1. План
27 сентября 2020 г., 00:00
Холодящий ветерок проник в приоткрытую ставню, коснувшись разгоряченной, нежной как лепесток, кожи. Разнеженная фея невольно поёжилась, нахмурив аккуратный носик. Оголённое тело отдавало мягкими переливами в свете молодой луны, ясно обозначившей проступившие мурашки; Богг, так и не уснувший, заметил это. Аккуратно, чтобы не потревожить, подтянул одеяло из молодого мха выше, прикрывая оголённые плечи. Девушка сладко потёрлась щекой о подложенную ладошку, но не проснулась.
Болотник не чувствовал холода, его жёсткое хитиновое тело не было так чувствительно к лёгкому сквозняку, как его нежная феечка. Он покинул широкую, поистине королевскую кровать, что в последнее время часто разделял с Марианной. Уже стоя у закрытого окна, оценил масштабы разрушения, сегодня они были ничуть не меньше, чем пару дней назад. Как только принцесса посещала новый Болотный замок, всё кончалось разбросанной по комнате женской одеждой, взъерошенной постелью и счастливой улыбкой воинствующей феи и мрачного гоблина в конце. Ну ещё парой разбитых ваз или кувшинов, но кому вообще важны эти мелочи?
После очередного вечера любви, Марианна мирно посапывала, а к Болотнику сон не шёл. В голове крутились сотни юрких мыслей: о прошлом и будущем, о себе и Марианне, о Темном лесе, о многом. Но всё же насыщенный государственными заботами день и расслабляющий вечер в компании любимой, сморит любого. Богг вернулся в тёплую постель, Марианна во сне отвернулась, легла на живот. Одеяло вновь сползло, оголяя покатое плечико, острую лопатку и перламутровые крылья, прикрывавшие хозяйку словно плащ.
Гоблин не сдержался, проведя когтистой лапой по изгибу шеи вниз, вдоль позвонков, фея дернулась, словно от щекотки, он тут же убрал ладонь, боясь разбудить любимую, но Марианна спала крепко, чувствуя под боком колючего любимого. Погасив одинокую свечу, Богг притянул фею ближе, удобнее устраиваясь, пытаясь вдоволь насладиться последними часами единения, ведь это их последняя совместная ночь на ближайшую неделю.
В начале месяца принцесса с прискорбием сообщила, что отправляется на рыцарский турнир, в королевство южных фей Сотелиэн, торговых и политических друзей её отца. По традиции королевская семья приглашалась на турнир в полном составе, в знак почтения. Турнир проходил на территории Южных степей, а Темный лес испокон веков не был дружен с этим королевством. С тех пор как пару сотен лет назад один из предков Болотного царя чуть было не съел южную королеву. Хотя «чуть было не съел» громко сказано. Всего-то немного пожевал королевские волосы, во время приветственных объятий. Ну не сдержался гоблин, его тоже можно понять, когда перед тобой такая дама. Волосы королевы намотались на клыки, и он чуть было не вырвал клок её белокурых, или рыжих (со временем такие детали стираются) волос, когда пытался отплеваться.
Глупое недоразумение, что поставило крест на отношениях меж государствами. Гоблинов тут же признали дикарями и варварами, выставив за ворота, а гоблины пусть и толстокожие создания, но очень ранимые в душе, тут же обиделись на своенравных фей, и с присущей им гордостью покинули Сотелиэн. Не поленившись, конечно, перед этим забросать городские ворота грязью, ну куда ж без этого. С тех пор ни самовлюбленные феи, ни оскорблённые гоблины не удосуживались предпринять попыток наладить отношения. Потому Болотный царь и не был приглашен на турнир, где собирались ближайшие королевства. Гоблинов южане не хотели даже издалека видеть.
Марианна знала, потому и не предлагала отправиться с ней. Но сообщать ему об этом было неловко, однако Богг уверил, что всё хорошо. Ещё в начале отношений они поклялись не мешать личные и государственные дела. Фея чувствовала себя неловко, бросая, по её мнению, Болотника одного, даже хотела просить разрешения отца остаться, но царь не позволил. Он видел огонёк неподдельного интереса, когда принцесса взахлёб рассказывала о доблестных рыцарях, яростных сражениях и холодном звоне металла, что в изобилии присутствовали в прошлом году. Сейчас, когда молодая фея всерьёз заинтересовалась боевыми искусствами, её интерес к турниру лишь возрос. Но из приличия всё же пыталась отказаться, Богг отговорил, она сама не сильно то и сопротивлялась.
Пару дней после этого Болотный царь ходил мрачнее тучи, хотя казалось это физически невозможно, быть ещё злее и раздражительнее, чем он есть. Трое бессонных суток в раздражении, поглощённый в раздумья и страхи Болотник наконец придумал решения. Ему стоило немалых сил достать одну вещь, но он ни грамма не жалел потраченных средств, гордости и в особенности нервов, договариваясь с одной строптивой Сливовой феей.
