II.
18 сентября 2020 г., 03:39
Покрутив шариковую ручку в руке, чтобы хоть как-то унять дрожь в теле, Пак Суён подняла взгляд на улыбчивого парня. Юноша находился допустимо близко к темноволосой, от этого она хорошо чувствовала освежающий запах мяты.
На душе скребли кошки. Правильно ли она поступает? А что ей остаётся-то? Если она не подпишет контракт, её и бабушку убьют. Этим людям не составит никакого труда убрать две никчёмные жизни. В мире ничего не изменится от их смерти.
В последний раз сжав ручку, Пак все-таки решилась подписать контракт. В голову тут же ворвалась мысль: «Хотя бы не верная смерть». Девушка по-прежнему не знает, на что она согласилась. А вдруг её обманули? Может быть, она подписала как раз-таки смертный приговор. Но, чтобы развеять все ужасные мысли брюнетки, Мин Юнги протянул документ как можно ближе к девушке.
— Теперь можете прочесть, — альфа внимательно смотрел на темноволосую. — На что согласились.
Суён с явным недоверием следила за парнем напротив. Она не торопясь взяла подписанные документы, затем быстро пробежалась по первым строчкам. Начало было банальным, так начинаются все важные документы. Затем пошли условия сделки. И в тот самый момент омега осознала то, что она действительно подписала смертный приговор.
— В смысле, — довольно громко начала Пак. — Я должна буду стать девушкой Чон Чонгука?!
Когда темноволосая подслушивала разговор BTS, тогда в клубе, их план казался ей поистине глупым, ведь какая умная девушка согласиться участвовать в такой ерунде. Зато теперь она может смело взглянуть в зеркало и ответить на этот вопрос.
— Вы условия читайте, это пока не самое важное, — отмахнулся парень и стал ходить по всей гостиной, в поисках чего-нибудь интересного.
Условия было не из лучших: девушка обязуется выполнять все указания Ким Намджуна; она автоматически лишается работы, как поняла Суён, это во избежание утечки информации; она будет жить под одной крышей с Чоном; на публике Суён и Чонгук должны вести себя как милая парочка, отказывать парню в чём-либо она не имеет права; выбор наряда и причёски также лежит на парне, то есть, если Чон выберет купальник, Пак должна будет ходить в нём; что же касается её общения с друзьями, в контракте не прописано. Но Юнги сказал, что это право также лежит на Чонгуке. Если брюнет разрешит, то Суён может даже ездить к друзьям в гости.
— Если хотели убить меня, могли это сделать не таким изощрённым способом! — таки произнесла темноволосая, обречённо взвыв.
— Поверьте, это ещё цветочки, — Мин забрал документ из рук девушки. — Не забывайте, в контракте чётко прописано то, что только Намджун может прекратить ваши пытки, и только Намджун может внести изменения. Советую я вам его не злить.
— И когда начнётся вся ваша катавасия?
— Завтра, — Юнги вернул контракт в защитную папку. — Я заеду за вами в восемь утра.
— На кой так рано? — вот, что девушка сильно не любила, так это просыпаться утром. Для неё это настоящая казнь.
— Потому что вас завтра с утра будет ждать Сокджин-хён в центральной больнице, — Юнги стал медленно удаляться к двери, Суён, держав определенную дистанцию, плелась следом. — Он уже изучил вашу историю болезни, но даже так, — альфа резко остановился, — он хочет провести медосмотр, — надел ботинки. — В нужное время, чтобы были на улице, иначе пешком в больницу пойдёте.
— Да поняла я!
***
— Мин. Чёртов. Юнги. — темноволосая, стоя на тротуаре возле дома, качалась из стороны в сторону от скуки. Время плавно двигалось к пол девятому, а альфы всё нет. И это вчера он говорил о пунктуальности. Чтобы встать вовремя, Суён пришлось откопать бабушкин старый будильник. Такого громкого звона её соседи явно не слышали. Даже когда Пак устраивала небольшие вечеринки, музыка играла куда тише. — Я сейчас психану и действительно пойду пешком! Прошло пять минут. Никаких изменений: ни самого альфы, ни его подручных, никого. Прошло ещё пять минут. Постепенно у девушки начался нервный тик. Ей казалось, ещё секунда и она начнёт орать на прохожих. В какой-то момент внутри брюнетки что-то оборвалось, и она громко крикнула. Проходящий мимо школьник в ужасе отшатнулся и стал прибавлять шаг. — Ну, всё, это была последняя капля! — Суён поправила свою сумочку и спортивной походкой направилась к автобусной остановке. У Пак создалось такое чувство, будто про неё забыли. Вот, взяли и в наглую забыли. Теперь темноволосая из принципа поедет на автобусе.***
Пак Суён вошла в здание больницы. Народу было немерено. Женщины с детьми, подростки, пожилые люди, врачи и медсестры — все куда-то спешили, ходили без конца друг к другу, заглядывали чуть ли не в каждый кабинет. И как в таком кипише Суён что-нибудь найти? Пак долго не решалась подойти к девушке в регистратуре. Но и без того долгое ожидание утомляло и бесило её, поэтому брюнетка пересилила себя и подошла к девушке-бете. — Здравствуйте, меня зовут… — Девушка, я сейчас занята, подойдите позже! — тут же прервала её медсестра и махнула рукой в сторону. — Но меня жд… — ещё одна попытка. — Девушка, вы меня вообще слушаете? — бета, наконец, подняла на брюнетку свой взгляд. — Я же ясно выразилась… — Что у нас тут происходит? — на появление главврача медсестра подскочила как ужаленная и стала уважительно кланяться. Суён медленно повернулась вправо, именно оттуда на неё смотрел никто иной, как Ким Сокджин. Альфа выглядел действительно прекрасно. Красивый, аристократичный парень, что ярко улыбался каждому встречному человеку. Ну прямо добряк из всех добряков. А его сладкий запах карамели заставлял каждую проходящую омегу обернуться и посмотреть на Кима. — А я уж думал, куда вы делись, — Джин одарил Пак своей улыбкой, затем обратился к медсестре в регистратуре. — Это мой особый пациент, запомните её, пожалуйста. — Да-да, конечно, — бета вновь принялась раздавать поклоны. — Идёмте, Пак Суён, — Ким плавно лавировал средь мимо проходящих работников. Альфа успевал здороваться с каждым, что впечатляло омегу, которая просто старалась идти за широкой спиной Джина. Это было удобно, так её никто не толкал и не задевал за плечи. — Юнги приехал ко мне ещё два часа назад. — А я как раз прождала его больше часа, пришлось в итоге ехать на автобусе, — поделилась своим недовольством Пак, замечая, как Ким сбавляет скорость перед своим кабинетом. Открыв дверь, альфа первым делом пропустил темноволосую. Косо взглянув на парня, брюнетка всё же вошла внутрь. — Никакой пунктуальности, — сразу встретил её «теплым» словом Мин Юнги, что удобно восседал на диванчике у стены. — Кто бы говорил! — недовольство вырвалось само собой. Суён хотела сказать многое, уж нецензурных слов ей бы хватило, чтобы описать всю ситуацию, но она же леди, да и ей лень тратить нервы.***
