Only one kiss

Поцелуй №5. Обхватывание руками чужой шеи, крепкие объятия и последующий страстный поцелуй в губы. Ким/Маринетт Считайте это постканоном и АУ. Маринетт здесь 23, много после коллежа и учебы в университете

Маринетт буквально влетела в первое попавшееся кафе. Уже полгода как после окончания универа она подыскивала себе ателье, готовое взяться юное дарование себе в работники. Но всем нужны были обычные швеи, и ее желание создавать что-то новое не очень приветствовалось. Конечно, можно было попробовать обратиться за помощью к кому-то с института, но Маринетт хотелось добиться всего самостоятельно. А это получалось скверно. — Мне самый крепкий кофе, — не глядя заказала она официанту и спрятала лицо в ладонях. В Париже уже просто не осталось того ателье, куда она не приходила. И хоть родители ни словом ее не упрекали, наоборот поддерживали и помогали — легче от этого не становилось. Алья тоже всячески помогала советом и теплыми словами, но ее не было рядом: уехала вместе с Нино в Америку, покорять новые города. Маринетт тоже предлагали попробовать сменить если не страну, то хотя бы город. Только вот висевшая за плечами обязанность в виде шкатулки камней сильно мешала. Пусть Бражник сдался, пусть Кот Нуар сложил свои обязанности и начал новую нормальную жизнь — у Маринетт не было такой роскоши. Можно было все равно уехать в Нью-Йорк и там объединиться с Орлицей — но что если Парижу потребовалась бы Ледибаг? И поэтому она лишь вздыхала, пролистывая различные туры и рейсы из Парижа. Принесенный кофе был отвратительно горячим и горьким. Равно как и вся ситуация вокруг. Но стоило ей поставить стаканчик на стол, как его нагло вырвали из рук и сделали глоток. — В жизни не подумал бы, что наша сладкоежка любит горький кофе, — наглецом оказался высокий широкоплечий парень с обесцвеченными волосами, зачесанными назад. — Простите, но… — Маринетт запнулась, удивленно поднимая брови. — Ким?! — Ну наконец-то узнала, — ухмыльнулся ее одноклассник, и девушка не выдержав бросилась к нему с объятиями. — А я уже готовился получать по шее за то, что слямзил чужой кофе. Маринетт лишь рассмеялась. После выпускного их класс быстро разбежался: никто не хотел оставаться в Париже. Хлоя и Сабрина уехали в Лондон, Макс, Натаниэль и Марк втроем поступили в какой-то технический институт в Германии — они вместе работали над компьютерной игрой. Большая часть впрочем предпочла покорять штаты Америки. Ким же поехал в Китай, хотел встретиться с родственниками в Корее и осесть поближе к ним. По крайней мере, как это все знала Маринетт. — Ты здесь откуда? — наконец она отпустила его и усадила рядом. — Да вот, мимо проходил, смотрю, знакомая макушка сидит, вот решил и зайти проверить. Знал бы, что меня так будут встречать, первым делом бы зашел к вам в пекарню. Или ты съехала от родителей? — Ким приватизировал стаканчик с горьким кофе окончательно, но Маринетт была не против. — Нет, не съехала, — призналась она, но тут же покачала головой. — Но ты меня знаешь, я не поклонница путешествий, Париж все мое. Так что лучше расскажи мне про свои путешествия. — Все совсем плохо, да? — хмыкнул Ким, не поверив в ее браваду. — Чен, не изображай из себя героя передо мной, я тебе не Агрест, считающий тебя всесильной Ледибаг. — Повседневной, — поправила его Маринетт. — Он считал меня повседневной Ледибаг. — Ага, — закатил парень глаза. — Только даже Ледибаг требовалась помощь. Вспомни, сколько раз кроме нее появлялись другие супергерои? Так что колись давай. — Кто вы, молодой человек, — рассмеялась Маринетт, — не припоминаю, чтобы Ким Ли Тьен был таким чутким и внимательным. — Все меняется, — пожал тот плечами. — А мы как-никак друзья детства. Если тебе это поможет, мне тоже толком нечем делиться. Поступил было на юридический, но проучился где-то года два, после чего со скандалом отчислился. В итоге живу на свободной волне, подрабатываю то тут то там, да ищу к чему душа лежит. Знаешь, в коллеже считал себя лучше всех — а сейчас чувствую, что всегда был позади всех. — Аналогично, — призналась Маринетт, чувствуя себя немного лучше. — Всегда гордилась тем, что