Я хочу

Огни сверкают, свет перескакивает с одних людей на других, блестит на бутылках алкоголя. Играет какая-то популярная песня, наверное, Саске уже слышал ее у какой-то одногруппницы на звонке. Лед стукается о края бокала, виски отливает медью. Завораживает. Завораживает и Наруто. С Узумаки они были знакомы давно — еще с начала старшей школы. Она не сидела на месте, сияла и раздавала свои улыбки каждому, кто здоровался с ней. Она любила всевозможные браслеты, рамен и текилу. Вот и сейчас пила второй шот, засматриваясь на танцпол, не решаясь присоединиться к толпе. Учиха лишь усмехался такой нерешительности своей активной подруги. Она могла выступать перед огромной аудиторией, в особенности, когда полностью отдавала себя тематике, но в то же время иногда стеснялась людей. Это было странно и немного забавно. Саске весело хмыкнул, смотря на пытающуюся усидеть на месте девушку, что рвалась танцевать, но до сих пор боролась с трезвыми комплексами. — Что смешного? — Узумаки прищурила яркие голубые глаза, что даже в темном помещении отдавали синевой. — Успокойся, Наруто. — Саске вздохнул и отпил из своего бокала. — Но я хочу танцевать, — блондинка протянула эту фразу будто это являлось самым важным выбором в ее жизни, самой сложной проблемой. Учиха покачал головой. Он взглянул ей в глаза, медленно утопая в их синеве. Голос был четким, немного резким, но вполне привычным для него. — Значит, танцуй. Наруто будто бы заново родилась. Она похлопала глазами, еще раз посмотрела на парня, улыбнулась, сверкая белоснежными зубами, и побежала на танцпол. Волны уверенности будто прошлись по ее телу, заставляя выкинуть подальше все страхи и сомнения. Наруто погружалась в ритм, изгибаясь под музыку, заставляя приковывать к себе взгляды. Саске попросил бармена налить ему еще. Узумаки слишком красиво двигалась. Она словно жила в танце, плавно двигая руками и бедрами. Ее длинные волосы в двух по-детски заплетенных хвостах золотыми лентами следовали за ее телом. Учиха подпер рукой подбородок, рассматривая девушку. Наруто и вправду была очень красивой, что в сочетании с ее характером оставляло неизгладимое впечатление. Он не знает как получилось, что они сошлись и стали друзьями, при чем очень близкими друзьями. Он с его разумностью и рациональностью, и она — живое воплощение хаоса. Но рядом с ней было хорошо, приятно, правильно. Узумаки никогда не притворялась, никогда не лгала, редко грустила, распространяя вокруг себя ауру радости. Она отпускала себя, жила моментами, а потому чаще была счастливой. Саске любил наблюдать за ней в такие мгновения, за ее дурацкой привычкой щуриться и чесать затылок, будто бы ей всего лишь семь, а не двадцать. Это цепляло, заставляло ей интересоваться. Она была солнцем, что притягивало к себе, тянуло и манило своим теплом. Саске нравилось это тепло, ему нравилась Наруто. Уже, наверное, года два. Но было страшно говорить об этом и, как бы банально не звучало, разрушать их дружбу и спокойный мир, что окружает их отношения. Пока что ему хватает обычного общения, таких вечеров в клубе возле его дома и кино каждую третью субботу. Они тогда садятся рядом, под одним потрепанным пледом, что повидал не одну передрягу, заваривают любимый рамен Наруто, засыпают в широкие чаши попкорн, выбирая очередной детектив. Узумаки всегда удивленно раскрывает рот, когда находят убийцу, в то время как Саске повторяет: «Я же говорил». — Саске, ты почему грустишь здесь? — Наруто рвано дышит и счастливо улыбается. Саске не может, просто не хочет отрывать взгляд от этой улыбки и блеска небесных глаз, а потому немного затормаживает с ответом. — Я не грущу. Просто не всем нравится скакать, словно зайцы, под музыку. — Хей, это было обидно, — девушка притворно надулась, а потом хлопнула в ладоши. О, Саске знал, что когда она так делает, значит, что-то задумала. Сразу после его мысли о заговоре, блондинка схватила его за руку и