Противостояние (One-Upsmanship)

— Ой, слушай, когда ты умолял Ричарда, — начал Динеш, с трудом сохраняя серьезное лицо, — ты в буквальном смысле целовал его ботинки, или просто сказал «Ну пожааалуйста, возьми меня на рабоооточку»? — Что бы я не делал, — стоя с тарелкой в руках, Гилфойл говорил в своем обычном монотонном стиле, что позволяло ему скрывать свои намерения, — Оно того стоило только ради того, чтобы не работать с тобой. Прозвучало это так, как будто все дело было только в Динеше. Но это, конечно, исключено. — Кстати, вы закрыли сделку с Перископом? — Да, — сказал Динеш, красуясь в своем кресле, — а через год мне достанется солидная доля в Твиттере. — Класс. — Класс. — И, — сказал Гилфойл, подбираясь, наконец, к сути, — над чем же ты работаешь? — Оу, — произнес Динеш, внутренне жутко нервничая, потому что, конечно, Гилфойл знал, и, конечно, он собирался заставить его сказать это. — Да так, мы настраиваем алгоритм, переписываем… классификатор с еды на… другие цели. Он ненавидел каждую секунду этого момента. Гилфойл наслаждался каждой секундой. — Ага, — сказал он, обходя стол, чтобы сесть рядом с Динешем, повернул стул и оседлал его. — Иными словами, ты с утра до вечера пялишься на мужские болты. Не буду тебе мешать. В его словах определенно прозвучал намек на самодовольство, несмотря на то, что он сохранял монотонный голос. — Фигасе, — сказал он, глядя на особо показательное изображение на экране Динеша, выпрямляясь на стуле и вздыхая. — Я бы подписал «На работе не смотреть», но это и есть твоя работа. На ближайший год. Минимум. Он демонстрирует хот-дог на своей тарелке, не отрывая взгляда от экрана. Динеш смущенно косится на него, молясь всем гребаным богам, чтобы Гилфойл не опустил глаза вниз. Простая близость этого придурка возбуждала его и беспокоила, заставляя представить себе, что каждое фото, которое он просмотрел, было фото Гилфойла. Опасно. — А это что? — спросил Гилфойл, склоняясь ближе и прижимая руку к плечу парня — и она слишком теплая для такого хладнокровного мудака, как неохотно замечает Динеш. Они оба пристально и задумчиво смотрят на изображение. — На самом деле хот-дог? — Гилфойл пользуется этим моментом, чтобы сделать большой аппетитный укус от своей еды. — Нет, — со вздохом ответил Динеш слегка надломленным голосом, — Не хот-дог. Гилфойл устроился поудобнее, по-видимому, настроенный сидеть рядом весь 8-мичасовой рабочий день и пялиться на болты других чуваков. Динеш изо всех сил старался не думать о возможных значениях всего этого, продолжая методично выискивать изображения пенисов. Он бы не выдержал, если бы подумал, что Гилфойл здесь по любой другой причине, кроме как посмеяться над ним. Он решил сохранять спокойствие и добавил изображение в папку, подписанную как «ЧЛЕНЫ», решительно не глядя куда-то еще кроме экрана, когда появляется новое фото — этот выглядит менее похожим на хот-дог, недвусмысленно и явно фаллический. Гилфойл делает еще один укус от своего хот-дога и молчит. Динеш перемещает картинку в папку «ЧЛЕНЫ» и открывает следующую. В этот раз это реально изображение хот-дога, и он помещает его в папку «НЕ ЧЛЕНЫ». На следующем изображении пенис, Гилфойл откусывает от своего хот-дога, Динеш помещает изображение в подходящую папку, открывает следующую, перемещает, следующую, перемещает, следующую… Гилфойл немного наклоняется вперед, кладя тарелку на стол рядом с Динешем, и проталкивая пальцем последний кусок хот-дога в свой рот, пытаясь прожевать половину за раз. Динеш чувствует жар, разливающийся по его телу, чувствует мучительное возбуждение, которое начинается в его груди и опускается вниз к его уже полу вставшему члену. Гилфойл глотает — глотает, блять — и снова начинает говорить. — Забавно, что половина из этих мужчин не представляет, что такое личная гигиена, и при этом, разумеется, они ожидают, что каждая девушка, с которой они спят, будет идеальной, — монотонно произнес он с едва уловимой напряженностью. — Кстати говоря, как Мия смотрит на твое занятие рассматривать гениталии других людей на протяжении всего дня? — Боже, не напоминай мне, — простонал