Между Тьмой и Светом

      Корабль вынырнул из гиперпространства рядом с покрытой океанами и зеленью планетой. Это был захудалый в плане промышленности мир, не богатый полезными ископаемыми или иными редкими ресурсами, поэтому не представлял интереса для Империи и потому более не финансировался. Во времена Галактической Республики, Борлеяс был недорогим курортом, где могли приятно отдохнуть граждане среднего достатка. Сейчас многочисленные отели и гостиницы пришли в запустение, а почти все местные жители разлетелись по Галактике в поисках лучшей жизни. Посадив звездолёт за чертой одного из немногих поселений, Асока отправилась на разведку, оставив Мола предаваться сну. Обратившись к Великой Силе, леди Тано старалась ощутить живых, разумных существ. Возможно, кто-то из местных всё же остался в небольшом курортном городке. Но чуяла тогрута лишь вездесущих грызунов и лоткотов, гонявших целую стаю полевых мышей. Осторожно пробираясь среди руин, Асока пыталась найти медицинский центр или хотя бы пост скорой помощи. Осмотрев городок и придя к выводу, что в этом месте они с Молом одни, девушка уже открыто брела по некогда красивым улочкам, ныне заросшими одичалыми растениями. Наконец, внимание бывшего падавана привлекла отключенная вывеска с изображением красного креста. Без зазрения совести тогрута ногой вышибла дверь, распугав всех лоткотов в округе. На счастье, местные целители не все запасы забрали и ей крупно повезло наткнуться на целый контейнер медикаментов, включая необходимую позарез банку с бактой и эластичный бинт, пусть больше половины было не пригодно к использованию, но кое-что девушка натолкала в свою сумку и поспешила вернуться на корабль, чуя неясную тревогу. Когда бывший падаван вернулась на их корабль, Мол ещё спал, но его дыхание снова стало тяжелым, отчетливо слышались хрипы. Быстро разобрав добытые медикаменты, Асока осторожно срезала грубые лоскуты ткани с тела забрака, заменяя их пропитанными в бакте широкими полосами стерильных бинтов, завершив свой труд давящей повязкой на груди клона. Теперь ей оставалось лишь набраться терпения.       Прошло чуть больше цикла, с тех пор как они приземлились. После полноценной перевязки с бактой, Мол ни разу не проснулся, но он не собирался сливаться с Силой, это точно. За это время Асока провела полную диагностику корабля, устранила повреждения тормозных систем, значительно "подгоревших" во время взрыва крейсера. Каждый час она заходила к нему, проверить не очнулся ли клон Дарта Мола, но забрак продолжал спать. Вот и сегодня ранним утром, тогрута пришла проведать Мола, но он не реагировал на её присутствие. - У нас кончается еда, - проговорила она, гладя его алую большую ладонь. - Мне придется ненадолго уйти. Выздоравливай. Охота протекала с переменным успехом, девушке довольно быстро удалось засечь крупную стаю горнтонов . Но отделить одну особь от всего стада никак не получалось, даже при помощи Силы. У девушки не было дальнобойной бластерной винтовки, так что приходилось изворачиваться, чтобы поразить только одного горнтона и не спровоцировать остальных. Проследив за животными до небольшого озера, Асока поняла, что лучшего момента для нападения не будет и осторожно вошла в воду по другую сторону от зверей. Медленно, стараясь не выдать себя всплеском воды, тогрута подплыла к молодому самцу и резким толчком Силы всадила световой меч прямо в глаз животного. Остальное стадо перепугано взревело и убежало, не желая связываться с неизвестным хищником. Асока достала из рюкзака контейнеры и принялась срезать мясо с только что убитой туши. Бывший падаван скорбела, что ей пришлось лишить жизни живое существо ради своего и Мола выживания, особенно было неприятно оставлять почти целую добычу на берегу озера, но дотащить её до космолета не представлялось возможным, даже если она обратится к Силе. Местное жаркое солнце уже клонилось к горизонту, когда контейнеры заполненные свежим мясом были плотно упакованы в рюкзак, а охотница направилась обратно на корабль. М-29 тяжело ворочался во сне, разум забрака все никак не мог поверить, что ужасные пытки окончены, а М-11 мертва, терзая клона все новыми и новыми сновидениями, где Каратель со злорадной улыбкой активировала своё "детище страданий". Резко сев в кровати, клон не обнаружил рядом Асоки, проведя рукой по груди, мужчина ощутил плотную эластичную ткань и бинты. После ужасного сна тело потряхивало, а в голове поселилась боль, держась за стены, Мол отправился в санитарную зону. В небольшом зеркале на клона уставились желтые глаза Карателя, он перешел черту. Дрожащими руками мужчина умылся, снова взглянул в зеркало, но ничего не изменилось. Тьма ворочалась внутри подобно голодному зверю, что