Все что сбылось.

Люцифер уже открыл дверь, собираясь покинуть комнату ангела. Такую тёплую и уютную. Такую полюбившуюся демоном. Комнату, в которой он бы остался навсегда, зарываясь в ангела, кутаясь в его белоснежные крылья, накручивая на кулак его пшеничные волосы, слушая его стоны, ловя его поцелуи. — Люцифер! — почти выкрикнул ангел. — Стой! Ты куда? — Я ухожу! Прости! Так не должно было быть! — Люцифер уткнулся лбом в дверь. — Я даже думать об этом не должен был. — Почему? Ты хотел как лучше! — ангел обнял Люцифера со спины, зарываясь носом в место на спине, где берут свое начало чёрные, любимые крылья. — Ты хотел использовать все шансы. — Я идиот. Что я мог ожидать от отца? — демон тяжело вздохнул. — Он делает, как лучше для тебя! — ангел развернул Люцифера к себе лицом. — Я тоже хочу как лучше для тебя! — Я люблю тебя! — прошептал Люцифер и опустил глаза. — А ты теперь меня ненавидишь! Ненавидишь за то, что я даже посмел тебе предложить это. — Я люблю тебя! Я больше никогда не смогу без тебя. Даже дышать без тебя мне невыносимо сложно. А жить без тебя и вовсе будет невозможно! — ангел обхватил лицо Люцифера руками и поднял, заставляя взглянуть в глаза. — Я не могу… Я больше не хочу быть без тебя. Люцифер внимательно слушал ангела, смотря на него своими проснувшимися вулканами. — Ты можешь передать отцу, что я согласен. — твёрдо сказал ангел. — Что? — переспросил Люцифер, все ещё думая, что ему послышалось. Что его воспаленный мозг выдал эту фантазию как явь. — Я хочу стать демоном! Я хочу быть с тобой! Я делаю это ради нас! — шептал Дино, покрывая лицо демона поцелуями. И в этот момент, ангелу казалось, что это настолько взвешенное и обдуманное решение. Что уж лучше он будет демоном, но с любимым, чем прозябать остаток жизни в одиночестве и терпеть постоянные упрёки со стороны отца. — Тем более, что ангел из меня так себе! — Нет! Нет, нет, нет и ещё раз нет! — Люцифер словно в бреду стал шептать. — Так нельзя. Ты не можешь. Ты ангел. Самый настоящий. Чистый, светлый. Я не достоин. Это не соразмерная жертва. — Мой чертенок! Мой любимый чертенок! — Дино целовал его лицо, расстегивая рубашку, спускался ниже. — Я не жертвую. Я не делаю это ради тебя, хоть ты, несомненно это заслуживаешь. Я делаю это в первую очередь для себя! И ради нас… Рубашка пала и беспомощно валялась на полу, у ног ангела, безжизненным чёрным пятном. Люцифер прислонился затылком к стене и со стоном принимал ласки ангела, который к тому моменту уже принялся расстегивать его брюки. — Дино! Ангел мой! Я тебя хочу! — шептал Люцифер, жадно облизываю пересрхшие губы. — Мой чертенок! Мой любимый чертенок! Знал бы ты как хочу тебя я… — говорил Дино, не отрываясь от губ демона. — Сегодня ты снова мой. Люцифер схватил Дино за руки и одним мощным толчком откинул на кровать. — Помнишь, там, лёжа в палате я тебе говорил, что следующий раунд за мной? — Люцифер вопросительно вскинул бровь. — Так вот! Это будет сегодня. Демон навис над ангелом упираясь руками о кровать, расставил их по обе стороны от Дино. Сейчас воплощению мечты Люцифера мешала только одежда на ангеле, потому как Люцифер уже успел до конца освободиться от остатков одежды, а потому упирался в пах возбужденного Дино, своим внушительным и возбужденым достоинством. Ждать — это не самая сильная черта Люцифера. Поэтому рубашка была разорвана и больше не способна выполнять свою роль. Она была отброшена от тела ангела с присущей для Люцифера ненавистью, ударилась о стену и бездыханно рухнула на пол. — Если ты мне не поможешь с пряжкой, то твои брюки повторят судьбу рубашки. — рыкнул ангелу в губы Люци. — Хер на них. — шепнул ангел. И в тот же миг серые, зауженные брюки ангела покоились с миром, погребенные в ворохе одежды на полу. — Только не говори, что ты меня ждал? — сказал Люци и красноречиво указал взглядом на вздымающийся как флагшток член ангела, на котором к удивлению демона не обнаружилось нижнего белья. — Зачем тратить свое время, чтобы надеть то, что будет потом только мешать? — спросил ангел тоном, не требующие ответа. — Ты мой тёмный ангел. Нет, ты мой светлый демон… — шептал Люци. — Я твой! И до конца своих дней я буду твоим! — шептал ему в ответ ангел, нежно касаясь его уха, от чего у демона замирало сердце. Люцифер одаривал своего ангела поцелуями, спускаясь все ниже и ниже, лаская вздымающуюся грудь ангела с её двумя упругими бусинками, что были безумно твёрдым и чувствительными. Проведя языком вдоль кубиков пресса, оставляя влажную дорожку, демон спустился к паху ангела. Обхватив возбужденный член ангела пальцами, несколько раз провел от основания до головки, потом обратно, размазывая по нему смазку, что вовсю сочилась. Обхватив его губами стал ласкать головку языком, совершая движения вокруг неё, чем доводил Дино до исступления. Стоны ангела разлетались по всей комнате, отражаясь от стен и возвращались обратно. Воздух был пропитан страстью, сексом, похотью… Очередной громкий стон Дино. Люцифер накрыл член губами до самого основания, заглотив, насаживая свой рот на его член с особым усердием. Стараясь доставить максимум удовольствия своему ангелу. Ангелу, который ради него пошёл на такую жертву. Ангелу, что скоро станет демоном. Ангел принимал эти ласки. Он двигался бёдрами навстречу Люциферу. Схватившись одной рукой за затылок демона он с силой насаживая его на себя. Ангел в буквальном смысле трахал Люцифера в рот. Миг и ангел издаёт последний громкий, протяжный стон. Миг и по горлу демона разливается тёплая, вязкая сперма. Люцифер проглатывает, жадно слизывая с головки остатки. — Ангел мой! Знал бы ты, какой ты вкусный! — произносит Люцифер, продолжая слизывать с головки драгоценные капли. Дино извивается в его руках. Душ? Нет… Не в силах. Они оба лежат на кровати. Дино прижимается к груди демона, чьи руки обвивают его. — Я безумно люблю тебя! — выдаёт ангел признание, находясь на грани сна. Миг и сон накрывает их двоих. Первые лучи солнца пробиваются в комнату сквозь не прикрытие шторы. Лучи игриво скользят по их телам. Люцифер не может пошевелиться, потому что на его груди все ещё лежит голова ангела, что так по собственнически перекинул через него ногу. В свете восходного солнца ангел кажется ещё красивее. Стук в дверь заставил их двоих оказаться в реалии солнечного утра. Гость не стал спрашивать разрешения и, открыв дверь, стоял на пороге комнаты, ошарашено пялясь на пару мужчин, лежавших на кровати, в недвусмысленной позе, едва прикрывшись простыней.