Она была счастлива

      Если бы Амбар пару лет назад кто-нибудь сказал, что в будущем она станет девушкой Симона Альвареса, то блондинка точно задействовала бы все связи своей крестной, чтобы человека, сказавшего такую глупость, отправили в самую дальнюю часть Сибири. Сейчас же Амбар понимала, что была ужасной глупой. Она никогда еще никого так не любила. Безусловно, ей нравился Маттео, но встречались они, скорее всего, потому что были королем и королевой катка.       Дружок Луны… Она встречается с дружком той, которую так недавно считала врагом номер один. Сейчас Валенте и ее приемные родители, а также дедушка были для нее самыми родными и близкими людьми. Амбар, конечно, навещала крестную и считала ее, чуть ли не своей матерью, но Шэрон никогда не делилась с ней той родительской теплотой, которую Амбара так желала получить. Да, крестная наставляла, делала все, чтобы Смит ни в чем не нуждалась, но Амбар этого не хватило.       Сейчас, смотря фотографии, сделанные несколько месяцев назад, она улыбалась. Правда улыбалась, это была искренняя улыбка. Она никогда не смотрела на свои снимки с такой радостью. Она чувствовала себя королевой, глядя на прошлые кадры в социальных сетях, самой великолепной девушкой в Аргентине, даже в мире. Сейчас этого не было. Тут она с Хасмин и Дельфи на катке, здесь с Луной в Канкуне, а здесь целуется с Симоном. Симон… От одного этого имени мурашки бегут по кожи и хочется крикнуть на весь мир, что Амбар Смит счастлива.       Ей нравилось просыпаться с ним по утрам в одной постели, готовить вместе завтрак, отправляться на пробежку, ходить в роллер. Ей было радостно просто прогуливаться по пляжу, держа Симона за руку. Она не выносила всех этих девушек, которые иногда заглядывались на ее парня во время выступлений. Амбар никогда не признается Симону, что ревновала его, да ей и не надо было, он это и так видел. Парень только усмехался и целовал ее в лоб, шепча всякие нежности.       Прошло уже достаточно времени, но сердце Амбар все равно замирало, когда Симон начинал играть на гитаре и петь. Для нее. Он пел для блондинки и на сцене, но когда они оставались одни, то все было по-другому. Амбар чувствовала, что этот момент принадлежит им и никому больше.       Блондинка уже не представляла себе дней без совместных вечеров. Они заказывали пиццу, покупали попкорн и смотрели очередную новинку от «Netflix» или старые фильмы и сериалы, сюжет которых, уже давно забыли. Хотя, ни разу они не досмотрели фильмы до конца, все обычно заканчивалось жаркими поцелуями. И она уже не могла жить без этой маленькой традиции.       Она привыкла, что каждое утро Симон смеется над ее спутанными ото сна волосами, а затем берет расческу и аккуратно выравнивает каждый волосок. А после аккуратно целует в плечо и желает доброго утра. В такие моменты Амбар понимала, что значат те самые бабочки в животе, о которых так часто пишут в книгах.       Ей нравилось навещать его родителей в Канкуне. Его маму, которая относилась к ней, как к родной дочери. Амбар едва помнила своих родных родителей, поэтому немного завидовала Симону, но она была счастливой, когда приезжала в его дом.       Каждый новый день приносил ей счастья, она и раньше любила свою жизнь, но сейчас все было по-другому. Это была новая Амбар Смит, лучше, чем та, но блондинка соврет, если скажет, что изменилась полностью. Одного ее взгляда хватало, чтобы тот, кто оскорбил ее семью или друзей, закрыл свой рот и больше никогда не открывал.       Ей нравилось все в ее новой жизни: походы с друзьями в роллер, ужины в компании семьи Валенте и дедушкой, двойные свидания с Луной и Маттео. Нравилось, как Симон укрывал ее, когда она засыпала на диване в гостиной, как он не отходил от нее, когда она болела. Нравилось заботиться о Симоне, когда болел он. Амбар нравилось заботиться о ком-то еще, кроме себя. Ей нравилось иметь людей, которые могли бы позаботиться о ней. Да, Амбар Смит определенно была счастлива.