Мой добрый фей

У всех бывают плохие дни, а порой откровенно паршивые, но в последнее время они казались мне нескончаемыми, и что бы я не делала, всё становилось только хуже. А начиналось вполне невинно — четыре месяца назад я начала отношения с парнем, по которому вздыхала до этого почти полгода, и ещё год уговаривала себя, что он не стоит того, чтобы по нему вздыхать. Как же я была права… На самом деле некоторые парни созданы просто для того, чтобы на них смотрели. Смотрели, вздыхали и ни в коем случае не трогали руками, иначе так можно и поцарапать или попросту разодрать в клочья призрачную мечту о том, что он будет верным и заботливым именно со мной. Так и случилось, когда я встретила Вадима. Мы познакомились в последний год учёбы в школе, куда я перешла учиться после переезда. Он был высокий и красивый, спортсмен и капитан школьной футбольной команды, а я не то, чтобы серая мышка, но и не первая красавица школы. Рядом с ним всегда были толпы девчонок, а рядом со мной моя долбанутая подруга, которая могла часами ржать со слова «фалафель» и самое страшное, что я ржала вместе с ней… Сколько же я наслушалась увещеваний и намёков о том, что мы с Вадимом друг другу не подходим, но была влюблена без оглядки. Я писала ему длинные письма и прятала их в ящике рабочего стола, я посвящала ему стихи, вкладывая туда остатки своего скудного таланта, я приходила на каждую его тренировку и делала вид, что разбираюсь в футболе. Я потратила кучу времени и нервов, сгрызла килограмм ногтей и загадила всю личку подруге, но всё-таки добилась того, чтобы он был со мной. Но на деле оказалось, что в сказках, которыми я так зачитывалась в детстве, было слишком много обмана. Почему никто не предупреждал, что принц после первого поцелуя превращается в тыкву и занимает своё законное место на диване, где сутками смотрит футбол? Иногда он, правда, возвращает себе облик принца, но лишь чтобы отправиться на вечеринку, где будет куча других прекрасных принцесс. Вот и сегодня я скучала на диване в гостиной едва знакомой квартиры, слушая о том, как Вадик рассказывает своему другу о победе в финале городского чемпионата по футболу, где он забил решающий гол в девятом классе. Ей-богу, он бы ещё свои детсадовские достижения вспомнил, когда не промахнулся мимо горшка. Потом они дружно обсудили игру какого-то крутого зарубежного спортсмена, который в последние годы начал сдавать, и, вот неудачник, завоевал только кубок своей страны, а не победу на чемпионате мира! Вадик умолк всего на несколько минут, да и то только в тот момент, когда мимо проходила симпатичная подружка хозяйки квартиры. — Ты меня с собой потащил, только чтобы я задницу той девчонки заценила? — не выдержала я, потянув его за плечо. Вадик вздрогнул, словно бы не ожидал, что я буду здесь. Я вспыхнула. — А я тебя никуда и не тащил, — меланхолично отозвался Вадик, делая глоток из банки с пивом. Если бы я могла, то поперхнулась бы от такого поворота. — Я тебе говорил, оставайся дома. Заодно пожрать приготовишь, а то у нас опять шаром покати. Ну да, конечно, я виновата, а то, что он ест больше, чем рота солдат, и я не успеваю готовить, ему, очевидно, в голову не приходило. Или ему нужна постоянная подзарядка для его диванных упражнений? Я нервно вздохнула, чувствуя, как на меня накатывает злость, и сжала руки в кулаки. Да я не помню уже, когда в последний раз из дома выбиралась, ничего не вижу из-за этих кастрюль, и теперь моей главной радостью стали походы по его друзьям, чтобы слушать русский рэп и про косяки пресловутого Месси. — Знаешь что, шаром покати в твоей копилке спортивных достижений, а у нас дома всё нормально, — пробормотала я, скрещивая руки на груди. В комнате воцарилась тишина, и только Витя Коротков усмехнулся. Он единственный, кого я успела запомнить из этой шайки-лейки, пару раз он отвозил меня домой, когда Вадик забывал где-нибудь на стадионе. — Ты в курсе, что мне неприятно, когда ты пялишься на других девушек? — Чего? — нахмурился