Between us

      Люцифер       Вопрос номер один:       Сколько понадобится маленьких, дерзких, неугомонных и дико утомительных Непризнанных для того, чтобы многовековое и относительно спокойное существование Люцифера (сына Сатаны) прилично пошатнулось?       Ответ:       Одна. Всего одна, блять, жалкая Непризнанная.       Вопрос номер два:       Какова вероятность того, что Люцифер пройдёт мимо дочери Серафима и даже не посмотрит в её сторону?       Ответ:       Нихера нет такой вероятности.       Вопрос номер три:       Почему Люцифер продолжает тонуть в болоте, умело замаскированном под кристально чистое озеро наслаждений со сладким названием "Вики Уокер"?       Ответ:       Потому что, блять, конченный идиот?       Вопрос номер четыре:       Задумывался ли когда-нибудь Люцифер, каково это - потерять голову из-за женщины? (Точнее девушки, а ещё точнее - девчонки, глупой девчонки)       Ответ:       Нет, сука! Никогда.       Вот уже несколько дней меня не покидало совершенно непонятное чувство. И вопросов в голове было далеко не четыре... Мне всегда было сложно разбираться со своими эмоциями. Поэтому я старался лишний раз не впутываться в то, что могло причинять мне какой-либо психологический дискомфорт. Долгие годы в моей жизни всё было разложено по принципу "максимально просто". Но с тех пор, как на Небесах появилась одна особенная (и не в самом хорошем смысле) Непризнанная, моя спокойная жизнь буквально начала разваливаться на части. Уокер по праву заняла главное место за длинным столом моих проблем. Она стала тем самым психологическим дискомфортом. Занозой в заднице. Разрастающейся раковой опухолью в моём сознании.       После того, как я выкурил её из своей постели прошло пять дней. Но я так и не смог выкурить из головы эту маленькую дурочку. Не хотелось, конечно, себе признаваться, но я, чёрт возьми, помешался на ней. Совершенно не осталось никаких сомнений в том, что эта безумная происходила из древнего рода ведьм. Других причин того, что на ней вдруг свет клином сошёлся, не было. Она управляла моими мыслями и желаниями. Рядом с ней я чувствовал себя жалким мальчишкой, который переживал тяжелый период гормонального созревания. А в её отсутствии я становился местным сумасшедшим, страдающим параноидальными мыслями и парапрозексией*.       А с какой такой стати вообще? Мы с Уокер даже практически не разговаривали, по её собственной просьбе, между прочим, хотя меня и просить об этом не надо было (или надо было?), я и так не собирался забивать голову вот этими вот хочу-узнать-тебя-получше (или собирался?). Я практически ничего о ней не знал, кроме того, что она была дочуркой Бекки-стервы-Уокер. Все наши отношения были одним сплошным голым сексом без тормозов. Но зато каким сексом...       Отношения?       Тьфу, блять.       Реально, прожив восемь земных веков, я и подумать не мог, что такое бывает. Под "таким" я, конечно, подразумевал Уокер, которая засела на подкорке и не давала мне покоя с того самого чёртового вечера, когда я стал причиной её невинных плесканий в фонтане.

***

      После того, как я трахнул эту малышку, прости господи, в аудитории старика Аарона, я не намеревался её больше никуда отпускать. Да она и сама никуда не торопилась. От слова совсем. И тогда я окончательно потерял голову, кидаясь в плен её сладких объятий и поцелуев. Я будто бы поставил весь остальной мир на паузу, наслаждаясь идеальным телом своей пташки. Мне всего было мало. Я хотел трахать её каждую грёбаную секунду. И она явно чувствовала то же самое, ведь такое безумие в постели просто невозможно было имитировать. Мы жили в каком-то собственном маленьком мире. Но в тот момент мне не казалось это странным. Я думал только о том, как бы так ещё больше замедлить время, чтобы снова и снова заниматься фантастическим сексом с моей богиней. Кстати об этом - навыки Уокер росли в геометрической прогрессии, птенчик схватывал всё на лету, превращаясь во взрослого, красивого и гордого лебедя. Хотя мне было плевать на какие-то там навыки. Я чувствовал себя псом, которому швыряли кусок мяса. Мне было глубоко насрать, в какой позе трахать эту малышку, главное - трахать. Я, конечно, никогда не отличался целомудрием, но это было какое-то дикое помешательство. Мы задыхались от нашей страсти, но не умирали, а требовали ещё и ещё. Я даже не задумывался о том, что не очень, скажем так, разумно было заниматься безудержным сексом прямо под носом у самого Сатаны. Я съехал с катушек, ушёл в отрыв, опьянённый образом Вики Уокер.       Лёжа на её голом животе, по-собственнически крепко обхватывая её тело, я думал о том, насколько круто было вот так просто находиться рядом с ней, дышать одним воздухом, рассматривать маленькие детали фигуры, которые ещё не успел изучить. А потом меня будто внезапно окатили холодной водой. Я совершенно забыл о собрании отца по поводу украденного зеркала Небытия. Да и в целом забыл обо всём на свете. Эта ведьма затуманила мне все мозги, утащив за собой в свою страну сладостей. Сорвав пелену забвения с глаз, я чувствовал, как во мне закипал гнев. Вокруг летала лишь бесконечная ненависть к Уокер, которая мирно дремала в моих руках, но больше к самому себе за то, что был таким беспробудным ослом. Эта маленькая дрянь залила мне все уши своим приторным нектаром, и я должен был как можно скорее от неё избавиться. И избавился. Быстро и безжалостно. Как я это умел. Как настоящий мерзавец. Не знаю, кого там успела напредставлять себе Уокер за эти три дня, но им я точно не был.       