Пак Суён без конца бегала за Сокджином по всей больнице. Она сдала анализы, по просьбе главврача, их проверят тут же и сообщат Киму. Проверив в карточке, когда последний раз Пак проходила флюорографию, Джин отправил девушку и туда. Пришлось также выдержать беседу с психологом и наркологом, последний был крайне придирчив. Далее зрение, уши. Темноволосой на какую-то минуту показалось, что она вновь проходит медкомиссию для поступления в учебное заведение. Даже работая в журнале, ежегодную комиссию она проходила не с таким кипишом. Может, дело в том, что Ким требует делать всё быстро? Джин заходил в каждый кабинет и контролировал работу врачей. Из-за постоянного контроля альфы девушка чувствовала себя крайне неловко. Хорошо хоть одного врача, которого проходят омеги, он решил пропустить. Ближе к обеду брюнетке осталось преодолеть только хирурга и терапевта. — Переломы были? — после небольшого осмотра тела Суён хирург задала вопрос. — Нет, — тут же отозвалась Пак, что ещё находилась за ширмой и поправляла одежду. — Есть на что-нибудь жалобы? — вопросы продолжались. — Нет, — девушка вышла из «укрытия» и села на свободный стул, рядом с Сокджином. — Прям такая здоровая? — бета усмехнулась. — История болезни у тебя хорошая, конечно. — Да, — не односложно ответила омега. — Даже аппендикс не удаляли? — пошутила бета. — Нет. — Что с правильным питанием? — Средненько. — Занимаетесь спортом? — По утрам, когда опаздываю на работу. Врач-бета прыснула со смеха, её действие повторил Джин. Из всех прошедший врачей хорошее впечатление оставил только хирург. Она улыбчивая, добрая, своей рожей не распугивает пациентов. Такой под нож ложиться, конечно, страшно, но ничего. — А она забавная. Где такую откопал, Джин? — хирург обратила внимание на альфу. — Наён-а, она девушка моего друга, — пояснил Ким. — Боюсь спросить, — бета что-то быстро печатала в компьютере. — Какого именно? — Чонгука. — Кого?! — Наён мгновенно припечатала свой взгляд на брюнетку. — Как ты умудрилась влюбиться в такого придурка? — Я не в кого не!.. — начала было Пак, но тут же спустила пар. — Когда уже ваш медосмотр кончится? Я кушать вообще-то хочу! — Покорми ребёнка, не будь извергом, — бета по-доброму улыбнулась и попрощалась с Суён и Джином.***
После получения заключения у терапевта Ким Сокджин действительно купил темноволосой покушать в кафешке больницы. Большой бургер и кола настолько обрадовали Суён, что весь путь до кабинета главврача она молчала. Джин лишь изредка поглядывал на Пак и улыбался. Эта девушка почему-то не выглядела так, как её описывали Чоны. Суён будто ребёнок, что узнал кое-что интересное, поэтому и лезет, чтобы просто утолить своё любопытство. — Суён, ты наверняка много плохого о нас думаешь, так ведь? — поинтересовался Ким, пока они не дошли до его кабинета, где спит Юнги. — Пять очков за сообразительность, — лишь произнесла она и продолжила кушать. — Не все мы плохие, некоторые просто стараются выглядеть такими. — Джин внимательно следил за неизменчивым выражением лица Пак. — Ты хоть раз задумывалась о том, рады ли мы тому, в каких семьях родились? Я вот не очень… Я делаю то, что от меня требовал отец. — К чему такие речи? Я ведь всё равно не изменю своего мнения о вас, — темноволосая сделала два больших глотка колы. — Это сейчас ты так говоришь, — покачал головой. — Просто… Пойми, если вдруг тебе будет плохо или страшно, можешь обратиться ко мне. Я помогу. — Значит, вы тоже не уверены, что я долго проживу под одной крышей с вашим другом? — Нет, да, нет, то есть, — Ким остановился, — я не это имел ввиду. — Мы пришли, — девушка открыла дверь, и первая вошла внутрь.***
От скуки Пак стала считать дома и деревья. Ехать в одной машине с Мин Юнги не ахти. Музыку слушать он больше не хочет, видите ли излишние комментарии омеги его раздражают. Разговаривать он тоже не хочет, а ведь темноволосой хочется узнать побольше о своей «новой» жизни. Но односложный ответ: «Сейчас приедем к лидеру и всё узнаешь», расстраивал и бесил. — Запоминай местность, — Мин давно уже перешёл на «ты». — Семь похожих с виду дома, от старшего к младшему. Сейчас мы проехали дом Чонгука. Дома глав города были огромны. Их главным отличием друг от друга был цвет и иное расположение внутри ограды. Скорее всего, внутри они абсолютно разные, но сейчас девушка судила по внешнему виду. Также брюнетку радовал тот факт, что дома выделялись на фоне других: в дальнейшем не будет сложности находить их. Невольно Пак отметила у себя в голове то, что дом Чона последний в линии, значит, его запоминать особо не придётся. — Мне предстоит разговор с лидером? — темноволосая заметно напряглась, ведь машина сбавляла обороты. Само собой, в голове отпечатался суровый голос альфы, что омега подслушала тогда в клубе. — Нет, там будут все наши, — начал парень, припарковавшись у тротуара. — Кроме Сокджин-хёна. «Зашибись!» — только и проскочило в мыслях, затем Юнги приказал, именно приказал Пак выходить из автомобиля. Девушка выполнила «просьбу», наблюдая за тем, как Мин медленно закрывает свою дверь, начинает обходить машину и следует к воротам. — Здравствуйте, господин Мин, — охранник реализовался будто из воздуха. — Все уже собрались, — он впустил Юнги и Суён на территорию дома. Альфа уверенно шагал ко входу в дом. Территория была огромна, казалось, что здесь умещён целый городской парк. Девушка с нескрываемым любопытством старалась осмотреть всё вокруг, но она еле поспевала за Мином, поэтому пришлось бросить изучение чужой собственности. Как-то незаметно темноволосая оказалась внутри огромного дома, ей оставалось преодолеть