Извращенец? Да ладно, о чем ты!

      Чон Чонгук, понимая, что уже довольно сильно опаздывал на индивидуальную тренировку в фитнесс-центре, негромко матерился про себя, ругая преподавателя, оставившего их сегодня на дополнительную пару из-за того, что большая половина курса просто ушла с предыдущей его лекции, на которую он сам же и опоздал больше, чем на полчаса (Чонгук это знал, потому как никуда, в отличии от однокурсников, не ушел, оставшись в аудитории - он был примерным студентом, имеющим в своей зачётке практически одни отличные оценки).       Не став писать своему инструктору, надеясь, что все-таки сумеет позаниматься и задержится всего минут на десять, не больше, схватил уже собранную на тренировку сумку, быстро переложив в неё документы и кошелёк из рюкзака, с которым ходил на пары. Наплевав на то, что сегодня он не успевает переодеться в привычный спортивный костюм, подтянул сползшую с плеча светлую рубашку в зелёно-красно-голубую клетку, накинутую поверх его любимой черной футболки от Balenciaga. Затянул сильнее на талии шнурком широкие голубые джинсы с накладными карманами, заправленные в черные высокие берцы, перекинул через шею поперек груди ремень своей походной черной кожаной сумки-мешка и вышел из квартиры, так как на телефон уже пришло уведомление об ожидающем его такси.       К счастью Чона, пробок по дороге не было, ехать было недалеко и добрался он с опозданием всего в пять минут. Быстро переодевшись в раздевалке, зашел в зал, где его уже ожидал скучающий инструктор - Ким Тэхен, темноволосый бог в черном спортивном костюме, по которому Чонгук тайно вздыхал вот уже третий месяц - именно столько индивидуальные занятия у него вёл Ким вместо уволившегося прежнего тренера. Но Тэхен этого как будто не замечал, ведя себя очень профессионально и лишний раз не дотрагиваясь до Чона, который уже перестал заморачиваться о том, какой степени обтянутости ему надеть одежду на тренировку и не слишком ли сильно он побрызгался любимыми духами.       - Добрый вечер, тренер Ким. Простите, что заставил ждать - в университете возникли некоторые проблемы.       - Добрый, Чонгук. Ничего страшного, твоя тренировка у меня на сегодня последняя. Так что я вполне могу остаться подольше.       - Ох, не стоит. У меня через полчаса после вашего занятия ещё одно. Не хочу и там опаздывать. Так что я не задержу вас - вина же моя. И вы сможете уйти домой вовремя, отдохнуть... с какой-нибудь красивой девушкой, - Чон сначала сказал, а потом подумал. Увидев удивленно изогнутую бровь, засмущался под устремленным на него взглядом.       - И с чего такие мысли? Никакой девушки у меня нет, да и не было никогда.       - Ну. Я просто подумал. Что у такого, как Вы, наверняка нет отбоя от желающих провести с ним вечер. Простите... Сказал, не подумав...       - Ну это да, поторопился. Насчет девушки уж точно. А в остальном - в чем-то прав. Желающие есть.       Ответив так опешившему от полученной информации, не понимающему теперь, что и думать Гуку, невозмутимый Тэхен начал тренировку с обычной для них разминки. Через сорок пять минут, ровно в семь часов вечера, парни закончили занятие и попрощавшись, разошлись - Чонгук в общую раздевалку, принять душ и переодеться, Тэ - в помещение для персонала фитнесс-центра, также освежиться и сменить одежду.       