Nebijin

      Какаши сверился с картой и хмуро подытожил:       — Я иду на север, проверю этот сектор, — он обвёл пальцем область на карте, — а вы вместе идёте на запад и тут, — его палец скользнул к ручью, — разделитесь. Рин пойдёт в южном направлении, а Обито — в северном.       — Эй, а не слишком ли опасно отпускать её одну? — буркнул Учиха, всматриваясь в условную карту местности. — Что, если нукенины именно там скрываются? Ладно ты у нас гений, ладно у меня Шаринган, но Рин же медик, у неё нет особых талантов, чтобы сладить с пятью здоровенными джонинами!       — Вероятнее всего они попадутся мне, — задумчиво пробормотал капитан команды. — К тому же медики Конохи говорили, что именно там можно найти лекарственные травы, которые цветут лишь две недели в сентябре. Грубо говоря — она отправляется на медицинскую миссию, пока мы с тобой выискиваем отступников.       — Мне всё равно не нравится эта идея, — буркнул Обито.       — Всё в порядке! — заверила девушка, приобнимая друзей. — Я буду не одна, правда, Какаши? — она лукаво состроила глазки капитану.       — Да-да, я отправлю с ней троих нинкенов, — кивнул он. — И тебе, Обито, советую идти в компании.       — Ну да, ну да, если что — зацарапают они этих водяных до полусмерти и блохами закидают! — фыркнул Учиха, скрестив руки на груди и отворачиваясь. — Кошки ненавидят воду!       — А ты водоплавающих призови! — похлопала его по плечу Рин.       — Встретимся здесь же через пять часов. Никому не опаздывать, — коротко приказал капитан. — Расходимся! — и исчез в листве.       — Расходимся, расходимся… — проворчал Обито, поворачивая к полю. — И где нам их в поле искать?       — Скорее всего они будут в горах, — предположила Рин. — И Какаши действительно уверен в том, что сам их найдёт.       — Ага, а потом мне его спасать, как всегда… — проворчал Обито, стараясь не слишком отбегать от подруги.       — Ты уже решил, с кем пойдёшь на праздник? — внезапно спросила Рин.       — А? — Учиха отвернулся, чтобы девушка не заметила его смущения.       Уже неделю, как он хотел её пригласить, и у него всё не хватало духу сказать простое «Рин, пошли вместе на праздник!». Возможно, сегодня ему выдастся шанс спасти её, и тогда он пригласит…       — Я пойду с Какаши, — восторженно заявила девушка, и Обито споткнулся.       — С Какаши? — поинтересовался он, поднимаясь и отряхиваясь. — Он согласен?       — Да, представляешь! — восторженно заявила Рин. — Подозреваю, что без Минато-сенсея и Кушины-сан не обошлось…       — О да, конечно, Четвёртый, как стал отцом, так и светится готовностью помогать всем в семейном счастье… — буркнул Обито. — В любом случае, я рад, что мы с тобой на этой миссии…       — Да, давно мы втроём не собирались, — улыбнулась девушка. — Как ваш новый член команды?       — Тензо-то? — фыркнул Обито. — Странный. И похож на девчонку. И, кажется, у них с Какаши очень тесные отношения…       — А кто-то ревнует? — ехидно поддела Рин, глядя на приближающийся обрыв. — Вот и позови этого Тензо на праздник! Заодно и проверишь, какие тесные отношения!       — Не смешно, — буркнул парень. — Надо идти с девчонками, а не с похожими на них. Даже дурак Гай нашёл себе какую-то девчонку, а я…       — Не печалься, Обито, до праздника ещё два дня! — ободряюще улыбнулась Рин, поворачивая налево. — Ну что, достопочтенный член АНБУ, не пора ли тебе скрыть своё лицо и отправиться на север в поисках отступников Тумана?       — Удачи в сборе трав! — улыбнулся Обито, надевая маску и устремляясь направо.       «Какаши, Какаши, всё этот Какаши!» — вертелось в голове Обито, пока он бежал вдоль обрыва, высматривая противников с помощью Шарингана.       Конечно, именно ему достаётся всё внимание Рин!       Даже когда Минато-сенсей пригласил их обоих в АНБУ, именно Какаши спас того пацана из Корня, и тот заменил погибшего на миссии Мадо, и они отдалились от Рин, всё равно та дарила шоколад в феврале именно Какаши, но тот никак не реагировал на это, и в белый день девушка оставалась без ответного подарка. На день рожденья Обито она подарила аптечку с двойным набором глазных капель, а вот Какаши — связала шарф к зиме и в аптечке были приятные мятные леденцы от кашля!       И всегда, всегда она добивалась внимания Какаши, игнорируя Обито.       Но сегодня Учиха был настроен решительно. Почему он, признанный член АНБУ и достойный воин клана, не может никак пригласить эту безродную девчонку на свидание? Почему он всё мнётся и теряет дар речи, когда разговор переходит в нужное русло?       Он сам не заметил, как достиг гор.       Высокие горы на границе со страной камня выглядели девственными. Людей здесь давно не было: вот след от кабана, а здесь явно похозяйничал дятел…       Увлёкшись изучением следов, Обито едва не вступил в помёт горного медведя и активировал Шаринган, на случай встречи с диким зверем.       Углубляясь выше, он заметил пещеру.       Судя по характеру сколов и вывернутым корням — пещера открылась недавно. Недели две назад был сильнейший ураган, возможно, именно он и разрушил скалу?       Обито призвал троих котов.       — Привет! — заявил здоровенный белый кот — Шираку. — У тебя есть для нас что-то вкусненькое, мя?       — Есть, есть, — парень потянулся к сумке и вытащил кошачье печенье, которое Учиха готовили специально для своих котов-нинкенов. — Держите!       Коты схватили угощение и, урча, принялись жевать, пока Обито гладил их мохнатые спины.       — Что ты хочешь, мя? — спросил полосатый рыжий Аканяку.       — Судя по всему, эта пещера недавно была открыта грозой, — неловко пояснил парень. — Я хочу, чтобы вы помогли мне её исследовать и, в случае опасности, поддержали.       — Понимяу, — кивнул угольно-чёрный мускулистый Куроняу с красными глазами. — Пошли, — и все трое исчезли во тьме.       Обито помчался следом, пытаясь привыкнуть к непроглядной тьме. Даже с Шаринганом он едва различал контуры пещеры… Словно здесь было какое-то слепящее джутсу.       «Неужели я найду этих пятерых? А смогу ли я и трое котов справиться с пятью джонинами?» — вились в его голове сомнения.       Выхватив шото, он замедлил шаг, прислушиваясь к звукам.       Где-то за стеной лилась вода, подземный источник. Поскрипывали деревья, естественно сыпались камушки, но никаких посторонних звуков, кроме хрюканья кабана где-то на поверхности, не было слышно.       Кошки передвигались бесшумно, и лишь по ощущению положения чакры он мог чувствовать, где находятся его помощники.       Внезапно один сгусток, с левой стороны, двинулся обратно.       — У меняу новости, мя! — заявил Куроняу, выныривая навстречу. — Здесь пахнет Мяударой.       — Мя… Мадарой? — удивился Обито. — Он же умер почти полвека назад! Как его запах мог сохраниться за такое время?       — Нинаю… — мяукнул кот. — Но это определённо его запах. А какими печеньками он нас кормил… Сейчас такие не пекут… — горестно вздохнув, кот исчез в темноте, оставив Обито наедине с его давними терзаниями…       Большинство членов клана Учиха испытывали суеверный страх при упоминании имени этого безумца. Некторые же чувствовали благоговенный восторг, а Обито…       А Обито был влюблён в прекрасную женщину, которую считал если не богиней, так и матерью клана, и хотел себе такую жену… Пока в пять лет не узнал от Бабушки, что это — тот самый Учиха Мадара.       С тех пор Обито терзала сама мысль о том, что он хотел жениться на своём ужасном предке, а со временем его начали донимать кошмары, повторяющие сюжеты просмотренного в компании фильма для взрослых, который кто-то из одноклассников утащил у родителей.       И сейчас, у Обито всё сжалось внутри… Вдруг он найдёт вещь самого Учиха Мадары, которая полвека пролежала в этой пещере, нетронутая воздухом и эрозией?       Однозначно же на пещеру наложено какое-то джутсу, поэтому-то они ничего и не видит с помощью Шарингана…       Но… зачем? Неужели Первый или Второй заключили здесь что-то запретное?       Чувствуя, что сейчас он совершит грандиозное открытие, Обито последовал по маршруту Куроняу, и вскоре оказался в непроходимом мраке.       — А если так? — выплюнув небольшой огненный шар, Обито увидел в свете пламени стоящий в центре небольшой пещеры гроб, окованный цепями.       Внутренне содрогнувшись, Обито вытащил из сумки светящуюся печать и, встав на гроб, наклеил её на потолок, подобно лампе. Холодноватый белый свет осветил больше деталей: это был чёрный гроб, обвитый цепями и обклеенный защитными печатями. Что бы ни было внутри, оно не смогло бы выбраться.       — Что здесь? — спросил Обито, чувствуя собравшихся за спиной котов.       — Мяудара, — заявил Шираку. — Или его вещи.       — Если… если я открою этот гроб, я не выпущу ничего плохого? — с содроганием спросил разбираемый любопытством Учиха.       — Если там Мяудара — выпустишь, — задумчиво пробормотал Аканяку, почёсывая пяткой за ухом. — Я бы советовал тебе привести сюда если не Хокаге, так хоть более опытных АНБУ…       — Почему не Учиха? — нахмурился Обито, машинально потянувшись к цепям и думая, как бы их перерубить.       — Потому что это техника Сенджу, — пояснил Шираку. — Конкретно — Тобирамы, он изобрёл эти печати, они основаны на водной технике.       — Интересно… — пробормотал парень, находя слабое звено с помощью Шарингана и скидывая цепи.       — Эй-эй, ты чего? — вскликнул Аканяку. — Оубито, что ты творишь?       — Я хочу посмотреть, — решительно заявил Учиха. — Сенджу сами заключили, что Мадара мёртв, а потом его тело пропало бесследно. Судя по тому, что это гроб с печатями Сенджу — мы обнаружили захоронение Мадары. Никто сорок пять лет не проживёт в гробу. Следовательно, мы найдём его останки, но и только. Зато это будет прекрасная находка клана. И открыл это место я, Учиха Обито! Мой авторитет возрастет, и Рин тогда обратит на меня внимание!       — Глупый человек, — буркнул Шираку. — Только о женщинах и думаешь! Ты представляешь, какая опасность тебе грозит? Вдруг там ловушка в гробу? А если…       — Отозвать призыв! — буркнул Обито, трясущимися пальцами сбрасывая цепь и принимаясь снимать печати.       Он и сам уже ощущал этот лёгкий пряный запах металла и опасности… И он его невероятно манил.       Через пару минут все печати валялись на полу, нейтрализованные техникой АНБУ, которую также ввёл Второй, и теперь Обито замер над гробом, не дыша…       Что он там увидит? Скелет? Или же — высохшую мумию? Возможно, это положит конец его ночным кошмарам с Мадарой? Или же наоборот — сделает их ужаснее?       Сглотнув, парень осторожно сдвинул крышку, но не удержав, уронил её на пол.       Медленно опустив глаза вниз, он охнул.       Тело было не тронуто тлением.       Казалось, это прекрасное создание просто спало на белых подушках: лицо было расслабленно, руки сложены на голой груди с зашитым шрамом на сердце, ноги расслабленно вытянуты в обычных чёрных штанах, покрой которых использовался в клане и по сей день…       Зачарованно любуясь, Обито протянул руку и коснулся шеи Мадары.       Пульса не было.       Но кожа была мягкой, нежной, чистой и…       Он сам не понял, как его рука скользнула ниже, ощупывая расслабленные мышцы груди и пресса.       «Он мёртв!» — со страхом думал Обито. — «Уже сорок пять лет как мёртв! Но почему он лежит здесь, словно всего пара часов после смерти прошла? Зачем его оставили таковым? Почему Тобирама не избавился от тела?!»       