Фрукты

С заказа обуви королю прошло около недели. Сегодня Чонгук, Сокджин, Тэхен и Чимин поехали забирать туфли. Зачем поехали Чонгук с Тэхеном? Принцу необходима новая обувь, поэтому он выбирает мастера для ее изготовления. Чонгук поехал, чтобы удостовериться в правильности формы, каблука, шнуровки и т.п. Чимин, ясное дело, - свита короля. Отправились они ближе к обеду, когда лавочки прикрывают на время трапезы. Мастерская сама по себе невеликая, что делает ее типичной для городка близ дворца. (https://images.fineartamerica.com/images-medium-large/hobarts-leather-shop-paul-mashburn.jpg) Внутри пахнет кожей. Как не странно, но это запах хозяина лавки. Старый господин Пак был лучшим мастером в своем районе города, а может и во всем городе. - Ваше величество, Ваше высочество, добрый день…Вы за своей парой обуви? - Здравствуйте, господин Пак. Да, я приехал забрать свою обувь. Надеюсь, она готова? – Сокджин был добрым кролем, оно и понятно. Омега не принимал участие в военных действиях и обсуждениях этих действий, но очень сильно пекся о народе, так что все законы принимались исключительно после его одобрения. - Обижаете меня. Я же говорил, что за неделю сделаю, - пошел искать обувь. Достал из ящика коробку и открыл ее. Внутри лежала лаковая пара мужских туфель. – Значит, сделаю. Башмачник собой гордился. За несколько лет изготовления обуви, к нему всего пару раз заходили правители или герцоги. Для них цены и материалы использовались дороже. Для простого народа Пак использовал более простые и легкодоступные материалы, за которыми всегда посыл сына. Чонгук взял один туфель, а другой передал Сокджину. Туфли для танцев необходимо проверять на гибкость, на шершавость подошвы, на прочность и тягучесть шнуровки. Чонгук начал мять туфли, растягивать в разные стороны, посмотрел шнурки и подошву. Вердикт – отличная пара обуви. - Мне нравится. Все как всегда на высшем уровне, господин Пак, - улыбнулся Чонгук. - Конечно, Гуки. Твои-то туфли не протерлись еще? Я их год-два назад делал. - О, нет. Они в цивильном состоянии. Спасибо, что спросили. Пока омеги вели разговор с башмачником, Тэхен разглядывал обувь, эскизы и инструменты. Его взгляд зацепился за фотографию. На ней был Чонгук и сын башмачника – Джинен. «Если бы один из них был альфой, парочка вышла бы прекрасная.. у него до сих пор сохранилась эта детская улыбка». Тэхен не уловил этой мысли в своей голове, хотя она сейчас являлась ключевой. - Чимин, расплатись с господином Паком. Тэхен. Ты будешь брать себе обувь? – вопрос привлек внимание Чонгука. Их взгляды столкнулись в изучающей схватке на пару секунд. За это время Тэхен понял, что глаза у омеги просто огромны и бездонны. А Чонгук отметил для себя, что взгляд принца невозможно предугадать. Они резок и неповторим, как дракон. - Да. Мои сапоги для верховой езды протерлись. Я был бы рад ,если бы их можно было подштопать, либо сделать такие же… - Ваше высочество, а в каком месте они протерлись? – Чимин, Джин и Джинен отошли поговорить. Джина зацепила работоспособность мальчика. Ему бы такой при дворе не помешал. Например, в качестве помощника повара очень даже ничего. - В районе икр разошелся шов с резинкой, и в районе пятки, сзади, протерлась кожа. - Резинку я смогу зашить, а вот пятку…там именно молнию продавило? - Да. - Значит, сапоги были вам велики, ваше высочество, - вставил свое слово Чонгук. – Может мастер был плохим? – сложил руки на груди, из-за чего рукава бледно-желтой рубашки сползли и открыли вид на точеные кисти рук и слабовыраженную мускулатуру. - Не могу быть в этом уверен. Мастера заморские делали сапоги. Когда я их мерил в первый раз, все было хорошо. Кожа была превосходного качества, мне пообещали, что она не растянется. - Существует одна такая загвоздка, ваше высочество. Какой бы плотности не была кожа, она растягивается. Это обыкновенная физика и химия. Поэтому, если кожа легко тянется, как эта, - показал легко-тянущийся материал, - значит надо брать на размер, а то и на 1,5 меньше. Чем плотность кожи больше, тем ближе к размеру вашей ноги должна быть обувь. Вот, например, туфли его величества. Они из кожи средней натянутости, поэтому размер я