Stay (hey)

Чимин съежился еще меньше, плотно закутавшись в одеяло. Сквозь хрипы своего приглушенного дыхания в груди он слышит знакомые звуки: лязг ключей, ударяющий по керамической посуде ручной работы в прихожей, дверца гардероба со скрипом открывается, а затем закрывается, щелчок включаемого электрического чайника немедленно сопровождался приглушенным бульканьем воды. На все это наложено хриплое тихое жужжание. Это любимый звук Чимина во всем мире, и он только заставляет его плакать еще сильнее. Он хотел бы, чтобы было не так сложно сдерживать свои собственные звуки. Все остальное звучит хорошо—просто удобная рутина, когда кто-то возвращается в любимый дом. Единственная аномалия—это скрежение его собственного прерывистого дыхания, он борется за то, чтобы сдержать его; подавить его до тех пор, пока яма печали внутри него не будет задушена обратно на задний план. У него даже нет повода для своей маленькой вечеринки жалости. Его день был прекрасен, но вот он здесь, несчастный до мозга костей и излучающий его наружу. Беспокойное рыдание вырывается из его больного горла. Тут же жужжание прекращается. "Чимин-а?" Он не отвечает. Он не может. Тэхен уже перешел от такого удивительно спокойного тона к тщательно взвешенному. Чимин еще глубже зарывается лицом в подушку и пытается заставить себя дышать. Как будто сам воздух полон бритвенных лезвий, которые застревают в его горле, заставляя задыхаться, задыхаться и выдавать себя. Контроль ускользает немного дальше от его пальцев, хотя он сильнее сжимает подушку. Может быть, если он сможет заткнуться, то сможет притвориться спящим и пропустить всю эту сцену. Кажется что стыд целиком поглотит его прямо сейчас, потому что все в порядке, и у него нет оправдания всему этому. Честно говоря, стыд только усиливает панику, затуманивающему его мозг. Люди в мире переживают реальные проблемы, и вот он здесь, просто жалеет себя. Третья ступенька на чердак скрипела с тех пор, как они переехали. Юнги перепробовал все свои трюки с домашним декором, и, похоже, ничего не сработало, но теперь Чимин благодарен. Он слышит как Тэхен начинает подниматься по крутым ступеням, несмотря на то, что его босые ноги почти бесшумно скользят по деревянному полу. —Я в порядке! Иди пей свой чай! - тут же выпаливает он. Шаги становятся все быстрее и тяжелее. Не задумываясь, Чимин перевернулся так, чтобы оказатся как можно дальше от лестницы, свернувшись калачиком прямо у стены на подушках, пахнущих, как его парень. Безмолвное напоминание о доме вызывает еще больше жалких слез. Боже, он этого не заслуживает— он такой драматичный и эгоистичный. —Чимин-а? Всё хорошо? Чимин качает головой, крепче сжимая подушку. —Все в порядке, детка. Иди выпей свой чай. Не торопись, - хрипит он, тщательно скрывая лицо промокшей тканью. Все его тело было таким же; мокрым и отвратительным. По крайней мере, одиночество спасло его от унижения показать кому-либо эту жалкую версию самого себя. С пола тявкает Ёнтан, как будто соглашаясь с Чимином, потому что, он самый лучший мальчик. —Танни, разве ты не составлял компанию моему Чимини? - говорит Тэхён с притворным неодобрением. Чимину не нужно смотреть, чтобы услышать нежную улыбку в его тоне. Все в нем выразительно, оптимистично и радостно. Ёнтан снова тявкает, и краем глаза Чимин видит, как он подбегает к собачей кровати в углу и устраивается с игрушкой. Еще одно рыдание вырывается из него. —Ах, Чимини. Почему ты мне не позвонил? —Все в порядке, - ворчит Чимин, плотнее накидывая на себя одеяло и отказывается показывать свое лицо. —Можешь вернуться вниз. —Хорошо, - легко соглашается Тэхён. На мгновение Чимин думает, что Тэхен примет его слова за чистую монету и спустится вниз, чтобы расслабиться, прежде чем он заснет. Обычно именно это он и делает в среду вечером, и именно этого он заслуживает сейчас. Только его сонный чай, расслабляющая музыка и, может быть, немного живописи. Чимин почти ожидает этого, задерживая свое хриплое дыхание, пока он снова не останется один. Скрип третьей ступеньки не раздается. Матрас дрожит под ним, простыни шуршат, Чимин не становится напряженным от настороженности, держа каждый сантиметр в напряжении. Затем на него отпускается знакомая тяжесть, пока он не оказывается окруженным, стиснутым в крепких объятиях одеялами и всем прочим. Кончик подбородка покоется на его плече, крендель