дернула в сторону толпы. — Пошли-пошли. Я тебе покажу как надо «скакать». — Наруто!.. *** Постепенно белесый пар становился прозрачнее, что говорило об остывающем чае. Смуглые руки Наруто теребили ручку кружки, иногда стукаясь ногтями о керамику, отчего раздавался тихий звон. Тикали часы, было около восьми вечера — скоро темнело. — Саскее… — Наруто смотрит в свою кружку, немного краснея. — Что? — парень отпивает вторую порцию крепкого кофе, что заварил себе совсем недавно. Наруто, да и его брат Итачи, будучи любителями разных видов чая, всегда удивлялись его любви к эспрессо. Впрочем, это было взаимно. — Я хочу влюбиться. Саске закашлялся от столь неожиданного заявления. Он посмотрел на девушку удивленными темными глазами, пытаясь рассмотреть причину такого желания. Блондинка что-то бурчала себе под нос, ее щеки со странными шрамами покрылись легким румянцем. — Зачем? — он говорит кратко, но хочет узнать и зачем она ему это сказала, и зачем хочет это сделать. Наруто понимает, заправляет за ухо выбившуюся прядь из пучка и смотрит своими сияющими глазами в ответ. — Не знаю, — она вздыхает, откидывается назад, рисует круг руками в воздухе. — Не знаю, я просто… просто хочу. — Добе, — Саске стонет, прикрывая глаза. Понять логику Наруто никогда не представлялось возможным, но это также было одной из причин, почему она притягивала людей. Все ждали, что же она совершит дальше. Учиха немного обреченно смотрит на темное кофе, в котором отражается кухонная люстра. — Значит, влюбишься. *** Было вроде бы около трех часов ночи, когда зазвонил телефон. Все рингтоны у него на смартфоне были одинаковы, но Саске все равно знал, что настолько поздно и неожиданно может позвонить только Наруто. В комнате было темно, а глаза слипались, когда парень пытался рукой нашарить телефон у тумбочки. Тот звонил, не переставая. Выругавшись себе под нос, когда скинул телефон на пол, Саске и сам сполз вместе с одеялом вниз. Свет ярко стрельнул прямо в глаза, заставляя прищуриться. Белые цифры скакали перед ним, складываясь во время. Три двадцать семь. — Добе, — голос Саске был немного охрипшим и сипловатым после сна. Недовольство и раздражение постепенно возрастали в нем со все большей силой. — Какого?.. — Саске, приезжай, — тихий всхлип заставил парня проснуться и забыть свое недовольство. Наруто давно не была настолько подавленной. — Что случилось? — Учиха приложил телефон к уху, зажав его плечом, попутно включая свет и хватая первые джинсы и футболку с рисунком акулы. Откуда у него такая одежда в комнате, он не имеет ни единого представления, отмечая у себя в голове выпытать это у Итачи. — Да тут, — слышен еще один всхлип. Он уверен, что она сейчас щурится, а нижняя губа немного подрагивает. Скорее всего, девушка теребит свои пальцы, немного их заламывая — дурная привычка, которую она пыталась исправить, но не могла контролировать при больших эмоциональных потрясениях. — Я рассталась. А казалось, что только недавно девушка влюбилась, как хотела ранее. Этот факт Саске, если честно, больше обрадовал, чем расстроил, однако говорить об этом Наруто он не собирался. Ее парень был немного отбитым, но все же ее выбором, так что Учиха осталось лишь принять это и затолкать свои чувства и возражения подальше, так как Узумаки была счастлива, что радовало. — Почему? — Парень слушал немного сумбурный рассказ Наруто о том, как все обстояло. Из всех слов, сказанных девушкой за недолгие две минуты, он понял лишь то, что ее бывший тот еще мудак, который не ценит ее чувства, не ценит ее в принципе, и вообще пошел налево. Конечно, Наруто говорила не такими словами и с немного другой интонацией, но Саске хватило лишь единственного факта измены, чтобы возжелать выбить ему челюсть. — Ты приедешь? — притихший голос раздался в трубке после краткого пересказа событий. В его интонации были слышны нотки просьбы и надежды. — Да, скоро буду выходить, — как только Учиха