Меланхолия

Наруто прошел через Коноху, в очередной раз стараясь изо всех сил игнорировать агрессию сельских жителей, когда он направлялся к Ичираку Рамен. По дороге его остановил внезапный крик. — Уваа! Оглядываясь, он увидел маленького мальчика, который упал и содрал кожу с колена. Он плакал. Наруто был готов перебежать и помочь, но прежде чем он начал действовать, молодая женщина тут же бросилась в сторону раненого мальчика.  — Коичи! Ты в порядке? — спросила она встревоженно, когда осматривала рану на колене. Несмотря на то, что колено было слегка ободрано, все было не так уж плохо. — Очень больно, мам…– хныкал мальчик, со слезами на глазах. — Ставлю на то, что так и есть. Я говорила тебе перестать бежать… Но ты никогда не слушаешь меня. Мать отругала своего сына. Однако, через мгновение, глядя на опечаленные глаза Коичи, ее выражение смягчилось, она ясно дала понять, что не может оставаться расстроенной на него, — Боже правый, давай сюда, перевяжу, — мать протянула руку в сумочку, достала повязку, а затем слегка отряхнула песок вокруг. Затем она открыла повязку и забинтовала рану. — Вот так. Так-то лучше, — мягко сказала она. — Но все равно больно, — бормотал Коичи, дуясь.  — Вот что я тебе скажу, — через мгновение мать улыбнулась, — Почему бы нам не пойти и не купить мороженого по дороге домой? Это поможет тебе почувствовать себя лучше? — О, да, да! Я хочу мороженого с мятной шоколадной крошкой и с дополнительными брызгами! Пошли! — Почти сразу после этого Коичи взбодрился, на его лице появилась яркая улыбка. Наруто сам улыбнулся с болью, когда смотрел, как мальчик хватает маму за руку и оттаскивает ее. В такие моменты Наруто не мог не вспомнить о своем одиночестве. «Интересно… были ли мои маманя и папаня какими-то подобными…» - он задавался вопросом, когда направлялся к месту назначения. Третий Хокаге никогда не давал ему четкого объяснения того, что случилось с его родителями, кем они были или даже какими они были, так что он не мог не размышлять об этом.  — Эй, Наруто, давно не виделись! Как дела? — знакомый голос вырвал его из мыслей. Он посмотрел на своего старого учителя, стоящего там с улыбкой. Немедленно он стер это испуганное выражение с лица, не желая вызывать беспокойства. — Ирука-сенсей! Хе-хе, я как раз собирался взять рамен, так как собираюсь отправиться на новое задание и все такое. Наруто поцарапал щеку, смущаясь.  — Понятно. Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе? Вообще-то, я сам туда направлялся. Я подумал, что это будет отличная возможность наверстать упущенное, и мне бы очень хотелось услышать, чем вы занимались последние несколько недель, — Ирука улыбнулся. Внезапное тепло наполнило грудь Наруто через мгновение (то же самое тепло, что он всегда чувствовал, находясь рядом с Ирукой), и, не задумываясь об этом, он вдруг обнаружил, что возвращает жест, принимая его на предложение. «Мы с тобой оба нашли дорогих друзей, не так ли?» «Тебя… что-то беспокоит? Если так, ты ведь знаешь, что можешь поговорить со мной, да?» «Хватит уже спорить! Мы же должны быть командой, не так ли?! Мы друзья! Что хорошего в том, чтобы сражаться друг с другом?!» «Да! Ты права, Сакура-чан! Мы должны держаться вместе, несмотря ни на что!» «Соперничество — это одно, но ты не можешь прожить всю свою жизнь, сравнивая себя с другими и держась за стандарты. Мне плевать, что кто-то мог сказать в прошлом, будь то сам Итачи Учиха, но ты не слабак. Тебе просто нужно принять это уже сейчас». Саске стоял в своем доме, глядя вниз на портрет команды 7. Он уже закончил собирать вещи — он никогда не брал с собой многое в поездки, так что это не заняло у него много времени. Последние слова его товарищей по команде и их сенсея перекликались в его голове, прежде чем он вспомнил слова Цунаде, ее нежное прикосновение, как она исцелила его свежим в его сознании. Она так много напоминала ему о его матери… о том, как она перевязывала его раны, когда он получал травмы во время тренировок по метанию