Динеш, хотя это прозвучало скорее как нытье. Он воспользовался моментом своего показного раздражения, чтобы тайно передвинуть стул вперед, пытаясь спрятать выпуклость в своих штанах. Однако, ему не удалось сделать это достаточно непринужденно. — Похоже, это может стать большей проблемой, чем я думал, — сказал Гилфойл, демонстративно глядя на ширинку Динеша и смахивая крошки от хлеба со своей бороды. Тот слишком смущен и взволнован, чтобы сказать что-нибудь в ответ. — Интересно, как бы на тебя повлияло, если бы ты рассматривал фото кисок? — Хм, безусловно, мне бы это понравилось больше, — пробормотал Динеш, возвращаясь к работе, кликая на еще несколько изображений членов и перемещая их в папку, пытаясь при этом держать лицо. — А как насчет того, что это все еще дик-пики, а меня здесь нет? На этом моменте Динеш выронил свою беспроводную мышь, случайно смахнув ее с края стола на пол. Поспешно пытаясь поднять ее, он наклонился вбок и потянулся вниз к стулу Гилфойла. С такого ракурса, взглядом на уровне колен и через деревянные подлокотники кресла, Динеш увидел, что он не единственный, у кого проблемы с просмотром этих фото. — Уж кто бы говорил, — обвиняюще проговорил Динеш, позабыв про мышь, садясь назад и поворачиваясь, чтобы посмотреть на Гилфойла. — В конце концов, я то должен быть здесь. А у тебя какое оправдание, а? — Может, мне просто нравится смотреть на члены, — возразил тот. Он сказал это также легко, как обычно говорил о пицце на ужин, или о том, что Динеш может пойти нахер. Динеш был в серьезной опасности от второго, если все пойдет так, как он думает, и он не уверен, хорошо это или плохо. — Так значит, — сказал он, окончательно отворачиваясь от своего ноута и пялясь на лицо Гилфойла — легко и непринужденно, очень спокойно, это просто лицо, интересно, эти губы настолько хороши, как они выглядят?.. пытаясь прояснить ситуацию, — Ты у нас теперь гей? — Я смотрю сквозь стены тюрьмы смертного тела на душу внутри, — заявил Гилфойл без всякого выражения на лице. — Не важно, тот или другой там набор причиндалов, это мне не очень интересно. И ничто из этого не ограничивает источник, из которого я могу испить, чтобы удовлетворить свои физические потребности. Не волнуйся, — сказал он с усмешкой, — Душа должна быть достаточно привлекательной, так что ты в безопасности. — Подожди, — сказал Динеш, поднимая руку. — Если у человека, который тебе понравится, должна быть красивая душа, почему тебя возбуждают фотки членов? Разве это не должно быть чем-то посерьезнее? — Во-первых, душа по-настоящему важна только в реальных отношениях. И, во-вторых, ты был первым, у кого встал. — Так ты смотрел на мой член все время, пока не увидел, что он встал? — Что, если так? — спросил Гилфойл, поднимая бровь. Динеш бессвязно лепечет, целую минуту пытаясь связать слова и выдать хоть что-то осмысленное. — Т-так т-ты… Ты… ? — попытался спросить он, и Гилфойл думает, что он понимает, о чем вопрос. — Хочу трахнуть тебя? Да, — сказал Гилфойл. Динеш раньше спрашивал себя, что будет, если он посмотрит гей-порно. Но это был абсолютно новый уровень. Динеш ни в каком виде не мог вообразить, что с этим делать. А потом его как ударило: Гилфойл, этот мудак, он, блять, издевается над ним. Динеш вздохнул с облегчением, и все встало на свои места. — Иди нахуй, Гилфойл, — сказал он, разворачиваясь к ноутбуку и решительно используя тачпад, чтобы продолжить работу. — Дошло — ха-ха, Динеш любит члены, очень смешно. Теперь можешь отвалить. Если бы Динеш не знал его лучше — а он знал — он бы сказал, что этот короткий взгляд на лице Гилфойла, который он рефлекторно уловил в отражении экрана, выглядел разочарованным. Он начал пролистывать изображения быстрее. Гилфойл немного растерялся от того, что Динеш просто проигнорил его, но он признавал, что этого следовало ожидать. Чего он не понимал, так это — как он трахнет Динеша, если тот не был заинтересован в этом. Но он, черт возьми, был, и с этим нужно было что-то делать. Медленно, осторожно он поднял левую руку со спинки своего стула, проведя ею по спине парня, наклонившись ближе к