сказал предложение, он услышал тихий вздох облегчения и радости. Наруто — существо эмоционально нестабильное это точно, за ней нужен присмотр. — Прихватить чего-нибудь? — Да, — после этого возникла небольшая пауза размером секунд в пять. — Я хочу напиться. — Понял, — парень открыл шкафчик на кухне, щуря глаза от яркого света и разыскивая хороший алкоголь. — Значит, напьешься и не будешь помнить сегодняшнюю ночь. Саске накинул на себя куртку, так как ночи были холодными, аккуратно захлопнул входную дверь. Оставалось надеяться на то, что его район не проснется от звона бутылок, все же он хотел оставить о себе приятное впечатление. *** На улице выпал снег, дети смеялись и прямо купались в сугробах, создавая снеговиков и крепости. Наруто, словно семилетняя девчушка, радостно хохотала с покрасневшими от низкой температуры щеками и задорно бросалась снежками в мрачного Саске. Ну не любил он мороз и зиму, терпеть не мог, на самом деле. Но девушка каждый год удивлялась снегу, как какому-то чуду, поэтому накидывала на себя теплую куртку, укутывалась в широкий красный шарф и тянула за руку парня на улицу. Чтобы вновь и вновь погружаться в детство и ловить снежинки языком. Саске нравилось наблюдать за счастливой Узумаки ровно до того момента, как прямо в лоб не прилетел холодный комок. Наруто настолько смеялась с его серьезного лица, с которого медленно соскальзывал снег, что готова была упасть. Саске глубоко вздохнул, спокойно убрал снег со своих волос и нагнулся, чтобы стряхнуть его и со штанов. Наруто в это время успокоилась и просто улыбалась на все лицо. Учиха резко схватил в руки горсть снежинок и, практически не прицеливаясь, кинул его в девушку. Та похлопала от удивления искрящимися глазами, притворно нахмурилась и провела большим пальцем по своей шее. Парень же ухмыльнулся, показывая, что вызов принят. Словно маленькие дети, что не следят за временем и не знают тех далеких взрослых мыслей и переживаний, они бросались снежками, кувыркались в этих сугробах, сцепившись в шуточной драке. Саске тоже периодически смеялся и лишь умилялся с той искренности, что излучала девушка. В конце концов они остановились, легли спиной на мягкий снег, что покрывал всю их одежду и попал за куртки. Их щеки покраснели, дыхание было учащенным и рваным, но было так хорошо и тепло, что хотелось так лежать вечно. — Саске, знаешь, чего я хочу? — Наруто неожиданно начала говорить. В конце концов, это стало их своеобразной игрой, которая возникла совершенно неожиданно. Всегда, когда кто-то из них говорил «Я хочу», второй пытался это сделать или понять. Однако этим никто не злоупотреблял, Саске редко признавал свои желания, а Наруто была счастлива просто так. Девушка редко так говорила, просто согреваясь от мысли, что есть человек, который постарается сделать для нее все. Как и Саске. — М? — Учиха поднялся на локоть, смотря на раскрасневшуюся Узумаки, что уставилась своими сапфирами прямо ему в глаза. — Чего? — Я хочу тебя, — Наруто протянула руки в мокрых перчатках к лицу парня и пододвинула к себе, нежно поцеловав. Саске замер на мгновение. Он, если честно, не надеялся ни на что, сохраняя в воспоминаниях вот такие моменты, боясь все разрушить. А девушка не боялась или просто сделала то, что велело ей сердце. Неожиданно, спонтанно. Захватывающе. Узумаки смотрела ему в глаза, пытаясь совладать со своими внутренними переживаниями и эмоциями. Фраза была откровенной, личной и совершенно не пошлой. Саске знал, потому что очень часто хотел сказать тоже самое. Он убрал потемневшие пряди с ее лица, немного засмотрелся на слипшиеся мокрые ресницы, что трепетали из-за ожидания. Со всей своей имеющейся нежностью он еще раз поцеловал потрескавшиеся от мороза губы девушки. — Значит, получишь, — тихий шепот раздался возле губ Наруто. Она радостно улыбнулась, уткнувшись в лоб парня. Рядом с ним было невероятно тепло и спокойно. Рядом с ним было счастье.