Roi de Poison

Я прекрасно помню тот день, когда все перевернулось с ног на голову. Моя жизнь испорчена, мои мечты и стремления навсегда перечеркнуты. Я должен был быть самым красивым, самым лучшим, самым величественным во всем мире. О моей красоте должны были сложить такие легенды, которые превзойдут Прекрасную Королеву. Но теперь, этого не произойдет – моя жизнь разрушена, и мне уже никак это не исправить! Выпускная церемония в колледже Ночного ворона, множество людей, ходящих по залу в чёрных мантиях, общались друг с другом. Директор только что закончил произносить свою речь, на которую всем, конечно же, было плевать. Важнее было пообщаться между собой, поделиться планами на будущее, поздравить своих сэмпаев с выпуском, обсудить будущих новых глав общежитий. Резко, в зале раздался пронзительный крик и звук бьющегося стекла. Бывший глава общежития Помфиоре сидел на полу и держался руками за лицо, прикрывая его. По рукам стекала кровь, её было так много, что перед парнем образовалась красная лужа. Ученики с разных концов зала сбегались посмотреть на то, что произошло, каждому было любопытно. Первыми к Вилу подбежали учитель Круэл и бывший вице-глава Рук Хант. Они пытались оказать первую помощь магией пострадавшему. Никто не мог понять, что и как произошло. Сквозь адскую боль Вил пытался найти человека, который с такой уверенностью и наглостью посмел причинить ему вред, но перед глазами все плыло, и сознание стало потихоньку покидать его. Это событие вошло в историю колледжа и даже обсуждалась далеко за его пределами. Виновник так и не был найден, что начало вселять страх в учеников колледжа, ведь такое могло произойти с каждым. Облокотившись руками о стену и пристально смотря на своё отражение в зеркале, Вил рассматривал огромный шрам на своём лице. Он начинался от виска и заканчивался на нижней губе. Ему только что сняли швы, до этого он боялся смотреть на себя в зеркало. Его лицо излучало гримасу злости и ненависти, по щекам текли слезы. Какой-то мерзкий ублюдок посмел испортить ему лицо. Причина была неизвестна, ведь преступник так и не был найден. Дотрагиваясь до мерзких рубцов, он вспоминал слова врачей: «Нам очень жаль, господин Шенхайт. Но это никак не исправить, ни с помощь хирургии, ни с помощь магии. Кто-то при ударе наложил на вас проклятие, которое не дает нам возможности залечить ваше лицо. Сейчас лучшие специалисты, ищут способ снять его, ну а пока, мы ничего не можем с этим поделать. Нам очень жаль.» Вил от увиденного в зеркале, еле стоя на ногах, отошел от него. Все силы куда-то ушли, а мерзкие мысли начали лезть в голову. С того события прошло уже несколько месяцев, но гнев и душевная боль разрастались с каждым днем, сдавливая грудь и не давая возможности дышать. Никто ничего не знал, никто ничем не мог помочь, никто больше не мог подарить ему радость. Если его душа и до этого не была светлой, то сейчас ее заполняло еще больше тьмы. На дрожащих ногах он дошел до больничной койки и без сил рухнул на нее. Он был в такой ярости, что готов был разрушить все, что находится вокруг, надеясь, что это поможет ему успокоиться. Взгляд упал на волшебную ручку, лежавшую на тумбе около кровати, рука невольно потянулась к ней, но вдруг раздался стук в палату. Без разрешения высокий мужчина с каре зашел в помещение, а следом вошел парень поменьше, с короткими фиолетовыми волосами и букетом цветов. Рук был в обычной повседневной одежде, а Эпель был одет в одеяния Помфиоре, на его голове красовалась корона, означающая, что он стал новым главой общежития. – Мой дорогой Roi de Poison, я так рад видеть тебя в здравии, мы не виделись так давно, я скучал. – Рук начал говорить без остановки, при этом избегая любых комментариев, касающихся внешности Вила. Эпель лишь поздоровался и на протяжении всего своего присутствия – молчал. Поставив цветы около кровати Вила он уселся на стоящее у входа кресло. Они с Руком находились в помещении недолго. Быстро поняв, что Вил не желает никого видеть и ни с кем говорить, Рук лишь вздохнул и, повернувшись к Эпелю, сказал, что те уходят. Вил провожал их взглядом, но вдруг, зачем-то, посмотрел на букет принесенный Эпелем. Его глаза расширились от шока. Изначально это был букет из роз, но на них была наложена магия иллюзии, и они потихоньку стали превращаться в хиганбаны, среди которых были те цветы, которые очень хорошо были знакомы Вилу, даже чересчур знакомы. Несколько красивых бутонов чёрных цветов из его страны, которые славились своей ядовитой пыльцой: если вдохнуть её, человек засыпает и умирает во сне. Поняв это, парень быстро попытался встать и отойти подальше, но его тело уже не слушалось, он хотел окликнуть своих знакомых, но, переведя взгляд, он заметил стоящего в дверях юношу. Он стоял в полуобороте, и, когда наконец-то поймал на себе взгляд бывшего главы общежития, его лицо расплылось в мерзкой и нахальной улыбке. – Вы очень многому меня научили, за что я вам благодарен, но сделали гораздо больше того, за что я вас возненавидел. Спокойной ночи, Вил-сэмпай, и прощайте. – Произнеся это шёпотом, Эпель хихикая вышел из палаты, закрыв при этом дверь и повесив табличку «Не беспокоить». Явно довольный собой, он поспешил догнать Рука. Вил не мог выдавить из себя ни слова, стало сильно клонить в сон. Он попытался встать, но силы постепенно начали покидали его, он пытался предпринять разные попытки ради спасения своей жизни, но было поздно, он слишком долго дышал рядом с этими цветами. Эти цветы смерти были прекрасным олицетворением Вила – он всегда ими восхищался, кто ж знал, что в итоге они и станут причиной его гибели. Свисая с кровати, на последнем издыхании парень вспомнил о своём шраме, изуродовавшем его, и на смертном одре его сознание вновь пронеслось в тот злополучный день. Теперь он уже отчётливо видел маленький силуэт, который быстро приближался к нему, держа что-то в руке. Перед самым взмахом кинжала, в нос ударил сильный запах спелых яблок, и наступила темнота.

