Президент Студсовета - Дворецкий?! - 2. Сбежавшая мамочка

Лучи солнца без спроса врывались через распахнутое окно и бесцеремонно прыгали по закрытым глазам Аюзавы. Зажмурившись, парень ощутил, что выспался, интересно, когда в последнее время он это ощущал? Все еще не открывая глаз, Миса чувствовал чье-то горячее дыхание на своей макушке, что-то мягкое упиралось ему в лицо, и это что-то президент обнимал. Первое, что увидел кареглазый - ключицы и оголенную верхнюю часть груди. Слегка удивившись, парень поднял свой взор, теперь он увидел блондинистые локоны, лежащие на узких плечах. Будучи сонным, Аюзава не мог ничего понять, поэтому, переместив руку с талии 'объекта', брюнет решил незнакомку отдалить от себя. Еще ничего не осознавая, дворецкий пытался столкнуть "что-то" с кровати, правда, его рука неожиданно коснулась чего-то очень мягкого и объемного. Повинуясь инстинктам, кареглазый сжал ладонь. - Аюзава - изврашенец, - послышался шепот, от которого президент покрылся испариной. Подняв взгляд, Мисаки увидел хитрые зеленые глаза, такие знакомые и давно ставшие родными. Щеки парня моментально покрылись румянцем, брюнет хотел кричать, ругаться, но ему этого не дали, зажав рукой рот. - Не надо этого делать, президент, а то хуже будет. - Как ты здесь оказа... - но договорить ему не дали внезапно скрипнувшая дверь и Минако, внезапно вошедший в комнату к сыну. Заметив немую сцену, отец потерял дар речи, забыл, зачем сюда пришел. Погладив переносицу, папочка лишь усмехнулся и, пожелав удачи, покинул комнату. Просидев в ступоре несколько секунд, Миса продолжил, будто ничего и не было. - Так, как ты здесь оказалась? Что ты со мной сделала? - Вечно у тебя одни пошлости на уме. Как тебе не стыдно, президент? - девушка театрально помахала пальчиком возле носа Мисы. От такой наглости Аюзава покраснел, нахмурил брови, казалось, что из ушей вот-вот пойдет пар. Присев на кровати, дворецкий еще раз осмотрел самодовольную девушку, которая все так же лежала на его подушке: она была в школьной форме, правда, уже сильно помятой, волосы хаотично рассыпались по подушке, в свете утренних лучей отливая золотом. Прикусив губу, парень опустил голову: "Кто бы говорил, сама извращенка! Ответь мне нормально, что вчера произошло?" - Ну, как бы тебе объяснить, Миса-кун, - блондинка устремила свой взгляд в потолок, приставляя пальчик к щеке. - Вчера твои лучшие друзья замутили пирушку по поводу нашего воссоединения. Ну, ты умный, поэтому ты понимаешь, что на этом пати был алкоголь. Учителя в гневе били в дверь, но из никто не желал открывать. За тобой в слезах гонялась Хината, но ты, пьяный, посылал ее на все четыре стороны. В общем, было весело. Но потом тебя понесло не в ту степь, мне пришлось тебя тащить домой, но, знаешь, ты тяжелый, поэтому, благополучно дотащив тебя до кровати, я тоже обессиленно грохнулась рядом с тобой и заснула. Кстати, это так мило, что ты меня обнял во сне. - Заткнись, я тогда не осознавал, что делаю! - неожиданно для себя кареглазый взглянул на часы, хотя, лучше бы он этого не делал. Его глаза расширились, а сам парень подорвался с кровати и подбежал к шкафу. - Черт, мы опаздываем. Чего ты ржешь, это тебя тоже касается! Значит так, чтобы ты себя немедленно привела в порядок и через пять минут стояла около двери! Дверь в ванную комнату хлопнула, а Такуми, спустив ноги с кровати, поправила челку: "Какой ты смешной, Миса-кун, даже не заметил, что у тебя будильник на час спешит. Эх, ладно, не буду мешать ему". *** Первый урок уже был в самом разгаре: кто-то усердно пыхтел над тетрадкой, кто-то отчаянно пытался доказать очередную теорему у доски, а кто-то маялся балдой, после чего они получали нагоняй от учительницы. В общем, классическая ситуация, если бы не голос директора, раздавшийся из