагара была ему отвратительна. Он просто не желал к чему-либо здесь прикасаться. Да, от панциря тоже пришлось избавиться, но, кроме сапог и штанов Вилхелм оставил ещё и рубашку с длинными рукавами, тряпичные перчатки и широкополую, загнутую с одного бока, шляпу с пером. Одежда быстро промокла, но, по крайней мере, Вилхелм реже отвлекался на мерзких летучих змеек и насекомых, с интересом изучающих незваных гостей в своём лесу.
– Ещё один новичок обосрался, – ответил Вилхелм.
– На то он и новичок, – пожал плечами Виталий.
– Когда угодно, но только не сейчас, – проговорил лейтенант. – Сейчас обсираться нельзя.
Наступление стремительно летело в тартарары. Вилхелм не мог говорить за союзников-катачанцев, но его взводы увязли в джунглях уже через час после начала разведывательной операции. А теперь, с всё новыми входящими сообщениями, складывалась печальная картина скорого бесславного конца.
Лейтенант присел и достал из рюкзака планшет, чтобы свериться с картой. Вилхелм нажал на руну включения один раз, другой – экран не загорался. Он попробовал потрясти, постучать устройство – услышал только тихий плеск изнутри.
– Ну что за...
Вилхелм достал из кармана простейший магнитный компас и прикинул, куда следует идти, чтобы объединиться со взводом Сэмуэля Уэллса.
– Отряд, подъём! – приказал Вилхелм. – За мной!
Через несколько минут наёмники вышли к затхлому пруду с высоким бурым камышом и розовыми кувшинками. Пересекать водоём, который с большой вероятностью мог оказаться болотом, лейтенант не хотел. Однако сколько бы наёмники не шли на юг к Буфским Пикам, пруд не кончался. Вилхелм срезал с дерева ветку подлиннее, сплюнул и всё-таки решил рискнуть.
– Сэр, где же вы? – рыдал Маркус Маноле. – Нас меньше десятка осталось… я не знаю точно! Я ранен!
– Согласно карте, нам остался ещё километр до ваших позиций, – солгал Вилхелм. – Держись, Маркус!
– А, может быть, ну их? – предложил Виталий. – Им конец. Мы не успеем.
Вилхелм ответил:
– С одной стороны, ты, конечно, прав. С другой, на меня, Виталя, люди смотрят. Если я так кидать товарищей начну, то мои приказы никто выполнять не будет.
Виталий харкнул в воду и стиснул челюсти. Вилхелм усмехнулся:
– Ну что? В цирке-то лучше было?
– Нет, – зло отозвался денщик. – Вот это – настоящая, сука, мужская работа!
– Что бы я без тебя делал? – ухмыльнулся Вилхелм. – Ты прям человек-гора!
Виталий не ответил, а нахмурился и пошёл впереди отряда. Сначала между двумя островками, буйно заросшими камышом, прошёл он, потом Вилхелм, а вот третьему наёмнику не повезло. Он зацепил ногой растяжку, невидимую под толщей мутной воды.
Взрывная волна ударила по ушам и бросила лейтенанта в пруд. Он забарахтался, промочил сапоги, выпустил рукоять пробивного лазера, зато нащупал на илистом дне клубок неведомых змееподобных существ. Вилхелм вихрем вылетел прочь, чтобы услышать душераздирающие вопли.
Невезучий наёмник потерял ногу ниже колена. Вилхелм подобрался к медику, стоящему на коленях по пояс в воде, и потряс его за плечи.
– Ты как?!
– В… в порядке, сэр, – отозвался медик. – Только голова гудит.
– Ну так работай, если в порядке! – Вилхелм указал на раненого, а потом обратился к ближайшим солдатам. – Вы! Как только кровотечение прекратится, хватайте раненого и отступайте. Двое несут, один прикрывает.
– Есть, сэр!
Однако спасательная операция даже не успела начаться. Вилхелма окатило кровью, кусочками костей и мозгов.
– Снайперы! – крикнул Виталий и принялся стрелять по джунглям, возвышающимся вокруг пруда.
Вилхелм пригнулся, подобрался ближе и хлопнул своего денщика по спине.
– Патроны береги!
Они отступили и спрятались в камышах.
Застучали винтовки марксменов. Вилхелм не разглядел стрелков поблизости, а поэтому отправил сообщение по воксу:
– Что-нибудь видно вообще или вы тоже наугад стреляете?
– Я снял одного, – отозвался Джек Линч.