Мне срочно нужно было остыть, угомониться, успокоиться. Членом думать дальше было уже совсем невмоготу. И когда Непризнанная покинула мои покои, я и правда успокоился. Был спокоен на собрании в кругу самых близких советников Сатаны, был спокоен, когда безжалостно выбрасывал всё постельное бельё, насквозь пропитанное запахом Уокер, был спокоен ещё целую ночь и даже весь следующий день. А затем опять произошло затмение, и я каким-то невероятным образом оказался под дверью своей ведьмы.       Это было уже слишком. Я чувствовал себя самым настоящим идиотом. Им я и был. Что я ей собирался сказать - "Непризнанная, собирайся, я тебя ещё не дотрахал"? Бред какой-то. Хотя, утратив её, убрав своими же руками, я начал сомневаться в этом, а внутри всё болело и горело...       Я совершенно не мог понять себя в этой ситуации с Вики. Себя - взрослого, хладнокровного, безжалостного демона. Почему я всё ещё думал о ней?       От двери я ушёл так же быстро, как и появился там. И все следующие дни пытался, максимально пытался жить, как прежде. И какое-то время у меня действительно это получалось. Я наказывал грешников в Аду, спускался на земные задания, ходил на вечеринки. Но в один прекрасный момент всё снова начало катиться к херам. Прямиком в лапки малышки Уокер. Я узнал, каково это - быть с ней, и больше мне не хотелось возвращаться к своему серому пресному существованию, в котором каждый день был похож на предыдущий. Вики словно была маяком в моём бушующем море. Я стремился к этому свету, который озарял всё вокруг и буквально напитывал самой жизнью. Она одновременно дарила тепло и ослепляла. До рези в глазах, до боли в груди, до помутнения сознания.       И я не понимал всех этих эмоций, этих ощущений, всё это было слишком сложно для того, кто несколько веков буквально топил свою жизнь в стакане с глифтом. И потому, первым и единственным решением, которое пришло в мою воспалённую голову, когда я не смог совладать с надоедливыми мыслями о Непризнанной, было напиться в хлам, до полного бесчувствия. Что я и сделал. Но забвение, к сожалению, продлилось совсем не долго. И это значило, что мне необходим был более действенный метод. То, что помогало всегда стопроцентно.       И вскоре в моих покоях сидели две сексуальные демоницы. Вечер обещал быть очень интересным. Обещал. Пока, блять, за дверью я не почувствовал ту самую энергию.       Сука! Какой-то чёртов замкнутый круг.       Однако, увидев Уокер, я облегчённо выдохнул. Оказалось, что все эти дни я практически не дышал. Мне даже физически будто бы стало легче. Спазм, сдавливающий грудную клетку бесследно испарился. Я мгновенно расслабился и расплавился, глядя в её бездонные голубые глаза, в которых тонул каждый грёбаный раз.       "И скоро ты окончательно захлебнёшься, Люцифер", - шептал где-то на задворках голос разума, который мне совсем не нравился.       Однако вид Уокер сразу насторожил меня. Она выглядела как-то странно... В целом, это была всё та же она, но что-то в ней изменилось. И пока она стояла и мялась, я вовсю рассматривал её хмурое личико, и вскоре понял, что именно меня смутило - тонна макияжа на нём. Сначала я было решил, что это малышка для меня так намарафетилась, постаралась, и поэтому мне стало ужасно смешно от её такого глупого наигранного вида. Но буквально в ту же секунду осознание больно долбануло меня по голове. Вики никогда не портила своё красивое лицо таким неимоверным количеством тонального крема, пудры, румян и всего остального, что там ещё обычно бывало у девушек на лицах... И потому, вглядываясь внимательнее в знакомые черты, я быстро заметил за этой плотной маской глубокие чёрные синяки под глазами, с которыми не смогли полностью справиться даже косметические средства, и потрескавшиеся губы под слоем моей любимой шоколадной помады. А искусственный и слишком яркий румянец скрывал под собой бледную стянутую кожу.       Что ещё за чёрт? Она что беспробудно бухала или занималась проституцией, пока я пытался выкинуть её из головы? Безуспешно, к слову.       Вики одновременно разочаровала меня и вселила какую-то сраную ненужную надежду, когда заговорила о наших "отношениях". Одна часть меня ожидала от неё большего. Больше гордости и непреклонности. Больше безразличия, равнодушия. Другая же часть, та, которая идиотская, трепетала от возбуждающего экстаза. Однако я был бы не я, если бы ответил ей без издевательств. Но потасканный вид и что-то ещё подсказывали мне, что Уокер и без того было достаточно хреново.       Откуда во мне взялась эта ангельская проницательность по отношению к девчонке, которую я даже не знал?       