Статус: Занят.

— И если завтра вас будет столько же, я подумаю о том, что бы снять вот это, — сладко пропел парень, поглаживая ворот полупрозрачной блузы. — Всё-таки вы уже давно заслужили это. — Комментарии сыпались рекой. Ведущий трансляции даже не успевал их читать. От этого пухлые губы расплывались в улыбке, а где-то внутри всё легонько жгло. — Я знаю, — продолжал мурлыкать сладкий голос, — вы хотите чтобы я показал вам больше… Скоро это случиться. Вы ведь помните, что скоро моя неделя? — Комментарии стали сыпаться ещё быстрее. Конечно, все понимали, о чём речь. У модели скоро течка. И каждую он проводит здесь. Он, не стесняясь, извивается с искусственным членом прямо перед камерой. Знал бы он, как тяжело альфам по ту сторону смотреть на него. Кажется, они даже через монитор чувствуют его запах. Особенно сильно в прошлый раз заклинило одного его гостя, который смог угадать природный запах ведущего. Омежку это возбудило ещё сильнее. В тот вечер в честь награды он кончал с ником угадавшего его запах альфы на губах.

***

— На сегодня это всё. — Мужчина лет сорока пяти строго осмотрел свой класс. — И помните, вы теперь не школьники, а студенты. Здесь не будет поблажек. Помните, кем вы станете, когда окончите это учебное заведение. Вы свободны.       Мужчина хлопнул в ладоши, после чего студенты начали потихоньку подниматься со своих мест и направляться к выходу. Оказавшись в коридоре, ребята начали потихоньку знакомиться друг с другом и формироваться по «кучкам» с общими интересами. Поскольку в этом потоке (да и в принципе на эту должность) идёт больше альф, чем омег, омеги решили держаться вместе. В этой группе их было рекордно мало — пять омег на поток из сорока трёх альф, в этой группе получались все пять омег на одиннадцать альф. Надо сказать, руководству университета такое решение далось не легко, но их способности поражали — отказаться от таких было ещё труднее.       Двадцать первый век — век терпимости. Конечно, ещё было немало альф, которые ничем, кроме как издевательством над омегами не занимались. Но всё же альф с головой на плечах было куда больше. Ребят никто не дразнил, все тепло улыбались и обещали защищать от придурков, если такие появятся на горизонте. Альфы сами подходили, чуть заметно принюхивались, но извинялись, аккуратно уточняя, как ведёт себя тот или иной омега во время цикла. Возможно, вопросы казались неловкими, но ребятам крайне повезло — лучше разъясниться и придти к понимаю сразу, чем потом расхлебать проблемы.       Альфы и омеги в группе пришлись друг другу по душе. Однако, между самими омегами возник небольшой раскол. Двое омег — Пак Чимин и Ким Сокджин казались слишком недосягаемыми. Слишком сладкими. Слишком прекрасными. Альфы, как надрессированные, держали себя подальше от них. Оба казались ангелами. Слухи о них распространились по университету со скоростью молнии. И если Джин был занят и помечен, то Чимин лишь смущенно поджимал пухлые губы, пряча розовые щёки от альф за спиной своего лучшего друга и двоюродного брата по совместительству.

***

      Первый месяц прошёл как по маслу. Каждый альфа считал своим долгом проследить взглядом за двумя «принцами», как их нарекли, университета, в то время как многие омеги были готовы на всё, лишь бы опозорить их. Но не та, не другая сторона действий не предпринимала. Альфы — потому что за парнями всегда был надзор и охрана, омеги — потому что парни были лучезарными и приветливыми. Многие после общения просто начинали понимать, что эти двое вовсе не нуждаются во внимании альф, находившихся в стенах этого учебного заведения.       Счастье Чимина стало ещё больше, когда в университет просочился слух о популярной вебкам-модели. Снаружи, естественно, Пак не подавал виду, что ему интересно послушать, что думают о том загадочном человеке, чьё лицо никто не видел, а тело — чуть ли не вся Южная Корея, если не больше. И тому была причина. То тело было сладким. И оно принадлежало ему. Оно было скрыто за одеждой и напускной скромностью. За скромной смущенной улыбкой и тонкими очками в металлической оправе. Сокджин, знающий, что все говорят именно о его брате, лишь время от времени поджимал губы, поскольку не одобрял такой способ заработка, однако отговаривать Чимина от этого сил уже не было. Да и главное, что никто не видит лица.

***

— Сегодня я встретил некоторых из вас, — пролепетал сладкий голос, — а-ах… вы говорили обо мне, — ведущий запрокинул голову, стараясь как можно меньше поддаваться своей похоти и замедлить себя, — интересно, если бы вы знали, что я прямо перед вами, чтобы вы мне сказали? — Омега облизывал пересохшие и расплывающиеся в улыбке губы. — Мне так хотелось… а-ах… Хотелось сказать, что вот он я… Но я же не могу открыть все свои секреты, — промурлыкал парень, — я бы даже сказал… Аа… Ах… Чёрт… С-сейчас… Пак закрыл ноутбук, снимая маску и вытирая пот со лба. Сегодня было остро. Он любил представлять разные ситуации, не стесняясь говорил о них и мастурбировал. Но те альфы и вправду были хороши. Чимин представлял, как мог бы оседлать каждого из них. Но всё, что он мог — это представлять. Сокджин был хорошим братом — он с цепи сорвался, когда узнал о его «работе», но смог смириться, однако поклялся вырвать ноги, если всё закончится беспорядочными половыми связями. И Чимин пообещал. Пообещал, что не сорвётся. И он держал обещание. Пока некий «Suga» не ворвался в его жизнь. Он приходил на каждую трансляцию, писал сообщения, на которые Пак, правда, не отвечал, хотя очень хотел воплотить их содержимое. Пока некий «Suga» не отгадал его запах. Это было очень странно. Но Чимина словно прошибло током. «Ты пахнешь сладко. Это персик и лёгкий запах свежести.» Комментарий, выбивший из Чимина множество стонов и желание встретить альфу, так чутко отгадывающего все его пожелания.

***

— И поскольку мистер Ли ушёл на неопределённое время, его заменит наш молодой и подающий надежды новый кадр. Представься, пожалуйста. — Высокий темноволосый бета чуть отошёл назад, впуская в кабинет молодого преподавателя по высшей математике.       Ему стоило сделать лишь шаг в кабинет. Они оба почувствовали странное ощущение, но сейчас, оказавшись в одном помещении, их прошибло током. Для Чимина всё случилось словно в замедленной съёмке. Он уже ничего не слышал, он даже не чувствовал, как несмотря на слоновью дозу подавителей, в кабинет просачивается его запах. Вошедший прочистил горло. — Меня зовут Мин Юнги, мне двадцать восемь. Я временно буду исполнять обязанности вашего преподавателя. Надеюсь, мы поладим.       Студенты зааплодировали, тепло встречая альфу, который на протяжении некоторого времени теперь станет, по сути, их главным преподавателем. И из всех это не нравилось только одному. Пака мутило от еле просачивающегося запах мяты и… свежести?