2. Правда
13 сентября 2020 г., 22:02
***
Повествования излагается из действий Какаши.***
Одним открытым глазом пепельноволосый парень наблюдал за своим учителем, сидящим напротив и вспоминал... нет, не ту боль, что он пережил недавно, а совсем другое... вчерашний разговор с сенсеем.***
Парень бежал по скользким, мокрым от дождя крышам. Его не тревожил ни холодок, что окутал его подростковое тело, заставляя покрыться мурашками, ни неприятные капли, что падали с неба. Уже была ночь. Людей на улицах практически не было, пробегали лишь те бедняги, что с вечера проигнорировали мутное темное небо, те, кто только что вернулся с задания, и те, кто засиделся на работе. Какаши до этого всего не было никакого дела. Он знал, сенсей ещё в кабинете. Учитель только недавно стал Хокаге и как назло в это время закончилась война, поэтому ему нужно было разгребать горы работы, с которой даже советники не хотели помогать. «Хах, советники называется, а как встает вопрос об управлении деревни, так они тут как тут... или решать судьбу какого - нибудь бедняги шиноби» — подумал парень и слегка ухмыльнулся своим мыслям. Раньше, он ни за что бы так не подумал о достопочтенных советниках Хокаге. Какаши сильно изменился с... того самого момента. За всеми этими мыслями, он и не заметил как проник в кабинет главы деревни и своего учителя, через настежь открытое окно. Эх, сколько же раз его предупреждали так не делать? Лишь в этом парень никак не мог измениться. Заметив своего учителя уже у двери, что собирался покидать здание после долгого, скучного рабочего дня, Хатаке попытался как-то заявить о своем присутствие, но как только парень открыл рот, учитель повернул голову. — Ты что-то хотел, Какаши? — с усталой, натянутой улыбкой спросил он. Да, Минато конечно был рад появлению ученика, но только не сейчас, а... например, завтра. Его каждый день нагружают тяжелой работой, а жена уже с раздражением напоминает ему о своем существовании и о том, что мужчина всё ещё является её мужем. Он и так ужасно устает, а ещё ему нужно решить как облегчить боль своего ученика, ведь просто оставить он это не может. Переживает. — Да, Вы не могли бы ещё не на долго задержаться? — спустился с подоконника парень и встал в свою любимую позу, скрестив руки на груди, перед этим закрыв окно, дабы никто не подслушивал. — Конечно, у тебя есть ко мне разговор? — всё так же улыбаясь спросил мужчина. Его глаза были покрасневшими, а перед тем как сказать последнее слово, он зевнул. Какаши просто слегка кивнул головой, вместо обычного «да». — Тогда присаживайся. — он остановился возле мягкого, но не большого дивана и с глухим звуком, устало рухнул на него, немного похлопав на место, которое оставил ученику. — Чаю? — спросил мужчина, когда ученик уже аккуратно присел, в надежде, что парень откажется, ведь он так хорошо пристроился на любимом диване, и вставать ему не очень хотелось. — Нет необходимости, этот разговор не затянется. — отказался парень и Минато облегченного вздохнул. В комнате повисла оглушающая тишина. Из-за неё в ушах стоял противный звон, разбивающихся об метал и барабаня в окна, словно давая концерт двум парням, капель дождя. — Так о чем ты хотел поговорить? — задался вопросом мужчина, в надежде, что ученик прав и этот разговор не продлится долго, не то Кушина этого точно не простит. Он обещал прийти сегодня домой. — Извините, знаю как тяжела ваша работа, но можете ли вы ответить, только на один вопрос... — говорил парень, пытаясь подобрать слова, чтобы не задеть учителя. — Я всегда готов тебя выслушать и ответить на различного рода вопросы, в любое время, даже присмерти. Я внимательно тебя слушаю.— пытался он настроить ученика на честность и открытость в своем присутствии. — Почему вы решили, что мне подойдет роль члена АНБУ? — спросил парень отводя взгляд. Ему не хотелось заставлять учителя объясняться в данный момент, но если не сейчас, то времени у него просто не будет. Хатаке было немного стыдно, ведь парень понимал как сенсей устает, он знал сколько важных для жизни деревни вопросов ему нужно решать ежедневно, какая на нем лежит ответственность, ведь если его решение будет неверным, исход может быть ужасным, от образование новой войны и до исчезновения деревни. — Хм, ты хорошо подойдешь на эту роль, ты очень силен и смел, но ведь... — он затих, словно раздумывая сказать иль все же не стоит, но поняв, что это совершенно нормально, он наконец сказал — Ты не этот вопрос хотел мне задать, не так ли? — улыбка с лица Хокаге испарилась, и он стал серьезен, как при битве. — Как Вы... — удивленый парень повысил тон, но сразу же вспомнил с кем ведет диалог и не договорил предложение. Хм..