Кончиками пальцев

      Утром Антон проснулся, почувствовав аромат свежесваренного кофе. Сладко потянувшись в кровати, парень опустил ноги на пол и сонно улыбнулся, ощущая, как его лицо греют лучи солнца, которые пробиваются сквозь белую, почти прозрачную тюль. Потрепав себя по голове, зеленоглазый пошел в гостиную.       Остановившись в проеме, Шастун увидел Арсения, который стоял около плиты и что-то готовил себе на завтрак. Антон начал рассматривать его. Мускулистое тело; темные, волнистые волосы; длинные и утонченные ноги; широкая спина; вытянутая и изящная шея, которую хочется целовать бесконечно.       Тихо подойдя к голубоглазому, юноша обнял его со спины, кладя свою голову на плечо, вдыхая его аромат. — Доброе утро… — прошептал Антон, нежно целуя в шею. — Антон… Что ты делаешь? — по телу Арсения побежали множество мурашек.       В это время он как раз перекладывал только что приготовленную яичницу в тарелку. Не выдержав, Попов закатил глаза от удовольствия и резко схватился за столешницу кухонного, оставив тарелку с лопаткой в стороне. — Арс… — руки младшего уже были под майкой старшего, аккуратно и плавно гладя его спину, оставляя редкие царапины.       Арсений начал глубоко и тяжело дышать. Разум начал потихоньку куда-то уходить, оставляя только отдельные мысли и слова. — Пожалуйста… — прошептал голубоглазый, склонив голову вперед, — Остановись…       Шастун продолжал гладить тело старшего, уже перейдя на торс и пресс. Антон продолжал целовать шею, оставляя багровые следы и следы от зубов. — Ан… — не успел сказать Арсений, когда рука младшего уже коснулась возбуждённого члена, — Ах…       Антон взял за руку мужчину, резко разворачивая его к себе, двигаясь к дивану, одновременно целуя в губы. Попов углубил поцелуй, держа его за шею и заводя пальцами в русые и мягкие волосы. По пути они опрокидывали все, что было: стулья, кофейный столик, тумбочку.       Резко толкнув Арсения на диван, Антон снял с себя все вещи, оставаясь в одних боксерах. В это время, старший снял с себя майку и немного стянул домашние штаны. Зеленоглазый продолжил поцелуй, нежно гладя уже оголенное тело старшего. От удовольствия Попов царапал спину младшего, оставляя небольшие следы от ногтей. — Шаст! — Арсений глубоко вздохнул, когда Антон провел влажным языком по его члену.       Юноша начал аккуратно брать всю длину, нежно двигаясь, постепенно углубляясь. Из губ старшего начали появляться тихие стоны. Арсений одной рукой схватил волосы младшего, немного сжимая их, а второй он закрыл свой рот, кусая внешнюю сторону кисти.       Чувствуя, что Попов скоро кончит, Антон снял с него все остальное белье, нежно целуя бедра и ноги. — Иди ко мне… — прошептал Арсений и резко притянул младшего к себе.       Зеленоглазый упал на старшего, примкнув к его губам, страстно целуя. Оторвавшись от желанных губ, Шастун снял с себя боксеры и наклонился к Попову. — Прости… — сказал Антон, целуя мужчину в шею.       Попов громко прорычал, когда почувствовал в себе плоть Антона. Было некомфортно и неприятно, от боли Арсений укусил младшего в плечо. От этого Попов прогнулся в спине и прикрыл глаза. Через несколько мгновений голубоглазый ослабил хватку и облизал место укуса.       Приняв это за знак, Шастун начал плавно и медленно двигаться, боясь принести старшему болезненные ощущения. Арсений терялся в движениях парня. Обняв его ногами, Попов стал целовать шею и ключицы, оставляя следы от засосов и укусов. С каждым новым движением парни теряли рассудок, уходя в друг друга, в нависшую страсть и любовь, которая царила в квартире.       Приподнявшись, Антон продолжает двигаться, немного придушивая Попова за шею. — Шаст… — Арсений постанывает, хватаясь за руку младшего двумя руками.       Он весь в его власти, беззащитен перед ним. Это возбуждает обоих еще больше. Они оба ещё немного и сойдут с ума от наслаждения. Антон начал наращивать темп, прижимая голубоглазого все ближе к себе. Арсений начал громко стонать и не успевал хватать воздух ртом. От разгоряченного дыхания обоих в квартире начал заканчиваться воздух и запотевать окна и зеркала. Но мужчины не обращали на это внимание, они доводили себя до пика наслаждения. Каждый новый толчок задевал простату Арсения, принося ему огромное удовольствие. Они уже не сдерживали свои эмоции. Старший уже кричал от страсти, а Антон рычал от возбуждения, продолжая ускоряться. — Арс! — младший уже из последних сил поддерживал темп.       Взяв в руку орган старшего и целуя его шею, он начал помогать ему доводить себя до пика наслаждения. Через несколько секунд их обоих накрыл оргазм и они обессилено лежали на диване, приводя дыхание в норму.       Спустя некоторое время, парни сидели за столом и пили уже остывший кофе. — Шаст, я… — начал Арсений, ставя на столешницу кружку. — Можно я первый? — перебил Антон, смотря на Попова пронизывающим и неким детским взглядом.       Молча кивнув, голубоглазый продолжал смотреть на юношу, почти не моргая. — Несколько месяцев назад мне приснился сон… — начал младший, смотря на кружку, которая стояла перед ним, — В это сне мы с тобой познакомились, также и познакомились с другими ребятами из моего и какого-то другого театра. У нас появилось шоу на телевидении. В одном из выступлении мы выступали вместе и там была одна фраза, но я запомнил только конец: “Такая себе философия...” — Представь что скальпель - это вовсе не скальпель, а лепесток … — тихо сказал Арсений, мило улыбаясь и смотря на парня. — Розы… — Антон посмотрел на голубоглазого своей яркой и солнечной улыбкой. На его глазах начали появляться слезы. — Позволь мне посмотреть твою правую руку… — сказал Попов и протянул свою руку.       Младший аккуратно положил ее поверх руки голубоглазого. На ней были небольшие порезы и чуть больше выделялся отдельный шрам, который был самым большим. — У меня это появилось после сна… — Шастун продолжал рассказывать, — Я выступал с Димой из моего театра… — После удара шокером ты упал на стекло, ставя перед собой именно правую руку… — Арсений глубоко вздохнул и закрыл ладонь Антона. — Но откуда? — юноша непонимающе смотрел на голубоглазого, погладив свободной рукой щеку старшего. — Давай теперь я расскажу свою историю… — улыбнулся Арсений, гладя ладонь парня.       Ребята еще очень долго разговаривали по поводу того, что с ними произошло. Они не понимали, почему это произошло именно с ними и почему так, но они точно были уверены, что это все не просто так. — И что тогда мы будем делать? — спросил Антон, смотря, как Арсений стоит возле раковины и моет посуду. — Мне кажется, что нам надо всех собрать и создать то, к чему мы все стремимся… — улыбнулся Попов, подойдя к младшему и нежно поцеловав в уголок губ. — Но как нам это сделать? Нас же только двое… — Шастун крутил перед собой кружку, как бы играя ей. — Зато мы есть друг у друга и мы сможем всё... — прошептал старший, мило смотря на своего парня, — Ты не представляешь, как долго я тебя искал. — До конца будем вместе? — спросил Антон, протягивая перед собой мизинчик. — До конца будем вместе… — мило посмеявшись, Арсений схватился за мизинчик юноши своим и притянул его к себе, поцеловав.