нему, пока тот пялился на фото членов на экране. Динеш не отреагировал, продолжая работать быстрее. Гилфойл поднял вторую руку, оборачивая ее вокруг стула и тела Динеша. Просунул ее под плечом и медленно и уверенно уложил ладонь на его животе, на несколько дюймов выше его уже не такой маленькой проблемы. Пальцы Динеша вздрогнули на тачпаде, посылая совершенно очевидный снимок длинного хера в папку «НЕ ЧЛЕНЫ». — Блять, — прошипел Динеш, испытывая кучу эмоций, включая раздражение и еще что-то неопределенное, но весьма похожее на возбуждение. На мгновение он задержал дыхание, затем вскочил со стула и повернулся к Гилфойлу, чтобы посмотреть прямо ему в глаза. Гилфойл выдержал его взгляд с чем-то нечитаемым — это надежда? желание?.. насмешка? — в глазах, но ничего не выражающим лицом. Не говоря ни слова, Динеш развернулся и направился в сторону своей комнаты, от чего ему стало еще более неловко, так как теперь во время ходьбы его стоящий член получал столь желанное трение. Гилфойл смотрел ему в спину и думал, что он должен бы остаться здесь, списав все на свое стремление подшутить над Динешем. Но две вещи заставили его встать и последовать за ним. Во-первых, шутить над Динешем звучит только вполовину также прикольно, как трахаться с Динешем. А во-вторых, Динеш совершенно намеренно не запер, и даже не прикрыл дверь своей комнаты. *** Динеш стоял в центре своей спальни спиной к двери и очень громко думал. Он решил дать Гилфойлу ровно две минуты, и если этот придурок не придет за ним сюда, он закроет дверь и будет дрочить так, как и полагается разочарованному и только что отвергнутому человеку. Он был так поглощен этими мыслями, что почти пропустил тихий звук запираемой двери и щелчок замка. Но только почти — он быстро повернулся и увидел Гилфойла, который прислонился спиной двери, как обычно с нечитаемым выражением на лице. Они смотрели друг на друга, не двигаясь. — Если ты просто стебешься надо мной, — начал Динеш, раздраженно скрестив руки на груди, — хорошая работа, ты добился, чего хотел. Теперь прекращай. Я знал, что ты мудак, Гилфойл, но я никогда не думал, что ты самое натуральное воплощение зла. — Я думаю, — сказал Гилфойл, оттолкнувшись от двери и медленно, почти угрожающе приближаясь к Динешу, — Теперь мы можем смело сказать, что ни один из нас никогда не был натуралом в любых смыслах этого слова. Он остановился лицом к лицу в дюйме от Динеша, мягко притягивая его к себе за бедра. — Клянусь богом, Гилфойл, если ты все еще прикалываешься надо мн… Гилфойл прервал его поцелуем, и Динеш почувствовал его на удивление мягкую бороду на своем лице. В мозгу произошло короткое замыкание, и он едва смог закрыть глаза, что уж говорить о том, чтобы ответить на поцелуй. Потому что, черт, эти губы были даже лучше, чем выглядели, и Динеш был просто потрясен этим. Гилфойл отстранился, чувствуя себя немного неуверенно — эмоция, с которой у него было не так много опыта. Он прищурился и спросил: — Нет? — Т-ты, ох… — произнес Динеш, пялясь вниз на его губы, — Почему ты это сделал? — Потому что я хотел, — сказал Гилфойл, слегка сжав руками его бедра. — Почему ты хотел? — спросил Динеш срывающимся голосом, все еще боясь взглянуть ему в глаза. — Потому что ты мне нравишься. А когда мне кто-то нравится, я поступаю, как большинство других дееспособных людей, и целую его. — Гил… — Никакого стеба, — сказал Гилфойл со всей серьезностью в голосе. Динеш понял, что он говорит это совершенно искренне, и поднял на него глаза. — Ты мне нравишься, Динеш, и я хочу, наконец, сделать с этим что-то. Динеш не мог прийти в себя. Меньше пяти минут назад он был абсолютно доволен своей жизнью: хорошо оплачиваемая (иногда) работа, девушка, которую он немного побаивался, и дружба со своим бывшим коллегой-сатанистом. Дружба, которую он мог худо-бедно понять и принять. Но, стоит признать, он никогда не был хорош в отношениях с женщинами. Это всегда было тем, что он должен был делать, а не то, что хотел. А с тех пор, как он встретился с Гилфойлом в инкубаторе, он заметил одну вещь в своих редких сексуальных встречах с женщинами: глаза закрыты, тело