конечностей крепко держит. Всё ужасное ядовитое дыхание вырывается из него с ужасным нытьем. Как будто прорвало плотину. Даже когда жалобный плач утих, каждый вздох отдается болью в груди. Больно вдыхать, и он устал. Боже, он так чертовски устал. Если бы он мог, то просто отделился бы от своих свинцовых костей и уплыл прочь, как блуждающая молекула водорода, бесцельная и незначительная. Это было бы намного легче, чем то, что сейчас происходит. На самом деле все в порядке. Конечности вокруг крепко сжимают его. Конечно, единственным связующим звеном здесь является Тэхен. А что еще это может быть? —Чимин. Скажи, что я могу для тебя сделать. Чимин решительно качает головой. —Ничего. Ничего не случилось. Всё нормально. Губы мягко целуют его в голову. —Я знаю, детка. Ты в порядке. —Да, - шепчет в ответ Чимин, —да, все в порядке. Все в порядке. Видишь? —Ладно, все в порядке. - Чимин чувствует, как он кивает ему в ответ. Он переворачивается в объятьях Тэхена, отбрасывает подушку и прячет лицо на груди своего парня. Вот так, по крайней мере, его тяжелое дыхание становится легче, признания вдавливаются в мягкий флис рубашки Тэхена. Второй поцелуй прижимается к его одетому в свитер плечу. —Можно я коснусь тебя? И снова ответ вырывается из него, тело дрожит от толчков невидимого землетрясения. « Пожалуйста ». Как будто Тэхён просто ждал разрешения. Каким-то образом он легко находит путь сквозь путаницу ткани, зарываясь руками в буррито из одеяла, пока его руки не проскользнут под рубашку Чимина. Он мгновенно приходит в сознание, грустное существование сгустка возвращается в человечество. Широкая ладонь, прижатая к его спине, кругами скользит по его коже. —Всё хорошо, милый. У меня есть ты. - Еще один поцелуй, на этот раз в лоб. Тэхен задерживается там, уткнувшись носом в волосы Чимина. Из него вырывается еще одно тихое всхлипывание. —Я не хочу быть здесь. Ужасное горе проскальзывает в его голосе, хотя он пытается контролировать его. Хорошо если найдется хоть один человек, который его за это не осудит. —Я так устал, ТэТэ. Работать, существовать, просто - все. Не хочу быть сейчас человеком . —Я знаю. —Я ненавижу это. —Я знаю малыш. —Это так глупо…Ничего даже не случилось, я просто устал. Просто хочу перестать так себя чувствовать, - жалобно бормочет он. Это ужасно—даже больше, потому что это заставляет глаза Тэхена стать еще мягче в тусклом свете. —Хорошо. Как насчет того, чтобы быть котом? Это настолько абсурдное предложение, что Чимин невольно вскидывает голову и смотрит на него. —Котом? Тэхён целует его в кончик носа и притягивает к себе за талию. —Ммм. Мягкий, крошечный, пушистый. Существует только для того, чтобы его кормили, обнимали, нянчили и давали спать. Лучшие способы позаботиться о Чимини~. Это заставляет его хихикать так внезапно, что его глаза расширяются. Тэхён чмокает его в щеку, быстро и приятно. —Смотри, милый котик Чимини~ —Боже мой, заткнись. Мне грустно, ТэТэ.- Чимин утыкается лбом в подбородок, снова зарываясь в его объятия, чтобы не сделать еще какую-нибудь глупость, глядя ему в лицо. Честно говоря, это, по крайней мере, вина Тэхена за то, что он так чертовски очарователен. Тэхен глубоко вздыхает. —Я знаю, детка. Иногда все отстойно. —Может, потому что я отстой, - бормочет Чимин себе под нос. И тут же получает легкий удар по затылку. —Эй! Мне грустно! —Это не оправдание для того, чтобы оскорблять моего парня, Чимин - чопорно отвечает Тэхен. —Как я уже говорил, иногда все плохо, но это не твоя вина, и ты не должен быть один, да? Просто иногда бывает тяжело, и это нормально. Ты пытаешься сделать себя лучше. У Чимина вырывается смех, дикий и истеричный, —Сегодня я сделал себя лучше? —Эй, твое “лучше” сегодня - не навсегда, болван. Будь нежен к себе. А если ты не сможешь, мне придется сделать это за тебя. —Мм, хорошо, - легко соглашается Чимин. Это ничего не меняет. В глубине души его мозг все еще отягощен странной усталостью, и ему ничего так не хочется, как на мгновение перестать существовать. Было бы идеально исчезнуть из существования, где не осталось бы ни проблем, ни испытаний, ни мыслей - это был идеальный воображаемый мир, где возможно было приостановить существование. В реальном мире этого было достаточно. Всё остальное было тяжело, но быть вместе с Ким Тэхеном? Это было самое лучшее, что с ним когда-либо случалось.