сюрикенов. Он ненавидел это. Он ненавидел, как женщина вела себя так, будто знала о нем все, несмотря на то, что редко разговаривала с ним, и, прежде всего, он ненавидел чувствовать себя таким чертовски уязвимым. Тем не менее, в глубине души, был голос, говорящий ему, что все они были правы. Должен ли он… принять это? «У тебя недостаточно ненависти.» Нет. Он был мстителем. Это то, что он прожил всю свою жизнь до сих пор. Это была единственная цель, которая у него осталась. Он должен был сосредоточиться на том, чтобы стать сильнее, победить Итачи. Он должен был держать курс на эту цель в одиночестве. Он должен был догнать Наруто, иначе он никогда не будет достаточно силен, чтобы победить этого человека. Были ли они друзьями или нет, не имели значения в этом аспекте. — Эй, Оччан, можно мне один мисо-рамен с пикантной свинниной? — Наруто ухмылялся, заходя в лапшичную, вместе с Ирукой. — Я возьму то же, что и он, — добавил Ирука. — О, это вы двое! Рад вас видеть! — Теучи с радостью поднял глаза, — Как твои тренировки, Наруто? — Всё идёт отлично, я на тонну сильнее, чем раньше! Вообще-то, я собираюсь отправиться на задание, так что я решил зайти поздороваться. — Понятно! Ну, присаживайся, и я быстро сделаю тебе рамен! — сказал Теучи, — Я добавлю еще одну чашу только для тебя! — Хорошо! Вот о чем я говорю! Спасибо, Оччан! — сказал Наруто, сидя за столом рядом с Ирукой.  — Эй, Наруто, я хотел тебя кое о чём спросить. Как дела между тобой и Саске? Я слышал от Какаши, что у вас двоих были некоторые проблемы в последнее время, — Ирука затронул эту тему. — Ну, сейчас все довольно сложно… Саске очень долго злился из-за чего-то, и пару недель назад мы сильно поссорились — лицо Наруто закаменело, когда он думал об этом. Он знал некоторые из причин, по которым Саске был расстроен, так как Сакура довольно хорошо объяснил ему то, чего он не знал — проклятие, Орочимару, его семья, но рассказ этого Ируке-сенсею в конце концов только заставило бы его еще больше волноваться, поэтому он решил не упоминать об этом, — Сакура-чан тоже была немного подавлена из-за этого… Я не могу смотреть, как она себя так чувствует. «Хватит уже спорить! Мы же должны быть командой, не так ли?! Мы друзья…! Что хорошего в том, чтобы сражаться друг с другом?!» Ее слова перекликались с эхом в его голове, когда он немного потер руку, едва подавляя желание поцарапать рану. — Ирука-сенсей? — он взглянул в сторону. Его голос был едва выше шепота. Он вдруг вспомнил мать, которую видел недавно, то чувство, которое он почувствовал, когда увидел Ируку-сенсея, когда был рядом с Саске и Сакурой-чан. - Что такое, Наруто? — Ирука спросил, немного ошарашенный внезапной сменой настроения. Наруто всегда оставался позитивным. Наверное, его действительно беспокоят испытания с товарищами по команде. Не то, чтобы он мог особенно винить его. — Каково это… иметь семью? У тебя была семья, верно? Я имею в виду… У меня никогда раньше не было семьи, так что иногда я не могу не задаться вопросом, — Наруто шептал. Откуда это вообще взялось? Что-то определенно было не так, Ирука понял, но тем не менее, он был обязан. — Ну, я думаю, это зависит от того, как ты смотришь на это. Семьи могут быть сложной штукой, в конце концов, — сказал Ирука. — Что ты имеешь в виду? — Как бы это сказать? С одной стороны, это может быть самый теплый опыт, который ты можешь себе представить… — Ирука вспомнил о своих родителях и о том, как сильно он скучал по ним, даже по сей день, — Но с другой стороны, семьи иногда ссорятся… Это не всегда проходит так гладко, как хотелось бы думать. Хотя, я полагаю, это также может зависеть от личности… Но, Наруто… — А? — Наруто посмотрел на него.  — Семья не всегда кровь, — указал Ирука, — и я думаю, что ты понимаешь это лучше, чем кто-либо другой, не так ли? Саске, Сакура-чан и Какаши-сенсей возникли у него в голове. Честно говоря, он всегда думал о Саске-теме, как о брате, или, по крайней мере, задавался вопросом, каково это — иметь брата. Какаши-сенсей был похож на ленивого отца, которого он видел в манге. Сакура… у неё были некоторые материнские черты, но было что-то особенное, она была сильной и милой, и в ней была уникальность, которая действительно привлекала его к себе. Дело не только в том, что иногда она вела себя, как маманя. Вкратце, он даже подумал, что Ирука тоже почти как папа, просто другой тип, строгий и вроде как суровый, но и заботливый, когда это имеет значение. Другой тип, который он видел в манге раньше, и даже в папанях других детей раньше. Он знал, что не должен основывать свои чувства на таких вещах, но это было трудно не делать, и, конечно же, у писателей была семья, от которой должны были отталкиваться герои, верно? Тем не менее, он не озвучивал эту мысль, не желая делать ее неловкой. Кроме того, он не знал, что думать о том, что у него было больше, чем один парень, которого он видел, как фигуру папани. А потом появился Эро-сеннин… — Мин… Спасибо, Ирука-сенсей, — часть Наруто хотела продолжить тему, но он решил не делать этого, заменив сомнительное выражение лица улыбкой, так как Теучи вернулся с раменом. — Вот ты где! Три горячие миски пикантного свиного мисо! — Теучи объявил, поставив перед ними еду. — Хорошо! Я проголодался! — Наруто взволнованно взял свои палочки для еды, отталкивая назад свою неуверенность, чтобы больше не беспокоить Ируку. — Итадакимас! — сказал он, перед тем, как разорвать палочки и начать есть. Часть Ируки все еще волновалась, но он решил не толкать ее дальше. В конце концов, Наруто никогда не оставался в депрессии долгое время. Он наверняка был бы в порядке. С этой обнадеживающей мыслью он начал есть. — Я совсем не довольна тем, как ты себя вела раньше, Сакура. Сакура знала, что очередная ворчливая ссора придет, как только она войдет в дверь своего дома, но, к сожалению, у нее не было выбора, если она хотела забрать свои вещи. — Хм. Не думаю, что я когда-либо говорила, что ты мне нужна, — Сакура не смотрела на свою мать, проходя мимо нее. — Подожди, ты никуда не пойдешь, — Мебуки схватила ее за руку. — Ты знаешь… ты должна стараться больше слушать свою мать, Сакура, — ее отец закричал, предлагая не больше помощи, чем он когда-либо делал. — Почему я должна? Все, что вы двое когда-либо делали, это говорили мне, что я могу и не могу делать со своей жизнью! Что я есть и на что я не способна! Почему я должен слушать кого-то, кто всегда говорит мне, что я бесполезна, независимо от моих достижений?! Отпусти меня! — Сакура каким-то образом сумела вырваться из сильной хватки и побежала в свою комнату. — Не смей затыкать меня! Это я помогла тебе добраться до того места, где ты находишься, так что тебе нужно начать показывать мне немного больше благодарности! — Благодарность за что? — выпалила Сакура, не задумываясь, — Ино и Команда 7 — это те, кто поддерживал меня все это время, а не ты. Так же, как и когда надо мной издевались в академии и даже сейчас, когда я уже достаточно проблем решаю! Тебя это совсем не волновало! И ты никогда не заботилась! Она знала, что, возможно, преувеличивает. В конце концов, были времена, когда Мебуки была рядом с ней, но все было не так, как ей нужно было. Она всегда читала ей лекции, но никогда не пыталась по-настоящему понять, кем она была как личность. Вот почему они никогда не ладили. Она хотела сказать больше, но сдержалась, зная, что разговоры приведут только к большему количеству контраргументов. Вместо этого она вырвала руку у матери, несмотря на гневные протесты женщины, и бросилась в свою комнату. Она взяла сменную одежду, ту, в которой могла бы спать, и упаковала ее в сумку вместе с несколькими другими мелочами, которые ей понадобились бы, прежде чем писать записку, на случай, если бы мать пошла ее искать. Затем она ушла через окно, не желая долгое время видеть лица Мебуки или Кизаши. Иногда они были более нейтральны и могли терпеть присутствие друг друга. В другие дни, как сегодня, это было совсем не так. Ее мать просто хотела устроить сегодня