самую малость. Совсем рядом слышались чужие разговоры. С каждым новым набором воздуха в легкие Пак ощущала знакомые запахи. Благодаря небольшой встрече в клубе Суён запомнила, как пахнут некоторые участники. — Привёз, как просили, — довольно громко произнёс Юнги, открывая дверь в гостиную. Девушка не понимала, зачем было извещать о их прибытии, если её запах альфы явно почувствовали ещё на улице. — Я удивлён, — Чон Хосок постарался найти за спиной Мина омегу, что старательно пыталась скрыться, — что Сокджин-хён вас так быстро отпустил. Чай хоть попить успели? — Без понятия, — Юнги прошёл вперёд и уселся на диван. — Я спал всё время. Потеряв свою единственную защиту в виде спины альфы, Суён опустила голову и стала осматривать свою обувь. Ей так не хотелось, чтобы на неё сейчас смотрели. Но ведь не все желания исполняются. Пять пар глаз пытливо изучали прибывшую омегу. — Чимин, у тебя ведь самое сильное обоняние? — суровый голос неожиданно прервал тихую идиллию. — Да, хён, — опять этот красивый голос. Как же Пак сейчас охотно посмотреть на этого юношу. — Её запах тебе знаком? — встрял Ким Тэхён. — Мы ведь так и не поняли, кто следил за нами в клубе. Теперь все выжидающе смотрели на Чимина. Даже омега не удержалась и посмотрела на альфу: средний рост, худое телосложение, пухлые губы, выразительные глаза, что также были направлены на Суён. Закрыв глаза и отвернувшись в сторону, Чимин, наконец, ответил: — Нет, её запах я чувствую впервые. — Хорошо, — вновь заговорил лидер. — Ты ведь прочла контракт? — Конечно, — отчеканила Пак, при этом уже смело изучая всех присутствующих в комнате. Когда её карие глаза, наконец, нашли Чонгука в комнате, захотелось просто взять и провалиться сквозь землю. Какие-то непонятные эмоции она увидела в его глазах, от этого в душе появлялся страх. Он не обмолвился и словом с самого её прибытия, уж лучше бы он говорил без умолку. — Юнги-хён пояснил все детали? — Намджун даже не смотрел на омегу, всё своё внимание он уделял телефону. Получив утвердительный ответ, парень продолжил. — Как нас зовут ты так или иначе знаешь, не вижу смысла представляться, — он таки взглянул на Пак. — Дай мне свой номер телефона. Если вдруг потребуется, указания будут приходить по смс. — У меня нет телефона, — такого ответа явно никто не ожидал. Каждый с неподдельным удивлением взглянул на девушку. — Точнее, он был, я просто расфигачила его об голову какого-то урода. И ладно, если бы он просто сломался. Другой урод забрал его и выбросил. — Откуда ты знаешь, что я его выбросил? — тут же спросил Чонгук, заставив Суён вздрогнуть от своей же глупости. Но, слава всем существующим богам, омега придумала, что ответить. — Я не думаю, что настолько сильно смогла тебя зацепить, — начала она, — чтобы ты решил сохранить мой телефон с распродажи. — Гукки, тебя больше заботит это? — Хосок с усмешкой толкнул брата в плечо. — Ты так легко принял тот факт, что урод? — Чонгук, — лидер повернулся к Чону-младшему. — Купи ей телефон и занеси туда мой номер. Не забудь сообщить мне её контакт. — Хорошо, хён, — Чонгук со знакомой для омеги усмешкой взглянул на темноволосую. — Хён, может она сядет? — неожиданно спросил Тэхён. — Как-то не красиво получается. Парни сидят, а девушка стоит. — Действительно! Тэ дело говорит, — Хосок поднялся со своего места и подошёл к брюнетке. — Садись рядом с Гукки, все последующие собрания ты также будешь сидеть рядом с ним. — Мне в принципе и стоять хорошо, — Пак постаралась увильнуть, но Чон-старший взял её за руку и насильно усадил к Чонгуку. Всем остальным в помещении было даже забавно наблюдать за тем, как брюнетка медленно отсаживалась ближе к краю дивана. Ещё немного и она свалится с мебели. Но Пак не такая глупая, она чётко сместилась на самый край и принялась следить за альфами. Вдруг чего выкинут. Всё происходящее дальше навеяло скуку, ведь омега ничего не смыслит в бизнесе. Обсуждалось всего лишь дальнейшее развитие города. Во что лучше вложиться, что построить. Тэхён поделился своей задумкой: новый торговый центр. Это место поможет многим людям открыть свой бизнес. Сонливость медленно, но верно завладевала девушкой. Слушать нудные разговоры альф было словно наказание в школе. А из-за Мин Юнги девушка проснулась в семь утра. Спать хотелось до жути. Темноволосая сидела на диване куда увереннее, чем вначале. Расстояние между ней и Чонгуком было более чем приличное, поэтому Пак, облокотившись на спинку дивана и положив голову туда, закрыла глаза. Ей сейчас так хочется очутиться в мягкой кроватке, в своей любимой квартире, рядом с телевизором.***
Громкий женский вопль мгновенно разнёсся по всему дому. Темноволосая омега с жёстким матом подскочила в постели и как ошпаренная стала осматривать всё вокруг. Данная комната была ей незнакома: темно-синие стены, кровать из черного дерева, две прикроватные тумбы, огромный комод, высокий шкаф, компьютерный столик, только почему-то он был без компьютера; просто столик с вазой, несколько картин с непонятными узорами. Всё выглядело крайне богато. Взгляд Суён, наконец, упал на невысокую стройную горничную. Пак ощущала от неё еле уловимый запах цветов. «Либо она пьёт подавители, либо она бета» — проскочила тут же мысль в её голове. — И зачем вы меня ледяной водой облили? — Суён указала на ведро, что горничная даже не старалась скрыть в своих руках. — Прошу прощения, госпожа Пак, — поклон. — Господин Чон попросил разбудить вас таким способом. — А я где сейчас? — Вы в доме господина Чона, — ответила горничная, улыбнувшись на секунду. — Вы девушка господина? Он вчера вас на руках принёс, днём ещё. Вы так долго спали. — Вчера? Днём? — Пак постаралась найти в комнате часы, и ей это удалось. Над компьютерным столом висели небольшие электронные часы. — Сейчас семь утра? — Если быть вернее, — начала горничная, — пятнадцать минут восьмого. — С этим разобрались! — Пак недовольно цокнула, когда коснулась своей мокрой кофты. На удивление, она спала в своей одежде, в которой ходила весь день. Также темноволосая заметила, что её даже не закрыли одеялом. Помимо того, что с утра окатили ледяной водой, так ещё заставили всю ночь мёрзнуть. — Зачем