Последнее желание

      В лицо Сиэля неслась тьма со всполохами холодного багрового огня. Дорога тьмы, пролегающая по изнанке мира, была местом, куда он старался не соваться. Потому что заблудиться здесь было проще простого. Казалось бы, если ты демон, то почему бы не пользоваться этим своеобразным скоростным метро, доступным только детям ночи. Шагнул в Лос-Анджелесе, вышел в Лондоне. И никаких тебе длительных многочасовых перелетов. Только для этого места не было карт, и порой шаг вправо мог привести тебя не южнее Лондона, а в саму Преисподнюю. В этом месте Сиэль еще не бывал, да и не горел желанием. Судя по тому, что Себастьян остался в человеческом мире после расторжения контракта, то и он не стремился возвращаться домой.       Наконец, они шагнули в реальный мир, и Сиэль вдруг осознал, что ему знакомо это место. Светлый пентхаус с панорамными окнами в одном из престижных районов Нью-Йорка. Мебели здесь почти не было, только огромный диван, на котором валялся закрытый ноутбук. У стен стояли не распакованные картины и пара коробок с вещами. Он едва успел открыть рот, чтобы поинтересоваться, откуда Себастьяну известно, где он живет, как тот его опередил:       — Я даже знать не хочу, как ты оказался в руках Джона Константина. Это был по меньшей мере глупый поступок.       Себастьян сгрузил Сиэля на диван и сел рядом, закинув ногу на ногу.       — Ты понимаешь, что, если бы я не успел, с большой долей вероятности, он бы убил тебя. И тогда все, тысячи лет в Аду, пока кто-нибудь не призовет тебя в этот мир. А, учитывая, что твоего имени в гримуарах не встречается, сидел бы ты там до судного дня, — Себастьян злился, и Сиэль не понимал, почему.       Их первая встреча представлялась ему несколько другой. Не такой драматичной и неловкой.       — Но ты же успел, — реплика вышла абсолютно дурацкой. Будто ему снова десять лет, а дворецкий отчитывает его за то, что он съел сладкое до обеда.       Себастьян тяжело вздохнул, пальцами коснувшись лба, будто страдал от головной боли:       — Ты по-прежнему невыносим в своей тяге к приключениям.       — А ты по-прежнему зануда, — Сиэль решил не уступать и скрестил руки на груди, недовольно глядя на мужчину. Похоже, из них двоих этой встрече рад лишь он один.       Сиэль ожидал чего угодно, но не того, что от его слов Себастьян вдруг рассмеется. Искренне и заливисто, а после вдруг обнимет его за плечи, притягивая вплотную к себе. Глаза демона лукаво блеснули, а его пальцы пробежались по шее Сиэля, то ли поглаживая, то ли стирая следы крови.       — Признаться, я тогда очень удивился твоему приказу, — от горячего шепота на ухо по коже Сиэля побежали мурашки. — Отказаться от величайшей силы во вселенной лишь потому, что не можешь заплатить. Как благородно. И так глупо, — чужие пальцы скользнули за ворот рубашки, оглаживая ключицы. — А потом вновь призвать демона, не зная, что он потребует в уплату… Очередной опрометчивый поступок.       Сиэль сглотнул, чувствуя себя загнанным в угол. Он не мог вырваться из объятий Себастьяна, как и не мог перестать слушать его вкрадчивый горячий шепот, остановить его нежные пальцы, оглаживающие лицо, шею.       — И что же демон потребует в уплату? — прошептал Сиэль, чуть отодвинувшись и заглянув в глаза Себастьяна. Отчаянно хотелось сделать что-то глупое. Казалось, что внутри него прорвало плотину, что долгий век сдерживала все чувства — жаркую привязанность, желание увидеть, услышать, прикоснуться и горькую тоску по этому наглому и самодовольному типу. И, сидя сейчас непозволительно близко, Сиэль вдруг ясно осознал, что, чего бы ни попросил демон, он сделает все.       Себастьян мгновение молчал, затем на его губах появилась знакомая усмешка, а глаза лукаво блеснули алым огнем.       — Тебя.       Сиэль удивленно уставился на него, не зная, что кроется за этим словом. Пытаясь разобраться, он хотел еще отодвинуться и увеличить дистанцию между ними, но Себастьян рывком притянул его обратно, будто кот любимую игрушку.       — Ты хочешь, чтобы я… — «служил тебе, как ты мне когда-то?» хотел закончить Сиэль, но его прервали.       — Провел со мной ночь, — безапелляционно заявил его экс-дворецкий, и, не оставляя путей к отступлению, добавил, — в качестве моего любовника.       Сиэль замер, пораженный такой откровенностью. Было ощущение, будто его с размаху ударили в живот — невозможно ни вдохнуть, ни выдохнуть. Раньше они понимали друг друга с полуслова, словно имели какую-то мысленную связь. Но они столько времени провели порознь, что сейчас, глядя на Себастьяна, Сиэль не представлял, чего тот добивается. Что это? Провокация с его стороны? Желание унизить за все прошлые обиды? В последнее мало верилось. Вариант с тем, что это попытка сблизиться, Сиэль даже не рассматривал. И решил сделать свой ход, намереваясь узнать хотя бы о мотивах. Вместо того, чтобы начать возмущаться и требовать другой цены своему желанию, он, напряженный до этого, вдруг расслабился и мягко улыбнулся.       — Одну ночь? — уточнил он.       — До первых лучей солнца, — утвердительно кивнул Себастьян.       — В таком случае… могу я выбрать место, где мы её проведем?       — Хорошо, — во взгляде старшего демона читалось непонимание. Почему этот мальчишка так спокоен? Почему не бросается на него с кулаками и не требует изменить свое решение? Все же граф Фантомхайв умел его удивлять, и мастерски делал это до сих пор. От следующих его слов Себастьян пораженно распахнул глаза.       — Тогда мы проведем ее за полярным кругом, — Сиэль хитро улыбнулся. Конечно, Себастьян понял, о чем он говорил. Северная ночь, когда лучи солнца не касаются мерзлой земли, а в темном небе расцветает удивительной красоты полярное сияние, длится полгода.       Себастьян не отвечал. И чем дольше он молчал, тем больше нервничал Сиэль. Все было просто в его представлении. Не имея на то веской причины, Себастьян вряд ли примет подобные условия.       — Я согласен.       Сиэль вдруг испугался, что у него опять приступ астмы, потому что за последние несколько минут он во второй раз был не в состоянии вздохнуть. Он смотрел в алые глаза Себастьяна и совсем ничего не мог сделать, когда тот вдруг наклонился ближе, пальцами приподнимая его лицо за подбородок:       — В таком случае скрепим наше соглашение.       — И со всеми ты таким образом скрепляешь сделки? — Сиэль вжался в спинку дивана, пытаясь избежать физического контакта.       «Скажи, скажи, что я ошибаюсь… пожалуйста…» — билось в голове набатом. Он сглотнул, прерывисто вздохнув, когда Себастьян усмехнулся. Будто прочел его мысли.       — Только с тобой.       В груди будто взорвалась и родилась новая звезда, опалившая своим жаром всё внутри. Сиэль хотел бы сделать вид, что эти слова, как и сам поцелуй ничего не значат для него, если бы сам не зарылся пальцами в волосы Себастьяна, притягивая его ближе. Целуя так, как путник в пустыне припадает к сосуду с водой — жадно и взахлеб. И в этот момент не хотелось думать ни о чем — ни о собственных принципах, ни о Джоне Константине, ни о мире за стенами пентхауса. Вся вселенная Сиэля сейчас состояла в этом поцелуе, в чужом жарком дыхании, в прикосновении знакомых и таких нужных ладоней.       «Хорошо, сегодня ты выиграл, Себастьян. Но в следующий раз я ни за что тебе не уступлю!» — мысленно возмущался Сиэль, расстегивая дурацкую гавайскую рубашку, так несвойственную его идеальному дворецкому.       «Да, милорд» — мысленно усмехнулся Себастьян, и, подхватив своего бывшего господина на руки, шагнул во тьму.