Научи меня жизни

Собираясь духом, я достала письмо из сумки. Прижав ещё раз к груди, я решилась, что пора его открыть. «Верь» «Привет, моя милая Дэлайла. Я очень по тебе скучаю. Сейчас я нахожусь в Рио-де-Жанейро. Знаю, далековато. Я выяснил, что ты уезжаю во Францию с мужем…. Уверяю, что во мне ничего к тебе не переменилось. Думаю, что с моим уходом всё в тебе изменилось. Ещё страшнее, что все изменилось вокруг тебя. Прошу верь и оставайся сильной. Я обязательно вернусь, надеюсь, что к тому времени твои чувства не остынут….. Знай, с твоим уходом я понял, что жизнь не имеет смысла. Прошу тебя не позволяй им тебя ломать, будь сильной. Помни, что в твоей улыбке есть волшебство, а в глазах искры готовый оживить даже павшего в сердечном бою. Я люблю тебя, Дэлайла. Не всё так, как мы хотим. Бог посылает нам всем испытание. Наше испытание – вера в любовь. P. S. 8 ноября в полночь около Эйфелевой башни Вместе навечно». В ту ночь мне хорошо спалось. Имя «Джастин» боль мне больше не причиняло. Я не могла поверить своему счастью, что моё второе «я» не потеряно. Сегодня первое октября, значит, через тридцать семь дней должен состояться мой побег. Одна лишь мысль вселял в меня веру и любовь. Шли первые дни проживания в новом доме. Интересного ничего не происходило. Бетти сияла, как солнышко. Карл пытался быть терпеливым, а я пыталась, как можно чаше оставаться одной. Иногда приходилось скрываться. Мне повезло, что Карл каждые три дня уезжал со своими французскими друзьями в «охотничий дом». Он проводил там два дня. «Супруг» настаивал на том, что бы мы с бабушкой и Бетти чаще прогуливались по улицам Парижа. Бетти же целыми днями ходила на «рынок» вместе с помощником повара. Парень отлично ей подходил. Бабушка сияла не хуже, чем Бетти. Она целыми днями застревала в столице Франции. А я предпочитала целыми днями витать в облаках, мечтая о побеге с Джастином. Эх, буквально вчера это имя отпечатывалось у меня в груди смертельной раной. Но вот только простят ли меня за это родные? Примут ли родители, если я останусь с Джастином? Простит ли мне это Карл? Самое больное: поймёт ли меня бабушка? Почему-то эти мысли в голову вовсе не хотели лезть. В субботу все кто были в доме, разбежались по своим делам. Бетти пошла на «рынок». Карл находился в охотничьем доме. Другие слуги и повара в этот день отдыхали. Дом был в полном распоряжении бабушки и меня. Она много рассказывала в тот день: о своей первой любви – Джонни. Он был помощником садовника. Её тогда было восемь, а ему десять. Она говорила о родителях, братьях, сёстрах, друзьях и о своих детях. На последнем бабушка почему-то запнулась. Присев в кресло, Розалия долго наблюдала за небом, как бы что-то решая для себя. - Бабушка, всё нормально? – прервала её мысли я. - Нет, Дэлайла, нет – она жалостно взглянула на меня. Я не могла понять её поведение. Он-то жалостно взглянет на меня, то яростно окликнет или же уставиться в окно и долгое время молчит. - Ты так похожа на Мэги…. – обронила она.