Я чувствовал, как она закипала, как боролась с собой изо всех сил, как сжимался её дерзкий рот в тонкую линию, лишь бы не ляпнуть очередную глупость, о которой она сразу пожалела бы. Вики находилась в растерянности, и это был идеальный момент, чтобы добить её. Был бы идеальный момент, если бы не её нестабильный вид, который и моё состояние делал нестабильным.       Мне что, захотелось ей посочувствовать? Ну дела.       И всё же совести у меня не было испокон веков, поэтому я решил-таки окончательно прикончить эту пташку, любезно приглашая поучаствовать в моей ночной оргии. Уокер прекрасно бы вписалась в приятное общество демониц. От одной только жаркой мысли об этом мой член сразу же дрогнул. Однако затем ненавистное осознание того, что мне пришлось бы делить эту малышку с кем-то ещё, больно кольнуло где-то под грудью. Нет, ей я хотел наслаждаться единолично. Чтобы только я и она. И вот за этими развратными и слащавыми мыслями, которые опутывали мой разум, я не заметил, как в мою комнату просочилась Остерия.       Вот блять!       Я совершенно забыл, что пригласил её для разговора, который откладывал в дальний ящик уже херову тучу дней. Сначала я был поглощён маленькой пташкой, и мне было настолько хорошо, что никакая Ости с её манией королевы не смогла бы, да и не посмела бы нарушить мою идиллию. А затем в череде тех дней, которые я пытался кое-как прожить без Уокер, я просто забыл о том, что собирался убить эту шлюху. Она же, в свою очередь, видимо даже и не подозревала, для чего я позвал её, иначе стервозное личико не озаряла бы такая притворная издевательская улыбка, направленная в сторону Непризнанной. И всё бы ничего, но я чувствовал, что все мои грандиозные планы на вечер рушились с невероятной скоростью...       А потом произошло то, что выбило из меня дух на долгие несколько секунд - Непризнанную вырвало, прямо на порог моей комнаты. На последнее мне разумеется было глубоко насрать, а вот неожиданное поведение организма Уокер меня испугало до чёртиков. Какого хера происходило?       Мне не составило труда сложить два и два, поэтому я моментально связал сомнительный внешний вид и рвоту. Глупо было бы говорить о том, что высшие существа в принципе практически никогда ничем не болели, а если такое и случалось, то зачастую приводило к летальному исходу. И тут, значит, появляется Уокер, неожиданно сваливаясь с небес, и ей явно мало всеобщего докучающего внимания, так она ещё и словно магнит притягивает к себе весь пиздец, который встречает по дороге.       К чёрту этот бордель, мне нужно было побыть с ней.       - Просто меня буквально тошнит от твоей блядской персоны.       Раз.       Не успел я ничего ответить на её дерзость, которая в очередной раз отправилась в банку с другими её дерзостями, за которые Уокер рано или поздно просто отрубили бы голову, как она тут же следом добила меня ещё одной фразой.        - Пришла сообщить лично, что ты больше не имеешь никаких прав на моё тело. Хотя можно было и смс-кой обойтись, если бы здесь были смартфоны.       Два.       Эта дрянь собиралась мне указывать, на что я имел право, а на что нет?       Охереть можно.       Я так и стоял с открытым ртом, ошарашенный сначала хреновым состоянием Уокер, а затем и её дежурной дерзостью, а она тем временем исчезала в коридорах жилого крыла Небесной школы.       Три.       Вики сделала именно то, на что не хватало моей смелости. И я почему-то чувствовал, что так будет... Правильнее?       Чего, блять?       Когда вообще меня волновало хоть что-то, кроме самого себя?       Однако в глубине души мне совершенно не хотелось, чтобы такой прекрасный цветок отправился в Ад прямиком в дома к безжалостным демонам, которые бы с ним абсолютно точно не церемонились, как это делал я. А все наши безумные поступки вели именно к тому, что в ближайшем будущем прекрасные крылья Непризнанной так и не стали бы ангельскими или демоническими. И вообще сгорели бы, оставляя после себя лишь горстку пепла. А их хозяйка навечно стала бы безликой тенью самой себя.       Сколько уже душ я погубил таким образом? Дохрена. Волновало ли меня это хоть немного? Нихрена.       Хотя, почему я? Эти глупенькие сами решили свою судьбу.       Как бы там ни было, я не желал такой же судьбы для Уокер. И мне абсолютно не хотелось объяснять самому себе, почему я вдруг чувствовал какие-то ничтожные отголоски совести в своей голове.       Больше пяти дней я занимался откровенной хуйнёй в попытках объяснить эти душевные терзания. А надо было просто взять и закончить всё. Я знал, что наши секс-отношения ни к чему хорошему бы не привели. Я бы просто сошёл с ума ещё сильнее. Уокер рано или поздно захотелось бы большего, как и всем её предшественницам, а я... Ну а я просто Люцифер. Вся эта ванильная херня и даром мне не сдалась. Я не создан был для чего-то большего. И когда дерзкий рот Непризнанной ставил точку в наших недоотношениях, я мысленно её ненавидел и благодарил за то, чего не сделал сам. Давно надо было прекратить эту игру.       Глупо было бы отрицать, что эта пташка что-то всколыхнула в моей душе. Но этого было крайне мало для того, чтобы мой гнилой мир начал вращаться вокруг неё.       "Как будто уже не так", - усмехался надоедливый голос в голове...       Но кто вообще хоть когда-нибудь прислушивался к этим жалким попыткам рассудка взять верх?