напряжено, а в голове возникает образ рук Гилфойла, его губ, глаз, обнаженной груди. Разум просто протаскивал себя через все это. Ему не нравилось признаваться себе в этом, но у Динеша не вставал, если он не думал о Гилфойле. Это не то, что следовало бы говорить ему: у этого человека было и без того раздутое эго. Тем не менее, Динеш считал, что ему можно довериться. — Ладно, — сказал Динеш, — ладно, если мы собираемся это сделать, ты должен поклясться мне, что я не делаю ужасную, ужасную ошибку и не даю тебе повод для издевательств надо мной до конца жизни. — Не могу обещать, — возразил Гилфойл, вновь склоняясь к нему. — Потому что ты и правда даешь такой повод. Что я могу тебе обещать, так это то, что не буду использовать это против тебя до тех пор, пока ты не сделаешь что-нибудь банальное и тупое. Например, изменишь мне. — Подожди, — сказал Динеш, наоборот отклоняясь назад от приближающихся — и очень соблазнительных — губ Гилфойла, — Изменю? Ты имеешь в виду, что на самом деле хочешь… ты хочешь… — Отношений, да. Ты можешь заткнуться и дать мне поцеловать тебя? — Но как же Тара? — спросил Динеш, уже немного истерично, — Как же Мия? Я изменю ей с тобой, или ты изменишь Таре, или мы оба, или… — Перестань, Динеш, — раздраженно сказал Гилфойл, — Тара бросила меня несколько недель назад, когда поняла, что мне больше интересен ты. А ты можешь порвать с Ми-4 позже. Теперь мы можем заняться сексом, или тебе еще не надоело истерить? — Я… ох, — запнулся Динеш, очень остро чувствуя, что все происходит слишком быстро, при том, что несколько минут назад он вообще не знал об интересе Гилфойла. Но так же он чувствовал, что, кажется, ему это нравится, — Х-хорошо. Гилфойл улыбнулся — на самом деле улыбнулся, без какой-либо злости, насмешек, или чего-то другого кроме радости — и снова склонился к Динешу, чтобы поцеловать его. И в этот раз Динеш ответил. И это было хорошо — лучше, чем хорошо, это было восхитительно. Чудесно. Почти идеально. Динеш, как ожидалось, был довольно плох в поцелуях, но впервые в жизни Гилфойлу стало наплевать, насколько «хорош» его партнер, и он был рад просто целовать его. — Хочешь минет? — спросил Гилфойл, проводя руками от живота Динеша к его груди. Он почувствовал, как Динеш снова начал нервничать, и мягко поцеловал его в попытке успокоить. — Эм, д-да. Да, давай, — выдохнул Динеш, пытаясь скрыть всю свою нервозность. Еще с минуту Гилфойл просто поглаживал его бока и нежно целовал, пытаясь помочь ему расслабиться. Затем он медленно опустился на колени. Задрал футболку Динеша и поцеловал его живот, от чего его борода щекотала кожу. Гилфойлу казалось, что за последние два дня он совершил слишком много самоотверженных вещей — конечно, в основном для Ричарда — так что он считал, настало время сделать что-то и для себя, например, сделать Динешу минет. Он медленно расстегнул джинсы Динеша. Тот выглядел подозрительно спокойно, и Гилфойл внимательно следил за любыми признаками нежелания — он гордился тем, что был чутким любовником, и явно не хотел начинать отношения с какого-либо недоверия. По крайней мере, с недоверия в постели. Конечно, они всегда будут продолжать доставать друг друга по любым другим поводам, но это не помешает им обеспечить себе насыщенную сексуальную жизнь. Со своей стороны Динеш просто проводит пальцами по волосам Гилфойла и выжидательно смотрит. Гилфойл просунул пальцы за пояс джинс и нижнего белья и стянул все вниз, откидываясь назад, когда перед ним появился член с аккуратным участком темных жестких волос и на удивление стройные бедра. Одежда Динеша спустилась к его щиколоткам, и Гилфойл одной рукой задрал его футболку повыше к груди, а другой сжал его бедро. Он наклонился и, в последний момент избегая член Динеша, поцеловал его косточки на бедрах. Динеш не вполне уверен в том, что происходит. Он всегда представлял себе, что суть секса с Гилфойлом в том, чтобы давать и брать — Динеш дает, а Гилфойл берет. Сама мысль о том, что он на коленях выцеловывает линию от его бедер к члену, показалась бы забавной, если бы это не происходило прямо сейчас и не было бы так