Восемь шагов к раю

Сергей запрокидывает голову и косит взгляд на противоположный угол общей комнаты. Там Олег потирает разбитую губу, но заметно улыбается, когда ловит взгляд Разумовского. Их наказали за драку, в которой они даже не были виноваты. Их обидчики сами пристали к Сереже, пытаясь отобрать у него новенький альбом, который удалось выпросить у волонтеров. Понятно, что рыжий так просто не собирался отдавать свое сокровище. А вот Олег просто не мог наблюдать за тем, как двое нападают на одного более слабого противника, поэтому и ввязался в драку. Их противники хныкали где-то в коридоре - воспитатели не решились оставить их в одной комнаты во избежание продолжения драки. Уж разгулявшийся Сергей так просто не собирался отпускать обидчиков, хоть у него и продолжала идти кровь из носа. - А ведь мы даже не виноваты, - ворчит себе под нос Сергей, вытирая кровь над верхней губой рукавом свитера. - И вообще, зачем ты полез, Волков? - Не могу же я смотреть, как трое бьют одного, - Олег пожимает плечами. Кончиками пальцев он щупает опухшую губу и тихо шипит. Но он отделался явно меньшими травмами нежели Серый. Кроме разбитой губы он был вполне цел. - Ты мог помочь мне убежать, а не лезть в драку. Теперь мы оба остались без ужина. Последний факт особенно расстраивал рыжего, поскольку растущий детский организм требовал постоянного питания. А в приюте и так кормили не очень сытно. Хорошо, что хоть никто из детей еще с голоду не помер. Правда, оставался вариант ночью попытаться пробраться на кухню за хлебом и каким-нибудь сыром. Только вот они опять могли попасться и словить тогда несколько дней в карцере, где им точно нормальной еды не видать. Услышав тихую возню, в их комнату заглянула воспитательница. Вредная грузная женщина со слишком яркими для нормального человека губами и водянистыми серыми глазами несколько секунд разглядывала спины драчунов, будто те могли в любой момент броситься уже друг на друга. Так что пришлось Олегу и Сереже тут же отвернуться в свои углы, изображая полное раскаяние. - Спасибо, - стоило воспитательнице скрыться в коридоре, Сережа снова поворачивается к другу. Пока за ними не следили, они хотя бы могли развлекать себя тихой болтовнёй. Не зная, как еще выразить переполняющую его благодарность, он прижимает кончики пальцев к своим губам и посылает Олегу воздушный поцелуй. Хорошо, что красное лицо можно спрятать в углу, иначе бы Олег потратил бы очень много сил на то, чтобы объяснить то странное чувство, что возникло внутри в тот момент, когда Разумовский посылает ему этот дурацкий поцелуй.