Теряясь в догадках, Обито ощутил, как внизу занимается пламя, а мысли сменяются более конкретными и совершенно неприличными.       «Ты же хотел пойти с Рин на Шубун-но Хи! Так… Так чего ты тут стоишь и лапаешь мёртвого деда? Мёртвого… он же не обидится, если я… Нет, мой первый поцелуй будет с Рин!.. А если сказки не врут?.. Нет, сказки для детей, не бывает такого, что они оживают от поцелуя… Глупости… А если оживёт? Он же ненормальный… А если и тут врут? Историю пишут победители? Может, он меня поблагодарит?.. Да нет, не может быть такого, он мёртв… И теперь это тело ничего не сделает… Зато я… я сделаю…»       Сглатывая, Обито скользнул пальцами по мягким сухим губам и сладко застонал.       «Я потом доложу об этом месте, но… Почему бы не потренироваться? Я не могу изменять Рин, но… это же Мадара! Разве не об этом я думаю последние пять лет? Разве не этого хочу?»       Зачарованно потянувшись, Обито коснулся губами губ, слегка сжимая пальцы на шее.       Его словно током пронзило, когда его губы коснулись других, прохладных и шероховатых.       Пульса не было.       Не в силах сдерживать обильно выделяющуюся слюну, Обито приоткрыл языком губы и влил её в рот Мадары, скользя следом и размазывая её по пересохшему рту.       Пульса не было.       Обито осмелел, поцелуй стал более уверенным, более страстным, а его руки скользнули по телу, поглаживая нежную кожу, покрытую множеством шрамов.       — М-м-м… Мадара… — протянул он, переводя дух и глядя на безмолвное тело с нелепо приоткрытым влажным ртом. — Какой же ты соблазнительный…       Мысли зашли дальше.       Обито отлично знал, что Какаши делает со своим новым приятелем. Шаринган прекрасно видел остатки определённых жидкостей тела там, где им не следовало находиться — например на руках или губах. Так почему, если Бакаши уже делал это, Обито не может потренироваться? Если он сможет пригласить Рин на свидание через два дня, то, глядишь, через месяц они дойдут и до этого, и не хотелось бы ударить лицом в грязь, как Гай, или видеть насмешливые взгляды девчонок, какими они одаривали Асуму после их первой ночи с Куренай.       Нет, ему нужно научиться! Сейчас ему нужно быстро научиться всему, что может понравиться девушке, а потом быстро вернуться к Какаши и Рин. Между делом заявив «Ах да, я тут нашёл захоронение своего деда! Бакаши, сбегай в деревню за помощью, а мы с Рин пока его поохраняем!».       Да… И тогда он и пригласит её на праздник!       Судорожно сглотнув, Обито вытащил невесомое тело предка из гроба и уложил на пол.       Нет, на полу этого делать нельзя… Нужно постелить одеяло…       Достав из сумки складное одеяло, он постелил его, уложил сверху Мадару, всё такого же мягкого, и решительно стянул с него штаны.       — Вести себя как с девушкой… как с девушкой… — судорожно бормотал Обито, дрожащими пальцами стягивая с себя одежду и вспоминая зачитанные наизусть отрывки из взрослых книг и уроки анатомии в Академии. — Ну… почти как с девушкой… — он остался в одной обуви, наколенниках и перчатках с щитками. — Мадара, я буду с тобой нежен… — зачем-то выдохнул он и смущённо покраснел.       Да, лучше он потренируется. И не оставит ни укусов, ни царапин. И никто и не узнает, что он что-то делал с телом предка…       Достав из сумки презерватив, Обито замер и потянулся за маслом.       На его удивление, он явно был не первым, кто вторгался в Мадару. Его тело было податливым, и пальцы в медицинской перчатке с лёгкостью скользнули внутрь, в кольцо расслабленных мышц.       От мысли, что Мадара мог кому-то позволить делать с ним это, Обито сладостно застонал, с трудом сдерживаясь, чтобы не наброситься на лежащее перед ним тело с раскинутыми ногами.       «Неужели слухи верны и он с Хаширамой? Или с Изуной? Или это Тобирама его осквернил? А логично… Мог сюда приходить и…» — мысли окончательно путались, Обито совершенно запутался, думая лишь о том, что сейчас сделает.       Решив, что масла достаточно, он натянул презерватив на дрожащий от нетерпения член и, устроившись поудобнее, одним резким толчком вошёл в тело.       Стон раздался эхом по всей пещере, когда Обито ощутил плотное давление на своём члене. Это было совсем не так, как с рукой. А ещё невероятно красивое лицо, которое так и хотелось целовать…       Задержав дыхание, Обито двинул бёдрами, и склонился над телом, зарываясь ладонью в причёсанные волосы и целуя прохладные и ещё влажные от его слюны губы.       — Мадара… — простонал он, отрываясь от губ, чтобы их не укусить и двинулся резче. — Почему ты такой красивый?       Ответа не последовало, лишь тихое хлюпанье резины по маслу, да стук тела о каменный пол наполняли пещеру.       Перевернувшись на спину, Обито прижал к себе тело, усиленно двигая бедрами представляя, что Мадара жив, и просто соизволил отдаться молодому и перспективному члену клана. Тем более, что его жар передавался покойнику, и тот ощущался почти как живой…       Где-то вдали послышался пронзительный визг, но Обито было не до этого. Сейчас его интересовали только новые ощущения. И как же жаль, что не взаимные…       Под руку попалась какая-то бумажка, которую он сорвал, продолжая страстно целовать горячий рот, двигаясь быстрее.       — М… Мадара… как же я мечтал об этом… — выдохнул Обито, переворачивая тело на спину, и вбиваясь в него изо всех сил. — О, великолепный Мадара!.. — застонав, он наконец-то забился в оргазме, падая на разгоряченное тело, дрожа от ранее неизведанного наслаждения.       Спустя минуту, дрожь наконец-то спала, и Обито наконец-то осознал, что произошло…       Он… он только что трахнул труп своего предка. И вовсе не потому, что хотел блеснуть перед Рин своим опытом, а потому что уже 5 лет дрочил на хроники с портретами Учиха Мадары!       