Всеми уважаемый Хокаге и его учитель... конечно же он понимал своего ученика с полуслова. — Впрочем... Вы правы. — опустил он голову. — Так каков вопрос?— вздохнул Четвертый. Он действительно очень хотел домой. — Почему именно та девочка? — шепотом спросил Какаши. Хокаге знал, что этого разговора ему не избежать, но надеялся, что отложит его на потом. Ну раз так... — Ох, ты про Ваккаи? — он состроил дурачка и нелепо улыбнулся. Нелепо, но искренне. — Да, она ведь даже не шиноби, как вы умудрились назначить её членом АНБУ и моим напарником? — серьезно недоумевал парень. Он уже думал, что Хокаге совсем заработался и просто не понимал, что происходит, но сразу же вспомнил что с Четвертым такое на пройдет. — Да, она, действительно, на данный момент, не является шиноби, но в прошлом, она была отличным джонином. — лукаво улыбнулся мужчина. Какаши обомлел. «Никогда про неё не слышал» — сказал он про себя. — Невозможно, что же стало причиной отказа от жизни шиноби? — уже громко спросил парень. Четвертый слегка зажмурился. Время пол первого ночи, мужчина уже должен был в кровати и тихо посапывать, а он до сих пор в кабинете и выслушивает вопросы подростка. У него начала болеть голова. — Я не могу тебе рассказать о её боли, не имею права, но могу сказать, что прошлое у неё было не лучше твоего... именно поэтому, отвечаю на твой вопрос так... вы поймете друг друга через боль и станете отличными напарникоми. — устало откинул голову на спинку дивана Минато и закрыл глаза. — Вот как... но ведь это не есть настоящая причина? — Какаши всегда понимал, когда учитель что-то не договаривал. Минато слегка прикусил губу. Подловил... На самом деле, причины, что озвучил Минато, были правдивы, просто одну из них он умалчивал как мог, а когда вспоминал о ней, сразу же чувствовал себя неловко и глупо. Он не хотел о ней рассказывать ни своему ученику, ни Ваккаи, но сейчас он настолько устал, что ему уже все равно. Какаши должен понять этот довод, но вот согласится ли? Нет, да и девушка будет против, да что там, сам Минато был против, но если бы он не принял этого решения, от него бы не отстали. Мужчина считал, что все само рассосётся и не придется действительно рассказывать об одной из причин создание этого дуэта. Как бы не так... Какаши тоже не отстанет от Четвертого, и это понимали оба парней. Его ученик всегда понимал, когда он недоговаривал или врал. Он зажат... С одной стороны советниками, а с другой его, единственный оставшимся в живых учеником. Хах, Четвертого Хокаге зажали... — Ты правда хочешь узнать настоящую причину? — Да. — дал короткое согласие парень. Четвертый вновь вздохнул и прикрыл глаза. — На войне мы потеряли огромное количество умелых и сильных шиноби, — начал из далека он, забыв об усталости и боли в голове, думая только о том как правильно преподнести правду ученику. — Вы уже говорили об этом, — резко сказал Какаши, приподняв бровь. — Пожалуйста, не перебивай, — приоткорыв один глаз, он оглядел ученика с ног до головы и снова зажмурился. Все таки глаза ужасно болели от усталости. Какаши слегка кивнул, но знал, что сенсей его уже не видит — Вы оба, гении своего поколения, коим был и я. — мужчина положил ладонь на свой лоб и стал слегка поглаживать. — Деревня начнет быстро слабеть, если такие как вы шиноби, просто пропадут и...— он замешкал. Какаши внимательно вслушивался в каждое слово сенсея и слегка дергал правой ступней туда- сюда. Он волновался, но пытался это контролировать. — И? — выдавил из себя парень, вынуждая Намикадзе закончить мучить и себя и его. — И... старейшины решили сводить гениев, чтобы в деревни появлялись дети с таким же умом и способностью, а может и лучше. Ну генетика, ты понимаешь... Они решили попробовать это на вас. — выдохнул Четвертый и снова посмотрел на ученика, для того, чтобы понять его эмоции. От огромного возмущения, Какаши свел брови и вздернул нос кверху. — Да как Вы могли согласиться на такое?! — стал громко проявлять недовольство парень. Намикадзе все так же, совершенно спокойно на него смотрел. — Они бы не оставили меня в покое... Не переживай, просто работай в паре с Ваккаи, и всё уляжется. — эти слова заставили Какаши хмыкнуть и слегка расслабиться, но его возмущение ещё бушевало в юной душе, и парень начал бубнить что-то себе под нос. — На самом деле, если бы причиной вашей работы в паре, было только это, я бы ни за что не дал согласия. Вы действительно хорошо будете понимать друг друга и станете ещё сильнее работая вместе, соответственно, и прославите деревню, как и себя, ну а если уж влюбитесь в кого-то другого, то ваше право, только работайте вместе, это поможет не только деревне... — он немного помолчал, но вскоре продолжил — но и вам самим... пережить ту боль, что испытали совсем недавно...***
