Его имя - недоразумение

На свете нет ничего абсолютно ошибочного. Даже сломанные часы дважды в сутки показывают точное время Опять этот дом: тот же высокий потолок, стены, большое зеркало. Рейха несли на руках, потому что он все ещё был в полуобмороке, но происходящее слышал и понимал, только видел, как будто бы, от третьего лица. Вот его аккуратно кладут на кровать, укрывая пледом. Вот ставят стакан воды на тумбочку, рядом. А вот выключается свет, оставляя нациста при свете луны. *** Немец проснулся где-то к часу дня. Странно, верно? Не спать несколько дней подряд, а потом раз, и за пару часов выспаться. Звучит как магия? Если вы так подумали, то вы правы. Рейх действительно не выспался и мог спать ещё, как минимум дня два, но он поспал только 7 часов, желая встать и разобраться что же тут происходит. Ему было интересно все: кто тот человек, который его «продал», как Артур здесь появился, известно ли побольше о Денисе, и главное, почему его не пристрелили ещё там, в лесу у костра. Он тихо встал с кровати, выпив пару глотков воды, стоявшей рядом, вышел из комнаты, спустившись вниз по лестнице, сделал пару спонтанных поворотов и вышел на кухню. Как неудивительно он наткнулся на коммуниста, задумчиво пьющего кофе и листающего газету. Ариец молча сел за стол, напротив Союза, и молча устремил свой взгляд вниз, как бы сожалея о содеянном, тем самым привлекая Советов. – Давай поговорим - отложив газету, тихо сказал русский. – У меня есть выбор? - играя, точно так же тихо, сказал нацист. – Выбора у тебя почти никогда не было - продолжал вести диалог Союз - пройдёмся? Нацист посмотрел на коммуниста - А не боишься, что сбегу? – После произошедшего? Нет, - вставая сказал СССР, одновременно выходя из кухни. Нацист последовал за ним. Одевшись и закрыв дверь на замок, они вышли на улицу и пошли пешком куда-то в неизвестном нацисту направлении. Шли они молча. Каждый думал о чём-то своём. – Ничего не хочешь у меня спросить? - молча и смотря вдаль, сказал Рейх. – Нет, у меня к тебе вопросов нет, разве что такой же, - так же, смотря вдаль, ответил русский. Рейх замешкался. Конечно, у него были вопросы, даже горы вопросов. Но он предпочёл задать один, который хотел спросить ещё в самом начале этой суматохи: – С моими детьми все будет хорошо?... Революционер даже не задумался - Да, у них прекрасное будущее. С души немца спал камень. Больше волноваться ему было незачем. Спустя ещё пару минут молчания они вышли в поле с холмами. Двое поднялись на один из таких холмов, к которому вела тропинка. Присев на зелёную траву, Союз сказал: - А теперь ты расскажешь мне все как было и в мельчайших подробностях. И Рейх так и сделал. Он рассказал ему все историю этой недели, почти все его мысли и поступки. Коммунист слушал внимательно, оглядывая его собеседника с ног до головы: его волосы, которые неаккуратно распределились по всей его голове, рубашку, которая первая попалась на глаза при одевании, худые ноги, руки и плечи. Белые шрамы на запястьях и голубые, цвета неба, глаза. На рассказ ушло много времени. Сидели они так пару часов. Даже солнце уже начало заходить. И только тогда, когда речь зашла о Артуре, который волок его через лес, и нацист спросил, как они их нашли, коммунист оторвался от вида немца и сухо рассказал: – Это было несложно. Он же споткнулся и упал. Звук был довольно громкий, поэтому было бы странно, если бы мы его не услышали. Да ещё и ты засмеялся, слух у меня, как ты знаешь, неплохой, поэтому мы и последовали за вами. Flashback Выстрел мимо виска Рейха и его падение действительно принесли большой стресс коммунисту. Он всем видом пытался это не показывать и у него вроде бы даже получилось. Конечно же его подчиненые мигом схватили похитителя и унесли обратно к машинам. Нациста же поднял советский сам, следуя за уходящими людьми. Группа подошла к машинам. Всё отдавалось красно-синим цветом из-за мигалок. Большевик аккуратно положил ССовца в машину, закрыл дверь и подошёл к британцу, которого точно так же силой пытались запихнуть в кузов грузовика с решетками. Он спокойно стал рядом машины и наблюдал за происходящим. Наконец Джонсон решил обратить на него внимание. – Откуда он у тебя? - спокойно спросил коммунист. – Мне его продали! Я не виноват! Я не крал его! - у англичанина была истерика. – Адрес ~ - спросил революционер, на что Артур прошипел номер дома и улицу. Услышав точный адрес «продавцов», большевик развернулся и пошагал к машине, где находился Рейх. Он сел назад, рядом с нацистом, и назвал адрес шофёру, одновременно сообщая через окно, что надо будет заехать ещё кое-куда. Поездка была долгой, около 2-ух часов. Наконец приехавши в Москву, они зашли в булочную, адрес которой был дан Артуром. «Обманул что ли?» - подумал Союз. Но всё-таки решил