Вадик, делая глоток из своей банки. Мне кажется, я даже услышала скрип своей поехавшей крыши. — Хорошо. Объясню твоим языком, — произнесла я вкрадчиво, вскакивая с дивана. Я смирила Вадика злым взглядом и продолжила: — Вот представь, твой обожаемый Криштиану Роналду посреди игры забыл про «Ювентус» и пошел подбадривать соперников! Неприятно? Так вот и мне неприятно, когда ты на других пялишься! Я грёбанный брошенный «Ювентус»! — Блин, Насть, чё ты несёшь? — буркнул парень, вновь прикладываясь к банке с пивом. Ясно, он меня уже не понимает. — Какой нафиг Роналду? Ну ты и истеричка, а? Мне перед людьми неудобно, чё ты мне истерики при всех катаешь? Говорил же, вали, если хочешь, думаешь кто-то посмотрит на такую ненормальную? В комнате повисла тишина, и я почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Может, я и правда, истеричка, но слишком давно хотела всё это сказать. — Знаешь что, а я её у тебя забираю, — вмешался вдруг Витя, вставая со своего места и направляясь ко мне. Не знаю, кто больше офигел от такого поворота — я или Вадик. — Эта ненормальная в моём вкусе. Насть, пойдём отсюда? — А с удовольствием, — отозвалась я, протягивая ему руку. Но Витя просто закинул меня к себе на плечо, из-за чего невольно взвизгнула. — Удачи, Вадик, и передай той девчонке, что у неё классная попа! Спустя несколько минут мы с Витей уже стояли во дворе на улице. Я пробовала закурить, игнорируя его скептичный взгляд, ведь раньше никогда этого не делала. Но в тот момент хотелось безумно, и я так и теребила бы зажигалку, если бы Витя мне не помог. Я сделала одну затяжку и тут же отбросила в сторону сигарету, закашлявшись. Гадость. — Вить, ты мне скажи, почему мы девчонки такие дуры, а? Зачем я терпела этого козла? — прошептала я, пытаясь отдышаться. Слёзы хлынули по щекам, и я вспыхнула. — Делала ему пирожные в виде футбольного мяча, форму его стирала даже выучила гимн нашей сборной… Зачем? — Вадик — придурок. У него в голове воздух вместо мозга, как у футбольного мяча, — ответил Витя, выбрасывая в урну окурок от сигареты. Я невесело усмехнулась, и он потянул меня к себе. — Я никогда не понимал, что такая классная девчонка, как ты, делает возле него. — Ты разве не слышал? Я ненормальная, — фыркнула я, убирая руки в карманы. Витя стиснул меня крепче, но мне совсем не хотелось отстраняться. Было тепло и комфортно, а слёзы сменились робкой улыбкой. — Всё терпела, ожидала, что он исправиться. Вдруг в сказке про Золушку была пропущена страница, и ей нужно было ещё расколдовать принца, стирая носки? — По-моему, в сказке про Золушку её увозят как раз после того, как она понимает, что стирать носки — не то, что ей подходит. Может, мой мотоцикл, конечно, и не карета, но для начала, наверное, сойдёт, — улыбка парня стала только шире, и я уже не могла не улыбаться в ответ. Он взял меня за руку, чтобы увлечь в сторону парковки, и я охотно последовала за ним. Лишь бы подальше отсюда. — Давай сейчас поедем к тебе домой и выкинем оттуда вещи злобной мачехи-Вадика, чтобы она снова превратилась в замок. Я ему их потом в общагу закину… в окно. У меня не было причин для возражения, более того, я бы не прочь швырнуть вещи прямо в Вадика, но сойдёт и окно. Кажется, у меня пелена слетела с глаз и теперь не могу поверить, что всё это время его терпела. — А потом ты станешь моим принцем? — почти серьёзно спросила я, остановившись напротив мотоцикла. Не то, чтобы я была готова к новым отношениям, но присутствие Вити так приятно грело и умиротворяло, что я не хотела его отпускать. Кажется, я замечала это и раньше, просто боялась признать. — Лучше. Я твой добрый фей, — заявил Витя, придвигаясь ближе. Я ощутила тонкий аромат его парфюма. — Закрой глаза и загадай желание. Я послушно выполнила просьбу, и в следующий момент Витя поцеловал меня в щёку. Открыла глаза, только когда он спросил: «Загадала?». — Угу, — кивнула я, чувствуя, как от смущения алеют щёки. Это было так невинно, но в то же время приятно. — Кажется, сбылось…