Домой Какаши решил пойти пешком, как обычный человек. Так проще думать, а подумать действительно надо было о многом, да и вспомнить тоже было о чем. Нет, он не будет вспоминать о той боли, что испытал в прошлом. Парень вспоминал внешность юной куноичи, что встретил в кабинете своего сенсея. Тот сильно вздернутый, но аккуратный нос, те веснушки, что виднелись из-под белоснежного бинта, никак не цепляли парня... Он не видел в ней ничего особенного, но вот то, о чем сказал сенсей, волей-неволей, а заставляло сопереживать. «Она испытала боль, похожую на мою или даже ужаснее? Хах, она не выглядела как человек, что испытал страшную боль от утраты» — подумал про себя Какаши, но вдруг вспомнил... а сам-то он выглядит как человек, который потерял своих близких? Нет... он тщательно скрывал свою боль, беря себе самые опасные задания, чтобы хоть как то, хоть на небольшое время, забыть... забыть обо всем и стать безжалостным шиноби. Разве он рассказывал кому-то о своих ночных пробуждениях от собственных криков? Нет. Никогда. Он считал, что если поделится с кем-то, автоматически станет слабым. Нужно держать всё в себе и не нагружать своими переживаниями, мыслями, воспоминаниями и болью других людей. Да, даже если он и поделиться, то что будут говорить? У безжалостного убийцы все же есть сердце, и он может чувствовать? Хах, вот смеху то будет. Какаши уже начал славиться как «Убийца друзей» и «Копирующий ниндзя». Его душу, задевает только первое прозвище. Разве ж он заслужил такого обращения? Многие бы сказали «нет!», но сам парень понимал, что да... Он во всем винил только себя. Юный шиноби, в свое свободное от заданий время, может стоять около могил своих близких друзей очень долго, часами... Он стоял и мысленно извинялся за свою слабость и упрямство, а под ночь, сторож на обходе, выгонял его с центрального кладбища Конохи. Тогда он шел к мемориалу и продолжал извиняться перед погибшими друзьями и рассказывать о свежих новостях деревни. Бывало такое, что он и шел домой, лицезреть кошмар, который уже стал для него нормой, как и просыпаться в холодном поту от собственного крика и мыть спросони «запачканные» руки. Раньше соседи жаловались на шум из квартиры, но узнав причину его ночных криков, прекратили что либо говорить. Практически все. Только некоторые, стервозные личности до сих пор по утрам тарабанили в дверь, которую парень уже перестал открывать. Выслушивать порцию оскорблений и матов, жалоб и претензий, ему не очень хотелось, тем более в таком состоянии. Состоянии депрессии...***
Проходя напротив одной ничем непримечательной двухэтажки, выкрашенной в бледно - зеленый цвет, что у парня вызывал уже рвотный рефлекс, Хатаке думал о произошедшем и намеревался пойти домой и снова попытаться уснуть, но вдруг заметил за одним из окон второго этажа, знакомую девичью фигуру. Шторы не были завешаны, так что он мог смотреть на девушку без препятствий. Какаши огляделся. Некогда оживленные улицы родной деревеньки, всё также пустовали, как и по дороге в резиденцию. Скрывая чакру, он запрыгнул на балкон той квартирки и начал следить за каждым движением куноичи. Сначала она стояла возле большого белого шифоньера. Протянув руку внутрь, она вытащила какое-то синее, короткое кимоно с золотыми цветами, нарисованными на его правой стороне. Он всё также продолжал смотреть. Одним движением стянув с себя розовую ночнушку, она осталась стоять лишь в нижнем белье. Парень, не ожидав такого действия от Ваккаи, расширил оба глаза, один открытый, а другой под протектором и сразу же их зажмурил. Ох, не этого он хотел... «Почему она не завесила шторы! Это её вина!»— оправдывал себя Какаши, прикрывая рукой рот, что был скрыт под черной маской. Ваккаи быстро натянула одежку. Хатаке вновь открыл глаза, но видел лишь одним, которым был не скрываем протектором. Читая по губам, Какаши понял, что девушка пробунела: «Ого, не ожидала, что подойдет». Она была прекрасна в этом наряде, но только не для Хатаке. Для него девушка была обычной. Ну не мог он поверить, что она была хорошим джонином. Девочка, немного раздумывая, направилась прочь из комнаты. Нащупав ручку двери, Ваккаи немного приоткрыла её и протиснулась в коридор, вид на который, парню был закрыт. Какаши так и остался стоять у её окна. Так, неужели он сейчас увидел будущую напарницу...в нижнем белье? Ужасно, но стыдно ему не было, парень мысленно оправдывал себя. Постояв ещё немного у окна будущей напарницы, Какаши спрыгнул и направился прочь от её дома. Нет, он точно не расскажет об этом случае куноичи...
Примечания:
Ну как вам?😊
Пожалуйста, не стесняйтесь указывать автору на ошибки🙏
Спасибо большое за отзывы, мне действительно важно ваше мнение по поводу работы)💕