громкоговорителя: "Аюзаву Мисаки и Усуи Такуми, просьба, подойти в кабинет директора". Переглянувшись и получив разрешение учителя, парочка покинула класс. - Неужели нас будут отчитывать за поцелуй на крыше? - покраснев, Аюзава скрыл свои глаза за челкой. Неожиданно он почувствовал, что мягкая теплая коснулась его пальцев, и парень, взяв девушку за руку, переплел их пальцы в замок, на что блондинка усмехнулась: "Вряд ли кто-то из учителей нас тогда видел, у них было совещание, а вот по поводу пирушки я действительно боюсь, ведь все кричали наши имена..." - Ладно, выкрутимся, - вздохнул кареглазый, нажимая на ручку и открывая дверь приемной. Пройдя мимо секретаря и тихонько постучавшись, Такуми и Мисаки зашли в кабинет. - Вы звали, мы пришли настолько быстро, насколько могли. - Такуми, держи, - заявил директор, протягивая девушке белый объемный пакет. - Сегодня это письмо пришло на адрес школы, но оно адресовано тебе. Мы его не открывали, но отправителем является городская больница. Почему мы позвали Аюзаву Мисаки? В письме, адресованному нам, было указано и Ваше имя, Аюзава-сан, тем более, отправитель ваш отец. Быстро распечатав конверт, блондинка извлекла из него такой знакомый всем кулон на длинной серебряной цепочке... *** - Такуми, подожди! - кричал вслед Миса, еле поспевая за бежащей и плачущей одновременно зеленоглазой, парень только и успевал, что ловить не смотрящую под ноги блондинку. Схватив Усуи за талию, брюнет остановил ее, переводя дыхание. Заметив слезы на щеках зеленоглазой, президент усмехнулся. - Ну почему ты плачешь? - Скорее всего, тело моей матери нашли, а теперь мы идем на опознание. Все просто, в жизни не может быть все хорошо. Миса, ее пристрелили у меня на глазах! - оправдывалась девушка, смотря на больницу, крыша которой значительно возвышалась над другими зданиями. - Мисаки, в больницах тоже есть морги! Городская больница встретила их тишиной и едким запахом разных лекарств. Мисаки никогда не понимал, как можно работать в такой атмосфере, а вот Такуми, кажется, наслаждалась. Обернувшись, кареглазый заметил своего отца, быстро идущего по длинному коридору с какими-то бумагами в руках. Увидев сына, он улыбнулся и жестом показал, чтобы парочка шла за ним. - Привет, Такуми, как настроение? - спросил Минако, вызывая лифт и крепче сжимая в руке документы. Среди этих непонятных иероглифов, которые в народе называют "подчерком врача", Аюзава-младший смог прочитать два слова: "Юи Хироси". Секунды длились вечность, прежде чем дверцы раскрылись и троица вышла на четвертом этаже. Заплаканными глазами Усуи осмотрелась и с непониманием уставилась на своего парня, который, кажется, понимал, какая встреча ожидает блондинку. Минако повел их по длинному коридору и, пройдя несколько метров, они остановились возле двери в палату. После разрешения, девушка неуверенно взялась за ручку. Помещение встретило их чистотой, светлом и прохладой. Первое, что увидела блондинка - большое распахнутое окно, через которое в палату врывался ветерок, который уносил с собой этот запах больницы. Неуверенно шагнув вперед, девушка увидела перед собой кровать, на которой, отвернувшись, лежала женщина с длинными черными волосами. Услышав, что в палату кто-то зашел, больная повернулась к гостям лицом, от чего Такуми сразу ее узнала. - Мама! - палату оглушил девичий голос, и Такуми, кинув школьную сумку куда-то в угол, побежала к Юи, которая с готовностью обняла дочку, прижимая ее ближе к себе. Миса так и остался стоять около двери, чуть ли не со слезами на глазах наблюдая воссоединение матери и дочери, которые, преодолев все трудности, смогли вновь встретиться и теперь никогда не расстанутся. - Мамочка, мамуля! - Такуми, - тихонько проговорила Хироси, целуя в макушку самого дорого и родного ей