***

      - Господа, кто-то украл зеркало Небытия, а также помог сбежать трём заключённым из тюрьмы Ада. Этот кто-то посмел пойти против своего повелителя. И у меня есть абсолютно все основания полагать, что в Аду появился тайный альянс демонов.       Именно так начал свою речь Сатана, когда одиннадцать ближайших советников собрались в среду вечером в огромном зале для совещаний за вытянутым овальным столом из красного дуба.       - Я хочу, чтобы предатели предстали передо мной в самое ближайшее время. Живыми. И мне глубоко... неинтересно, кто именно из вас и как исполнит мою волю, важен лишь результат.       Именно так закончил свою речь Сатана после получаса обсуждений последних событий и растворился в воздухе, оставляя после себя запах гари и разлетающийся чёрный пепел.       И если факт кражи зеркала Небытия особо никак не волновал меня, то дело со сбежавшими заключёнными - да. Они выбрались из самого Ада, из самой охраняемой тюрьмы во всех трёх мирах, это означало, что больше нигде не было безопасно. В эту тюрьму попадали наиболее жуткие преступники, сущие злодеи, которых не казнили и не ссылали в то самое зеркало только лишь потому, что худшим наказанием для них были бесконечные пытки, на которых и специализировался Ад на протяжении многих тысяч лет.       И вот кровожадные, истерзанные и полные ненависти демоны оказались на свободе. Чего можно было ожидать от них? Да совершенно чего угодно...       А зеркало... Я понятия не имел, какую ценность оно могло представлять для тайной шайки. Оно являлось односторонним порталом в Небытие, и процесс активирования этого портала был крайне сложным, долгим и энергозатратным, а управлять им могли лишь самые могущественные и древние демоны, каждый из которых уже был верным советником Сатаны. Но что бы среди них завёлся предатель?.. Весьма, весьма маловероятно.

***

      - Уокер, это просто отвратительно! Ты точно дочь Серафима, а не инфузории? - с отвращением унижал угрюмый и вечно недовольный Фенцию Непризнанную перед всей группой. - От вас, никчёмных Непризнанных, требуются какие-то крохи, самое простое, что может быть! Но вы и этого сделать не в состоянии!       - Простите ангел Фенцио... - Уокер сидела за партой, устало потупив глаза в пол.       Фенцио, конечно, всегда был недоволен всем на свете, но к этой пташке он явно питал особые чувства. И я даже знал, почему. Не многим в школе было известно о бурном романе этого высокомерного говнюка с Ребеккой Уокер. И только им одним было известно, почему эта красотка разнесла его карьеру в пух и прах, оставив гнить бывшего Престола на посту простого школьного учителя.       Да, мамаша - не промах. Интересно, сколько голов ей пришлось перетоптать, чтобы за такое короткое время стать Серафимом?       Я хорошо помнил эту Непризнанную. Казалось, она была ею совсем недавно. Хотя именно так оно и было, ведь время наверху сильно отличалось по ощущениям от земного. Все обитатели высшего мира имели особенную способность буквально чувствовать его, осязать. Иногда дни пролетали как один миг, а иногда тянулись очень и очень долго. Странное ощущение. Но когда живёшь так постоянно - принимаешь это как должное.       Именно так случилось у меня с Уокер. По сути мы ведь были знакомы всего ничего, но за это время будто бы свершилась целая история. Мне казалось, что те три дня, которые мы провели вместе, длились несколько лет, но и этого было недостаточно, чтобы я вдоволь насытился этой малышкой.       С каждым днём я только сильнее убеждался, что Вики была совершенно не похожа на свою мать. Конечно, в дерзости ей было не уступать, но в остальном... Бекка была заносчивой и дико высокомерной, она в первый же день заявила о себе и о своих намерениях стать ангелом. И практически сразу после Распределения началось её стремительное восхождение на Олимп. Она была причастна ко многим внутренним конфликтам между Адом и Раем, упрятала в ту самую тюрьму не одного демона, хотя нельзя было сказать, что они не заслуживали этого... Предприимчивость и изворотливость совершенно не вязались с образом невинного ангела, который она построила вокруг себя. И пусть небесная система разлагалась уже давно, Ребекка Уокер по истине была одной из самых лицемерных её составляющих.       Сколько ей было на момент смерти? Лет двадцать пять? Точно не больше тридцати. И живя все эти годы исключительно на Небесах, практически не уделяя времени земному миру, она, разумеется, ни на один день не постарела, хоть на Земле и прошло лет шестнадцать, судя по возрасту её дочери. Мы с ней не были знакомы слишком близко, она несомненно была красоткой, но, как ни странно, не вызывала во мне того бурного интереса, который пробуждала её дорогая дочурка. Я лишь со стороны наблюдал за тем, как Бекка, находясь в статусе Непризнанной, виртуозно крутила романы направо и налево с Урождёнными. И ни разу не попалась. Ну, конечно. Иначе путь в Эдем для этой карьеристки был бы закрыт навеки. Какая-то жалкая девчонка утёрла нос абсолютно всем в трёх мирах. Я одновременно восхищался ею и справедливо опасался. Ту, которой под силу было тягаться с самим Сатаной, глупо было недооценивать. Может, ещё тогда, несколько лет назад стоило уничтожить в ней те амбиции? Но кто же знал, что выльется из этой милой и скромной, на первый взгляд, девушки, которая умерла слишком рано. И в начале горе её было неутешно, ведь на Земле она оставила маленькую дочь и любимого мужа. Зуб даю, Ребекке пришлось проглотить нехилую дозу порошка забвения, чтобы эти скорбные чувства не мешали ей писать свою новую биографию, которая кстати сейчас гордо стояла на полках в библиотеках Ада и Рая среди других важных деятелей Трёх миров. Всё было ради великой цели, иначе, как ещё можно объяснить её нежелание связываться со своей дочерью? Их больше ничего не связывало. Лишь оборванные куски воспоминаний из давно забытой жизни, которые не имели под собой никакой эмоциональной связи. По-другому в этих суровых мирах было не выжить. Чувства - это слабость, непозволительная роскошь для тех, чьи судьбы были чётко предопределены. Именно поэтому я так стремился разрушить все зарождающиеся отголоски особенного влечения к малышке Вики...       Она сидела за своей партой, совершенно разбитая. Сколько уже она находилась в своём депрессивном состоянии? Оно впервые привело её к реальным проблемам в школе. Вот уже второе задание было завалено, и потому Фенцио рвал и метал, обрушивая на бедную Уокер всю свою непролитую ненависть, которая по праву принадлежала её матери. А она сидела и принимала в себя весь этот негатив, лишённая какой-либо воли. И в тот момент я совершенно не узнавал эту жизнерадостную, упёртую девушку. От неё остались лишь глаза, и то погасшие. С ней что-то творилось. И почему, блять, никто кроме меня этого не замечал? Непризнанная пряталась в огромные свитера, убирала волосы в небрежные растрёпанные пучки, замазывала тональником все следы явно бессонных ночей. Некогда блестящая гладкая кожа приобрела нездоровый зеленоватый оттенок, и мне реально очень хотелось знать, почему, сука, ни один долбанный преподаватель не видел этой перемены? Может, я себя накручивал? Преувеличивал всё из-за своей тяги к ней?       Нет, это какой-то несвязный бред.       Что-то происходило, и мне необъяснимо и отчаянно хотелось выяснить, что именно. Но я не мог, словно безумный маньяк, постоянно ошиваться поблизости, не мог пренебрегать другими своими делами, заданиями... Но те симптомы, которые я успевал подмечать у Непризнанной, совсем не радовали меня.

