teen romance.

      Вообще, мне очень неприятно об этом говорить. Но так как это разделило мою жизнь на до и после, я не могу это не рассказать. После того, как Саске принёс меня домой, я отрубился и проспал весь день. Мне не хотелось ничего. Ни есть, ни сидеть в телефоне, абсолютно ни-че-го. На следующий день мы съездили в больницу, дабы узнать, не подхватил ли я какую-нибудь дрянь от этого урода. Потом Саске уговорил подать на него в суд. Дальше суд. Очень долго мы это всё делали, но его упекли в колонию для малолетних.       Помню его мать, рыдающую без остановки. Ей наверное было больно осознавать, что её сынишка изнасиловал своего одногрупника. Она потом передо мной долго извинялась, говорила что сама виновата, воспитав такого человека. Я просто не сказал ни слова. Всю неделю я практически постоянно молчал, рыдая на груди у Саске каждый день. Мне было противно.       Мне было противно от себя. От того, что он трогал меня, от того, что его мерзкий член побывал во мне, от того, что я лишился девственности с ним, а не с Саске как планировал. Я правда хотел отдать свою девственность ему, потому, что люблю его и доверяю ему на все сто процентов. Помню, как в истерике извинялся, что не дал ему быть у меня первым, что я отвратителен, и что наверное он никогда не захочет меня из-за этого и вообще разлюбит. На что Саске только прижал меня к себе, поцеловал и сказал, что я не виноват. Что виноват этот ублюдок Аяно, что это был даже не секс, а изнасилование, потому что не было обоюдного согласия на это, и сказал, что… Наверное, я не буду это говорить, потому, что это очень смущает. Кстати, я не подхватил от него никаких ЗППП. Чему очень рад.

***

— Наруто, ты как? — Саске пришёл в комнату где лежал я и смотрел в потолок. — Солнце, может, кушать хочешь? — Спасибо, но кушать я не хочу, — Я выплакал уже всё что мог. Мои глаза были просто сухими. В них не осталось ни капли слёз. — Малыш, я тут подумал… — Он лёг рядом со мной и прижал меня к себе. Я уткнулся носом в его тёплую грудь, вдыхая до боли знакомый и родной запах. — Может, найдём тебе психолога? — он гладил меня по спине. Как же это успокаивает… — Зачем? — я закрыл глаза. Начала вырисовываться та картина когда Аяно прижал меня к стене. Мне стало плохо, и я открыл глаза. — С этим правда трудно справиться. Тебе нужен профессионал. А то знаешь… — он нервно сглотнул. — Слышал, что после такого люди з-заканчивают жизнь с-самоубийством, — Его голос задрожал, а я посмотрел ему в глаза. — А я н-не хочу, чтобы ты… ты… — он начал плакать. — Саске… Я никогда это не сделаю. Прошу, не плачь… — Я поцеловал его в нос. — Я не сделаю это, дорогой, прошу, не надо плакать, — Я целовал его, смахивая слёзы с щёк. — Просто я как только представлю это… — Он прижал меня к себе очень сильно, и я обнял его в ответ. — Сразу с-слезы наворачиваются, ведь с тобой моя жизнь обрела какой-либо смысл, ты мой лучик солнца во тьме, и если этот лучик солнца уйдёт… Я утону в этой пучине навсегда, — Саске тяжело вздохнул и поцеловал меня в макушку. — Пообещай мне, что справишься. Я сделаю всё что угодно, чтобы это случилось. — Обещаю, — Я улыбнулся. В тот день, впервые за неделю на моём лице появилось подобие улыбки. — Ты улыбнулся… Я рад, — Он улыбнулся мне в ответ. Мы сидели друг напротив друга, держась за руку. — Саске? — Да? — Поцелуй меня, пожалуйста, — Я хочу выплеснуть все свои эмоции в поцелуй. Вот, что я хочу. Саске ни минуты не размышляя подался вперёд, накрыв мои губы своими. Поцелуй был очень нежным, и я вкладывал всю свою любовь в него. Я люблю Саске. Я люблю его всего. От макушки до кончиков пальцев, я люблю его каждый изъян, а у него их мало, люблю его вдоль и поперёк. Я не мог выразить эту любовь словами или просто поцелуем. Для объяснения моих чувств, не хватит обычных слов. Я отстранился. — Солнце, может сходим погулять? — Саске убрал мою чёлку со лба, которая упала на него. — Давай. Всё же, проветриться будет не такой уж и плохой идеей, — Я пожал плечами и встал, осматривая шкаф. В глаза бросилось та толстовка, в которой я был неделю назад. Меня передёрнуло. — Я хочу выбросить эту толстовку, — Саске встал с кровати и взял толстовку. Покрутив её в руках, он с ненавистью бросил её в дальний угол комнаты. — А тебе денег не жалко? — Я продолжил копаться в вещах. — Ни чуть, — Он встал рядом со мной, взяв какое-то худи, которое я почему-то вижу впервый раз, и джинсы. Ну, а я взял свой любимый свитер и тоже джинсы. Мы переоделись и вышли из комнаты.       Надеюсь, мы погуляем, и мне станет легче. Я крутил в голове слова Саске о том, что он думает что я совершу самоубийство. Я слишком слаб, да и вообще, я не смогу это сделать. У меня есть Саске, Хината, Шикамару, Сакура и Темари. Ради них я буду жить. Я никогда не наложу на себя руки. Обещаю.