вы меня разбудили? — Господин Чон только вернулся с пробежки, — начала прислуга дома. — Он сегодня решил съездить в свой офис. — А я здесь причём? — Он хочет, чтобы вы съездили с ним. — У меня нет сменной одежды, — после минутной тишины-таки произнесла Суён. — У меня всё осталось дома. — Господин Чон-старший предупредил нас о приезде омеги господина, поэтому мы, по данным меркам, купили всё необходимое, — горничная подошла к шкафу и достала черные джинсы, кроп-топ белоснежного цвета и туфли на средней платформе. — Этот наряд вчера выбрал господин, — положила на кровать. — Хорошо, спасибо, — Пак чувствовала себя неловко. Её разбудили, принесли одежду, прямо как богатой леди. От этой ассоциации девушка ущипнула себя за плечо. — А вас как зовут-то? — Моё имя Сакура, — горничная опять поклонилась. — Господин Чон прикрепил меня к вам, госпожа Пак. Если вам будет что-то нужно, можете обратиться ко мне. — Во-первых, просто Суён, очень прошу. Во-вторых, вы?.. — Мои родители японцы, — прислуга улыбнулась до ушей. — Но я родилась в Корее.***
В выбранном «начальником» наряде, Пак ожидала Чонгука в гостиной. Сюда привела темноволосую Сакура, как выяснилось, тоже по приказу Чона. На удивление, Суён не чувствовала сонливости и голода, хотя часы уже пробили восемь утра. Возможно, ответом на это служит длительный сон Пак. Только она могла заснуть чуть ли не на сутки. Скорее всего, на девушке сказался стресс, вечные нервотрёпки. Всё это не хило так выматывает. — Как спалось, кролик? — великие думы прервал вошедший в гостиную альфа. — Шикарно, — отчеканила омега. — Только замёрзла чутка. — Странно, в доме очень даже тепло, — ехидная улыбка на его физиономии раздражала. — Держи, кролик, — Чон протянул брюнетке коробку с новым телефоном. — Там мой и Намджун-хёна номер. — Ну, хоть компенсировали ущерб. Когда мне стоит ожидать деньги за замок, стол, вазу и всё остальное? — У меня сейчас крайне хорошее настроение, — Чонгук сделал шаг к омеге, желая увидеть страх в её глазах, но увидел непонимание и «Тебе что надо?». — Если хочешь спокойно съездить ко мне на работу, а не попасть в мою комнату со мной, собственно, молчи. — На работу, так на работу! Халтурить не хорошо! — мгновенно выговорила Суён и поспешила к выходу.***
Весь путь до офиса Чона «пара» провела под негромкую музыку, что заполнила весь салон автомобиля. Для Пак молчание Чонгука было на вес золота. Не бесит, не раздражает, не указывает. Хотя порой в голову девушки проникала мысль позлить парня, но зная, кто он и что может сделать, темноволосая продолжала отмалчиваться. На появление омеги рядом с Чонгуком работники офиса отреагировали по-разному: беты и омеги косо и завистливо глядели на Суён, альфы же изучали новую личность. И порой эти взгляды не проявляли ничего хорошего. Были, конечно, просто приветливые альфы, но их было не так много. И как раз один из этих улыбашек подошёл к Чону и Пак. — Так это и есть та самая Пак Суён? — высокий, симпатичный юноша протянул омеге руку в знак приветствия. Альфа казался темноволосой милым, поэтому она протянула руку в ответ. И всё-то хорошо, но вот рука Чонгука, что поймала руку Суён на полпути, помешала всему. — Да ладно ты, не ревнуй. Ничего я ей не сделаю, — с сарказмом произнёс юноша. — Меня зовут Чонсок. Ли ЧонСок. Будем знакомы. — Приятно познакомиться, — выдернув свою руку из хватки Чона, ответила брюнетка. — Хён, ты сделал, что я просил? — Чонгук продолжил свой путь до лифта. Девушка еле успела среагировать и пойти за альфой. Чонсок также шёл за боссом. — Да, документы на твоём столе, — не став заходить в лифт, ответил Ли. — Если что, я в комнате отдыха, — произнеся это, Чонсок взглянул на омегу. — Ещё увидимся, Пак Суён, — брюнетка только и успела кивнуть, как двери лифта закрылись.***
— И что мне делать? — наблюдая за тем, как Чонгук садится за рабочий стол, спросила Пак. — Сидеть на диване и мне не мешать, — только и сказал альфа. Хмыкнув, Суён села на диван. Перед ней был небольшой стеклянный столик, на котором стояла вазочка с конфетами и лежала парочка журналов. На несколько минут девушка действительно заняла себя чтением и поеданием вкусняшек. Но всё рано или поздно начинает надоедать. Решив поразмыслить над ситуацией, мысли Суён плавно уехали к тому юноше с красивым голосом. Пак запомнила его имя: «Чимин». У него хорошее обоняние и именно он первый заметил присутствие чужого в клубе. Выходит, он всё же знает её запах, но почему-то не стал говорить. Может, решил не взвесить ещё проблем на её голову? Нет, эти люди думают только о себе, до других им дела нет. — Можно я хоть по зданию погуляю? — молчание затянулось на целый час. Не выдержав всех мук, девушка рискнула задать вопрос. — Нет, — как отрезал. — Схожу покушать? — Нет. — Закажу еду прямо в кабинет? — Нет. — А что мне тогда делать? Просто сидеть скучно, и, вообще, какого чёрта я здесь? — вспылила Пак. — Это не светский вечер, никакое не мероприятие. Нельзя было меня дома оставить?! — Моё терпение лопнуло… — Чон впился злым взглядом в Суён и медленно поднялся со стула. В какие-то пару небольших шагов он преодолел крошечное расстояние между ними. — Раз тебе скучно, давай развлечёмся, — чуть наклонившись над омегой, парень грубо и сильно схватил плечо Пак и дёрнул её на диван, дабы Суён приняла горизонтальное положение. Альфа навис сверху, своей коленкой надавив на ноги брюнетки, что старалась ударить юношу. — Отпусти меня! Убери руки! Я ударю! Сильно! — единственный выход из данной ситуации, что видела девушка, это кричать. — Ну, тебе ведь было скучно? Из-за тебя и мне стало скучно, — альфа поймал руки Суён в бесполезных попытках ударить его. Ему достаточно было удерживать обе кисти омеги одной своей рукой. — И теперь я хочу повеселиться. Ты ведь мне поможешь в этом? — ухмылка юноши встретила нахмуренный, но в тоже время, напуганный взор темноволосой. — У тебя ведь нет альфы? — сердцебиение Пак участилось, из-за этого запах шоколада усилился. — Значит, я буду первым. Аж забавно… Альфа медленно склонился к шее омеги. Его горячие губы осторожно коснулись кожи. Легкие поцелуи по всему открытому участку заставили кожу покрыться стадом