Стоя под обжигающе горячими водяными струями, Ким вспоминал лицо Чона, когда он чуть ли не напрямую сказал ему, что был по парням. А совсем не по девушкам. И промелькнувшую на нем не совсем понятную реакцию - то ли интерес, то ли смущение, то ли... желание??? Последний вариант был бы идеальным - так как Чонгук заинтересовал его буквально с самой первой тренировки. Но выдержка Тэхена была на высоте - и парень совершенно ни о чем не догадывался даже. А вот Ким не мог в последнее время ни на кого смотреть - хотел только Чона.       Простояв в душе довольно долго, Тэ вышел, когда в зале уже никого не было - он был последним из инструкторов. Высушив волосы и надев свободный спортивный костюм - за пределами зала предпочтения в стиле одежды у Кима не особо менялись, Тэхен погасил свет в помещении и вышел в коридор. В центре было уже довольно тихо, но в конце длинного коридора - там, где обычно проходили танцевальные занятия, дверь была приоткрыта и доносилась медленная, соблазняющая, очень знакомая мелодия. Ким, заинтересовавшись, пошел посмотреть.       Подойдя ближе к открытой двери, замедлился и аккуратно заглянул. И... ОХУЕЛ. Посреди небольшого зала стоял стул, напротив него - зеркало на колесах в полный рост, а на сиденье, перед зеркальной поверхностью, в обтягивающих скинни и облегающем кроп-топе, в кроссовках на толстой подошве, со скользящими по стройному телу руками, - сидел Чонгук. ЧОН, МАТЬ ЕГО, ЧОНГУК. С блядским взглядом, пошлой улыбкой и влажными от слюны губами. Ким едва не сполз по стенке. Музыка стихла, к Чону подошла девушка-хореограф. Он уступил ей место и внимательно смотрел движения, которые ему показывали. Затем они поменялись местами и Чонгук продолжил. А Тэхен, ещё немного понаблюдав (скорее поподглядывав), почувствовал, что напряжение в паху уже готово прорвать тонкую ткань нижнего белья и решил выйти на улицу - покурить. От греха подальше.       Остановившись в некотором отдалении от входа в фитнесс-центр, Ким достал электронную сигарету и затянулся. Погрузившись в свои мысли, поглядывал на время и думал, стоит ли ему подождать Чона, выйдет ли что-нибудь из этого и согласится ли тот поехать к нему в гости - так как для похода в ресторан, да и просто в кафе Тэ был одет не соответствующе. Пока он взвешивал все за и против своей идеи, в холле центра, который был как на ладони из-за больших стеклянных дверей и стеклянных же стен, появился Чон Чонгук. И, как удачно, - совершенно один! Выйдя на улицу, зябко поёжился и остановился, достав из сумки смартфон.       - Чонгук! Тебя подвезти? - слова Тэхена прозвучали довольно громко и Гук испуганно вздрогнул.       - Тренер Ким? Это Вы? - парень внимательно смотрел на подходящего ближе молодого мужчину.       - Да, я, - подойдя почти вплотную, ответил на вопрос Тэ.       - Не знаю, удобно ли это будет. Не хотелось бы Вас утруждать. Может, я всё-таки такси вызову? - смущаясь от близости подошедшего, опустив глаза, тихо спросил Чон.       - Думаю, не стоит. Сладкий, - последнее слово Ким буквально выдохнул на ухо замершему парню.       - Охх... Ну тогда... подвезите. Спасибо Вам, - хрипло ответил младший.       - Пока ещё не за что. Пойдем, моя машина на стоянке. И можешь называть меня хеном и на ты, - старший, не ожидавший, что Чонгук согласится так легко, прокручивал в голове возможные варианты дальнейшего развития событий.       Чон, пребывая в шоке от самого себя, шёл рядом с Кимом, тоже прикидывая, во что может вылиться его неожиданное предложение. То, что Тэхен по мальчикам, Гук уже понял, заинтересованные взгляды старшего на сегодняшней тренировке тоже заметил - парочку всего, но все же. И ещё. Будучи распаленным после занятия по стрип-пластике, на которые Чонгук ходил втайне ото всех (для себя, потому что очень нравилось), - просто хотел. Прямо желал, но боялся, как это всё воспримет старший, не посчитает ли его слишком... легкодоступным. Но решил отдаться на волю случая - действовать по обстоятельствам. В конце концов, он просто может потом прекратить всякое общение и не ходить на занятия. Если вдруг что-то пойдет не так.       - Подожди, я сейчас вещи лишние уберу в багажник, - глубокий низкий голос старшего выдернул младшего из его мыслей.       - Что? А, да. Я подожду. Конечно.       Пока Ким освобождал заднее сиденье своего автомобиля и убирал в бардачок документы с переднего пассажирского, Чон отошел к глухой кирпичной стене здания, в котором располагался фитнесс-центр, возле которого была стоянка с припаркованной на ней машиной Тэхена, в данный момент уже единственной на всю размеченную линями площадку. Развернувшись спиной, оперся на стену, согнув в колене и уперев для удобства одну ногу. Разблокировав телефон, стал просматривать новостные ленты, совершенно не замечая ничего вокруг. А стоило бы. Потому как старший, закончив со своими делами, стоял около машины и жадно смотрел на него голодным, раздевающим взглядом. Но недолго. Решительно подойдя, забрал телефон, снял с плеча сумку, положил всё на переднее сиденье. Молча. Также, без единого слова, толкнул колено поднятой ноги вниз, одной своей ладонью обхватил обе руки Чонгука, задрав их над его головой, другой - обхватил тонкую талию и прижал к себе, но пока не целуя - просто глядя в глаза, молчаливо спрашивая разрешения. И Чон дал его - сам потянувшись губами к губам старшего.       Ничего по-прежнему не говоря, Ким перехватил инициативу, целуя глубоко, мокро, с напором, посасывая язык, губы, крепко вжимаясь в тело Гука своим уже колом стоящим членом. Чонгук, издавая высокие стоны, отвечал старшему со всем жаром накопившегося желания, потираясь в ответ своим стояком. Тот, оторвавшись от припухших губ, буквально прохрипел ему в ухо, навалившись всем своим весом на младшего, пискнувшего от неожиданности:       - Сладкий, не так активно. Иначе ты имеешь все шансы быть разложенным прямо на сиденье в моем авто, до дома я могу и не дотерпеть.       - Я тоже. Могу не дотерпеть. Хееен, - Чон уронил руки, отпущенные Кимом и громко застонал под крепкой ладонью, довольно сильно сжавшей его небольшой член прямо поверх одежды.       - Уверен? Можно в машине? Ты согласен?       - Да. Хен, хочу тебя. Пожалуйста, - уже всхлипывал Гук под умелыми ласкающими руками Тэ, подхватившего его под ягодицы, чтобы тот запрыгнул на него, и понёс младшего к припаркованному автомобилю. Ким мысленно поблагодарил родителей, подаривших ему темную тонированную модель большого внедорожника, понимая, что хоть сейчас и темно, но видно было бы абсолютно всё. Хватит и того, что внимательные наблюдатели по движению могут понять, что там будет твориться.       Открыв заднюю дверь, Тэхен, став на специальный широкий выступ, придержав Чонгуку голову, уложил его полностью на широкое сиденье. Молча, не разрывая зрительного контакта (света в салоне вполне хватало от дежурного потолочного светильника, горевшего при открытых дверях) снял поочередно с него берцы, не трогая милые белые носочки с пальчиками, затем джинсы, оставив бельё (белое кружевное, которое Гук надел на второе занятие - по стрип-пластике, сейчас абсолютно не жалея о своем решении - Тэ, увидев его, низко простонал, едва не прорычав). Затем влез следом сам, расположившись у младшего между согнутых ног и захлопнув за собой дверцу. В салоне машины было достаточно светло за счет фонарей, ярко освещавших стоянку, и парни могли прекрасно видеть друг друга. Младший, обхватив старшего ногами, потянул его на себя, помогая себе руками. Когда же Тэхен, нависнув над Чонгуком, снова поднял его руки, но уже не держал, а просто сказал:       - Не опускай, можешь держаться за ручку двери, если тебе это надо. Меня и себя не трогать, пока не разрешу, - Чон, ничего не ответив, просто кивнул и сцепил свои пальцы в замок, заведя их себе за голову.       - Детка, если тебе что-то не будет нравиться или, наоборот, чего-то захочется - скажи, либо направь меня действием. Ничего не стесняйся, договорились?       - Да, хен.       - Любишь нежно или пожестче?       - Сначала нежно, потом можно грубее.       - Понял, сладкий. Только у меня нет смазки и презервативов.       - Смазка в сумке, презервативы не нужны - я чистый.       - Что ж. Я тоже. А ты предусмотрительный, малыш.       - Хен. Смазка тоже не нужна... - Чонгук, засмущавшись, отвернул лицо, спрятав его под рукой. Тэхен, решив проверить мелькнувшую в его голове догадку, нырнул своей рукой под кружевные шортики и... нащупал между мягких половинок твердый предмет, но не почувствовал стоппера.       - Ох, сладкий. Да ты шалун. Кто бы мог подумать... А как она держится?       - Это специальные трусики, пробка соединена прямо с ними. Можно носить целый день. Хен, пожалуйста. Хватит разговоров.       Старший, узнав, в принципе, все, что ему было надо, распахнул рубашку и задрал футболку. Младший поежился от прохладного воздуха, коснувшегося обнаженной теплой кожи. Тэ, опустив голову, нежно лизнул твердую бусину одного соска, слегка придавив, обвел вокруг ореолы, потом, мягко засосав, выпустил из теплого плена, взялся двумя пальцами, несильно сжал, губами и языком перейдя ко второй груди. Вдоволь наигравшись сверху, с удовольствием слушая громкие стоны, вылетающие из приоткрытого рта вперемежку с едва слышными грязными ругательствами (ещё один сюрприз от Гука), Тэхен стал опускаться ниже, прокладывая дорожку из влажных поцелуев к подрагивающему под белым кружевом небольшому розовому члену. Спустив резинку белья под самые яйца (пока не решив, будет ли он его снимать с младшего или оставит, ограничившись только минетом без проникновения), выпустил изнывающий орган из такого красивого, но все-таки плена, и сразу взял до основания, упёршись носом в абсолютно голый лобок. Чонгук, хрипло застонав, слабо подался вперед, прося продолжения. Тэ, понимая, что нужно парню, стал двигаться, скользя вверх-вниз, выпуская член из горячего рта, облизывая и посасывая головку, проводя кончиком языка по выступающим венкам и снова заглатывая на всю длину. Руками продолжая ласкать тело младшего, теребя соски, сжимая приподнимающиеся ягодицы и получив через некоторое время, без предупреждения, вязкую соленую струю глубоко в рот. Сглотнув, поцеловал пенис в подрагивающую головку и поднялся к лицу.       - Ну что, сладкий. Теперь полегче? Дотерпишь? Приглашаю тебя к себе. На чай. Ну или кофе. Утренний.       - Мне полегче. А тебе, хен, нет. Садись, я помогу.       Чонгук, вытащив ногу из-за тела Тэхена, сел, потянув старшего на себя, усаживая посередине заднего сиденья.       - Подожди немного, малыш. Так будет удобнее.       Ким, потянувшись, сложил передние сиденья, максимально продвинув их вперёд, образовав сзади довольно внушительное свободное пространство. Затем уселся посередине, широко расставив ноги и передав в руки Чона маленькую кожаную подушку, лежавшую сзади за сиденьями на панели, так как тот стал опускаться на колени. Подложив её себе под ноги, младший аккуратно спустил штаны старшего (с его помощью), высвободив затем из белья внушительное достоинство. Восхищенно осмотрев член, выдал:       - Хен, ты просто великолепен. Весь. Я уже могу тебя трогать?       