драку. Честно… Почему иногда она не может быть более понимающей? Что-то вроде Хокаге-сама… Цунаде, возможно, была строгая и грубая, но она все еще была искренне добра к ней и, видимо, знала, как помочь в отличие от определенного человека. С мыслями о Мебуки суетящейся из-за нее сгорел в памяти, она ушла к воротам в приступе гневного порыва. — О боже, я наелся! Я не могу съесть больше ни кусочка. Твой рамен непревзойденный, Оччан! — Наруто ухмылялся, потирал живот, получал ухмылку от Ируки, который остановился на одной миске. — Неужели? Ну, я рад, что ты так думаешь. Мы с дочерью делаем все, что в наших силах, чтобы угодить клиентам, — Теучи улыбнулся. — О, эй, это напомнило мне. Где Аямэ? Я заметил, что её сегодня нет, — спросил Наруто. — К сожалению, сейчас она немного простудилась, поэтому я сказал ей, что ей стоит отдохнуть, — объянил Теучи. — А, понятно… — Наруто задумался об этом на мгновение, — Надеюсь, ей скоро станет лучше. Здесь не так весело, когда ее нет. — Я обязательно дам ей знать, что ты это сказал! Но это моя дочь, так что я уверен, что ей скоро станет лучше. — Это правда, — прошептал Наруто. Аяме всегда была живой и уверенной в себе девушкой. Даже во времена академии, хотя она была более пассивной, было раз или два, когда она помогала ему, делая все, что в ее силах. Может быть, они и не были так близки или что-то в этом роде, но ему все равно нравилось быть рядом с ней, — ну, мне, наверное, стоит оплатить свой счет. — Подожди, не волнуйся об оплате. Я оплачу твой счет, Наруто, — Ирука предложил, когда Наруто начал тянуться в карман, чтобы достать лягушачий кошелек с монетами. — Правда?! Ты лучший, Ирука-сенсей! — Наруто улыбнулся, обнял его, не задумываясь, почувствовал, что внутри слишком тепло для комфорта, и вспомнил, как мать с ребёнком ушли за мороженым. — Эй, не надо так нервничать, это всего лишь несколько чашек рамена, — Ирука засмеялся, но все равно вернул объятия. Наруто всегда был таким, как он предполагал, взволнованным из-за мельчайших проявлений доброты. Он погладил голову Наруто, прежде чем улыбнуться, — а теперь, тебе лучше поспешить, ты же не хочешь опоздать на миссию. — Точно! — сказал Наруто, перед тем, как бежать на миссию, — Увидимся, Ирука-сенсей! — Он точно гиперактивный, этот парень, — Теучи заметил вслух. — Да… — Ирука сказал с нежностью, — но это то, что делает его Наруто. Теучи вспоминал тот день, когда Наруто впервые прошел мимо его магазина, привлеченный восхитительным запахом. Он мог вспомнить это, как будто это было только вчера. Мальчик выглядел таким нерешительным, как будто он явно ожидал, что его отгонят, как и многие другие владельцы магазинов, без сомнения, делали это с ним до тех пор. Выражение лица мальчика, когда он был приглашен и впервые попробовал рамен, было почти душераздирающим. Было ясно, что очень немногие люди во всей деревне, вероятно, относились к нему достаточно прилично для того, чтобы даже позволить ему ходить по магазинам. И с тех пор Наруто возвращался снова и снова, и даже стал одним из своих любимых клиентов. Теучи немного ухмылялся. Этот парень… С тех пор он прошел долгий путь. … Впервые Наруто на самом деле остался совершенно неосведомленным о суровых взглядах односельчан, когда он шел к своему дому, и некоторое время он действительно чувствовал себя на небесах. К сожалению, это было недолго, прежде чем слова окружавших его людей добрались до него снова, как они всегда это делали. Однако, только когда прозвучало слово «кицуне», он потерял всю свою прежнюю уверенность в себе. «Однажды демон, всегда демон». Он сразу же набрал темп, и поспешил обратно в свою квартиру, потерпев неудачу в том, чтобы не признавать слова тех, кто вокруг него после этого. Как всегда, его «дом» был пустым и одиноким. Он отодвинул свое желание, чтобы его эмоции показывают, и заставил себя сосредоточиться на своих приоритетах. «Хорошо, я лучше пойду собирать вещи! Я бы не хотел быть последним там!» Пока он набивал свою сумку различными