мурашек. Суён сжалась в страхе. Шея — самая чувствительная часть её тела. Хоть действия Чона были осторожными, удовольствия они девушке не приносили. Легкие поцелуи сменились покусыванием кожи. Омега не могла пошевелить ни руками, дабы прекратить всё, оттолкнуть Чонгука, ни ногами, чтобы хоть ударить парня, хоть обезопасить себя на время. — Хватит… Прекрати… — слова звучали крайне тихо из уст Суён. Такая реакция от брюнетки не понравилась Чону, поэтому он сильно укусил определённое место на шее. Он знал, скрыть след будет сложно, поэтому сделал ещё один укус рядом, а потом парень и вовсе решил поставить засос. С другой стороны шеи альфа поцеловал понравившийся ему участок и принялся посасывать кожу. Девушка не бросала попыток ударить Чона. Ногти с такой силой вжались в ладонь, что Пак почувствовала, как что-то теплое струится по её руке. Темно-красная капля обрушилась на кожаный, чёрный диван. — Господин Чон, вы тут? — идиллию для парня прервал стук в дверь и голос секретаря. — Чего тебе, Мирэ? — альфа поднял взгляд на дверь. Вспомнив, что она открыта, парень отстранился от омеги и пошёл на встречу отворяющейся двери. Чонгук опередил своего секретаря, дабы ненужная пара глаз не зашла в кабинет. — Я занят. — Мне только сказать вам, — секретарь поспешно нашла нужный лист в стопке и протянула парню. Её движения были неловкие. Скорее всего, она почувствовала смешанный запах корицы и шоколада. — Звонил господин Чхве. Он отправил немного изменённый вариант контракта. Некоторые условия, как он мне сообщил, вы обсудили. — Да, спасибо, Мирэ, — Чон быстро пробежался взглядом по листу. — Если это всё, ты свободна, — секретарь уважительно поклонилась и мгновенно ушла. В это время Суён достала новый телефон и включила фронтальную камеру. С дрожью в теле она изучала покрасневшие участки кожи, два окровавленных укуса и один сильный засос. И всё было на самом видном месте. Тут даже шарфик не спасёт. Услышав, как входная дверь закрылась, и ладно бы просто закрылась, брюнетка уловила два громких щелчка. Тут и глупый догадается, что альфа запер кабинет. «И почему у меня нет номера Джонхёна?! Или Мару?! Да хотя бы Сокджина! Я ведь не успею по памяти набрать Джонхёна!» — девушка сжала мобильник. Вновь вспомнился тот вечер, когда Пак врезала телефоном по голове какого-то парня. Пожалеть телефон или себя? Парень просто взял и выпустил контракт из рук. У него есть дело поинтереснее. Лист бумаги, играючи, стал спускаться на пол. Суён с помощью камеры телефона поймала хищный огонёк в глазах альфы, что стал медленно подходить к омеге. В этот раз Пак не позволит просто так себя поймать. Темноволосая подскочила с дивана и увернулась от выпада парня. — Так ты только больше меня злишь, кролик, — Чон приподнял голову. — Я тебе не шлюха, чтобы со мной развлекаться! — устроив неплохую дистанцию между ними, грубо ответила Суён. Чонгук стоял возле того самого дивана. Брюнетка же пряталась за его рабочим столом. Она была уверена, с какой бы стороны к ней не попытается подойти парень, она увернётся. — Верно, — альфа утвердительно кивнул. — Ты моя омега. Я не могу развлечься со своей омегой? — Я не игрушка для развлечений! — Это ты так думаешь, кролик, — стремительный шаг вперёд от альфы заставил темноволосую дернуться в сторону. В кармане брюк Чонгука завибрировал телефон. Еле слышно играла мелодия. Эта мелодия стоит только на одном контакте. — Чёрт! — протянул юноша. — Да, Намджун-хён?.. Я понял, хорошо, — бросив короткий взгляд на напуганную омегу, парень стал набирать следующий номер. — Чонсок-хён, отвези омегу ко мне домой. Мне срочно нужно уехать. Она в моём кабинете, — это последнее, что услышала Пак, ведь Чон покинул пределы комнаты.***
После ухода Чона прошло не больше десяти минут. За всё это время Суён никак не могла расслабиться. Тело вздрагивало от любого внешнего шума. Девушка без конца покусывала губы от нервов. Руки лежали на шее, будто пытаясь залечить нежеланные следы. Какое-то время Пак не чувствовала ничего, кроме смешанного запаха корицы и шоколада. Благодаря открытой форточке, нежеланный аромат медленно испарялся. Вдруг послышался стук в дверь, что настораживал, но не пугал. Девушка чувствовала притягательный и аппетитный запах кофе. — Пак Суён, это Чонсок, — парень вальяжно зашёл в кабинет босса и вдруг замер. Он чувствовал остаточный запах шоколада и корицы. — Ааа… Я… П-прости, если ты… — Всё нормально, — девушка рефлекторно убрала руки с шеи и оголила кровавые следы укусов и засосов. — Он сделал тебе больно? — милой интонации в голосе юноши как будто и никогда не было. — Может, в больницу? — Нет, лучше скажи, как выбраться так, чтобы меня никто не видел, — Суён неловко теребила пальцы. — От меня несёт корицей, он оставил на мне свой запах…***
Чтобы избежать встречи с работниками офиса, Суён и Чонсок спускались на парковку по лестнице. Ли также одолжил девушке свою толстовку. Парень по ходу рассказывал, как не любит надевать строгие костюмы, поэтому ходит на работу в том, что нравится. Уже находясь в машине помощника Чонгука, Пак смогла спокойно выдохнуть. То, что она находится рядом с альфой, не пугало её. От Чонсока веет добротой и заботой, прямо как от Сокджина. — Ты уж прости меня, — внимательно смотря на дорогу, начал Ли. — Я знаю, какой Чонгук, знаю, чем он занимается. Я его помощник не только на этой работе, но и на другой. И именно я взломал камеру твоего ноутбука, сообщил обо всём Чонгуку, именно я нашёл на тебя информацию, уже по приказу Ким Намджуна, — парень замолк на секунду. — Прости… — Ничего, — Суён даже не повернулась к альфе, она следила за происходящим на улице через окно. — Может быть, ты подбросишь меня к другу? — К другу? — юноша призадумался. — Только если ненадолго. Вдруг Чонгук вернётся, а тебя нет дома. — Да, ненадолго. Мои друзья наверняка обо мне беспокоятся, — брюнетка-таки взглянула на альфу. — Мне хотя бы показаться им, что всё нормально. — Эх, убедила…***