только и ждет команды дрессировщика. "Я принимаю тебя" - фраза сказанная не так давно тогрутой всплыла в памяти. "А примешь ли ты меня таким?" - безмолвно вопрошали его глаза... Как только леди Тано ступила на корабль, её обдало волной Темной Силы из недр корабля. В сознании сразу всплыло давящее ощущение силы клона Дарта Мола. Тоже самое она чувствовала на Мандалоре, только если полукиборг как-то себя контролировал, то её Мол не собирался этого делать, если судить по все больше давящему превосходству Тьмы вокруг. Девушка сбросила рюкзак и поспешила в его каюту, стараясь успокоить колотящееся от тревоги сердце. Он сидел на своей кровати, избавившись от бинтов и опустив голову. Бегло осмотрев видимую ей часть мужского тела, тогрута заключила, что жизнь и здоровье клона вне опасности. - Мол? - осторожно позвала Асока, не рискуя пока приближаться. Клон не ответил, даже не шелохнулся. - Мол?! - Асока, - прохрипел он, не поднимая головы, - я не могу... Не могу обуздать её... - Я помогу! - Видеть его таким тогруте было больно, она быстрым шагом пересекла порог и села перед мужчиной на колени. - Мол! Посмотри на меня! - Тебе не понравится то, что ты увидишь, - мрачно предупредил забрак, медленно поднимая голову и взирая на бывшего падавана яркими желтыми глазами с алыми прожилками-лучиками. - Я принимаю тебя таким, - Асока нежно коснулась щеки сидящего перед ней клона. - Без Тьмы не бывает Света. Возможно, Великая Сила желает, чтобы ты перестал отравлять себя Темной Стороной и выпустил её... Вместо ответа М-29 встал, увлекая за собой тогруту, его поцелуй был подобен атаке хищника - грубый, властный, сильные руки обхватили хрупкое тело. Она не сопротивлялась ему, покорно следуя спиной вперед, пока не уперлась в перегородку. Большое тело забрака буквально впечатало её в стену, Асока обхватила его плечи, страстно отвечая на его натиск. Эти татуированные губы не знали жалости, терзая уста бывшего падавана с яростной страстью, на которую способен только падший, зубами он ловил юркий язычок Асоки, прикусывая почти до боли, демонстрируя свою власть. Ладони с жадностью сминали грудь и бедра тогруты, а она льнула к ним, доказывая правдивость своих слов. Алые пальцы, не стесняясь, освобождали леди Тано от одежды, а она отчаянно помогала им. Оторвавшись от сладких губ Асоки, Мол окинул обнаженную фигуру полным желания взглядом: - Ты будешь принадлежать только мне! - И никому другому, - прошелестела тогрута мгновенно охрипшим голосом. Алые в черных татуировках губы растянулись в ухмылке, когда девушка стала медленно опускаться на колени, расшнуровывая его шаровары. Стоило креплениям ослабнуть, как ткань упала ко щиколоткам клона Дарта Мола, явив Асоке возбужденное достоинство. Член был напряжен и слегка покачивался, головка сочилась смазкой, вынуждая девушку облизнуть губы, прежде чем попробовать облизнуть его. Нежно проведя от основания до налитой головки языком, тогрута рискнула поднять взгляд - желтую радужку заполняла чернота расширяющегося зрачка, ладони легли на монтралы, настаивая на продолжении. Неумело, осторожно леди Тано стала пробовать мужчину на вкус, сантиметр за сантиметром погружая член в рот, лаская его языком. Хриплый стон Мола дал понять, что она все делает правильно, его руки направляли её, стараясь не сделать больно, хоть для него это и было подвигом: не двигать бедрами, не проталкиваться прямо в узкое горло, наплевав на её чувства и неопытность. Медленно она доводила его до экстаза, до полной потери контроля, стоило шершавому мягкому язычку в очередной раз пройтись по уздечке, Мол с хриплым рыком толкнулся чуть глубже и кончил прямо в ротик не ожидавшей такого тогруте. Что-то девушка смогла проглотить, но остальное семя стекало по губам и подбородку. Ничего более возбуждающего Мол не видел, он поднял её с колен, сам вытер карамельные губки, размазав сперму между их телами, прежде чем затянуть леди Тано в страстный развязный поцелуй. Забрак повернулся вместе с девушкой, подталкивая её в сторону кровати, пока её колени не уперлись в бортик. Прервав столь пленительный поцелуй, Мол опрокинул тогруту на мятое покрывало, опустился на колени и с силой развел в стороны её бедра, не слушая слабых возражений, мужчина начал целовать половые губки Асоки с неменьшей страстью и желанием, чем целовал её уста. Первое же прикосновение горячего и влажного языка к клитору заставило девушку смять в кулаках простыни, выгибаясь от удовольствия. Мол продолжал вылизывать её мокрые складки, иногда проникая во влагалище. Девушке казалось, что она вот-вот сгорит в его объятиях, в окружающей его ласковой Тьме, которая подобно хорошо вышколенному зверю слушалась своего повелителя. - Назови меня по