вещами, включая рамен быстрого приготовления (на всякий случай), он уронил один из своих кунаев на пол. Громкий звук металла, который ударился по твердой поверхности, поразил его. Он посмотрел вниз, чтобы увидеть, как лезвие блестит в свете. Его глаза внезапно закрепились по краям, раны на руке чесались под рукавом. Вдруг он почувствовал невыносимое желание снова разорвать кожу на куски, как он это делал накануне вечером. Всего несколько порезов не могли повредить, верно? У него все еще было немного времени, и он действительно нуждался в этом прямо сейчас. Боль служила бы отвлечением… И кровь давала бы ему временное облегчение от тяжелых эмоций, которые он испытывал в данный момент. Было лучше, чем иметь какой-то прорыв, который Саске мог использовать в качестве рычага воздействия на него позже, или неоправданно беспокоить других, он рационализировал, так что, не задумываясь, он взял оружие и направился в ванную комнату. Закатав рукав, он снял старые повязки и выбросил их. Кунай находился в твердой руке, он быстро сделал порез на предплечье и позволил себе насладиться свободно текущей кровью, его нервы, наконец, утихли, заставляя расслабиться. И, наконец, снова, ещё раз, расслабиться. Сакура была первой, кто добрался до деревенских ворот (неудивительно, ведь она не приложила никаких усилий, чтобы остаться дома). Она чувствовала себя измотанной после очередного спора с матерью. Она едва заметила, когда Саске-кун пришел. — Наруто ещё не пришёл, да? — заметил он, привлекая её внимание. — А? О, да, но я уверена, что он, вероятно, скоро будет здесь. Ты его знаешь, всегда непредсказуем, — Сакура сказала, стараясь изо всех сил восстановить душевное равновесие, несмотря на то, что в ее сердце, честно говоря, совсем не было его. — Хм, это правда… — Саске немного улыбнулся. Тем не менее, можно сказать, что она заставляет себя говорить, и что она явно не чувствует себя так хорошо, но он решил дать ей пространство и не протягивать руку помощи. Очевидно, что она не была в настроении разговаривать, и это все равно не было его делом. Хотя, он все равно не мог не задаться вопросом, что же ее расстроило. Сакура редко выглядела настолько подавленной. … Вопреки ожиданиям, Какаши прибыл следующим, за ним следовали Идзуми и Сабуро. — Где гипер? — спросил Идзуми, подняв бровь. Какаши ответил:  — Странно. Обычно Наруто уже с вами двумя, когда я прихожу. Интересно, где он? — Откуда мне знать? — Саске пробормотал с ухмылкой «Че, этот неудачник, наверное, подрался или что-то вроде того.» — Какаши-сэнсэй, что нам делать? — Сакура спросила через минуту, — Может, пойдём и поищем его? — В этом нет необходимости, по крайней мере, пока, — успокоил ее Какаши, положив руку ей на плечо, — я уверен, что Наруто в порядке. Зная его, он, вероятно, будет здесь с минуты на минуту. В конце концов, даже Наруто никогда не был таким, как Обито, с его опозданиями. Сам Какаши больше следовал по стопам Обито (хотя он всё ещё иногда опаздывал, как и все, кроме Саске и Сакуры). Конечно, как будто по реплике, Наруто прибыл через несколько мгновений, задыхаясь, что свидетельствует о том, что он направился туда в последнюю минуту, спеша: — Простите за опоздание, ребята! Меня вроде как что-то задержало, но я готов идти! — Хорошо, мы все здесь. Видишь? Нет причин для беспокойства, Сакура, — Какаши нежно положил руку ей на голову. Сакура немного покраснела, прежде чем начать ругать Наруто: — Честно говоря, я должна злиться, но Какаши-сенсей постоянно так с нами поступает, так что просто будь вовремя в следующий раз, Наруто! — Я понял, Сакура-чан — Наруто нервно улыбнулся. — Это касается и тебя тоже, сенсей! Ты подаёшь плохой пример и Наруто, и нашим клиентам! — Сакура добавила обвинительно. — Точно… — Какаши вспотел. Он действительно создал репутацию, и если его ученики воспитывались таким образом, что используют его в качестве примера то, он не должен быть… Какаши отбросил эту мысль в сторону и стал серьезным. — В любом случае, пора идти.