Джонхён услышал звон колокольчика, извещающий о прибытии покупателя. Альфа не торопясь поднялся со стула и взглянул на дверь. Книжка, что он читал, чтобы успокоить нервы, выпала из его рук. На пороге его магазина стояла его подруга, что пропала два дня назад. На сообщения по почте она не отвечает, дома её нет. И теперь эта девушка стоит здесь: немного дерганая, но с легкой улыбкой на устах. Джонхёну показалось, будто он перескочил через прилавок, иначе его скорость не объяснить. Он поймал в свои объятия омегу. — Господи, ты жива! — Ким так крепко обнимал подругу, и именно этого она и хотела. Только Джонхён может подарить объятия, полные надежды и любви. — Я даже заставил своих друзей искать тебя. Все говорили, да успокойся, она скоро объявится, а я нет. Я волновался так сильно, что вчера целый день бродил по твоим любимым местам. Хорошо, что Джухён подменила меня в лавке. — Я здесь, я жива, оппа, — Суён уткнулась носом в шею парня. Она хочет убрать с себя этот запах корицы, который альфа тоже заметил. — Что с тобой случилось? Ты выглядишь напуганной и от тебя несёт корицей, — парень, наконец, отпустил подругу. — Я хорошо чувствую на тебе запах чужого альфы. — Оппа, главное, что я в порядке. Ничего страшного не случилось, — темноволосая старалась говорить обыденным тоном, но под конец фразы голос предательски сорвался. Ким понял, что-то всё-таки случилось. От его взора не ушло также то, что Пак постоянно подтягивает толстовку с ароматом ещё одного альфы вверх. Смекнув, Джонхён моментально взял горло чужой толстовки и потянул на себя, открывая шею подруги. Знаете, есть такое выражение: «Глаза кровью налились». Именно сейчас так выглядел Ким. — Что это, Пак Суён? — Джонхён сжал кулаки. — Будто ты не знаешь, — поправив выбившуюся прядь, парировала Пак. Неожиданно Ким перехватил её руку. Он увидел свежие шрамы на ладони. — Немедленно расскажи мне всё, — парень взглянул в карие глаза омеги. — И я убью этого урода. С комом в горле, со слезами на глазах, но Суён поведала всю историю. С дрожью в теле она рассказала каждую секунду, каждый миг. После её рассказа Джонхён вновь обнял Пак, даря ей своё тепло. Медленно, но верно, страх отступил. — Я найду Чон Чонгука и убью его… Он больше и секунды не сможет просуществовать, — отпрянув от подруги, Ким схватил свой мобильник и стал набирать чей-то номер. — Нет! — брюнетка выхватила телефон друга и рассержено продолжила. — Оппа, я приехала к тебе тайно, господин Ли может очень сильно подставиться из-за меня. Я приехала, чтобы успокоиться, ведь только ты можешь поставить мои мысли в один ряд. Не рискуй собой, в моём окружении есть люди, что помогут мне в любой момент, — очередная ложь. — Не волнуйся, просто побудь моим другом. — Твою мать, как я могу спокойно жить дальше, зная, что ты живёшь с этим уродом под одной крышей?! — Я позабочусь о себе, верь мне, — брюнетка вытащила свой новый мобильник и по памяти набрала номер друга. Когда звонок дошёл до нужного человека, темноволосая отдала телефон хозяину. — Это мой номер. Я буду звонить тебе периодически и рассказывать обо всём. Пойми, я делаю это ради бабушки. И я не позволю этому уроду сделать со мной что-то плохое. Верь мне, оппа. — Каждый день звони, по несколько раз, — сквозь зубы произнёс Ким. — А лучше сообщения через каждые полчаса. — Хорошо, — улыбнулась. — У меня к тебе ещё одна просьба. Если Мару зайдёт к тебе, спроси его номер и отправь мне. — Он приходит каждый день. Сегодня он тоже был, только ушёл два часа как, — Джонхён призадумался. — Я могу ему рассказать? — Да.***
Суён бродила по дому Чон Чонгука. Хозяина нет уже давно, что очень настораживало. В изучении дома омеге помогала Сакура. Пак вернулась три часа назад. Встретила её, собственно, Сакура, что, догадавшись, подготовила в комнате девушки обед. Картофельное рагу пришлось кстати. С таким аппетитом темноволосая давно ничего не ела, последний раз был в кондитерской её и Джонхёна друга. Благодаря горничной, брюнетка запомнила расположение своей комнаты. Как выяснилось, комната Чонгука, как назло, была напротив. Правее от его комнаты располагался кабинет альфы, туда вход был настрого запрещён всем. Гостиная, кухня, обеденный зал, спортзал, комната с бассейном — чего только не было в доме. Но самое главное и радостное для Суён — это гигантская библиотека. Весь оставшийся вечер омега провела там. Периодически к ней заглядывала Сакура и информировала об отсутствии Чона, что не могло не радовать. — Сакура, а ты омега или бета? — в один из таких заходов спросила Пак у горничной. — Бета, — ответила прислуга. — Все работники в доме-беты, иначе было бы много нехороших слухов. Только охранники альфы. — Понятно, — Суён выбрала пару книг, которые она планирует взять к себе в комнату. У девушки немного разболелась голова, да и внизу живота немного начало тянуть. Смахнув всё на нервный день, Пак последовала за Сакурой в свою комнату. Успев только дойти до двери, темноволосая начала медленно оседать. Боль становилась сильнее. — Ну, почему именно сейчас?! — омега схватилась за живот. Температура тела повысилась. Медленно сладкий запах шоколада стал распространяться в доме. — Госпожа Пак, у вас что, — Сакура осторожно подошла к темноволосой, — течка? — помогая омеге встать, бета завела Суён в комнату. — Чем мне вам помочь? — усадив брюнетку на кровать, спросила горничная. — Можешь купить блокаторы и подавители? Можно среднего действия, — ещё никогда Пак так не злилась на свой организм. Все её течки проходят по-разному. Некоторые заставляют омегу не хило страдать, некоторые пролетают незаметно, лишь усиленный запах будет свидетельствовать о происходящем. В прошлом месяце течка была безболезненной, а в этом решила отыграться за всё. Или всё это реакция на действия альфы? — Но ведь, госпожа Пак, это опасно. — Во-первых, Суён, — омега осторожно легла на спину. — Во-вторых, я умру, если ты мне не купишь лекарства. — Может, позвонить господину Чону? — как-то неуверенно спросила Сакура. — Нет! — ответ был довольно резким. — Сакура, пожалуйста, — последняя фраза звучала крайне умоляюще и будто сквозь слёзы. — Хорошо, госпо… Суён.***