Понадеявшись, что он не поцарапал и не укусил тело, Обито опустил глаза и заорал, ощущая, как вся пещера резко погружается во тьму, и только один красный глаз с уникальным рисунком, двигался очень медленно, изучающее глядя на него.       — Заткнись! — раздался чужой хриплый голос, рот Обито запечатала тёплая ладонь, и через секунду завязалась борьба, в которой Обито проиграл, обнаружив себя лежащим на лопатках, глядящим в горящий красный глаз.       Протестующее замычав, Обито с ужасом осознал, что его член до сих пор находится в теле Мадары и, к его величайшему ужасу, почему-то вновь твердеет.       — Тихо, — прошипел свистящий шёпот. — Сейчас я дам тебе говорить, но если опять заорёшь — я тебя придушу. Понял?       Обито неловко кивнул, желая провалиться под землю. Может, там бы он понял, что произошло.       — Я вижу, ты — Учиха, — прошипел голос. — Но незнакомый. И место незнакомое. И одет ты в незнакомые вещи, — глаз погас. — А ещё — у тебя Мангекё, следовательно — ты далеко не прост. Теперь поясни мне, где мы, и почему ты решил изнасиловать мой труп?       Лихорадочно мигая, от подступивших слёз, Обито закивал.       Рука со рта скользнула на шею, предупредительно сжав.       — Пожалуйста, не убивайте… Тут долго пояснять… — пролепетал парень.       — Кто ты? — резко спросил Мадара.       — Учиха Обито, ваш потомок, — робко выпалил несчастный. — Вы… вы умерли сорок пять лет назад, ваше тело спрятал Тобирама Сенджу, а я вас нашёл тут…       — Сорок пять? — пробормотал Мадара. — А сам он жив?       — Никак нет, — Обито принялся цитировать историю Конохи, которую пришлось зубрить в Академии. — Хаширама Сенджу скончался на поле боя в возрасте сорока с чем-то лет, Вторым Хокаге стал его брат, но правил недолго и погиб в схватке с нукенинами Облака, передав далее титул своему ученику — Хирузену Сарутоби, а потом…       — Достаточно пока, — резво оборвал Мадара. — Что с кланом?       — Живут в квартале Учиха, служат в полиции Конохи. Некоторые члены, с особенными способностями, служат в АНБУ…       — АНБУ? — недоумённо спросил Мадара.       — Специальный отряд для секретных миссий и убийств, — пояснил Обито. — Я сам в АНБУ служу. Его основал Второй, ещё при Первом…       — Ну да, с твоими-то глазами… Самое то служить в элите, — буркнул Мадара.       — С глазами… — Обито вдруг спохватился. — Вы… вы сказали, что у меня Мангекё… Но… я же никого из друзей не убивал! У меня самый обычный Шаринган!       — У тебя Мангекё, и весьма необычный, — стоял на своём Мадара. — Я никогда не видел такого рисунка. Ладно, давай к делу. Что происходит в Конохе?       — Всё хорошо! — излишне бодрым голосом заявил парень. — У нас новый Хокаге, наш сенсей. Все живут в мире и понимании, как вы с Хаширамой и хотели! У нас даже союз с Песком и нейтралитет с Землёй и Облаком. И в Тумане произошёл переворот и они окультуриваются!       — А что ты тут забыл? И где мы? — задумчиво произнёс Мадара, потягиваясь, от чего у Обито перехватило дыхание и запылали щёки.       — Эм… — жалобно протянул он. — Вы всё ещё… ну… — он не мог сказать ничего приличного, чтобы описать ситуацию, но Мадара его прекрасно понимал.       — Всё ещё сижу на твоём члене? — усмехнулся он. — У тебя вода есть?       — Да, вот… — потянувшись к сумке, парень достал фляжку и протянул её предку. — Но… вы могли бы…       — Могу, как расскажешь где мы, — отрезал Мадара, жадно глотая воду. — И поскорее.       — Да… — прикрыв глаза, ответил парень. — Эта пещера на границе со страной Земли. Наш отряд, двое АНБУ и медик, отправились на поиски пяти нукенинов из Тумана, которые не согласны с новыми порядками и творят беспредел на границе страны Огня. Я случайно обнаружил эту пещеру, пошёл разведать и… нашёл вас в запечатанном гробу… но как вы живы?       — Изанаги, — коротко бросил Мадара, содрогаясь. — У тебя есть стерильный контейнер?       — Да… — Обито нашарил баночку и протянул.       Где-то на задворках его мозга затаилась паника, которая тихо пищала о том, что сейчас страшный дед выдернет у него недостающий глаз, а свой слепой зачем-то скинет в контейнер, но случилось следующее: Мадара сорвался пулей в другую сторону пещеры, едва не поскользнувшись на валяющихся рядом штанах Обито, и раздались отвратительные звуки.       Обито стало не по себе и немного стыдно… Конечно, его бы тоже стошнило, если бы он пришёл в себя, а его насилует какой-то незнакомец… Пусть даже и Учиха… Может, это даже хуже…       Он пошёл дальше и представил, что Какаши или Тензо могли сделать с ним то же самое, и ему стало дурно.       — Всё в порядке, ещё вода есть? — вытирая рот рукой, Мадара уселся рядом, укладывая запечатанную баночку рядом.       — Да, в свитке призыва, — Обито притянул к себе сумку, щурясь в полумраке, печать освещения слабела, но без Шарингана было хоть что-то видно. — А почему тут ничего не видно с Шаринганом? — спросил он, призывая большую флягу и протягивая её Мадаре.       — Наверное, какая-то техника Сенджу, — пробормотал предок, вставая и, прополоскав рот, сплюнул в угол. — Итак, теперь поясни, зачем ты меня трахнул, и что было у меня в заднице? — он помахал у Обито перед носом использованным презервативом, и парень с ужасом обнаружил, что его поникший член совершенно обнажён.       — Ну… я собирался на свидание… с девушкой… подумал, что тут такая возможность… эм… попрактиковаться, чтобы не ударить лицом в грязь… Я же думал, что вы мертвы…       Мадара расхохотался, с трудом сдерживаясь, чтобы не ржать в голос.       — Твою девушку, случаем, не Мадарой зовут? — весело поинтересовался он, сдерживая хохот. — А то ты же так долго мечтал о Мадаре… Я же на свой счёт воспринял… — хихикнул он.       — Нет… — мрачно буркнул Обито. — И она не моя… Просто… я сначала думал, что на клановых рисунках прекрасная женщина… Это потом я узнал, что это — Учиха Мадара…       — Ладно, — вздохнул Мадара. — Ты не ответил, что это у меня в заднице делало, — его взгляд вновь вернулся к презервативу.       — Это… Ну, чтобы не заболеть, если есть какая-то зараза… — щёки Обито покрылись румянцем. — И чтоб детей не было… Я же не хотел, чтобы вас нашли… с моим ну… там… — он окончательно смутился. — Простите, простите, я знаю, мне нет прощения! Я совершил безумную вещь, но пощадите, Мадара-сама! — пролепетал он. — Пожалуйста, я всегда относился к старшим с уважением, я просто…       Договорить ему не дал внезапный жёсткий поцелуй, а тело предательски дрогнуло, когда по нему скользнули руки, прямо к…       «Ладно, если он просто отомстит тем же, то я не против…» — промелькнула в голове Обито мысль. Такие сны у него бывали ещё чаще, но он же никогда не пробовал, стеснялся и боялся боли. А теперь… Но лучше так, чем смерть.       Сверху раздался раздосадованный хмык, и рука Мадары скользнула выше, поглаживая слишком быстро отреагировавший на касание член Обито.       — Что… что вы? — едва спросил Обито, разрывая поцелуй и переводя дыхание, ощущая привкус крови во рту.       — Что-что, в таком состоянии ты не боец, — фыркнул Мадара. — Нужно закончить начатое, чтобы не мешало. Если, как ты говоришь, тут враги — надо быть готовыми к встрече с ними.       — А… а? — парень потерял дар речи, когда Мадара уселся у него на бёдрах. — А-а-а… — он замотал головой.       — Ну да, где этот чехол? — спокойно спросил предок, приподнимаясь на коленях.       — Вы… вы чего? — не понял Обито.       — Я просто хочу закончить начатое и получить свою порцию удовольствия, почувствовать себя живым. У тебя неплохо получалось это, когда я очнулся, — он с интересом следил, как тонкие пальцы в полутьме раскатывают тонкий чехол по члену. — Не стесняйся, это всё равно не повлияет на моё мнение, если я захочу тебя убить, — Обито пробрали мурашки от того, каким будничным тоном произнёс это предок. — Хотя… Если ты будешь хорош — может и повлияет… — сощурился Мадара, устраиваясь удобнее и довольно выдыхая, опустившись на крепкий член. — Да, этого мне явно не хватало… — выдохнул он, размеренно двигаясь и морщась от неприятной судороги в ногах.       — А… можно? — недоумённо спросил Обито, приподняв руку.       — Нужно, — прорычал Мадара, по-хозяйски пристраивая ладонь партнёра себе на бедро.       Слегка осмелев, Обито принялся изучать уже живое, и крайне отзывчивое, тело, не веря происходящему.       Когда-то бабушка говорила, что всё, чего мы очень хотим, обязательно сбудется, но… Разве такая абсурдная и нереальная мечта могла сбыться? И рад ли он её исполнению?       Вскоре все мысли вылетели из его головы, под напором страстных ласк Мадары. Органичный и гибкий, как кот, он ухитрялся быть везде и сразу, покусывая, целуя и полизывая, совершенно не стесняясь оставлять отметины… да и Обито тоже. В какой-то момент парень осознал, что чувствует вкус крови с шеи Мадары, и перепугался, что тот разозлится, но ему, казалось, всё нравилось. Да и Обито тоже, лишь очередной вопль откуда-то снаружи вызвал страх, что их могут обнаружить… Хотя, Мадара скорее всего бы убил невольного свидетеля…       Бурно кончив, оба откинулись на одеяло, Мадара по-хозяйски прижал к себе потомка и принялся зализывать укус на плече.       — Что… что это было? — робко спросил Обито.       — Бесценный урок, — хихикнул Мадара. — Сколько тебе лет?       — Я уже совершеннолетний! — голос Обито дрогнул. — Мне шестнадцать!       — В моё время в этом возрасте уже несколько детей имели, а ты до сих пор девственник, — фыркнул Мадара. — Надо получше изучить вашу политику и социальную систему…       — А вы… не будете вырезать деревню? — осторожно спросил Обито, вспоминая, почему его предок погиб… Ну, точнее был убит, но не до конца.       — Посмотрим, — равнодушно буркнул Мадара. — Мне ещё нужно оценить, насколько ты достойный наследник…       — Я не наследник! — побледнел Обито. — Я из побочной ветви!       — Ладно, нечего разлёживаться, пока тут какие-то бабы орут, — фыркнул Мадара, вытираясь краем одеяла и нашаривая взглядом штаны в тусклом освещении печати. — И темнеет.       — Бабы? — до Обито стало доходить. Он настолько отдался своей страсти, что забыл о своей любви. А если Рин пострадала?       Наскоро одевшись и собрав всё, в том числе и сорванные печати, Обито застыл на месте.       — Эм… Я не думаю, что вам следует выходить… Вы же… пытались разрушить Коноху… Я не хочу ненужных жертв, и никаких драк… — осторожно пробормотал он.       — Да, об этом, — кивнул Мадара, — как отличить союзников?       — У Какаши седые волосы и такая же одежда, как и у меня. А Рин — она в синих штанах с курткой и зелёном жилете со знаком отличия Водоворота. Моя форма — АНБУ, а у неё — форма Конохи.       Мадара лишь кивнул, накидывая одеяло на плечи и закалывая булавкой, которую ухитрился спереть из сумки Обито, превращая ткань в подобие накидки с капюшоном, под который спрятал свои непослушные длинные волосы. Контейнер с загадочным содержимым он положил в карман и также заколол булавкой, чтобы не потерять.       Выйдя из пещеры, оба активировали Шаринган, чтобы не тратить время на привыкание к солнечному свету после продолжительной темноты. Обито наслаждался тем, с какой лёгкостью двигался его предок, как непринуждённо и свободно…       Какаши прибыл на место сбора с пустыми руками. Весь избранный им сектор оказался нетронутым. Животные, торговцы и влюблённые недалеко от деревушки, вот кто оставил следы, но никак не пятеро кровожадных туманников.       