возбуждающе. Наконец — наконец — Гилфойл убедился в том, что Динеш хочет этого — он не станет умолять, это уже слишком — и опустился ртом на его член, горячо, влажно и чертовски великолепно. Динеш застонал, сильнее потянув пальцами его волосы, а второй рукой вцепился в его плечо, с закрытыми глазами откинув голову назад и открыв рот. Гилфойл усмехнулся, и Динеш издал звук, напоминающий урчание, сильнее прижимая к себе голову Гилфойла, которая все продолжала двигаться вперед и назад до тех пор, пока его нос не прижался к волосам на лобке. Гилфойл не двигался, не сглатывал, не делал ничего до тех пор, пока Динеш не посмотрел вниз. Вид, который открылся ему — Гилфойл с широко открытым ртом, очки сдвинуты, у губ скопилась слюна — всего этого уже слишком много. Завораживающее зрелище. Напряжение губ Гилфойла вокруг его члена великолепно. Что еще лучше, Гилфойл решил продолжить двигаться, подаваясь назад и вперед. Звук абсолютно пошлый, и это заставило колени Динеша подогнуться. Гилфойл двигал языком вокруг его члена, как мог бы делать лучший друг и злейший враг одновременно, что, вероятно, означало, что он делал это исключительно ради себя, а не чтобы понравилось Динешу. Идея ошеломляла — Гилфойл, как никто другой, действительно любит сосать члены. Динеш чуть не задохнулся при этой мысли. Дыхание вообще начинало становиться трудной задачей. Гилфойлу же дышать было еще сложнее, чем Динешу, с ощущением его тела везде и всюду и прерывистыми полудвижениями в свой рот. Он расслабил горло, стараясь дышать через нос. Насколько он помнил, прошло довольно много времени с тех пор, как он делал это последний раз. Но, к счастью, он знал, что у Динеша было не так много опыта в получении минетов, так что его неловкость останется полностью незамеченной. Он провел языком по кончику члена Динеша, слизывая смазку, и чуть не застонал от вкуса. Он никогда не признал бы это, но ощущение тяжести члена Динеша во рту понравилось ему гораздо больше, чем он ожидал. Он провел рукой по груди Динеша, по животу, возвращаясь вниз и нежно поглаживая пальцами влажную мягкую кожу у основания члена. — Гил… Гилфойл, — прошептал Динеш надломившимся голосом. Гилфойл приостановился, втайне немного разочарованный. — Что? — спросил он, хрипло и недовольно, как от желания прикоснуться к себе, так и от того, что его прервали. Но он не будет продолжать, если Динеш просит его остановиться. — Я просто… Ты, эээ… Ты типа слишком хорош в этом, если ты понимаешь, о чем я, — сказал Динеш, отводя глаза. Гилфойл хмыкнул и отпустил Динеша, садясь на пятки. Динеш расслабил руки, и его футболка опустилась вниз. — Не хочешь кончить перед главным событием? — спросил Гилфойл, поправляя очки и вытирая рот тыльной стороной ладони. Он посмотрел вверх на Динеша, который помотал головой, стыдливо прикрыв глаза. С небольшим трудом Гилфойл поднялся на ноги — двигательная моторика оказалась немного сложной из-за вставшего члена за плотной тканью джинс. — Снимай обувь, — сказал Гилфойл, задирая футболку и стягивая ее через голову, и скинул свои собственные кеды. Он выжидающе смотрел на Динеша, пока тот не сделал, что ему сказали — снял футболку, джинсы и белье. Теперь Динеш стоял перед ним абсолютно голый, что выглядело крайне аппетитно. И, кроме того, он решил проявить немного инициативы и сам потянулся к джинсам Гилфойла, расстегивая их и стягивая вместе с бельем. С пару мгновений Динеш просто пялился на его тело — твердая грудь, мягкий живот, безумно возбужденный розовый член, склоняющийся вверх и немного вправо. Затем Гилфойл переступил через свою упавшую одежду прямо в личное пространство Динеша, и обхватил его за талию, притягивая к себе. Динеш мог чувствовать все — движения мышц Гилфойла, когда он дышал, жесткую хватку его рук, и твердый член, прижатый к его бедру. Все это ошеломляло. — Никого нет дома, — прошептал Гилфойл ему прямо в ухо, склонившись ближе. — Джаред и Ричард у Гевина Белсона, Джан Янг в Равиге, Эрлих катается на двухтонной метафоре компенсации его маленького члена. Мы одни. Динеш не стал бы признавать, но одно только осознание этого бросило