Тэхен, прикрыв глаза, кивнул, низко застонав - и от похвалы, и от горячей ласки, которой его стал щедро одаривать юркий язычок и мягкие крепкие ладошки Чонгука, пытавшегося взять как можно глубже, постепенно привыкая к размеру и активно помогавшему себе одной рукой, другой массируя мошонку. Через время Тэ заметил, что Гук стал уставать - и поза была не очень удобная, и пенис у него был слишком большой для непривыкшего Чона. Отодвинув парня, получив правда при этом недовольный вздох, Ким потянул его вверх на себя. Чонгук сел лицом к Тэхену, расположив ноги по обе стороны от ног старшего.       - Малыш. Можешь порадовать хена?       - Да, конечно. А как хену хочется, чтобы малыш его порадовал?       - Сейчас, сладкий.       Ким, крепко придержав рукой сидевшего на нем сверху юношу, потянулся за своим телефоном, лежащим между передними сиденьями. Разблокировав, нашел песню, под которую сегодня репетировал Чон и включил её, предварительно закольцевав на повтор. Когда мелодия заиграла, довольно громко в замкнутом пространстве салона автомобиля, Чонгук ахнул, поднеся ладонь ко рту и испуганно посмотрел на Тэхена.       - Хен. Ты это видел... Прости.       - За что прости, малыш? Мне очень понравилось! Ты просто великолепен! Я видел немного, но был очень впечатлен.       - Тебе правда понравилось? Но это же женский вариант стриптиза. А я ведь парень.       - Ну а мне абсолютно на это наплевать. Я не особый знаток и ценитель. Но вот за твоими танцами готов наблюдать бесконечно. Хен может рассчитывать на приват в твоём исполнении?       - Да хен, конечно. Приват обещаю станцевать у тебя дома, позже. А сейчас... попробую что-то сымпровизировать.       Гук, закрыв глаза, положил руки на плечи Тэ, прислушался к музыке и... начал двигаться, сначала просто водя ладонями по торсу старшего, пробираясь шаловливыми ручками под одежду, опускаясь к паху, дразня его легкими невесомыми поглаживаниями снова спрятанного под бельём члена (чтобы не травмировать во время "танца"). Затем, приподнявшись, начал извиваться всем телом в крепко удерживающих его за талию крупных ладонях Кима. Потом, каким-то чудом извернувшись, повернулся спиной к нему и продолжил уже в такой позе, то откидываясь назад, запуская пальцы в шелковистые волосы, то наклоняясь вперед, держась за спинки передних сидений и совершая характерные возвратно-поступательные телодвижения, имитирующие половой акт. Когда мелодия началась по новой уже в третий раз, Чонгук уже стонал так, что Тэхен был готов взорваться от едва сдерживаемого подступающего оргазма.       - Детка, либо я тебя трахну, либо умру, - прохрипев в затылок младшему, глухо застонал Ким.       - А как насчет умереть, трахая меня? От оргазма? - откинувшись в очередной раз на грудь старшему простонал перевозбужденный Чон.       - О да, сладкий. Я готов. Давай, моя радость. Поскачешь на мне? Или в коленно-локтевой?       - Хочу на четвереньках. Почувствовать тебя как можно глубже, хен, - прошептал Чонгук на ухо Тэхену, облизнув и прикусив мочку.       Ким, поставив Чона на колени, наклонившись, надавил ему ладонью между лопатками - тот, поняв, что от него хотят, уперся в сиденье лбом и максимально сильно прогнулся в спине. Тэхен аккуратно снял с Чонгука кружевные трусики, одновременно извлекая пробку и увидев, как смазка стала вытекать из пульсирующего колечка, не сдержавшись, погрузил в проход всего один палец. Получив при этом такой сладкий стон, что едва не кончил, даже не проникнув ещё в такое желанное тело под ним. Понимая, что снимать с себя одежду и обувь уже никакого смысла нет, просто спустил штаны и задрал худи, подставив свою истекающую головку прямо к пульсирующему входу.       - Потерпи сладкий, не могу больше ждать, - сказал Тэ и толкнулся сразу на всю длину. Гук, заскулив, сжался вокруг него, но спрыгнуть не пытался. Тэхен, понимая, что Чонгуку сейчас довольно больно, несмотря на растяжку и кучу смазки в нем, замер и, наклонившись над подрагивающим телом, стал нежно гладить его по спине, спустив футболку и рубашку ближе к шее, переходя на ягодицы, которые хотелось шлепнуть до зуда в ладонях. Почувствовав, что младший расслабился, одновременно услышал:       - Можно, хен. Давай.       Ким, двигаясь сначала мучительно медленно, выходя совсем по чуть-чуть и сразу же возвращаясь, постепенно наращивал и темп, и амплитуду фрикций, обхватив одной своей ладонью руки младшего, которые он сам завёл себе за спину, сложив крест-накрест запястьями вверх. Другой же оттягивал поочередно мягкие половинки, наблюдая, как в колечке мышц исчезал и появлялся его член. Выйдя полностью, Тэ толкнулся одной головкой, доставляя и младшему, и себе самому, просто нереальное наслаждение. Продолжая такие неглубокие проникновения ещё и ещё, за стонами едва услышал тихую просьбу:       - Хен, ударь.       - Отшлепать тебя, малыш? Я правильно понял? - не прекращая движения внутри стонущего под ним Чона уточнил Ким.       - Да, хен. Малыш плохо себя вел. Накажи малыша, прошу, - Гук едва не плакал, так ему хотелось ощутить на своих ягодицах тяжелую мужскую ладонь. Он доверял Тэхену, где-то на задворках сознания понимая, что тот остановится, если станет слишком, и его об этом попросят.       - О да, детка. Хен всегда рад наказать плохо ведущих себя мальчиков. Считай. До десяти. Громко.       Ким отпустил руки младшего и он оперся на локти, поменяв при этом угол проникновения - член старшего стал четко попадать по простате с каждым погружением.       - Один... Два... Три... Четыре... - Чон, всхлипывая, громко считал удары по половинкам, которые уже нестерпимо горели, но как же идеально ощущался глубоко внутри каждый толчок после очередного сильного шлепка - рука у Тэхена была тяжелая. - Пять... Шесть... Семь... Вооосемь... все, хен, хватит, больно.       Ким, мгновенно остановившись после слов младшего, замер глубоко внутри, не двигаясь. Чон, снова уперевшись лбом в сиденье, сложил руки на спине, в этот раз крепко сжав ладони. Немного постояв, начал сам насаживаться. Тэ, ощутив его движения, крепко взял парня за талию, стараясь не дотрагиваться до ягодиц, которые, как он догадывался, буквально горели, и стал помогать. Снова нарастив темп, Тэхен, ощущая подступающий оргазм, наклонился и взял в руку стоящий орган младшего.       - Нет, хен. Хочу кончить от твоего члена внутри, только от него. Пожалуйста, - хрипло попросил Чонгук и старший не посмел ему отказать, ещё крепче сжав тонкую талию и стараясь попадать четко по припухшему комочку в проходе Чона.       - Да, хен, да. Быстрее. Да, о даааааа.       