Corrupting Liam Payne (Lirry)

Прим.: корвалолчик можно не пить, так как переводчик спутал эту главу с другой:D Приятного чтения! хотя в этой главе мало приятного p.s. корвалол далеко не убирайте p.p.s. и надо перестать делать намеки. пусть все будет неожиданно. да. будет. У Лиама не было намерения целовать Гарри. В самом деле, не было. Он нацелился на шею парня, чтобы оставить такой же гигантский засос, но Стайлз изворачивался, и так получилось, что их губы соприкоснулись. Пейн в самом деле, в действительности не хотел целовать его, но теперь, когда их губы встретились, он просто не мог остановиться. Они были словно магнитами, желающими отдалиться друг от друга, но будучи не в состоянии этого сделать. Лиам пытался оттолкнуть парня от себя, но у него не было на это сил. Не было ни одной мышцы на теле Пейна, которая могла бы помочь ему просто встать и уйти. Губы Гарри были теплыми и мягкими... Лиаму казалось, что они были клубничной глазурью, а ему нравилась глазурь: это была его самая любимая часть торта. Когда Гарри обхватил лицо Пейна руками, Лиам, казалось, нашел в себе силы оторваться, но теперь уже не был уверен, хочет ли он это сделать. Он вроде хотел прекратить это... Но, на самом деле, и не хотел... Его разум просто отключился, и в этом всем не было никакого смысла. Гарри попытался что-то пролепетать, но язык явно не слушался хозяина. Так что, толком ничего не вышло: у него лишь получались какие-то обрывки слов, поскольку его разум просто не мог осознать все, что только что произошло, но... Вау, если так теперь Лиам мстит, то Гарри будет дерзким и нахальным все время. И этот плохой парень пытался найти хоть какой-то ответ, но ему не удалось, и поэтому он выдал: - Ты... Я. Поцеловались? Месть... Что? - кудрявый начал заикаться, когда Лиам оторвался от него, понимая, что лежит на друге. И парни сразу, как по сигналу, сели прямо. Их щеки порозовели; а в случае Лиама еще горели уши и шея. Он боялся смотреть в глаза друга, потому что ему понравилось с ним целоваться, ему понравилось, как его губы танцевали с губами друга. Ему понравилось обниматься с Гарри и терять счет времени, но он по-прежнему считал, что ему не следовало наслаждаться этим так, как он это делал. Лиам не был гомофобом; он не имел ничего против геев или лесбиянок... или какие вы еще ярлыки вешаете на людей. Пейн всегда думал, что пол не имеет значения, ведь если ты любишь кого-то, то ты просто любишь, - все элементарно, но... Лиам ведь не такой человек, который целуется с лучшим другом, да еще и наслаждается этим. - Прости, - выпалил вдруг Пейн. - Этого не должно было случиться: я лишь хотел поставить тебе засос в отместку… промазал и поцеловал тебя. Прости меня, я правда не хотел тебя целовать. После этих слов Лиам ушел из дома, направляясь, Бог знает куда. А Гарри... Гарри по-прежнему не двигался с места, чувствуя себя более несчастным и одиноким, чем когда бы то ни было. Стайлзу понравилось целоваться с Лиамом, и в этом не могло быть никакой ошибки. Если бы он мог, то непременно повторял это снова и снова, поскольку чувствовал, что это было чертовски правильно... но только если Пейну это понравилось. Если Лиам наслаждался этим, они могли быть делать это снова, снова, снова и снова, но было абсолютно ясно, что кареглазый извинился дважды и сказал, что, в самом деле, не хотел целовать Гарри. И, черт побери, это больно. У Гарри было два варианта: либо он собирает свои вещи и покидает дом друга, чтобы вернуться только тогда, когда это будет нужно, или когда парни будут здесь, либо он мог делать вид, что он не хотел поцеловать парня с очаровательным щенячьим взглядом снова, и быть просто другом, кем он и был всегда для него. Стайлз мог притвориться, что поцелуй на него не повлиял вовсе, что он не почувствовал зарождающееся тепло внутри, что он не видел фейерверки перед глазами, или что не утонул в этих ощущениях… ЛиамЛиамЛиам. Последний вариант, возможно, негативно повлияет на их отношения, так что он решил пойти и заказать пиццу, потому что готовка - не самая лучшая идея, если он не хочет спалить чужую кухню. *** Прошло пять часов с того момента, когда Лиам ушел, как вдруг Гарри услышал звук поворачивающегося ключа в двери. Несколько мгновений спустя в гостиную зашел хозяин квартиры собственной персоной, а на его руке была повязка. Позади Лиама стоял Зейн. - Гарри? - спросил Пейн, сбитый с толку, поскольку не думал, что еще когда-нибудь застанет парня у себя дома. Стайлз сидел на диване, обнимая колени, а на столе перед ним лежала пустая коробка из-под пиццы. Обычно Лиам отчитывал парня за это, ведь эти коробки оставляют жирные пятна, а еще носки друга были грязными... Но так или иначе, он не мог на него злиться сейчас, ведь Гарри не покинул его, хотя они недавно поцеловались, а Лиам удрал после этого. - Да, друг, как дела? - беспечным тоном произнес парень. - О, привет, Зейн, ты в порядке? - он кивнул в их сторону, а потом снова уставился в ящик. - Ну, я думал, что закажу что-нибудь вечером, но, похоже, ты уже поел, так что я сделаю заказ для себя, - сказал Лиам, попрощавшись с Зейном, у которого были "места, которые нужно посетить, и люди, которых нужно увидеть". - Ага, я заказывал пиццу четыре часа назад, а что ты будешь? - ответил Гарри, все еще не отрывая глаз от экрана телевизора и понятия не имея, что он вообще "смотрит". Это было какое-то танцевальное шоу, но не спрашивайте, кто с кем соперничал, поскольку он не смотрел его с самого начала. - Я... эм, подумывал о китайской еде или чем-то в этом роде, - парень почесал шею, желая встретиться с другом глазами хоть разок с момента, как он вернулся, но Гарри выглядел заинтересованным в просмотре программы, и не удостоил Пейна еще ни единым взглядом. - Да, конечно, друг, рассчитывай на меня. Я угощаю, мой кошелек на кухонном столе, - сказал ему Гарри, указывая рукой на кухню и по-прежнему не глядя на парня. - Хорошо, спасибо, - сглотнул Лиам. - Кстати, у тебя есть вазелин? - Да, в ящике, а зачем? Для чего тебе? - Я, эм, сделал татуировку. И эти слова заставили Гарри устремить свой взгляд на друга в первый раз после их недавнего поцелуя. Что, мать вашу?