его в дрожь. — Ты можешь попросить обо всем, что ты захочешь, — продолжал Гилфойл, успокаивающе поглаживая его по спине. — Я не знаю, — начал Динеш. Не удержавшись, он склонил голову к плечу Гилфойла, — Я не знаю, чего я хочу. Я не очень-то в этом хорош. Он ненавидел признавать это, но это было правдой. Кроме того он начал ощущать небывалое чувство доверия к Гилфойлу, при этом осознавая опасность своего положения. Но реально, вся эта опасность, и его член только что был во рту парня — пусть все идет, как идет. — У нас не много вариантов, — сказал Гилфойл, поднимая голову Динеша, чтобы взглянуть ему в глаза. — Ты можешь трахнуть меня, я могу трахнуть тебя, или мы можем просто использовать наши руки и рты. Решать тебе. — Черт, — прошептал Динеш, закрыв глаза. Он был уверен, что Гилфойл почувствовал, как его член дернулся у его бедра. Он на самом деле не привык быть сексуальным с кем либо, не говоря уже о том, кому он реально нравится. Не нужно давать Гилфойлу понять, что он единственный, о ком Динеш думает в такие моменты. Единственный, о ком он когда-либо думал. Конечно же, тот никогда об этом не забудет. — Эмм, я думаю, ммм… Я бы хотел трахнуть тебя? Гилфойл ухмыльнулся. — Звучит неплохо, есть смазка? — С-смазка?.. — Смазка, презервативы, — сказал Гилфойл, направляя Динеша к кровати. — Ох, в тумбочке, второй ящик, — ответил Динеш, падая спиной на матрас. Гилфойл с ухмылкой смотрел на него сверху вниз — голого, лежащего на кровати. Его глаза скользили по обнаженному телу Динеша, и он отчужденно думал о том, что, возможно, ему понравится чувствовать этот член внутри себя. Даже несмотря на сильное желание самому его трахнуть. Если он ощущался так хорошо во рту, то может быть хоть раз ему понравится и в задницу. Тот факт, что это член Динеша, безусловно, никак не влияет на это. Хотя, что себя обманывать. Он дал Динешу немного прийти в себя, пока рылся во втором ящике тумбочки. Он понимал, что тот все еще нервничает из-за всего, что происходит. И также как он знал, что для него-то никаких преград не было, он знал также и то, что Динешу нужно немного времени, чтобы уложить все это в своей голове. Он повернулся, бросая презерватив на кровать рядом с парнем и жестом показывая ему подвинуться. Динеш сдвинулся назад, откинув голову на подушку. Гилфойл встал одним коленом на кровать, второе перекинул через бедра Динеша и навис над ним лицом к лицу. Он смотрел Динешу в глаза, изучая его, до тех пор, пока Динеш не выдержал и не подался вперед, прижимая свои губы к его. Его язык проскользнул в рот Гилфойла. Динеш смутно чувствовал на его языке свой вкус. Это возбуждало его больше, чем должно бы. Гилфойл откинулся назад, выпрямляясь на коленях, и открыл флакон смазки, немного выдавливая себе на руку. Динеш наблюдал за ним широко раскрытыми глазами, смотрел на выражение его лица и то, как двинулись его бедра, когда он просунул один палец внутрь себя. Гилфойл ухмыльнулся ему, и Динеш шлепнул его по бедру. — Придурок, — пробормотал он. — Да, — сказал Гилфойл, чуть затаив дыхание, — в этом весь смысл. — Не смешно, — проговорил Динеш, но его рука все еще оставалась на бедре Гилфойла, мягко лаская гладкую кожу. Мимолетно он успевает задаться вопросом, бреет ли Гилфойл ноги. — Ох, — выдохнул Гилфойл, его лицо искажено за стеклами очков. Его бедра начинают двигаться быстрее, сильнее, когда он просовывает второй палец в себя. Это странно, он пробовал делать это раньше, но никогда не получал удовольствия по настоящему. Приятно, осознавать, что конечной целью будет ощутить член Динеша внутри себя, почувствовать тепло Динеша под собой, увидеть его реакцию, почувствовать его взгляд на себе. Немного запоздало он понял, что причина, почему он так наслаждается этим, в том, что он делает это вместе с Динешем. Делает это для него. Осознание этого было намного более приятно, и совсем не так ужасно, как он ожидал. Он просунул третий палец внутрь себя, раскачиваясь на Динешем и прерывисто дыша. — Боже, Гилфойл, — прошептал Динеш. Он не привык испытывать такую реакцию к своим сексуальным партнерам. И совсем не привык получать