– Я тоже, – ответила Джабинилла, – но, похоже, тут целый выводок.
Вилхелм это и сам понял, когда из воды в нескольких метрах от камышового укрытия показалась уродливая физиономия гретчина: длинные острые уши, торчащие не вверх, а вбок; нос отъявленного лжеца; узкие хитрые желтоватые глаза и рот со множеством мелких зубов и одной тоненькой дыхательной трубкой.
Лейтенант схватил болтающийся на силовом кабеле пробивной лазер и нажал на спусковой крючок, но выстрела не последовало.
Ещё раз.
Нет, не работает.
– А-а-а, здеся! – воскликнул гретчин.
Над поверхностью пруда показались кончики острых ушей, которые походили на акульи плавники. Из воды выбрались ещё несколько чужаков.
– Ну держитесь, суки!
Виталий вскочил в полной рост и осыпал гретчинов градом пуль. Он бил не только по видимым целям, но и просто наугад по пруду, однако раз за разом на поверхность всплывал ещё один зелёный труп.
У виска просвистела пуля. Вилхелм чертыхнулся и бросил в камыши напротив осколочную гранату. Лейтенант стянул ранец, питающий лазер, и посмотрел, в чём причина неполадки. Оказалось, что растяжка зацепила и его.
Вилхелм вскинул силовой клинок и выкрикнул:
– Кровь и золото!
Он вылетел из укрытия, разрубая чужаков. Гретчины не могли похвастать бронёй, не на всех даже одежда была, поэтому направо и налево полетели отсечённые конечности.
– Нзад! – завопил последний выживший гретчин и метнулся в кусты.
Вилхелм за ним. Шестое чувство подсказало отскочить, и лейтенант не стал испытывать судьбу. Вот только стреляли не в него. Беглец был убит на месте своим собратом в трофейной комиссарской фуражке и шинели. Эта одежда на крошечном теле смотрелась как мантия и уже успела почти полностью покрыться грязью. Однако всё своё внимание Вилхелм сосредоточил не на ней, а на револьвере чужака. Смерть от рук существа, которое тебе в пупок дышит, показалась Вилхелму особенно дурацкой.
– Несдаваца! – провизжал "комиссар".
Вилхелм бросился на врага. Получил пулю в больное плечо, выпустил клинок, но схватил "комиссара" за тонкую шею и погрузил в воду. Лейтенант тут и погиб бы, если бы не денщик. У Виталия закончились патроны, поэтому он перехватил стаббер за ствол и отбросил самых кровожадных гретчинов крепкими ударами приклада.
"Комиссар" не сдался. Он выхватил из коротких штанишек маленький, но хорошо заточенный нож и всадил его по рукоять в предплечье Вилхелма. Лейтенант рассвирепел и сломал противнику шею.
Со стоном Вилхелм вытянул "комиссарский кортик", зажал рану, присел и осмотрелся. К счастью, взвод поддержал героический порыв и отогнал орду чужаков. К несчастью, среди деревьев Вилхелм заметил небольших, но всё-таки шагоходов. Пруд взорвался фонтанами – чужаки не жалели боеприпасов.
"Приехали", – поморщился Вилхелм.
Кое-как, истекая кровью, лейтенант выбрал офицерскую вокс-частоту и обратился к артиллеристам.
– Пеленгуйте, ребята! Бейте кольцом! Внутренний радиус – пятьдесят, внешний – сто пятьдесят метров!
На связь вышел Чарльз Лейман:
– Никак иначе, лейтенант? Ваш же сейчас вся долина услышит!
– Нет, никак! – рявкнул Вилхелм, пересилив себя, чтобы не ругаться матом. – Они повсюду. Их здесь сотни!
Вилхелм ухмыльнулся, хоть и не к месту. История повторилась, вот только теперь на месте новичка оказался он сам. Однако у Вилхелма, в отличие от бедняги Маркуса Маноле, была возможность спастись.
– Ладно... даю добро, – отозвался Чарли.
Первого гретчинского шагохода с парными циркулярными пилами сожгли метко брошенной мелта-гранатой. Остальная вражеская техника обстреливала наёмников издали и находилась примерно там, куда и должны были упасть катачанские снаряды.
– Отряд, приготовиться к артиллерийскому удару! – приказал Вилхелм, хотя и сам не был уверен, можно ли быть готовым к этому аду.
"Император, спаси и сохрани".
Вилхелм окунулся в пруд с головой, когда воздух на поверхности наполнился пламенем.