удостовериться. Подойдя к явно напуганному продавцу, он прошипел что-то по типу «Мы знаем, что вы торгуете людьми, так что или вы признаёте это, или последствия будут велики». Продавец сразу куда-то убежал, сказав проследовать за ним. Большевик и ещё пару людей оказались в кабинете, в котором сидел худой человек. – С-С-Советский С-Союз? Ч-чем м-мы можем в-вам помочь? - заикаясь спросил незнакомец. – Арестовать - сказал коммунист своим людям, которые набросились на Всех присутствующих в комнате. Выведя всех обратно на улицу, Советский подошёл к машине и уже собирался садится, как вдруг, тот незнакомец вырвался, подбежал к революционеру и задал довольно нестандартный вопрос. Обычно его просили не убивать или что-то в этом роде, а он выпалил: – Как вы нашли нас? Кто вам помог?? – Меня удивляет, что вы смеете говорить так со мной. Вас предал некий Артур Джонсон. И так бледный незнакомец побелел ещё сильнее. Видно было, что они были хорошими знакомыми, и такое предательство было совершенно нехарактерно ему. Краем глаза продавец заметил Тройку, который, посапывая, спокойно лежал на заднем сиденьи. – Зачем вам этот немец? Он же нацист!Почему вы не пристрелили его? - на его лице застыло пугающее удивление – Мистер, это непросто нацист. В ваших руках был Третий Рейх, а вы этого даже не заметили - закатив глаза, сказал СССР и поспешно сел в машину. «Все таки удивление и разочарование хорошая комбинация» - подумал Союз, смеясь и провожая взглядом арестовавшего. Ариец же неосознанно и тихо заскулил в углу машины. Союз посмотрел на него, придвинулся ближе и обнял это чудо. Как же давно он этого не делал. End of flashback – Понятно, - ответил Рейх Ещё пару секунд неловкого молчания. – Скажи, - начал коммунист - В какой момент все пошло не так? Конечно, Союз старался начать издалека. Такой манёвр был довольно известен для немца, но такого диалога избежать было невозможно, как бы Рейх этого не хотел и не пытался всеми способами перевести тему. – В каком .. смысле? - да, дурачка из себя ССовец строил отлично, пытаясь как можно дальше запихнуть эту тему. – Рейх, этот диалог должен был случится ещё пару месяцев назад, не пытайся строить из себя дебила, тебе это не поможет. Немец опять посмотрел на Советкого так, как будто бы он ничего не понимает - Я не понимаю о чем ты.. Flashback Первый школьный день не задался. Да, все уже знали, что Рейх и Союз жили вместе, а из-за времени проведённого вместе, по школе поползли слухи. Некоторые были даже очень личного характера. Коммунисту казалось если бы в их школе был приз за «Самую популярную НЕпару», то в этой номинации они бы непременно что-нибудь бы, да завоевали. Многие из-за этого очень сильно бесились. Особенно девочки, которые всем видом пытались привлечь внимание большевика. А в частности Китай. О, эта девушка была отдельным видом искусства. Она ненавидела Рейха просто так, но не издевалась, как та Троица. Кстати насчёт них. После того случая в саду, Союз окончательно стал хвостом нациста, не отрываясь от него ни на шаг. Поиздеваешься тут, конечно. Пару ударов по лицу конечно никто не желал, поэтому половина школы ненавидела Арийца просто «тихой» ненавистью. Было бы странно если бы таких случаев, а именно поцелуев, больше не было между этой НЕпарочкой. Да, как ни странно такое случалось много раз. В основном по ночам, когда все спали. Пару раз коммунист даже зажимал Тройку в коридоре, но дальше не заходило, в основном большевику просто нравилось пугать эту страну и наблюдать за реакцией, ну а потом конечно отгребать по-полной от этой же страны. Примерно так и прошёл последний год обучения коммуниста в школе. У него были довольно смешанные эмоции, но один вопрос его тревожил больше всего: «что будет с Рейхом?». Он оставляет его тут, уезжая вместе с отцом в Россию. И вот уже в конце учебного года, в мае, на ужине в поместье, Российская Империя решил снять оковы с этой тайны: – Рейх, как ты знаешь, в этом году, летом, мы уезжаем обратно в Россию, а ты должен доучится и отправиться к себе, в Германию. – Да.. я в курсе - нацист явно погрустнел. – Поэтому после того, как мы уедем, я передаю опекунство над тобой моему хорошему Союзнику и другу - Французской империи Нацист аж вздрогнул от такого заявления. Отец Франции - был не самой дружелюбной личностью, не говоря уже о самой Франции. А ЯИ и КИ не смогут его защитить от этих сумасшедших, даже если захотят. – А-а м-можно мне к-к кому-нибудь другому..? - промямлил нацист в тарелку – А в чем проблема? ФИ очень дружелюбный и готовый придти на помощь. – А ещё он эгоист и лицемер - с улыбкой на лице сказал только что вошедший коммунист, садясь рядом с немцем. – С чего такие выводы - РИ изогнул бровь. Причины выводов большевик предпочёл не раскрывать, поэтому просто закатил глаза и принялся за еду. *** День расставания - ужасная вещь. Вот вы когда-нибудь испытывали такое? Когда хочется просто лечь и истерично реветь в подушку сутками напролёт, до того момента, когда человек вернётся. Такого даже врагу не пожелаешь, хотя.. бывают разные люди (или страны). На станции стояло довольно много человек. И все они пришли для того, чтобы попрощаться с русскими. 