***
За прошедший месяц, Рейх уже лучше стал контролировать превращения. Он мог оставаться человеком на целые сутки, но после этого, два дня лежал без сил. Насчёт количества, теперь он мог менять облик по 5-6 раз в день, но после, снова отлёживался, оставшись без сил. Для Тройки это был подвиг. Он стал превращаться намного быстрее и боли как в первые разы почти не было. Как будто тело снова привыкало к своему первоначальному облику. Если это так, то нацист сможет снова стать человеком и жить обычной жизнью. Правда же? Первые полчаса страны сидели молча, но тишину леса решил прервать Союз. Он вспомнил какой-то момент из их детства и у них завязался разговор. — А помнишь тот случай у речки? -- улыбаясь спрашивал русский. — Ты про то, когда я упал в воду а ты меня спас? — тепло улыбаясь спрашивал фриц. — Да. Я выглядел круто, признай. Ты тогда ещё отключился. Я так за тебя испугался. — Настолько, что стал делать искусственное дыхание? — сказал ариец и только потом до него дошло, что он только что ляпнул. Он как бы говорит что они целовались. Тройка и Совет резко смутились и замолчали. Вот же, снова эта неловкость. Надо срочно перевести тему. Собравшись с духом, русский решился спросить у друга. — Рейх, ты можешь рассказать, почему ты начал войну? — смотря в глаза немцу спрашивал Союз. — Я...я не могу. — взволнованно ответил он. — Пожалуйста Рейх, расскажи мне. Ты можешь мне доверять, я не отвернусь от тебя. — настойчиво спрашивал коммунист. — На... на самом деле, войну начал не я. Ну то есть я, но я этого не хотел. В 1939 году моего сына Германию кто-то похитил. Он тогда был маленьким поэтому не помнит, а просить помощи я не хотел. Ведь я тогда был молод, другие страны только и ждали от меня каких-нибудь ошибок, ч боялся опозориться и гордость взяла своё. — грустно рассказывал Рейх, томно вздохнув. — Я искал сына целый месяц, но не смог отыскать. После этого, ко мне пришло письмо с угрозами, в которую положили окровавленную одежду Германии. В письме говорилось что если я не нападу на Францию, то он убьёт моего сына. Я был в таком отчаянии, вид окровавленной одежды сына настолько сломила меня, что я решился напасть и объявил войну Франции. Так продолжалось в течении 3 лет. С каждым разом он давил на меня морально, а я не мог терпеть и ходил у него на поводу. В итоге, он заставил напасть и на тебя. В 1942 году я смог отыскать того похитителя. Знаешь кто это был? Это был мой отец — Германская Империя. — Что? Тем кто похитил Германию и заставил объявить войну был твой отец? Но зачем? — не понимая спрашивал Союз. — Основная причина, это месть за проигрыш в первой мировой. А также, ему не нравился такой слабый сын как я. Он хотел сделать из меня сильную страну, но зная мои отношения с тобой, понимал что я не согласился бы на войну. Поэтому прибегнул к угрозам. — трясущими руками ответил Тройка. Коммунист увидел это и взял его за руку, этим жестом успокаивая. Немец же продолжил дальше. — Я старался выиграть у тебя вплоть до 1942 года, пока не спас сына и не убил своего отца. Но я не хотел опозориться перед странами, гордость снова взяла своё и я продолжил войну, но с желанием поиграть. Ты разве не заметил, что начиная с середины 1942 года, большая часть всех наших битв, заканчивались твоей победой? Я специально проигрывал и желал скорейшего окончания войны, ведь для меня, это было настоящей пыткой. — Но зачем ты убил себя? — с волнением спрашивал СССР. — Я боялся, что ты не простишь меня. Возненавидишь и я остался бы один. Уж лучше умереть, чем остаться одиноким на всю жизнь и при этом знать что тебя ненавидит дорогой тебе человек. — плача ответил Рейх. — Почему не рассказал мне всё? — Ты бы не поверил, да и другие страны тоже. После войны, все мои слова звучали бы как оправдания. И со сломленным духом, я решился на суицид. Дальше ты и сам знаешь. Воскрешение, встреча с тобой и вот результат. — наконец-то закончил немец. — Ох Рейх я... — он не успел ведь его перебили. — Но знаешь что Союз, я... я всё ещё люблю тебя. Не как друга, а как страну, человека. — улыбаясь и плача признался нацист, в душе которого теплилась надежда. — За что же ты меня любишь? — по доброму улыбаясь спрашивал русский. — Мне нравится твоя доброта. Твоя уверенность и искренность с которой ты говоришь. То как ты заботишься о своей семье и любишь их. Как можно было не влюбиться? — ответил Тройка. — Знаешь, мне хватает и того что ты знаешь о моей искренности. Поэтому, если тебе противна моя любовь, то прости. Скажи лишь слово и