человека. Усуи, ощущая теплоту и любовь, зарыдала от счастья, как маленький ребенок. - Прости, дочка, что пришлось тебе из-за меня страдать, прости. Теперь все хорошо, я рядом. - Мама, но ведь тогда... Они тебя подстрелили, - сквозь слезы прошептала девушка, смотря на измученное лицо матери. Брюнетка, вытерев слезы с лица дочери, улыбнулась: "Волкеры хитрые, но очень невнимательные. Когда меня подстрелили, Джеральд испугалась и приказала отступать, а ранение не задело жизненно важные органы, поэтому доползти по трассы я смогла. Ну, а дальше меня привезли в больницу. Когда меня спрашивали после операции про родственников и знакомых, я назвала твое имя и имя Мисаки. Рядом был твой отец, Миса-кун, поэтому он сразу понял, о ком я говорю". Выслушав мать, блондинка, выпрямившись, подошла к отцу президента и, низко наклоняясь, прокричала: "Спасибо Вам огромное, господин Аюзава!" - Ну, не стоит таких благодарностей, я лишь выполнял свою долг, а сейчас, просьба, покинуть палату, пациентке нужен отдых, но завтра ты сможешь ее навестить, - мужчина усмехнулся и проследил за тем, как сын и девушка, попрощавшись с Юи, вышли из палаты. *** - Такуми, почему ты остановилась? - поинтересовался парень, наблюдая, как блондинка сначала увлеченно рассматривала витрину книжного ларька, а потом, достав кошелек, стала что-то покупать. Подойдя к зеленоглазой, которая светилась от счастья, заметил в ее руках газету. - Газета? Усуи, ее содержание можно же и по телевизору посмотреть! - Этот выпуск я в рамочку поставлю! - заявила девушка, ехидно улыбаясь и быстро листая только что купленную ею вещь. - Полюбуйся, президент, я теперь свободна! Миса, удивленно посмотрев на Такуми, принялся читать статью, которую она показала:

Семья, которая славилась своим могуществом и богатством, в полном составе погибла прошлой ночью, попав в аварию. Уильям и Джеральд Волкер погибли на месте. Недавно упоминалось, что у этой семьи есть еще одна наследница, но ни имени, ни фамилии никто не знает.

Не успел Аюзава отойти от шока, как девушка набросилась на него с радостными криками: "Они сдохли, Мисаки, сдохли! Ты понимаешь, что я теперь свободна?!" - Все, все, я понял, что ты рада, но ведь на нас люди смотрят, - смущаясь, заявил кареглазый, стараясь успокоить возбужденную блондинку. Дворецкий понимал, что она очень рада, ведь больше не будет этих погоней, кровавых боев, Такуми может вдохнуть полной грудью и наслаждаться жизнью вместе со своей матерью. Но что это за странное чувство в душе, будто чего-то не хватает? *** - Я дома, - вздохнул Аюзава, перешагивая порог своего дома. Сняв ботинки и поставив их на место, его взгляд упал на женские туфли, которых раньше здесь не было. Нахмурив лоб, старший подошел к двери, ведущей на кухню, и, сглотнув, открыл дверь. За столом, мирно попивая кофеек, сидела Сакуя, а в другом конце комнаты, скрестив руки на груди, стоял Сузуна. Заметив старшего сына, женщина, поднявшись и извинившись, намеревалась уйти, как она выразилась"к себе домой", но Миса ей этого не дал сделать, то есть, просто обнял. - Куда ты спешишь, мама? Твой дом здесь, - сквозь слезы прошептал президент, все крепче прижимая к себе Сакую. Хоть это приключение и выдалось тяжелым, трагичным, но оно научило кареглазого одной очень важной вещи - прощать и принимать свою мать такой, какая она есть... _________________________________ Ехохо, ехохо, финский дед мороз... Ну, а если говорить понятным для всех языком, то я, слава Ками, закончила писать эту историю до нового года. Спасибо всем, кто читал (что-то слова не вяжутся :D). Грустно немного, но впереди у меня еще много работ) Сейчас планирую посвятить себя фэндому "Хвост феи", но по ПСГ остается одна работа, главы к которой будут появляться (куда я денусь?), хоть и редко. Спасибо за внимание :3