***

      - С Люцифером?! - пропищала Уокер, вырывая меня из лёгкой задумчивости.       Очередное задание на Земле, для которого меня как обычно призвали быть куратором. Но куратором Урождённых, никак не Непризнанных. И каково же было моё удивление, когда я услышал своё имя вместе с именем Уокер.       - Какого чёрта? Она мне всё задание завалит, учитывая её последние "успехи", а спросят с меня! - недовольно прогремел я, направляясь к вполне довольному Фенцио. Этот паршивец был слишком радостным и явно что-то задумал. - Поставь любого более-менее соображающего Урождённого к ней в пару, меня то зачем?       Неужели мечтаешь выкурить из школы эту крошку, хитрый ты ублюдок?       Прошла, наверное, неделя с тех пор, как наши с Уокер дороги разошлись. И я изо всех сил старался держаться от неё как можно дальше. Пытался унять это неуёмное желание знать максимум о её жизни. И мне совершенно точно не хотелось каким-либо образом специально взаимодействовать с ней, не говоря уже о совместном спуске на Землю... Все мои маломальские успехи, которых я достиг в своём отчаянном желании забыть о ней, в тот момент летели ко всем чертям в адский котёл. Но мудак Фенцио был непреклонен, поэтому уже через несколько минут мы стояли у открывшегося водоворота.       - Придётся тебя как следует принарядить, потому что в таком виде на свадьбу тебя никто не пустит, - усмехаясь сказал я, но Уокер совсем никак не отреагировала на моё колкое замечание.       Это было на неё совсем не похоже. Я даже осознал, что успел соскучиться по её дерзкому язычку. Но она в ответ лишь коротко кивнула, оттягивая вниз рукава очередного коричневого свитера и нервно кусая и так уже обкусанные губы.       Следующие полчаса мы провели практически в безмолвном взаимодействии, выбирая более подходящие для свадьбы вещи. Получше тех, что по умолчанию были на людях, в телах которых мы оказались. И когда Уокер вышла из примерочной в потрясающем нежно-зелёном полупрозрачном платье, расшитым многочисленными цветами и маленькими бусинами, моя нижняя челюсть тяжёлым грузом упала прямиком к ногам. Она мне напомнила древнегреческую богиню из людских мифов. И пусть в тот момент её глаза не сверкали жизнью, я продолжал видеть в этой хрупкой девчонке тот самый свет.       - Ты прекрасна... - на выдохе проговорил я, нервно переминаясь с ноги на ногу.       Её тихое поведение вводило меня в ступор, я не понимал, что нужно говорить и как действовать. Я ходил вокруг, но не знал, как подступиться к этой крепости.       - Эм... Да... Спасибо, Люцифер, - сухо ответила Вики и прошла к мягкому диванчику, около которого её уже ждали туфли.       Она аккуратно присела на край, придерживая платье, но юбка всё равно разъехалась в стороны из-за аппетитного выреза, доходящего практически до основания правого бедра. В моей голове тут же пронеслось воспоминание о вечеринке у Адриана, когда похожий вырез сводил меня с ума весь тот вечер. Как она меня тогда целовала, сидя на комоде в том шкафу, жадно раздвинув ноги, Шепфа! На моих губах горели её огненные поцелуи. Тогда я ещё не знал, что наша безумная агония продлится ничтожно мало. Нужно было тогда наслаждаться каждым мгновением. Тогда. Чтобы не страдать потом, стоя в каком-то модном бутике на Земле, глядя на сексуальные вырезы её шифонового платья... Вики медленно и очень грациозно наклонилась, надевая туфли в тон на высоких шпильках, и в этот момент платье ещё сильнее заструилось по ногам, открывая мне охренительный вид на её ножки. И хоть она была в образе другого человека, я всё равно видел её настоящую...       В магазине вдруг стало невыносимо душно. Во рту пересохло, горло сдавливал неудобный галстук. Глядя на то, как Уокер, всего-навсего надевала чёртовы туфли, я болезненно сглотнул и расслабил узел на своей шее. От одного маленького невинного действия мой член в штанах незамедлительно дал о себе знать. Мне снова жутко захотелось трахнуть эту чертовку. Хотя, лучше скажите, когда мне этого НЕ хотелось?..       А это мы ещё даже не приступили к заданию...       Не выдержав и секунды этой зверской пытки, я моментально развернулся на носках и стремительно вылетел на улицу.       Мне. Нужно. Остыть.       Чёрт, будучи даже в своём тусклом состоянии, Уокер умудрялась делать всё, чтобы разжечь во мне пламя, не совершая при этом как обычно нихрена особенного. Просто она сама была особенной...       Блять.       Пусть это скорее закончится.       Просто скорее. И всё.       Мне до трясучки, до ломоты захотелось закурить. И сбежать отсюда. От этого грёбаного задания, от девушки, которая сводила меня с ума одним своим взглядом. Я был не готов к этому всему... К этим эмоциям, этим...чувствам. Они не входили в мои планы. Уокер не входила в них. И совершенно не подходила мне. Не долго думая, я тяжело вздохнул и пошёл прочь от этого проклятого места...       Прямо до ларька с цветами.       - Вот... Дополнит твой образ лесной феи, - неразборчиво промямлил я, протягивая Уокер несколько мелких плюмерий.       - Очень красиво, - тихо ответила она, с детским энтузиазмом разглядывая маленькие цветочки.       Она умело закрепила их в своих волосах, которые струились лёгкими волнами по плечам, и мы наконец двинулись на задание.       - Свадьба, точнее типичный фиктивный брак крупного бизнесмена и дочки посла, - указал я на большой отель с тихим двором внутри, украшенным всевозможными белыми цветами. - Жених и невеста сегодня утром поссорились, так как жених обнаружил её в номере с местным швейцаром. Ситуация неопределённая, свадьбу не отменили. Пока что. Но жених на грани истерики. Ты должна либо сорвать это мероприятие окончательно, либо сделать так, чтобы оно состоялось. У тебя мало времени. Эта свадьба - один большой контракт, который принесёт огромную выгоду обеим сторонам. На данный момент, если ты выберешь вариант со срывом - это принесёт тебе несколько очков демона. И соответственно наоборот. Но вот то, как именно ты будешь действовать дальше, повлияет на остальные баллы этого задания. Каждый твой следующий выбор повлияет. Будь внимательна к тому, что говоришь и делаешь.       Немного обдумав мои слова, Уокер, слегка пошатываясь, молча шагнула за порог шикарного отеля. Не хватало ещё, чтоб она завалила и это задание. Только не в мою смену. Но вопреки моим сомнениям уже через полчаса мы с ней тихо и не спеша направлялись по улице в неизвестном направлении.       - Ну так, что ты выбрала? - выждав достаточное количество времени, поинтересовался я.       - Сорвала свадьбу и убедила невесту в том, что она ещё молодая и должна много чего успеть сделать в жизни, ведь в любой момент она может оборваться.       Любопытно, Вики все ситуации на земных заданиях проецирует на себя?       - Даже интересно, какие в итоге баллы Фенцио выставит тебе, - задумчиво проговорил я, поглаживая подбородок.       Всё и правда вышло спорно. С одной стороны, что было такого в том, чтобы уверить простую смертную, что рано ещё ломать свою жизнь? Вполне себе по-ангельски. Но с другой - не просто уверить, а наставить на определённый путь, открыть море возможностей, развлечений и наслаждений... И вот это была уже совсем другая сторона. Мне нравились такие задания с подковырочкой, они всегда сбивали с пути юных глупеньких непризнанных птенцов, нацеленных на определённый результат. Но Уокер была не из таких. Она не была, как её мать, которая с первого же дня знала, чего хочет от жизни. Вики нещадно швыряло от берега к берегу буквально на каждом задании. В её душе было полно противоречий и сомнений. Информация о её успеваемости представлялась мне в открытом доступе, как куратору, и я, конечно же, не пренебрёг своими должностными полномочиями и хорошенько изучил историю Непризнанной. Колебание Вики стало ещё одной деталью, которая мне в ней нравилась. Неоднозначность. Интрига. Какую сторону в итоге выбрала бы эта пташка?       Готов поспорить, этот выбор станет для неё одним из самых сложных в жизни.       - Мне всё равно, я действовала интуитивно, - равнодушно пожала плечами Вики, подтверждая мои выводы о ней.       - Рано или поздно, тебе всё же придётся определиться, дорогая, - усмехнулся я, закатывая глаза и предвкушая день Распределения.       - Вот тогда и поговорим, - просто ответила та, на что я снова хитро засмеялся.       - Ну да, ну да...       Чем ближе подходил момент отправления домой, тем медленнее начинала идти Уокер. Меня уже вовсю раздражало её поведение, ведь это именно мне пришлось два часа проторчать рядом с её хмурой персоной. Количество слов, которые она выдала мне за день, пожалуй, можно было пересчитать по пальцам одной руки, а её удручающее настроение плавно передавалось и мне.       - Люцифер... Я что-то нехорошо себя чувствую, - окончательно остановилась Уокер. Глаза её бешено бегали по сторонам, а в руке она нервно теребила свой кулон на шее в виде феникса.       - И что это значит?! - слишком резко гаркнул я.       Но она мне не ответила, лишь согнулась пополам, кладя дрожащие ладони на свои колени.       Блять. Просто замечательно.       Ну и что мне с ней делать?       Я быстро потянул её за собой в первый же тёмный переулок. Она тащилась за мной, словно мешок, и я был не уверен, успевала ли она вообще двигать ногами...       - Иди сюда, - приказал я, подхватил обмякшее тело Непризнанной на руки и быстрыми шагами завернул за угол, где нас никто не смог бы увидеть в тот момент.       Состояние Вики реально пугало меня. Я совершенно не представлял, какую именно помощь должен был оказать ей, ведь никогда в жизни не находился в подобных ситуациях. Я и больных Урождённых видел-то всего пару раз за свои сотни лет. Человеческие лекарства никак бы не помогли, да и от какой болезни? Единственным правильным решением было - как можно скорее отправиться наверх и переместить Непризнанную в медицинский пункт.       В тот же миг я начал вызывать водоворот.       