я исчезну из твоей жизни. — перестав плакать и собравшись закончил немец. Союз неожиданно крепко обнял фрица и тихо начал говорить. — Рейх, не надо. Мне не противная твоя любовь. Ведь... ведь я тоже тебя люблю. Даже во время войны, я не переставал тебя любить. — признался Советоч. — Знаешь, я всю свою жизнь винил себя в твоей смерти. Если бы я успел тебя остановить, ты бы не погиб. — Ты не виноват в моей смерти. Это всё моя и только моя вина. Прости меня пожалуйста. — обняв русского в ответ проговорил нацист. — Рейх я давно тебя простил. И хочу спросить, будешь ли ты моим возлюбленным? — взяв руки Тройки в свои и по доброму улыбаясь спрашивал СССР. Рейх лишь затих, после чего резко обняв русского крикнул, «ДА». Союз не растерялся и обняв в ответ, неожиданно примкнул к таким мягким губам нациста. Сперва поцелуй был обычным касанием, с долей нежности и любви. Осмелев коммунист стал пробирать внутрь свой язык и они оба сплелись в страстном поцелуе. Но даже так в нем чувствовалась нежность и забота. Они бы хотели чтобы этот момент никогда не заканчивался, но воздух не вечен и им пришлось отстраниться. Русский с немцем резко отвернули свои глаза в стороны от смущения. Не зная как реагировать Рейх задал неуместный вопрос. — Союз, а за что ты меня полюбил? — Хех. Я люблю в тебе всё. Твою иногда излишнюю гордость, твою заботливость и смущение. Твою смелость, когда ты готов рискнуть собой ради близких. И то, как ты защищаешь их. — смотря а небо отвечал Союз. — Твою непоколебимость, твою улыбку и эмоции. Как я мог не влюбиться в такой комочек радости? — смотря на фрица признался коммунист. После этого, оба молча просидели под деревом. Они не стали ничего выяснять дальше, ведь сказанных слов хватило чтобы понять, они любят друг друга и больше им ничего не надо.***
Домой они вернулись лишь ближе к вечеру. Рейх снова переоделся в одежду, которую он надел ещё в марте и они вместе готовили ужин. Союз не хотел терять их общее время, поэтому предложил совместную готовку. Немец же не отказался и был только рад предложению. Коммунист приготовил на ужин борщ, а Рейх в качестве десерта «Кухен». Это такой немецкий пирог, в которую нацистик добавил ещё и ягод, так было вкуснее. После ужина, оба отправились в комнату и сидя на кровати, говорили о своём. О детях, детстве, современном мире и даже затронули тему других стран. Это была обычная беседа, которая плавно переходила на тему любви. — Союз, а когда ты понял что влюбился в меня? — сидя на кровати спрашивал Рейх. — Ну, я думаю что влюбился ещё при первой встрече. Но осознал что влюблён лишь после революции. — лёжа и положив голову на колени немца ответил русский. — Когда я сместил отца и занял его место, то стал реже тебя видеть. И тогда я понял что скучал, мне тебя не хватало и сердце больно сжималось в груди. А ты когда понял что любишь меня? — Я понял это примерно в тоже время. Когда мы стали редко видеться, я часами сидел в своей комнате и плакал, думая что ты не хочешь меня видеть. Тогда и понял что я люблю тебя. — приглаживая волосы любимого коммуниста рассказывал Рейх. — Иди сюда. — схватив за затылок и притянув голову немца к себе, Союз взял и поцеловал его. Дальше они не разрывая поцелуя, плавно переместились на кровать. Союз нависал сверху и стал раздевать его. В ответ немец тоже стал раздевать русского. Разорвав поцелуй, обе страны стали оставлять отметины друг на друге. Союз взял и.....***
На следующее утро, первым проснулся Рейх. Увидев все спящего Совета, он стал гладить его по голове, удивляясь тому, какие у него мягкие, светлые волосы. Не то что его, темные и немного жесткие. Решив приготовить для любимого завтрак, он встал с кровати, но вдруг, с грохотом упал на пол, при этом громко вскрикнув. От этого резко проснулся Союз и увидев нациста, стал помогать ему встать. Но немец не мог двигать ногами, перестарались они вчера ночью. ( ‾́ ◡ ‾́ ). — Рейх ты как? Встать можешь? — держа арийца за руку спрашивал коммунист. — Эм... Союз я не чувствую ног. — немного смущаясь ответил фриц. Русский не растерялся и взял Тройку на руки. Неся как принцессу, он отнёс его в ванную, а Рейх закрыл лицо руками от смущения. Вам может показаться что это слишком быстрое развитие событий. Но эти двое любили друг друга почти всю жизнь и терять время они не намерены. Они же не девственные подростки, которые боялись сделать первый шаг. Они взрослые страны, способные отвечать за себя и говорить без всех этих загадок. Я рада за этих двоих и надеюсь у них всё будет хорошо.