имени! - потребовал он, медленно вводя указательный палец в лоно тогруты. - Ах! М-м-м-м! - От испытываемых ощущений леди Тано могла лишь стонать, тяжело переваривая поступающую информацию. - Назови моё имя! - Второй палец настойчиво проталкивался в узкий канал, большой накрыл влажный, набухший комочек нервов, лаская круговыми движениями. - Ох! - Заскулила Асока, чувствуя нарастающую бурю в своем чреве. - Мол... Мол! - Кончай! - Он не говорил, он приказывал своим низким, вибрирующим хриплым голосом. М-29 смотрел не отрываясь на прекрасное лицо Асоки, искаженное гримасой мучительного удовольствия, свободной рукой лаская восхитительно мягкую девичью грудь, ощущая как доведенная до оргазма бывшая джедайка теряется в нем, расслабляя сначала напряженные мышцы живота, а потом и лица, орошая его пальцы теплой влагой. Мужчина аккуратно вытащил пальцы, облизав их по одному, не сводя острого взгляда с распростертой перед ним тогруты. Все ещё приходящая в себя Асока не ожидала, что в её расслабленное после волны удовольствия тело так легко и совсем не больно войдет вновь вставший член Мола. Его большое тело накрыло её, закрывая от всего мира, отрывая от забот и тяжелых мыслей. Поцелуй был нежным, мягким со вкусом солоноватого мускуса для неё и сладостью соленой карамели для него: - Смотри мне в глаза, Асока, - хрипло проговорил он, мягко двигаясь в ней. - Прошу, посмотри в мои глаза. - Мол! - тогрута выгнулась, обхватила его сильные плечи и открыла затянутые поволокой удовольствия очи, встречаясь своими зелеными глазами с его желтыми. - Не отводи взгляд, - он смотрел, не мигая, пока его гибкое тело продолжало мягко толкать член в горячие скользкие глубины бывшего падавана. С каждой секундой, с каждым толчком Асока все больше погружалась в пучину удовольствия, стараясь не закрывать глаза, всматриваясь в своего любовника, видеть как он наслаждается ею, ощущать под ладонями его влажное от пота тело, чувствовать непередаваемо возбуждающий запах, который исходил от места их единения. - Твои глаза прекрасны, - произнесла девушка, коснувшись ладонью его щеки, продолжая словно загипнотизированная вглядываться в окруженную желтой радужкой тьму. Вместо ответа Мол страстно поцеловал её, с нажимом проникая в рот своим языком и владея ею всей, покусывая и посасывая нижнюю губку Асоки. Плавные толчки сменились на рваные сильные проникновения, заставляющие тогруту кричать в голос, ощущая как его член впечатывается в её точку наслаждения. Большая алая рука взяла девушку за горло и слегка сдавила его, вынуждая вновь открыть глаза. Мол хотел, чтобы она смотрела, наблюдала за ним, когда его семя снова вольется в её лоно, закрепляя его на неё право. - Не! Отводи! Взгляд! - хрипло рычал клон, желтые радужки почти исчезли, заполненные теменью расширенного зрачка. - Почувствуй... это! Леди Тано не могла себя контролировать, её тело двигалось навстречу яростным толчкам мужчины, принимая его как можно глубже, ноги задрожали, а тугой комок удовлетворения вновь развязался в её животе, заставляя беспомощно хватать ртом воздух. С хриплым стоном Мол вошел до предела, обильно изливаясь в нутро бывшей джедайки, затем рухнув всей тяжестью на миниатюрную тогруту, выпуская её шею из своей хватки. Сильный оргазм накрыл обоих, даруя невероятную легкость и целостность. Слабые, трясущиеся руки Асоки обняли лежащего на ней Мола, её внутренние половые губы в буквальном смысле подергивало от случившегося только что высвобождения. Наконец, Мол приподнялся, нежно покидая теплое тело девушки, хотя будь его воля, то он предпочел всю жизнь лежать в обнимку с Асокой, пока его член охватывала восхитительная теснота её лона. Оставив на губах легкий поцелуй, М-29 лег рядом на спину, притягивая к себе тогруту и накрывая их покрывалом. Несмотря на приятную усталость спать ни ему, ни ей не хотелось, мужчина нежно водил пальцами по плечу обнимающей его Асоки. - Эта планета очень красива, - тихо произнес Мол. - Раньше она была еще прекраснее, - подтвердила Асока, обводя пальчиками его красивые татуировки. - Это был рай, где можно было провести отпуск. А теперь здесь никто не живет. - И все же мне она больше нравится сейчас, - Мол повернулся и приподнял пальцами лицо тогруты за подбородок, выразительно заглядывая в глаза. - Почему? - удивленно спросила леди Тано. - Потому, что теперь это наш персональный рай, - его большой палец с нажимом прошелся по её губам. - Только для нас двоих. - В этом есть свое очарование, - он не дал ей закончить мысль, затягивая в страстный поцелуй, подминая под себя. "Надеюсь, мясо не испортиться", - быстро промелькнула на задворках сознания рациональная мысль, но до разума Асоки Тано она так и не успела добраться...