Прошло пять секунд, десять, полминуты, минута... Ничего не происходило.       Что за хрень?       - Эй, Уокер... - позвал я, но та бесчувственно висела на моих руках, словно тряпичная кукла.       Заебись.       Водоворот никогда не забирал высших, если те находились без сознания. Это было понятно и логично, он их просто не чувствовал.       Но при чём тут я? У меня было прекрасное самочувствие, никаких признаков обморока. Неужели это всё из-за неё? Ну так и какая разница? Даже если она находилась без сознания, был же я - совершенно живой и полный сил. Бред какой-то.       Несмотря на мои стенания и возмущения, водоворот не появился ни через пять минут, ни через десять. Он не появился даже тогда, когда Непризнанная снова вернулась к жизни. Что бы я ни делал, как бы не шаманил вокруг - у меня ни черта не выходило.       Через полтора часа пора было просто признать - по какой-то совершенно неведомой причине я застрял на Земле вместе с Вики Уокер.

***

      - Ну, тебе лучше? - спросил я, когда мы сидели на скамейке, кажется, в Гайд-парке.       - Да, спасибо, - прошептала Вики, снимая свои туфли. - Ноги натёрла, - ответила она на мой безмолвный вопрос.       - Это что ещё за херня?! - заорал ошарашенный я, глядя на непонимающую Уокер.       - О, боже! - её брови удивлённо поползли вверх, когда наши взгляды встретились.       - Какого хрена мы в своём обличии? - не мог поверить я своим глазам, но она не ответила бы на мой вопрос.       Совпадение? Не думаю.       Вики испуганно озиралась по сторонам. Не знаю, чего она так боялась, ведь мы с ней находились в Лондоне, в битком набитом туристами парке, а, насколько я знал, она была родом откуда-то из Америки. Никому и дела до нас не было.       - Что, бывшего боишься встретить? - довольно, и, как мне показалось, остроумно выдал я, но в ответ снова получил лишь укоризненный взгляд. - Да скажи уже хоть что-то, Уокер. Я устал весь день поддерживать какое-то подобие коммуникации между нами.       - Не думала, что тебе интересно разговаривать со мной, - огрызнулась та, но мне было достаточно и этого.       Немного помолчав и встретив мой удовлетворённый взгляд, она аккуратно продолжила:       - Просто я... В последнее время... себя плохо чувствую. Я очень устала и слабо соображаю из-за этого. Теперь ещё мы оказались запертыми тут... по неизвестной причине, да ещё и в своих обличиях... Люцифер, в моей голове слишком много вопросов, на которые у меня нет ответов. И мне кажется, ещё немного и я... окончательно сойду с ума... - еле слышно шептала Вики, но я различал каждое слово.       Рядом со мной сидела сломленная обстоятельствами девушка. И впервые сломленная не мной, хоть я и постарался приложить к этому свою руку. Но чувствовал, что далеко не моя персона была причиной всего этого хаоса в маленькой голове Непризнанной. И меня это даже радовало в какой-то своей извращённой манере.       - Идём, нам нужно найти отель, неизвестно, на сколько мы тут застряли, не сидеть же на улице всё это время, - я резко потянул Уокер за собой, но та протестующе что-то промычала.       - Подожди! - пролепетала она, а я, не церемонясь, просто перекинул её через плечо и понёс прочь из этого парка.       - Что ты делаешь? Отпусти! - пищала она, слабо колотя мою спину своими маленькими кулачками.       - Ох, не представляешь, что бы я хотел сейчас с тобой сделать, - смеялся я в ответ, нежно поглаживая её прекрасную задницу.       - Немедленно. Опусти. Меня. На землю.       Она была в ярости, а я ликовал, ведь на её лице впервые за весь день промелькнуло что-то кроме полного равнодушия.       И это уже прорыв!       Спустя пару минут недовольных криков я всё же опустил Уокер, гордо поставив её прямо в лужу.       - Какой же ты придурок! - зашипела эта крошка, отпрыгивая на газон.       Только потом я заметил, что все взгляды окружающих были направлены на нас, но мне было глубоко насрать на это. Вики, надувшись, вытерла ноги об траву, и через десять минут, в течение которых она снова пребывала в режиме демонстративного игнора, мы оказались около какого-то небольшого отеля.       Запудрить мозги молодой девушке на ресепшен не составило абсолютно никакого труда, поэтому вскоре мы оказались в большом люксе с видом на тот самый парк, в котором недавно побывали.       Вики сразу же исчезла за дверью огромной ванной комнаты с джакузи, а я устало плюхнулся в кресло, прокручивая в голове прошедший день, события которого не укладывались в моей голове. Что всё это значило? С чем было связано болезненное состояние Уокер? Почему мы застряли на Земле? Почему не могли принять облик других людей? Из-за неё? И какие проблемы нас ждали по возвращению обратно?       Она была права на счёт количества вопросов, на которые не было ответов. Только теперь они были и в моей голове тоже. Случайно или нет, но я оказался вовлечённым в странные события. И они явно как-то были связаны с этой Непризнанной. Хотел я всего этого? Нет. Но было уже поздно. И я собирался выжать максимум из сложившейся ситуации.       - Иди ко мне, - хрипло прошептал я, хлопая ладонью по месту рядом с собой на кровати, когда малышка Уокер вышла наконец из ванной, одетая в пушистый белый халат.       - Не думаю, что это хорошая идея, Люцифер, - сухо сказала она, не решаясь двинуться дальше.       - А, по-моему, очень даже хорошая, - прерывисто проговорил я, возбуждённо оглядывая разгорячённое после душа тело Вики, жалея о том, что у меня не было рентгеновского зрения, ведь этот халат совершенно невыносимым образом закрывал всё, что только можно было.       - Люцифер, ты что-то путаешь. Время нашего с тобой случайного секса закончилось. Или тебе надо напомнить, как ты самолично выставил меня из своих апартаментов в полуголом виде? - Уокер устало вздохнула, присаживаясь на край кровати. - Просто давай не будем... Не стоит всё усложнять.       Чёрт, она была права. Абсолютно права во всём. Но я снова, в который уже раз, думал не головой, а членом. Её слова меня задели, хотя не должны были. Но какими-то отголосками разума я понимал, что очередная ошибка не привела бы нас ни к чему хорошему.       - Разумеется, - только и сказал я, а затем моментально вышел на балкон, чувствуя, как гнев начинал заполнять моё сознание.       С каких пор меня волновало мнение вшивой Непризнанной? Почему я не должен был делать и брать то, что хочу?       Блять, Люцифер, ты теряешь хватку.       Я окончательно запутался в себе по милости Вики Уокер, которая осталась там, за дверью. Кто бы мне ответил, почему я так завис на маленькой девчонке, родом с убогой людской планеты... В чём было дело? В красоте, в дерзком язычке, в юном прекрасном теле, в голубых бездонных глазах, в невероятном сексе? Всё смешалось в один большой ком... Чувствовал ли я что-то на самом деле или только воображал?       Когда я вернулся обратно в комнату, Уокер уже спала в этом своём необъятном халате до пят, свернувшись комочком на самом краю, словно маленький котёнок. Приняв долгожданный и такой необходимый душ, я лёг на другую половину, и благодаря королевским размерам кровати мы могли совершенно не пересекаться с ней этой ночью. И пока моя голова не коснулась приятной прохладной подушки, я и подумать не мог, насколько сильно устал за этот день. В первую очередь психологически. Едва закрыв глаза, я моментально вырубился, не думая более ни о чём на свете, оставляя все проблемы на потом...       Чьи-то громкие судорожные всхлипы пытаются пробиться в моё сознание.       На-хер! Идите все нахер. Я так устал. Хочу лишь спать. И ещё это одеяло такое обалденно мягкое...       Но надоедливые звуки всё никак не утихают. Они мешают мне. И я тяжело открываю глаза лишь для того, чтобы устранить источник шума.       Поморгав немного, какое-то время я совершенно не понимаю, кто я, где нахожусь и что за дикие вопли вперемешку со слезами доносятся до моих ушей. Но через пару мгновений грёбаная реальность накрывает меня с головой, когда я вижу рядом с собой Непризнанную, бьющуюся в какой-то адской агонии. Судорожные прерывистые вздохи вырываются из её груди, а тонкие трясущиеся руки вцепились намертво в её горло. И я почти уверен в том, что ей сложно дышать.       - Вики! Проснись, эй... Проснись же, - слегка трясу я за плечи абсолютно невменяемую Уокер. Да я и сам недалеко от неё ушёл. Пограничное состояние между сном и реальностью даёт о себе знать, и я не в полной мере осознаю, что здесь происходит...       Спустя несколько долгих секунд, она наконец еле-еле приходит в себя и смотрит на меня в упор своими огромными испуганными глазами, полными слёз. Смотрит и не может вымолвить ни слова.       - Эй, всё хорошо... Тебе что, приснился сон? - удивляюсь я, но пора бы уже перестать делать это в отношении всего, что касается этой странной Непризнанной.       Она не отвечает, а всё продолжает смотреть сквозь меня, будто бы в самую душу, и в её глазах я вижу лишь огромную боль и страдания. А затем она забирается ко мне на колени, прямиком в мои объятия, утыкается носом в грудь и начинает тихо плакать. И мне кажется, что её маленькое тело полностью умещается в моих руках. Я растерян и озадачен. Как заворожённый я смотрю на неё, такую беззащитную, и не могу пошевелиться, боясь спугнуть этого дикого котёнка. Её грудь тяжело вздымается, разрываемая истошными всхлипами, а я просто глажу её по спине, что-то шепча прямо ей в волосы. И проходит, наверное, целая вечность прежде чем дыхание Вики наконец выравнивается, и я понимаю, что она снова спит. Голова моя наливается свинцом, и у меня больше нет никаких сил сдерживать эти ужасно тяжёлые веки, которые так и норовят закрыть мне обзор на маленькую фею, уютно устроившуюся на моих коленях. Но усталость берёт своё, и я вновь медленно отключаюсь от всего, погружаясь в мир без сновидений под убаюкивающее сопение малышки Уокер, напоследок отмечая для себя, что нет ничего лучше в трёх мирах, чем этот самый момент.