подобрал сам. Обычно простая математика, но моя бедная головушка даже этого уже посчитать не может. - Никто не молодеет, господин Пак, - улыбнулся Тэхен. - В этом вы правы, как никто другой, хэ-хэ, - покашлял старик. - Па? Все хорошо? – подошел Джинен. - Ласточка, все хорошо…Мне нужно еще кожи среднего и высокого качества. Я дам тебе денег, съездишь на ферму к семье О. - Хорошо… Джинен ушел подавленным. Он знал, что отец посылает его не всегда, когда нужна кожа. Его отец мучается от болезни, которая дает о себе знать время от времени. Омега однажды ходил на консультацию к лекарю. Он сказал, что вылечить можно только особым отваром, ингредиенты для которого растут высоко в горах. Джинен порывался пару раз все же покорить горы, но отец не отпускал. В этот раз Джинен решил действовать. У него есть немного денег, плюс то, что сейчас даст отец. Этого хватит. Должно хватить. Чонгук заподозрил неладное. Он слишком хорошо знает своего друга. Омега пошел проверить его. - Джинен? – стук в дверь. – Я захожу. - Что такое, Чонгук? – Джинен собирал дорожную сумку. - Я знаю, куда ты собрался…оно тебе надо? - Конечно! Чонгук. Это шанс вылечить отца.. - А ты не подумал, что ему это не надо? - Надо…он еще должен увидеть своих внуков! - Ох, е…ладно…тогда я тебе помогу - Стой..Что?! Ты! Чон Чонгук, добровольно поможешь? Да я сплю! - Да нет. Я буду приглядывать за господином Паком. Попрошу его величество о переселении во дворец и уход лекарями. - Ты думаешь, он согласится? - Кто и на что? – в комнату ворвался Сокджин, слава богу один. - Эм…Ваше величество… В вашем дворце будет место для моего отца? Где-то на месяц, - не растерялся Джинен. - Будет конечно…а что такое? Погоди, Джинен, ты уезжаешь? - Да. Ради отца… Чонгук быстренько ретировался. Спускаясь внизу по лестнице, он резко завернул за угол и врезался в принца. Обоих отшатнуло назад, а Чонгук начал падать. Благо Тэхен его поймал и по инерции прижал к себе. Миг был очень коротким, но обоим было так тепло в эту секунду… - Ты куда так летишь, аккуратне... - Да, да, ваше высочество…где господин Пак? - А где мой папа? - Ваш папа разговаривает с Джиненом, пожалуйста, не мешайте им, - посмотрел просящим взглядом. - Хорошо, господин Пак в мастерской…а что случилось? - Господин Пак переедет во дворец на месяц-два… - Неожиданно. Думаю, отец не оценит - П-почему? - Папа и так много народу с города созвал на работу, тебя последнего, а если еще и господин Пак переедет, думаю, папа лишится кое-чего жизненно необходимого… - Тэхен сложил руки на груди и устремил «задумчивый» взгляд в стену, а Чонгук тихо умирал от смеха… - Думаю, что если король захочет лишить его величества «кое-чего», сам этого лишится вперед… - теперь принц и Чонгук бесстыдно скрутились от смеха прямо около лестницы. Сокджин наверху услышал смех и выглянул за дверь… «Идеальная пара…» - Ладно, *кхм* идем? – Тэхен «прокашлялся» - Да, обратно в мастерскую В мастерской Чимин увлеченно наблюдал за процессом прошивки подошвы. Там близко к умелым рукам башмачника он еще не находился.. - Это потрясающе! – воскликнул омега - Ха-ха, спасибо, Чимини, - старик улыбнулся - Дедушка Пак, вам бы отдохнуть…может, отдохнете во дворце? Я все устрою, обещаю! Просто оздоровительная терапия. Это вам на пользу, дедушка.. - Чимини, как же Нена тут оставлю? Еще какой-нибудь альфа украдет, что я делать то потом буду? - Дедушка, - подошел Чонгук. – Джинен уедет на месяц… - Как это? Куда? Моя ласточка? - В горы. Джинен соберет нужные травы, и лекари вылечат вас - Вы все туда же?! Не нужно мне это лекарство - Нужно, - в разговор вмешался Тэхен, - господин Пак. Я уверен, что Чонгук и Джинен ради обыкновенной простуды не поехали бы в горы. Послушайте своего сына и всех нас. - Мой сын прав, - пришли Сокджин и Джинен. – Вам нужен отдых. Весь месяц будете во дворце, отдыхать. Все за счет королевства. Это для вас - Хорошо…но сначала мне нужно сделать обувь для принца. Это максимум неделя. - Хорошо. Все переглянулись и улыбнулись. Когда Тэхен столкнулся со взглядом Чонгука, омега покраснел, но взгляда не отвел. «Смелый однако»...Тэхен опять не предает своим мыслям значения, хотя позже будет слишком поздно.