с детства практически знала, кем хочу быть, родители всячески помогают… только в дизайнеры пробиться сейчас трудно. Людям не нужны лишние конкуренты, им нужны рабочие руки. Поэтому я тоже на мели. Ким грустно улыбнулся и накрыл ладонью руку Маринетт. — Слушай, чем тут сидеть, пройдемся? — сменил он резко тему. У них обоих не было каких-то планов. Их нигде не ждали, они были свободны. И поэтому Маринетт недолго думая согласилась. Они гуляли по паркам, улицам родного Парижа, прошли мимо коллежа, болтая буквально обо всем. Ким рассказал об Аликс, что все-таки бросила спорт и подалась в историю, по стопам предков. Посмеялся над тем, что Хлоя все-таки не поехала в Нью-Йорк к матери, как угрожала им всем последние два года учебы. Показал скриншоты одной из игр Макса, сюжет и иллюстрации которых создавали Натаниэль и Марк. Маринетт в свою очередь поделилась последними музыкальными треками от Нино. Похвасталась Альей, что смогла пробиться в сотрудники Таймса, хоть и считалась пока нештатным репортером. Удивила тем, что Айван и Лука не забросили музыку, а все-таки создали свою полноценную группу и сейчас путешествовали в турне вместе с Джаггед Стоуном. — Жизнь, как видишь, сложилась у всех. Даже самый потерянный казалось бы Адриан Агрест… — она тихо хмыкнула, — сейчас в Японии. — Он с Кагами, ведь да? — уточнил Ким. — Не знаю. То есть… — Маринетт сделала глубокий вдох. — Они вместе, да. На обложках до сих пор мелькают. Но я стараюсь… Я больше не слежу за ним. У него своя жизнь, свой путь, у меня свой. Знаешь, раньше я еще любила представлять, как ворвусь в мир моды, буду перспективным дизайнером, и он увидев меня все поймет, заметит наконец… Но время идет, но как видишь, ничего не меняется. — И как успехи? — Ким не позволил ей сменить тему. Маринетт опустила голову. Под ногу попался камушек, и она все внимание посвятила ему, катая его по тротуару. Ким терпеливо стоял рядом, ожидая ее ответа. — Если я скажу, что я уже отпустила их, ты мне поверишь? — наконец тихо спросила девушка. Ким покачал головой. — Ты с его появления в коллеже не могла отпустить эти чувства, Чен, — напомнил он ей. — Так что сомневаюсь, что ты отпустила их сейчас. Я честно говоря надеялся, ты скажешь, что у тебя появился кто-то другой. Думал, что может Лука наконец смог вытеснить его из твоего сердца. Но вижу, что и он сдался. Маринетт еще сильнее опустила голову. Кто-то другой… Лука не пытался. Он терпеливо был рядом, пока мог — но после перед ним встал выбор: либо Маринетт, либо карьера. И он выбрал последнее. Был еще Кот… Который не сдавался до последнего. Но стоило Бражнику сдаться и отказаться от броши — как Кот изъявил желание тоже начать все заново, забыв о супергероях. Они оба поклялись друг другу не раскрывать никому секрет мистера Агреста — и Кот пропал, кольцо Маринетт после принес Плагг. И от того, как легко и быстро Нуар отказался от их дружбы и чувств к ней — становилось лишь хуже. Маринетт поняла, что плачет лишь, когда Ким крепко обнял ее, уткнувшись носом ей в макушку. — Ну тихо, Чен, тихо, — приговаривая, он гладил ее по волосам. — Они того не стоят. Маринетт шмыгнула носом. Она плакала не из-за парней. А из-за себя. Из-за своей убитой в хлам жизни. Она так хотела успеть везде, что в итоге единственная осталась ни с чем. Недохранительница, недогероиня, недодизайнер. Даже недовозлюбленная. *** Ким недовольно нахмурился. Маринетт плакала в его руках, а он даже не мог толком утешить ее, она не слышала его, уйдя с головой в свои мысли. А ведь он и вернулся в Париж специально ради нее, узнав от той же Аликс, что Маринетт сейчас была совершенно одна. Только вот она все еще не видела в нем кого-то больше, чем просто друга детства. Какая однако ирония судьбы. Ким поднял ее руки себе на плечи, чтобы было удобнее приподнять девушку, после чего мягко приподнял ее заплаканное лицо и поцеловал в губы. Да нечестно. Да грубо. Но удивленная Маринетт совершенно не сопротивлялась, и поэтому он просто пользовался шансом, то прикусывая ей нижнюю губу, то врываясь своим языком в ее рот. Она отвечала ему не менее страстно — а все остальное могло подождать.