Сакура, одевшись наспех, вышла из дома. Она должна очень быстро добраться до аптеки и купить лекарства, иначе госпожа Пак будет чувствовать себя плохо. Бета не понимает, за что омегам такие муки? Чем они так провинились, что Бог наказал им таким способом? — Сакура? Куда это ты? — успев только закрыть за собой ворота, навстречу горничной попался хозяин дома. — Не помню, чтобы отсылал тебя куда-нибудь. — Прошу прощения, господин Чон, — моментальный поклон от горничной. — Госпожа Пак попросила меня сходить в аптеку. — Зачем? — изогнул бровь. — В дом, живо. Бета не имела права ослушаться хозяина, поэтому последовала за альфой в дом. Не успел парень пересечь порог, как в нос ударил приятный аромат шоколада. Ещё никогда Чонгук не чувствовал запахи так сильно. В голове будто лампочка зажглась: «У неё течка!». Усмехнувшись собственным мыслям, Чон обратился к прислуге: — Я запрещаю покупать какие-либо лекарства омеге, — юноша прошёл вперёд и стал подниматься по лестнице на второй этаж, где находится её и его комната. — Только то, что я разрешу. Я понятно объясняю? — на самом конце пути, альфа взглянул на бету. Получив утвердительный кивок, Чон продолжил свой путь.***
Пак Суён с жалобным стоном улеглась лицом в подушку. Все чувства обострились. У неё начался жар. Казалось, она находится на горячих источниках. Тело пронзила боль. Каждое движение приводило дискомфорт. Сейчас так хочется почувствовать чужое тепло. Ещё никогда темноволосая так не хотела видеть своих друзей. Раньше некоторые болезненные течки брюнетка проводила с Джонхёном. Она обнимала альфу, вдыхала его запах. Он обнимал её, говорил, что всё будет нормально. Джонхён — это старший брат, которого очень хотела омега. Всего этого было достаточно, чтобы унять боль. Кто-то подходил к двери. Девушка мгновенно уловила запах гостья, всё благодаря обостренному обонянию. От безысходности ситуации Суён сильнее зарылась лицом в подушку. Только Чонгука не хватает для счастья. С каждой новой секундой Пак задаётся вопросом: «За что, Боже? Вот просто за что?» — Как погляжу, — дверь наконец открылась, заставляю омегу сильнее почувствовать корицу, даже подушка не спасала, — у кролика небольшие трудности. — Прекрати меня так называть, — проговорила Пак, но из-за подушки юноша не уловил слов. — Ты приглашаешь меня в комнату? Я только «за», — специально произнёс альфа и принялся заходить в помещение. Запах альфы приближался, становился сильнее. Но брюнетка не собирается сдаваться. Раньше же она как-то проводила эти периоды, и сейчас сможет. И никакой Чон Чонгук не заставит сломить её стойкость. — Не подходи ко мне! — Пак, наконец, отлипла от подушки и повернулась к юноше лицом. — И прекрати называть меня «кролик»! — Расслабься, кролик, — усмехнулся. — Ты меня не привлекаешь, — Чон внимательно следил за реакцией омеги. — Я пришёл сказать, пока ты моя омега, никаких блокаторов и подавителей. Узнаю, что кто-то притащил их тебе, уволю. Юноша развернулся на носках и удалился прочь. Внимательно следя за каждым шагом альфы, Суён задалась вопросом: «Мне чувствовать себя оскорбленной или выдохнуть с облегчением?».***
Первый день прошёл ужасно. Омега лежала на кровати, почти не двигаясь. Живот болел так, что было сложно разобрать, она хочет кушать или нет. Также брюнетку бесил свой собственный запах. Раньше такого она не чувствовала, ведь жила в своей маленькой квартирке одна, а не с опасным альфой. Даже слова Сакуры о том, что Чон уехал к знакомому по работе, не спасало нынешнее положение. Ближе к ночи, Пак таки выпросила обезболивающие. Для этого бете пришлось связаться с хозяином дома и спросить разрешения. Разговор проходил рядом с омегой, поэтому первоначальный ответ Чонгука «обойдётся» она услышала очень хорошо, поэтому громко крикнула в трубку и ухо горничной: «Прояви хоть каплю человечности!». Только таблетки успели подействовать, Суён тут же провалилась в крепкий сон. Девушка иногда морщилась во сне от того, что не может улечься поудобнее. Ей даже показалось, что она чувствовала запах корицы возле носа. Такой приятный, вкусный запах, что расслабил её тело и позволил спокойно спать дальше.***
— Спасибо, Сакура, — Суён улыбнулась бете, что притащила в комнату омеги завтрак. Хотя, если судить по времени, сейчас скорее обед. — А где твой босс? Он вчера вернулся, когда я уже спала? — Да, — горничная кивнула, затем по просьбе брюнетки села на край кровати, — Господин Чон сейчас на первом этаже. Ждёт кого-то для подписания контракта, — бета отказалась от протянутой омегой булочки. — Господин Чон просил никого из прислуги не мешаться под ногами, для этого всех отправили помогать на кухню. И пока я там была, решила принести вам покушать. — А тебе ничего не будет, раз ты ушла? — Если скоро не вернусь, да, — Сакура поднялась. — Поэтому зовите если что, — поклонившись, бета удалилась. Второй день течки радовал омегу не больше, чем первый. Первые два дня обычно приносят больше страданий, чем остальные, что пройдут с меньшей болью и мучениями. Поэтому, порадовавшись, что темноволосая не чувствует ноющей боли, Пак с удовольствием поела американский завтрак и откинулась на подушку. Делать нечего, в её комнате нет ни телевизора, ни компьютера. Один телефон с небольшим трафиком интернета. Пароль от Wi-Fi Суён по-прежнему так и не узнала. А почему? Во-первых, девушка и так живёт на птичьих правах. Во-вторых, договариваться с Чоном нет желания. Вдруг ещё на индивидуальную беседу позовёт. Омеге и случая в кабинете офиса хватило. В-третьих, девушка напрочь забыла про квартплату. Из-за того, что ей запрещено работать, денег нет. Намджун оплачивает лишь лечение бабушки. Выходит, с таким вопросом придётся идти к Чонгуку. А от многочисленных просьб у Пак могут возникнуть проблемы, вот и приходиться молчать в тряпочку. Постепенно внизу живота начинает тянуть. Знакомая боль возвращается, заставляя запах омеги становиться сильнее и слаще. Обострение вернулось. Оно-то и позволило наконец уловить запах корицы через целый этаж. Но не только его, но и ещё четыре неизвестных запаха, и как назло, это были альфы. — Чтобы позвать Сакуру с обезболивающим, — вслух произнесла брюнетка, — нужно спуститься вниз, что не лучший вариант. Эх, опять терпеть… Включив на телефоне чат с Джонхёном, в котором омега с другом беседовала каждый день и чуть ли не через каждые полчаса, девушка принялась писать кучу вопросов о