3 июня. Этот день нацист запомнит надолго. Тут можно было заметить почти всех: и выпустившихся одноклассников коммуниста, друзей, просто знакомых, бывших, ну и просто заинтересованных лиц. Перед поездом стояли русские и прислуга, который держал чемоданы. Они прощались со всеми желающими. Ариец точно так же стоял на перроне, ожидая своей очереди. Люди, страны и города уже начинали расходиться, ведь до отправления поезда оставалось пару минут. Вскоре кроме Союза, Рейха и французов никого не осталось. – Мы будем ждать тебя в машине - сказал ФИ, уводя за собой дочь. Теперь кроме них двоих никого не было. Коммунист медленно подошёл к ССовцу и притянул его к себе за талию. – Ты специально так сделал? - спросил нацист прижимаюсь ко второму. – Оставил нас с тобой вдвоём за пару минут до отправления поезда? Да. - нацист на это лишь фыркнул. Прости - усмехнувшись сказал Советы. Их губы слились в поцелуе. Ничего необычного, это был обычный поцелуй, но место и ситуация придавали ему своей эстетики. Оба понимали, что возможно в следующий раз они увидятся только на политическо-мировой арене. Полностью они насладиться друг другом не могли, все-таки общественное место.. поэтому они забирали друг у друга как можно больше, запоминая каждую секунду. Оборвал поцелуй первым нацист. – Тебе пора, - тихо прошептал Рейх в губы Цесаревичу. Союз лишь посмотрел ему в глаза. – Люблю тебя, - так же шепотом сказал коммунист и остановился, как бы ожидая ответа. – Я тоже.. люблю тебя - сказал немец. Снова поцелуй. Но уже короткий. Большевик отпускает Тройку и, не оборачиваюсь идёт ко входу поезда. Поднимается на 2 ступеньки. Опять смотрит на Рейха и улыбается ему. Поезд трогается. Рейх стоит на перроне единственный. Провожая этот Рейс в Москву взглядом, пока он не скрывается из виду. End of Flashback – Нет, Рейх, ты отлично знаешь о чем я, - Союз придвинулся ближе, чтобы нацист слышал каждое его слово, - ты хотел сбежать от неприятностей, от долгов, от всего, хотев получить господство. – Это был не я, ты же знаешь – Вторая личность - это не оправдание, обычно она делает то, что хотел бы ты на уровне подсознания. Что было причиной такого мышления? Тройка ещё пару секунд помолчал, а потом сказал: – Ты.., - он сказал это шепотом, чтобы никто не смог его расслышать, говорил это себе, как будто самоутверждаясь. Такой ответ Союз похоже действительно не ожидал, поэтому не смог ничего ответить. Чувства многолетний давности оставались у обоих. Постепенно картинка начала складываться во что-то более менее адекватное. Им бы не позволили быть вместе. Причины на то довольно ясны. А из-за гордыни немца попросить помощи - это что-то невероятное. Но зачем? Столько людей погибло, и все из-за этого недопонимания. – А что бы было если бы у тебя получилось? - смотря вдаль сказал Союз, на что Рейх залился смехом – Я бы сориентировался на месте - улыбаясь сказал нацист. Они посмотрели друг на друга, оглядывая лица. Ариец опять улыбнулся и подсел ближе, положив свою голову на плечо коммунисту: – Пойдём домой? – Ого, да я вижу ты теперь тоже считаешь это домом? - не упустил возможности подколоть русский. Рейх же только закатил глаза. Потом они оба рассмеялись. Их лица опять были такими же веселыми, как и когда-то в детстве. И так же близко. Революционер кратко посмотрел на губы нациста: – Помнишь.. ты должен был мне желание? - тихо спросил русский. Немец лишь медленно моргнул в знак согласия. – Ну тогда .. - Союз спокойно прикоснулся кончиками пальцев до шеи нациста, а потом поцеловал его, мягко и неглубоко, чтобы не спугнуть ССовца. – Нам нельзя .. - разорвав поцелуй сказал Рейх – Нам все можно - прошептал коммунист и сново впился в его губы, но уже по-другому. Он обхватил затылок Тройки, ещё сильне прижимая к себе. А потом с силой прикусил губу, от чего нацист вздрогнул. Из губы пошла кровь. «Возможно опухнет» - подумал большевик. Но эта мысль сразу же улетела, как только вернулся здравый рассудок. Поцелуй опять был разорван, но на этот раз Союзом. – Пойдём-ка обратно, уже скоро начнёт темнеть - с доброй улыбкой сказал это большевик. *** Каждый думал о своём, но мысли все время возвращались на то место. «Вроде бы был агрессивный, а тут такой подарок во плоти» - думал Союз - «его как будто подменили» - коммунист сново посмотрел на нациста: «Что с тобой не так?» - углубляюсь в свои мысли подумал Советы, уводя взгляд.