И ты станешь моим концом

      Глубокий вдох. Я закрываю глаза, пытаясь собраться. Выходит плохо. Ещё бы, ведь сейчас я должна оставить за порогом этого зала прошлую жизнь, и не только школьную – где я обрела друзей, где училась и проявляла себя, где разбивала сердца и влюблялась сама, но и снова ту, старую, земную, где у меня был любимый муж и крошка-дочь. Я смирилась, давно смирилась со своей потерей, но сейчас, перед очередным поворотом жизни, вернее, наверное, всё-таки смерти, меня вновь накрыло. Но это пройдёт. Я сильная, я должна быть сильной. Я принимаю сторону, я обретаю крылья и иду вперёд, не оборачиваясь, не привязываясь, сжигая мосты. Вот только…       – Бекка! – я вздрагиваю и оборачиваюсь. Ну конечно, это он. Это не мог быть никто другой. – Зачем ты пришёл, Винчесто? – вопрос получается неожиданно резким, ну и пусть. Так надо. Нас не должно было быть и теперь уже не будет. – Хотел быть с тобой. Попрощаться. Оставаться рядом до самого конца. Я вздрагиваю, как от пощёчины. «Винс, как ты мог родиться демоном? Где тёмная душа, пакостность, тройное дно? Что ты за насмешка судьбы?» – Не стоило, – единственное, что я произношу вслух. – Стоило, – не соглашается Винчесто, – это ведь последний раз, когда я вижу тебя, Ребекка. – Я принимаю сторону, а не ухожу в небытие, дурак, – отвечаю я, и неожиданно для меня самой, мой тон, несмотря на оскорбление, теплеет. – Мы увидимся вновь, ты и я. – Противоположную! Ты станешь ангелом по-настоящему, одной из этих святош! Это в школе на всё смотрят более-менее сквозь пальцы, могут вечно выговаривать, закрывать глаза, не замечать, тем более Непризнанных, но теперь… Мы прощаемся навсегда, Бекка. – Одной из? Тем более Непризнанных? – заостряю внимание на деталях я. Мне жаль его. Мне жаль себя. Мне жаль нас, но так надо, иначе нельзя. – Возможно, я принимаю правильное решение в таком случае, если я для тебя лишь «одна из».       Винс не злится. Он неожиданно делает шаг вперёд, сокращая расстояние между нами практически до неприличного, и легко касается моего плеча. – Ты не одна из, Ребекка, и никогда не будешь, ты всегда, с самого первого дня твоего появления в школе, была моим ангелом с пушистыми крыльями. Но об этом мне придётся забыть сейчас, ведь ты уходишь. – Чего ты хочешь, Винчесто? – устало прикрываю глаза я. – Пожалуйста. Остановись. Тебе не обязательно выбирать сторону сейчас, хоть ты и стала достаточно сильна, чтобы пройти ритуал Признания! Тебе не обязательно становиться ангелом, Бекка. – То есть ты предлагаешь мне пожертвовать всем, что я делала, всем, к чему шла и стремилась? Ради чего? – я бью словами, вновь и вновь повторяя себе, что так надо. Так лучше, лучше для всех, я знаю. Лучше для меня, Винчесто и моей Вики, если ей тоже придётся однажды через это пройти. – Ради нас! Ты столько сделала, чтобы быть лучшей, сильнейшей, самой крутой из всех, неужели нельзя хоть раз пойти на что-то просто ради счастья? – мы всё это время говорим шёпотом, но сейчас Винчесто умудряется кричать практически без звука. – Если я стану демоном, то для вас навсегда останусь помётом под ногами, вшивой Непризнанной с амбициями. Если я стану демоном, ты получишь свой приз и тебе надоест. У тебя будут любовницы-демонессы, зажигающие в тебе страсть. Я надоем тебе, Винчесто, ведь тебе интересно соревноваться, искушать судьбу, совращать, а не любить одну и ту же. Такова ваша демоническая натура.       Он дёрнулся, как от удара, но промолчал, ожидая продолжение. Я вновь глубоко вздохнула. – Ты, наверное, прав, и это последний мой шанс сказать это. Я люблю тебя, Винс. Я не знала, что так можно любить мужчину. Даже мужа там, на земле, я любила совершенно иначе, наверное, гораздо меньше. И поэтому я не готова пожертвовать всем, пожертвовать своей душой, идеалами, будущим, ради того, чтобы ты в перспективе разбил мне сердце. Поэтому я выбираю такой путь. Я сейчас разбиваю себе сердце, но делаю это сама. Ты не сделаешь мне больно, я просто не дам тебе, – я выговорилась, выдохлась и отвернулась от Винчесто. – Ты веришь в мою демоническую натуру, но не веришь в меня. Что же… Это твой выбор, Ребекка, и я желаю тебе удачи, – каким-то другим, посеревшим вмиг голосом произнёс он и тоже отвернулся, собираясь уходить. А потом вдруг вновь повернулся ко мне, крепко взял меня за плечи и повернул к себе лицом, так, что мои глаза встретились с его. – Ведь я тоже люблю тебя, Ребекка. И эту любовь уже ничего не сможет у меня забрать.       Я грустно улыбнулась. Пройдёт совсем немного времени, и он встретит свою демонессу, с которой ему будет прекрасно, с которой он будет шутить свои ужасные демонические шутки и жить свою демоническую жизнь, с которой ему не нужно будет быть настолько человеком... А нам пора прощаться. – Мы увидимся вновь, Винчесто, и ты поймёшь, что всё проходит, что это лишь наваждение, лишь минутная слабость, – я с усилием вырываюсь из его рук и без дальнейших раздумий открываю дверь в зал, где должно состояться моё Признание.       – Мы встретимся вновь, Ребекка. И ты будешь моим концом, – доносится мне в спину.

***

      Я заставляю себя смотреть до последнего. Топор опускается на шею, и голова катится по эшафоту.       Ты был прав, Винчесто, ты всегда был прав, а я была дурой. Ты не смог перестать меня любить, не встретил свою демонессу.       И я стала твоим концом.