работе альфы, об его омеге, да вообще о жизни. Темноволосая также узнавала о Мару. Оказывается, парень, узнав где сейчас его подруга, вылетел из магазина Кима, затем вернулся, взял её номер и снова куда-то убежал. Всё это произошло день назад, а Кан таки не написал, что расстраивало Пак. Неожиданно девушка подскочила с постели, ведь она чётко улавливала бодрящий аромат цитруса. Запах становился всё сильнее и сильнее. В какой-то момент Суён начала слышать шаги, что стремительно шли к её двери. Пульс участился, запах усилился, наполняясь страхом. Дверь медленно отворилась, впуская неизвестного мужчину внутрь. Пак непонимающе уставилась на гостя. Он выглядел старше Чонгука. Высокий, но не такой, как Чон. — Кто вы? — мгновенно отозвалась омега. — Покиньте мою комнату! — Так вот это чей такой аппетитный запах. Не зря решил прогуляться до уборной, — альфа сделал шаг вперёд. — Знаешь, омежка, шоколад лучшее лекарство от стресса. Не хочешь меня вылечить? — Я старалась быть вежливой, — Пак слезла с кровати и недовольно уставилась на нежеланного гостя. Лишние действия доставили Суён боль, стоять ровно было неудобно, но темноволосая упрямо приняла гордую осанку. — Пока я не позвала охрану, развернули свой чемодан и свалили в закат! — Вот не понимаю я некоторых омег. Мы хотим доставить вам удовольствие, а вы больше набиваете себе цену, — альфа стал медленно надвигаться. Темноволосая на это всё лишь бровью повела и продолжила стоять. — Разве не понимаете, омеги созданы для развлечений, — окончательно не выдержав наглости гостя, Суён замахнулась для пощечины, что закончилось не очень хорошо. Смачный удар по щеке альфы заставил мужчины взвыть, схватить девушку за горло и повалить её на кровать. — Не думаю, что Чон будет против поделить свою игрушку. Сместив свою огромную руку вверх, ближе к подбородку брюнетки, мужчина задрал её голову выше. Альфа надавливал на горло, что не давало Пак возможности закричать. — Я сделаю Чону одолжение, — облизнул свои губы. — Научу его игрушку манерам. Хотя, — заметив засосы и укусы на шее омеги, — он, видимо, уже пытался это сделать. Выбрав понравившийся участок на шее, чуть ниже, где до этого оставил свой след Чонгук, мужчина укусил кожу. Так сильно, что у Суён чуть не вырвался крик, но из-за «препятствия» на горле, получился бессмысленный писк. Затем в этом же месте альфа стал посасывать кожу. Чтобы окончательно украсить свой «шедевр», незваный гость решил поставить настолько сильный засос, чтобы омега не смогла от него избавиться. Поняв всю свою безысходность, из глаз брюнетки потекли слёзы. Хотелось реветь на разрыв. Ещё никогда в своей жизни она не попадала в такие ситуации. Никогда. А тут только из-за своего любопытства, она окончательно испортила себе жизнь. Как скоро прекратятся её муки? Сможет ли она увидеть очнувшуюся бабушку? Сможет ли она ей улыбнуться и сказать, что с ней всё нормально? Что над ней не смел никто глумиться? Резко в ноздри ударил усиленный запах корицы. Походу носитель данного запаха был зол. Это чувствовалось с каждым новым тяжким вздохом. Пак слышала, как дверь её комнаты открылась с такой силой, что громко ударилась об стену. Она пыталась рассмотреть всё, но голова её была поднята так, что весь взор был закрыт. Суён почувствовала, как мужчина отстранился от её шеи, а потом и вовсе отлетел от неё, позволив, наконец, темноволосой откашляться. Коснувшись руками больного места, Пак испугалась, ведь на шее могут остаться синяки от хватки чужого альфы. Чуть приподнявшись на локтях, темноволосая узрела следующую картину: над тем человеком, что сделал ей больно, стоял Чонгук, что с каждым новым замахом кулака бил так, что голова гостя уже не могла сфокусироваться над юношей. Лишь когда люди Чона залетели в комнату омеги, альфа отступил от мужчины. — Уберите его, — Чонгук взглянул на свой потрепанный кулак. — Выставите вон всех остальных, кто пришёл с ним. — Да, босс, — охранники мгновенного принялись выполнять приказ хозяина дома. Вытащив бессознательного мужчину из помещения, люди Чона закрыли за собой дверь, оставив омегу и альфу одних. Юноша всё стоял на одном месте и смотрел на свою руку. Суён нервно сглотнула ком в горле. Тот мужчина оставил на ней свой запах. Даже не просто оставил, из-за его действий на всю комнату несёт шоколадом и цитрусом. Одна мысль, что сейчас Чон взбешён настолько, что в один удар может не просто вырубить Пак, а даже убить, пугал. — Ты пахнешь страхом… — альфа медленно повернулся к сидящей на кровати омеге. — Впрочем, не зря… В один резкий рывок альфы Пак оказалась стоя к Чону. Ноги сами собой подкашивались. Хотелось упасть обратно на постель, но Чонгук продолжал насильно держать темноволосую стоя. — А говорила, что не шлюха, — парень внимательно смотрел на чужой засос на его омеге. Он следил за тем, как маленькая капля крови пытается стечь по шее девушки. — Я сделал тебе одолжение, не трогал тебя, а ты решила увлечься другим альфой? — Прекрати! — Пак сделала попытку убрать руки Чонгука с себя. — Ты ведь прекрасно понимаешь, что я ничего не сделала! Он сам зашёл ко мне! Стал приставать! Мне и без того больно… Мне больно… Отпусти, мне стоять сложно, — под конец небольшой тирады эмоции вновь взяли вверх. Глаза наполнились мелкими кристалликами, что быстро принялись стекать по щекам. — Пытаешь выставить себя жертвой? Так даже интереснее, — парень даже не стал церемониться. Схватив омегу за шею, точно также, как и тот мужчина, Чон со всей силы укусил по тому самому месту, где красовался чужой засос. В этот раз девушке удалось закричать во весь голос. Боль будто сковала всё тело. Даже когда брюнетка очень сильно ударялась о что-то, случайно порезалась ножом, когда резала батон, она не испытывала такой боли. Да она вообще никогда такого не испытывала. Парень продолжал кусать одно и тоже место несколько раз. Его не останавливали жалкие просьбы омеги, не останавливали её слёзы, её мелкие и ничтожные попытки оттолкнуть юношу от себя. Лишь когда он был доволен своей работой, альфа отстранился и взглянул в заплаканные глаза девушки. Получив некое удовольствие от всего происходящего, Чонгук прильнул к девичьим губам.