Ни Рин, ни Обито не было видно, и он направился к ручью, намеренный отыскать друзей.       Услышав пронзительный женский крик, он поспешил вдоль обрыва, к источнику звука, на ходу доставая кунаи.       Сначала он увидел Рин, которая, почему-то, была на маршруте Обито, а над ней навис здоровенный громила с мечом. Лишь метнув в него кунай, Какаши обнаружил, что тот уже мёртв.       — Рин! Ты цела? — Какаши бросился к подруге, помогая подняться и тут же ворчливо бросая в сторону неожиданного помощника: — А ты чего тут забыл, Тензо?       — Выяснилось, что здесь появилась шайка разбойников, — спокойно ответил юноша. — Хокаге направил меня вам в помощь, и я успел вовремя, они окружили Рин.       — Тензо меня спас! — закивала девушка. — Я уже готовилась уходить, как они повыскакивали отовсюду, целая дюжина, и тут их всех как кольями пронзило… — она передёрнула плечами. — Страшно подумать, что было бы…       — А это — Кё Суйджин, я видел его в книге Бинго, — пояснил Тензо. — Один из пятёрки туманников. Значит, они недалеко.       — Обито! — охнули в один голос Рин и Какаши.       — Он пошёл один? — спокойно спросил Тензо.       — Он и против одного не справится… — буркнул Какаши. — А ведь разведка считала, что здесь наименее вероятно столкновение… Идиот… — буркнул он, сигая с камня на камень, посматривая на следы, оставленные нукенином. — Рин, ты со мной, Тензо — выслеживай Обито, он поверху шёл.       Кивнув, юноша протянул руку, вытягивая деревянную балку и, ухватившись за край обрыва, подтянулся, ловко запрыгнув на берег.       — Вижу его следы, — громко произнёс он. — Если что — кричите.       Какаши и Рин быстро бежали вдоль следов туманника, пока не услышали впереди грохот, а следом — увидели пламя и… электрические разряды?       Затаившись и достав оружие, шиноби осторожно скользили меж деревьев.       — И это — те опасные джонины? — раздался незнакомый хриплый голос. — Эти неудачники, которые сдохли с одного пинка?       — Ну… сейчас они считаются опасными… — раздался неуверенный голос Обито. — Они опустошили уже десяток деревень… Убивали, насиловали…       — Десять… — убито пробормотал незнакомец. — Десять деревень, и вы только сейчас чухнулись? Что стало с миром шиноби?!       — Ну… Он стал луч… — голос Обито оборвался.       — Эй, вы, трое, выходите, — хрипло приказал незнакомец. — Я знаю, где вы находитесь и ударю без предупреждения!       — Трое? — недоумённо пробормотал Обито.       Какаши и Рин осторожно вышли из-за деревьев, глядя на высокую фигуру в накидке, подозрительно похожей на стандартное одеяло АНБУ. С другой стороны выступил Тензо.       — А! Это мои друзья! — воскликнул Обито. — Мы тут четверых нукенинов встретили, ну и… эм… я ничего не успел сделать, как они уже все были мертвы…       — Ещё одного убил Тензо, миссия выполнена, — кивнул Какаши. — Также здесь была дюжина разбойников, с которыми он тоже разобрался. А это кто? — настороженно спросил он у Обито.       — Это… — парень взглянул под капюшон своего спутника и задумался.       — Старый знакомый Третьего и Данзо, — загадочно произнёс незнакомец. — Вот вам и миссия — сопроводить меня в деревню, где старикашки заплатят вам за моё сопровождение.       — Кто вы? — в голосе Какаши звенел металл.       — Мой родственник, — буркнул Обито. — Считался давно пропавшим, а на деле жил тут в горах, выживал… Домой хочет…       Какаши относился с подозрением к новому лицу, но после заверений Обито и обещаний загадочного Учиха, что он будет вести себя прилично, всё-таки согласился.       Всю дорогу незнакомец скрывался под капюшоном, расспрашивая о событиях в Конохе за последние двадцать лет.       Какаши казалось достаточно подозрительным, что довольно молодой мужчина интересуется такими древностями. Судя по его тренированному телу и иногда мелькающему в прорезях накидке животу — тот был в отличной боевой форме, и никаких следов старческой дряблости. Даже у его отца в последние годы кожа слегка провисала и покрылась порами, а этому… Больше тридцати уж точно не было.       Добравшись до Конохи, они пошли секретным ходом прямо в резиденцию Хокаге.       Пока Какаши и Обито с незнакомым Учиха сдавали миссию Хокаге, Тензо вызвался сопроводить Рин в больницу, чтобы помочь с травами, а после — сообщить Данзо, что к нему посетитель.       Минато выслушал отчёт, задумчиво почесав переносицу.       — И как теперь вам платить? — задумчив спросил он. — Если Тензо убил всех разбойников и одного туманника, а остальных четверых убили вы… Как же вас всё-таки зовут, Учиха-сан?       — Я жду Хирузена и Данзо, они меня узнают, — хрипло отозвался мужчина в накидке. — Можете отдать мою долю Обито, он заслужил.       — Ладно, — нервно дёрнулся Минато. — Подождём. Значит, точно Обито?       — Да, — кивнул Учиха.       В кабинете Хокаге повисло молчание до тех пор, покав коридоре не послышалась лёгкая поступь с одной стороны и тяжёлое шарканье с постукиванием трости — с другой.       Минато ощутимо обрадовался.       Через минуту, в кабинет вошли два старика, кивнув Четвёртому.       — Этот человек утверждает, что вы его знаете, — тут же заявил Минато. — Если вы не против, я бы хотел оставить остальные дела вам, и отправиться домой, мне надо готовить ужин и купать Наруто!       — Как глупо распространяться о таких личных делах в присутствии незнакомца, — ухмыльнулся Учиха, снимая капюшон и наслаждаясь оказанным эффектом.       — Мадара! — в один голос заорали старики, Минато и Какаши просто глупо хлопали глазами.       — Сколько лет прошло, а вы всё пугаетесь моего лица, словно до сих пор те же пятилетки, — усмехнулся Мадара, развалившись на диване. — Иди домой, Четвёртый, купай своего карапуза, взрослым дядям нужно поговорить о делах…       — Как? — ошарашено спросил Данзо. — Второй говорил, что ты мёртв! Он даже водил нас посмотреть на твой труп!       — Всех шестерых? — хмуро спросил Мадара.       — Кроме Кагами… — пробормотал Хирузен. — Но как?       — Грубо говоря, я остановил время для своего тела, и контакт с чакрой Учиха бы вернул меня к жизни, — пояснил он. — Я рассчитывал, что моё тело вернут клану, и я оживу. Но так уж вышло, что первый Учиха, который меня коснулся — был Обито. И теперь я хочу знать, то происходит в этом мире. Рассказывайте по-хорошему. Если меня устроит результат — я буду думать, что делать дальше. Если нет — вам всё равно меня не остановить.       — Мы… нам нужны гарантии, — заявил Данзо. — Ты же знаешь, какая у тебя репутация…       — А ты же помнишь, что я больше сеял хаос, чем убивал невинных и не забывай, что я контролировал Лиса, — фыркнул Мадара. — Всё, идите, детишки. Отдыхайте!       — Надеюсь, я успею на семейный ужин, — с нажимом произнёс Хирузен. — Сегодня, как никак, Кейро-но Хи, и я бы хотел услышать от детей пару ласковых…       — Кейро-но хи? — переспросил Мадара и расхохотался.       Обито и Какаши недоумённо переглянулись.       — Интересно же ты дедушку поздравил, Обито! — хохотнул Мадара. — Пожалуй, тебе почаще нужно выражать своё почтение подобным образом!       Обито густо покраснел, вспоминая о празднике, который уже со смерти бабушки не отмечал, да и Какаши некого было поздравлять… Он совсем и забыл о дне почтения старших, а теперь… Теперь получилось ужасно неловко, и он не понимал, как расценивать комментарий Мадары.       Покинув кабинет, друзья молча вышли из резиденции, на входе столкнувшись нос к носу с Рин и Тензо.       — Там занято, — сдавленно пояснил Какаши. — Хокаге и советники обсуждают с нашим… гостем… дела.       — Да, завтра сдадите отчёт и получите деньги, — быстро выпалил всё ещё красный Обито, радуясь, что маска АНБУ скрывает его лицо и, набравшись храбрости, выпалил: — Рин, ты… ты пойдёшь со мной послезавтра на праздник?       Какаши явно поник, услышав о празднике.       — Простите, простите… — слегка покраснела девушка. — Но… как бы вам сказать… Тензо меня сегодня дважды спас и мы… мы договорились пойти вместе… Надеюсь, вы не обиделись на меня?       Какаши лишь облегчённо выдохнул, а Обито замер и помотал головой.       — Да нет, если хотите — идите, — буркнул он. — Может… Может я с семьёй пойду…       Рин удивлённо взглянула на друга, который был не в ладах с кланом, и лишь покачала головой. Её терзало, что за загадочный Учиха, которого Обито нашёл в горах, но Какаши и Обито определённо не хотели говорить об этом…       Праздник был в самом разгаре: на площади развернулись ларьки с угощением, изделиями к празднику и аттракционы, счастливые жители деревни веселились, кушая данго, распивая морс и сакэ, пробуя свои навыки в метании в цель и ловле рыбок, счастье наполнило Коноху.       Обито немного переживал, что Мадару кто-нибудь да узнает, даже в расшитом кимоно и с высокой украшенной причёской, чёлка которой закрывала слепой глаз, он всё равно оставался Мадарой, а клановая символика на одежде и украшениях выдавала в нём члена клана Учиха, и незнакомого, но люди не обращали внимания, будучи поглощены своим счастьем.       Сам предок тоже проводил время весело — намеренно мазал по мишеням и хохотал со своей неуклюжести, потом выиграл плюшевого кота и вручил его уже взрослому для таких игрушек Обито, порвал пять бумажных сачков, расстроился, когда у него не вышло вырезать печенюшку, и вёл себя как абсолютно нормальный человек, а не едва не разрушивший деревню безумец.       Где-то вдали мелькнуло серое кимоно Какаши и зелёное — Гая. Девушка решила идти с Эбису, и Гай предложил Какаши соревнование «кто больше повеселится на празднике», и определённо выигрывал, судя по понурым плечам Хатаке.       Где-то за ларьком Обито углядел Рин и Тензо. Девушка склонилась и чмокнула парня в губы, отчего тот густо покраснел.       — Мадара, иди сюда, — Обито буквально потянул того за собой.       — Что? — весело спросил предок, слегка удивлённо глядя на спутника.       — Ты говорил, что тебе понравилось, как я… воздаю уважение старшим? — неловко спросил Обито.       — Да, но здесь же слишком людно, и, как я вижу, у вас все пары разнополые и наше поведение могут счесть… — договорить ему не дал неловкий, но чувственный поцелуй Обито, который с такой силой прижал Мадару к палатке, что за пологом что-то рухнуло.       Услышав удивлённый «ох» со стороны сладкой парочки, Обито покосился и удовлетворённо отметил округлившиеся глаза и отпавшие челюсти тех. Удовлетворённо хмыкнув, он сильнее поцеловал Мадару, требовательно прижимая к себе, но тот разорвал поцелуй.       — Тише, тише, — он погладил парня по голове. — У нас ещё вся ночь впереди, а сейчас я немного занят… — он одарил свидетелей милой улыбкой и вывел Обито на главную улицу. — Надеюсь, тебе понравится мой подарок…       — По… дарок? — Обито внезапно вспомнил, что рядом всё-таки Учиха Мадара, с которого станется разгромить всю деревню. — Ты же не собираешься никому навредить?       — Наоборот, я собираюсь всех защитить… — загадочно произнёс тот.       Уже стемнело, и Обито всё ловил неловкие взгляды Рин, которая тут же отворачивалась, о чём-то усиленно болтая с Тензо или с кем-то, с кем пересекались.       А затем на площадку на крыше резиденции вышел Минато, и Мадара, похлопав Обито по плечу, поспешил к резиденции.       — Дорогие жители! — воскликнул усиленный ветряной чакрой голос Четвёртого. — Поздравляю вас всех с праздником! Надеюсь, вы уже собрали достойный урожай и впереди будет ещё больше! — горожане радостно зааплодировали, подтверждая его слова. — Осень, время перемен, — продолжил Минато. — Листья опадают, и природа готовится ко сну. И в нашем Листе грядут перемены! — публика предосторожено притихла, превратившись в слух. — Я ухожу с поста Хокаге! — сообщил Минато, чем вызвал огромное недоумение у толпы.       — Так и знал, что этот мальчишка долго не продержится, — буркнул стоящий рядом с Обито отец Куренай. — Надеюсь, не Данзо его выжал, а то превратимся в полицейский посёлок…       — Полицейский? Как бы не так! — буркнул Ютта Учиха, стоящий рядом. — Данзо — последователь Второго, нас ещё больше прижмут.       — Я не знаю никого, кто был бы лучше Минато… — вздохнула Микото Учиха, обнимая дежурящего сегодня по городу мужа. — Кому он решил передать пост?       — Вероятнее всего, вернут Хирузена, который всё не уймётся со своей политикой… — фыркнул Фугаку.       — Историю пишут победители, — заявил Минато, когда возмущённый гул стих. — Нам никогда не узнать, что произошло между двумя, и остаётся поверить одной правде, хотя их может быть и две. Я знаю, что вы можете осуждать, но мы с советом пришли к выводу, что нет лучшего Хокаге, как этот человек!       — Похоже, что Данзо на него всё-таки надавил, уж больно они извиняется… — фыркнул Юхи. — Прощай, спокойная жизнь, привет глобальному контролю… Учихи — в резервацию! — иронично сплюнул он.       — Куда уж дальше? — покачал головой Фугаку, обнимая взволнованную жену за плечи.       — Нет лучшего правителя для деревни, чем тот, кто её всем сердцем желал! — продолжал Минато. — Свершилось чудо, и спустя полвека — мечта воплотилась, мы все стали друг другу братьями не только по оружию, но и по духу. Нас всех объединяет Воля Огня! И я с гордостью и почтением объявляю вам Пятого Хокаге! — воскликнул он, оборачиваясь к выходящей на крышу фигуре в бело-красном одеянии.       Обито вздрогнул, прикрыв рот руками.       Он даже несколько раз укусил себя за палец, но так и не проснулся.       — Пятый Хокаге — Учиха Мадара! — сообщил Минато, снимая с себя церемониальную шляпу и нахлобучивая её на распущенные чёрные лохмы легендарного шиноби.       — Это… шутка? — побледнел Фугаку. — Мадара мёртв! Мадара был безумцем! Клан от него отрёкся! Что происходит?       — Это… Мадара… — пробормотал Обито. — Он проспал почти полвека в гробу Второго, а теперь проснулся…       — Кажется, нам всем конец… — пробормотал действующий глава клана Учиха. — Мадара разнесёт всю деревню, выдернет из Кушины Лиса и… даже страшно подумать, что будет… что за фарс?       Толпа разделяла недоумение, и только когда Мадара заговорил, утихла.       — Всё прошлое — в прошлом, не более, чем легенда, — хрипло заявил он, Минато усиливал его голос своей техникой. — Согласно плану, я пришёл в себя спустя полвека, и вернулся узреть, какие плоды принесла наша с Хаширамой мечта. Я удовлетворён увиденным. Вы несовершенны, этот мир до сих пор полон боли и старые раны не затянулись. Но вы, жители Конохи, дарите надежду на лучшее. Я буду справедливым Хокаге, и продолжу дело своего старого доброго друга, часть которого навсегда останется со мной! — заявил он.       — Часть его? Определённо от оторвал от Первого чего-то и пересадил себе, — буркнул Фугаку. — Хотя… Мне нужно с ним поговорить.       Пока Мадара разливался с крыши о любви, мире и понимании, Обито ощутил какой-то невероятный приступ ненависти со стороны леса. Свернув за палатку, он обнаружил лишь маленького Саске, выползшего из коляски и играющего с грубо сшитой чёрной тряпичной куклой. Ненависть исчезла, словно ему и почудилось.       Подняв юного наследника клана, Обито посадил его обратно в коляску, сетуя, что обожающий Итачи удрал куда-то с закадычным Шисуи. Но ладно, праздник, пусть веселятся, мальчишки…       Но воспоминание о том неприятном чувстве оставило мрачный осадок, и весь вечер Обито ничего не радовало, пока он наконец-то не встретился с Мадарой, который вызвал его к себе в резиденцию.       — И это — подарок? Ты теперь Хокаге, народ в ужасе, все решат, что ты погрузил совет в генджутсу, и вот-вот вытянешь из жены Четвёртого Девятихвостого, чтобы снова разрушить Коноху!       — Они привыкнут, — пожал плечами Мадара, снимая одеяния Хокаге и оставаясь в клановом кимоно. — Они поймут.       — И всё же… Ты правда их убедил?       — Скорее — они убедили меня, — устало произнёс Пятый, снимая обувь и растягиваясь на диване. — Минато слишком занят семьёй, у него нет времени на политику. А лучший претендент на эту должность пока слишком молод, ему следует поучиться ведению бумаг, пониманию внутренней и внешней политики и научиться использовать свои способности в полную силу.       — И… кто это? — недоумённо спросил Обито, уже подозревая, каким будет ответ.       — Мой помощник и личный телохранитель — Учиха Обито, — невозмутимо ответил Мадара. — Ты с детства кричал, что хочешь стать Хокаге. А, как говорил Хаширама — любая мечта осуществится, если в неё очень сильно веришь. А теперь, займись моим уставшим и непривыкшим к такой активности телом, телохранитель! — он одним движением развязал пояс кимоно, оставаясь в расшитой нижней рубашке и хакама. — Пожалуй, начнём с горячей ванны!..       Обито застыл, переваривая обрушившиеся ему на голову новости, и покорно последовал за Мадарой в ванную, так и не веря своему счастью.       Кажется, ему следовало вспомнить, о чём он ещё мечтал, и ждать воплощения. Например, о том самом действии, которое описал Джирайя в своей новой книге на 87-й странице…