удовольствие от того, что он видел сейчас. Гилфойл над ним выглядел почти великолепно. Вот уж никогда бы не подумал об этом. — Ты, эмм… — Я что? — спросил Гилфойл, открывая глаза и встречаясь с ним взглядом. — Не важно. — Я что? — настойчиво повторил Гилфойл, с усилием переставая двигаться. — Я просто подумал, что, эмм… Ты, типа, охх… красивый, — ответил Динеш, отводя взгляд и глядя на свою руку на бедре партнера. Гилфойл издал тихий смешок. — Спасибо, — проговорил он, продолжая растягивать себя, и опираясь левой рукой на грудь Динеша для равновесия, — Ты тоже ничего. — Ничего себе, — удивленно сказал Динеш. Его голос начинал приобретать обычные нотки сарказма, так как он позволил себе немного расслабиться, снова поглаживая ногу Гилфойла. — Прозвучало почти как комплимент. — А чего ты ожидал? — спросил тот, — О, Динеш! — начал он, немного повысив голос, — Ты прекрасен, как Адонис! Ты самый красивый мужчина, которого я когда-либо видел! — Заткнись, — засмеялся Динеш. — Ты бог секса! — Прекращай, — Динеш все еще продолжал широко улыбаться. — Твой член чертовски хорош, — сказал Гилфойл, и его голос постепенно вернулся к своему обычному тону. Он улыбнулся, поднимая бедра, и достал пальцы, вытирая их о покрывало. Динешу перехватило дыхание. Гилфойл потянулся за презервативом, откидываясь назад над бедрами партнера. Его член соприкоснулся с членом Динеша, твердым и возбужденным. Ухмыльнувшись, он наклонился, чтобы поцеловать парня, потерся об него, поглаживая его щеку, от чего его очки упали вниз. Это вызвало у обоих смех, и очки были быстро убраны на тумбочку. — Готов? — спросил Гилфойл с нехарактерной для него чуткостью. Хотя Динеш и не знал, каким Гилфойл бывает в постели, он был удивлен, каким он оказался щедрым и заботливым. Может быть, таковы они и есть, отношения с Бертрамом Гилфойлом. — Ага, — выдохнул Динеш, глядя, как тот открывает презерватив зубами. Гилфойл усмехнулся с оберткой во рту, затем повернул голову и выплюнул ее за край кровати. Он смотрел Динешу прямо в глаза, раскатывая презерватив по его члену. — Стой, — Динеш рукой придержал его за запястье. — Что такое? — спросил Гилфойл, неожиданно спокойно воспринимая то, что его остановили. — Я просто… ох… — Динеш, — вздохнул Гилфойл, — Просто скажи. Я держу твой член в своей руке — мы, типа, прошли точку невозврата. — Яещенеприкоснулсяктебе, — выпалил Динеш на одном дыхании. Он зажмурил глаза и крепче сжал его запястье. Гилфойл с секунду пялился на него, а затем, посмеиваясь, убрал руку с его члена. Он откинулся назад, опираясь на обе руки и подаваясь бедрами вперед. — Ну, давай, — сказал он. Медленно Динеш открыл глаза, а затем еще медленнее протянул руку, чтобы слегка коснуться головки одним пальцем. Дотронувшись, он отдернул руку, будто от ожога. — Он не кусается, — подбодрил Гилфойл. Динеш кивнул и снова протянул руку, оборачивая ладонь вокруг его члена. Гилфойл выдохнул, стараясь расслабиться, пока Динеш поглаживал его, лаская слишком мягко, слишком медленно, но так прекрасно. Он был серьезен, но не уверен в себе. — Неплохо. — Да, — прошептал Динеш с восхищением. — Ну, хватит, — приостановил его Гилфойл, убирая руку Динеша в сторону. Он снова взял смазку, позволяя нескольким каплям упасть на член Динеша. Динеш вздрогнул, втягивая в себя воздух сквозь зубы. — Осторожно, холодно, — поддразнил Гилфойл. Вскоре Динеш был готов, и Гилфойл переместился чуть вперед над его бедрами, так что его задница оказалась прямо над членом партнера. Не сводя с Динеша взгляда, он осторожно опустился вниз, позволяя его члену проникнуть внутрь. Он взял ладонь Динеша, обернул вокруг собственного члена, заставляя его усилить хватку до идеальных ощущений, и попытался расслабиться, раскрываясь над Динешем, чувствуя, как головка его члена толкается внутрь. Он закрыл глаза и выдохнул. — Ты в порядке? — спросил Динеш, нежно поглаживая его во время движения. Его голос стал хриплым от пьянящего ощущения того, как Гилфойл скользит вниз и вокруг него. — Отъебись, — сказал Гилфойл, делая движения жестче. — Я в норме. — Просто в норме? — зацепился Динеш, — Должно