Со счастливой улыбкой Богг погрузился в сон, ощущая на груди тепло любимой. Вещь, что даст ему пропуск в Сотелиэн, лежала рядом, в комоде, только он не спешил делиться этим с феей. Это планировалось быть многообещающим сюрпризом, пусть и были опасения получить от воинствующей принцессы в нос. Но что за жизнь без риска? Он – Болотный царь, ему по титулу положена щепотка коварства.
***
Чуть солнце встало над горизонтом, осветив верхушки Темного леса, Марианна была уже на ногах, кружила по комнате, собирая вещи. Богг, не спавший полночи, недовольно ворчал, сонно щурясь, наблюдая за любимой. Пара минут и принцесса готова. — Я провожу тебя, — заверил Болотник, ото сна его и так грубый голос неприятно хрипел. — Не нужно. Я сама доберусь, — попыталась отвертеться фея. Но царь настоял, что несомненно было ей приятно. Выпорхнув из окна царской спальни, гоблин и фея отправились к границе леса. Летели в приятном молчании, Богг по привычке притягивал Марианну к себе, пролетая сквозь колючие кусты, где её крылья могли пострадать от острых шипов. На границе фея замерла, не покидая тени, что отбрасывал Темный лес, не решаясь её пересечь. — Я буду скучать, — взглянув в голубые глаза, призналась она, обнимая своего гоблина за тонкий стан. Царь обнял её в ответ, тихо прошептав: — Я тоже буду скучать, Амазонка. Марианна принялась непривычно шмыгать носом, раскиснув. Это было так непохоже на боевую фею, что Боггу стало даже неловко, отчего он решил разрядить обстановку. — Надеюсь, ты не забудешь старого таракана с чешуйчатой спиной, когда будешь порхать вокруг прекрасных принцев в блестящих доспехах. — Да кому они нужны, эти принцы? — Оторвавшись, Марианна взглянула в любимые глаза. — Мне милее старый таракан. — Я пойму, если ты не вернёшься, найдешь другого. Пойму… но не переживу, — с болью признался Богг, нежно проведя когтистой пятерней по щеке феи, вытирая скатившуюся слезинку. В глубине души он опасался, что на турнире, где будут все эти рыцари, Марианна наконец поймет, что выбрала не того. У феи на этот счёт были другие мысли: оттолкнув руку, она с гневом, выставив тонкий пальчик, ткнула гоблина в панцирь на груди. — Ещё раз услышу от тебя такую чушь, то точно брошу. Понял? Раздражение принцессы показывало, что поднимать эту тему она больше не намерена и препирательств не потерпит. Богг улыбнулся, это была его Амазонка, хорошо хоть меч не выхватила, а ведь это в её характере. Потянувшись к недовольно скривленным губкам, оставил лёгкий поцелуй. — Верю, Амазонка. Ладно, лети. Марианна ответила на поцелуй и, обняв на прощание, полетела в сторону замка фей. Они оба не любили прощаний и не хотели прощаться, лучше так.***
Как только Марианна растворилась в предрассветной дымке, Богг, не жалея крыльев, рванул обратно. Нужно спешить. На подлёте к замку, шум, поднятый его стрекозиными крыльями, потревожил гоблина, спавшего на посту, мирно посапывая на балюстраде, опоясывающей замок по кругу, привалившись на копьё. — Стой! Кто… — спросонья завопил гоблин, не узнав собственного правителя. — Тихо, — шикнул Богг, оскалившись на мгновенно заткнувшегося дозорного. — Что орёшь? Перебудишь всех, я это. Царя не узнал? — Прошу прощения, повелитель, не признал, — зашептал испуганно гоблин. — Спать нечего на посту, солдат. А если бы враги? Они бы тебе, — многообещающе протянул Болотник, угрожающе проведя острым когтем по собственному горлу, от чего юный гоблин шумно сглотнул. А Богг уже направлялся к балконной двери, пригрозив напоследок. — Да и я могу. Гоблин испуганно сжался при угрозе повелителя, но стоило тому скрыться в замке, он облегчённо выдохнул, вытянувшись по струнке, вглядываясь в лесную даль. Царь быстро вернулся в комнату, вынув из комода самую ценную для него сейчас вещь. На чёрном шнурке железный амулет со сложной, витиеватой, непонятной гравировкой. Согласно заверениям Сливовой феи, именно он должен помочь болотнику в задумке. Зажав амулет в руке, Богг направился в комнату матери. Разбудив её, он сообщил, что уходит. С Гризельдой он обо всем договорился, поделившись планом, та с радостью согласилась помочь ему. Вместе они придумали легенду, что Болотный царь отправился лично осматривать дальние границы леса и будет отсутствовать ближайшую неделю. Попрощавшись с матерью и пожелав ей удачи в делах правления, ведь на эту неделю она занимала его пост, Богг тихо покинул замок, стараясь, чтобы никто из дозорных не заметил его улетающим.