Чонгук, глухо застонав, кончил прямо на кожаное сиденье. Тэ, почувствовав, что уже тоже вот-вот, осталось совсем чуть-чуть, вышел из подрагивающего тела и, помогая себе рукой, с низким стоном почти сразу кончил на ягодицы и спину стоящего в соблазнительной позе младшего. Как только Кима немного отпустило, он, потянувшись через сложенное переднее сиденье, достал из бардачка влажные салфетки, вытер свои руки, поправил одежду. Затем привел в порядок Чона, который по-прежнему стоял в той же самой позе - возможно, ему так было удобно. Вытерев сначала спину, а затем - максимально аккуратно пострадавшие от его активности ягодицы, Тэхен мягко и нежно поцеловал красные горячие половинки, натянув потом футболку и прикрыв сверху рубашкой. После переместился, протерев выпачканное под Чонгуком сиденье. Чон, зашипев, сел, подтянув под себя голые ноги. И просто молча смотрел на Кима. Тот, ожидая что парень хоть что-то скажет, тоже молчал. Не дождавшись, спросил сам:       - Малыш, я не перестарался? Тебе очень больно? Прости, у меня просто рука тяжелая - но откуда тебе это было знать. Мы же первый раз. Сладкий, не молчи. Ты меня пугаешь.       - Нет, хен. Не перестарался, - едва слышно ответил Чонгук. - Я просто переживаю теперь, что ты обо мне думаешь. Вообще-то, моё сегодняшнее поведение с тобой - абсолютно для меня нехарактерно.       - Ну что же, тогда будем считать, что мне очень повезло, - Тэхен облегченно выдохнул, так как боялся, что парень сейчас просто пошлет его, обозвав садистом, а терять его он совершенно не планировал. - Также, как повезло услышать мелодию в пустом коридоре и увидеть тебя, танцующего стриптиз. Но не забудь - ты мне приват обещал. Надеюсь, не три года ждать придется.       - Ну не три, конечно. Я же обещал сегодня, а обещания свои привык выполнять. Так что, хен, твое приглашение в силе? Ну, на чай, - смущаясь, спросил Гук.       - Конечно в силе. Только чай будет утренним. Согласен на такое условие?       - Ну. Наверное, да? Я, правда, не уверен, что это хорошая идея, ты же меня совсем не знаешь. И вдруг тебе мой танец не понравится!       - Детка, это просто отличная идея! Приват мне точно понравится, я в этом уверен. А вот чтобы узнать друг друга, думаю, нам понадобится времени чуть больше, чем одна ночь. Точнее - гораздо больше. Как считаешь? - Ким выразительно посмотрел прямо в глаза младшему, который согласно кивнул, ничего не отвечая.       - Ну вот и договорились. Сегодня пятница, так что у нас впереди целые выходные. Сейчас заедем в аптеку, купим мазь, чтобы помазать твою попку, ну или хотя бы успокаивающее масло, думаю детское с травами подойдет. Одевайся, сладкий. Надеюсь, что у тебя не только это чудо в сумке было, - подняв в руке кружевные шортики с пробкой, ехидно посмотрев на смущенного Чона, сказал Ким. - Хотя можешь остаться так - выходить из машины тебе не надо, дом у меня с подземной парковкой, лифтом можем воспользоваться грузовым, так что...       - Хен, прекрати. Никогда бы не подумал, что ты такой...       - Какой такой? Ну, говори!       - Да вот такой! Все, подай мне сумку, пожалуйста, и штаны мои - я оденусь. И поехали уже, пока не передумал, - Чонгук взял из рук Тэхена свои джинсы и сумку. Затем протянул руку и сказал:       - И трусы мои верни.       - Какие трусы? Вот эти? Белые кружевны шортики с пробкой? - снова показал кружевное белье и убрал его в задний карман своих брюк. - Неа. Не видел никаких трусов, ты о чем.       - Извращенец. Смотри, стирать их надо только руками - к ним ещё пульт есть.       - О, пульт. Это уже интересно. И кто же у нас тут больший извращенец!       - Всё, хен. Поехали. Иначе я точно передумаю, - засмущавшись, пролепетал Чон.       - Я тебе передумаю, сладкий. Слишком долго я тебя ждал! - наклонившись и взяв парня за подбородок, нежно поцеловал его в губы Ким, обещая самому себе, что после этой ночи уходить Чонгук уже никуда не захочет. И останется с ним.