быть я еще дерьмовее в этом, чем я думал. — Можешь не сомневаться, — проговорил Гилфойл, заставляя себя до конца принять член Динеша, — Но это чувство охрененное. Динеш сжимал его член, другой рукой поглаживая его бедро. На несколько мгновений Гилфойл оставался неподвижным, давая себе привыкнуть. — Черт, Гилфойл, — прошептал Динеш, — Ты… боже… Ты просто невероятен. — Ммм, — это все, что Гилфойл мог сейчас ответить, начиная двигаться, вскидывая бедра вперед и назад, вперед в его руку и обратно на его член. Он издавал стоны, перенося вес тела на свои ноги, и таял, как горячее масло, когда головка задевала его простату. Он откинул голову назад, обнажая шею, и Динеш мог видеть движение его голосовых связок, когда он тихо стонал. — Да, вот так, Динеш. Динеш не мог больше удержать свои бедра, услышав это, и он толкнулся внутрь его тугого горячего тела. Он никогда не был с мужчиной, и никогда не занимался этим с женщиной. Это так, так намного лучше, что он не мог сказать, причина в том, что это анальный секс, или в том, что это Гилфойл. Возможно, и в том, и в другом. — Черт, — выдохнул Гилфойл, сжимая руки в кулаки на груди Динеша. Он толкался в ладонь Динеша и прижимался к его бедрам, когда Динеш двигался ему на встречу, — Вот так. — Ты, ох… — вытолкнул Динеш сквозь стиснутые зубы, — Ты реально разговорчивый во время секса. — Вообще-то, нет, — ответил Гилфойл напряженным голосом. — Ты просто — блять — особенный. — Особенный? — Заткнись, — Гилфойл сдвинул брови, понимая, что сказал не то, что хотел. — Нет. Почему я — твою мать — особенный? — Отъебись. — Нет, почему я особенный? — повторил Динеш, заставляя свои бедра перестать двигаться и убирая свою руку от члена Глифойла. Гилфойл скулит — на самом деле скулит! — и толкается сильнее. Тогда Динеш крепко сжимает его бедра. — Ну ты и мудила, — прорычал Гилфойл. — Ответь на вопрос, и мой член в твоем распоряжении, — усмехнулся Динеш. — Ты просто бесчеловечен, — посетовал Гилфойл, опуская голову и буравя Динеша осуждающим взглядом. Однако, все же, продолжил, — Ты особенный, потому что я бросил Тару из-за тебя. Динеш усмехнулся и, наконец-то, вновь начал трахать его — как следует и агрессивно. — Я спал с Мией, только чтобы привлечь твое внимание, — сказал Динеш, желая переплюнуть его в этой игре один на один. — А я издевался над тобой, чтобы привлечь твое, — парировал Гилфойл. — Думаю о тебе, когда трогаю себя. — Думаю о тебе, когда трогаю кого угодно, — возразил Гилфойл. Теперь он верхом на Динеше, их бедра двигались в такт, чуть врозь и снова вместе, и член Динеша задевал его простату каждые несколько толчков. — Не могу кончить без мыслей о тебе, — прошептал Динеш. Он уже не был уверен, что хочет выиграть в этой игре. Все вело на опасно эмоциональную и секретную территорию. — Черт, — воскликнул Гилфойл, — Черт, это горячо. — Я думал о тебе каждый раз, когда трахал кого-то, — признал Динеш, скользя ладонью по члену Гилфойла. Он закрыл глаза, — Должен был. Просто не получалось этого не делать. Думать о том, как трахнуть тебя, трогать тебя, чувствовать. Сейчас это еще лучше, чем я мог себе представить. Так охуенно, Гилфойл! — Я, — начал Гилфойл, решительно настроенный выиграть в этой игре, как и всегда, — люблю тебя. Бедра Динеша дернулись, и он едва успел понять, что именно сказал Гилфойл, до того, как его тело среагировало. И он кончает, кончает, и его член пульсирует внутри Гилфойла. Динеш громко застонал, выгибая спину, откинув голову и плотно зажмурив глаза. Гилфойл сдерживал себя еще немного, опускаясь вниз до упора и ловя каждое ощущение до тех пор, пока не кончил следом, попадая на напрягшийся живот и грудь Динеша. Он замедлился и вскоре упал на грудь партнера, пачкаясь в собственной сперме. Динеш обхватил его руками и крепко прижал к себе. Они не шевелились. — Ты победил, — прошептал Динеш в копну волос Гилфойла. — Но, — он сильнее сжал его в объятиях, — если это имеет значение, я тоже тебя люблю. Гилфойл рассмеялся, поднимаясь и садясь над Динешем, вымазанным его спермой и полностью выдохшимся. — Что ж, — произнес он самодовольно, — Так я и думал.