***

- Вил! Ви-и-ил!! Проснись, мы опоздаем! Яркий свет ослепил его, когда тот открыл глаза. Над блондином, склонившись, стоял его вице-президент, который удивленно смотрел на него. - Выглядишь ужасно. С тобой все хорошо? – голос его был обеспокоенный. – Ты плохо спал? Тебе снился кошмар? Вся постель перевернута, и подушки скинуты на пол. - Который сейчас час? - Вил устало протирал глаза, пропуская вопросы Рука мимо ушей. - Сейчас начало девятого, уроки скоро начнутся, - юноша оторвал свой взгляд от часов и снова посмотрел на главу. – Вы так и не ответили на мои вопросы. Как жестоко, Roi de Poison. - Рук наигранно стал вытирать глаза, словно на них были слезы, на что Вил лишь раздражённо цокнул. – Вам помочь одеться? – спросил Рук, вернувшись в свое прежнее состояние. - Как насчет… - Я сам могу! Уходи! – Вил раздраженно махнул рукой, что означало оставить его одного, и его подчинённый послушно выполнил приказ. Поклонившись, он направился к двери. Поняв, что кое у кого сегодня ужасное настроение, он решил не нарываться на неприятности, ведь его Король Ядов ужасен в гневе. Когда его рука легла на ручку двери, Вил, который уже встал с кровати, окликнул его. - Проследи за тем, чтобы после уроков Эпель пришёл на тренировку. Конкурс “VDC” уже скоро. Я хочу, чтобы всё было идеально. На эти слова Рук лишь улыбнулся, произнеся «Будет исполнено!», он вышел из комнаты, оставив друга в одиночестве. Как только дверь закрылась, Вил быстро побежал к своему зеркалу. Шрама, который отчетливо запомнился во сне – не было, на что парень лишь облегченно выдохнул. Давно ему не снились кошмары, но сегодняшний явно был самым худшим в его жизни. Ещё раз посмотрев в зеркало, он провел пальцами по своему идеальному лицу, окончательно удостоверившись, что это был лишь кошмар. Но какая-то тяжесть всё же засела у него на душе. Пронзительно посмотрев на свое отражение, он прошептал: - Эпель…