Причина жить

Не удивительно, что после небольшой пьянки Драко проснулся во втором часу дня. Голова раскалывалась на маленькие кусочки. Зажмурив глаза, парень пытался вспомнить вчерашний день и всё то, что произошло. Но похмелье не позволяло сосредоточиться. «Определённо надо записать в причины для того, чтобы покончить с этой жизнью. у невозможно!» — в шутку подумал блондин, но после очередной вспышки боли решил, что это уже не шутка. И тут он вспомнил о том, что на днях потерял свою чёрную тетрадь, а Гарри, его новый приятель, с которым он познакомился по дороге домой с принадлежностями для рисования, вернул её. Точно. Гарри. Малфой оглядел комнату, в которой проснулся. И был очень рад, что находился у себя дома. На столике, недалеко от дивана, где провёл ночь парень, стоял стакан с водой и таблетка. А под лекарством лежал небольшой клочок бумаги. Пересиливая себя, он направился за спасением. — Как же хорошо… — блаженно простонал Драко после того, как полностью осушил содержимое стакана. Казалось, прохладная вода чувствовалась каждой клеточкой тела. Это помогло прийти немного в чувство и вернуться к мыслям о тетради. Воспоминание яркой вспышкой озарило блондина. Под действием алкоголя язык у него совсем развязался. Он говорил спокойно обо всём на свете, словно понятия «личное» вовсе не существовало. Но и Поттер не казался треплом, что через час сразу же побежит всем подряд рассказывать о том, о чём услышал. Поэтому без зазрения совести решил узнать причину, по которой Гарри к нему сегодня подошёл. — Слушай, Гарри, а зачем ты сегодня ко мне подошёл? Мы как-то упустили этот момент. Но ответа не последовало. Наоборот, последовало действие. Брюнет как-то слишком довольно улыбался, потом поднялся со своего места и направился в коридор. «Он что, собрался вот так вот уйти?». Но все сомнения тут же разрешились, стоило приятелю вновь появиться в дверном проёме и облокотиться на него. С лица улыбка так и не сошла, только вот теперь он что-то держал в руках. — Ничего не терял? И тут Драко искренне удивился. Даже не пытаясь скрыть эмоции, повеселел и стал похож на маленького ребёнка. В глазах заплясали искорки. Всё-таки приятно было знать, что твои труды не пропали зря. Да и Гарри стал казаться ещё более надёжным человеком. не каждый бы решился поднять чужую вещь, а потом ещё и вернуть. Минимум бы не обратили внимание и прошлись грязными ботинками. Максимум выкинули бы в мусорку. — Ты нашёл её? Я думал, что потерял её навсегда… спасибо! Малфой вскочил с места и поспешил повиснуть на шее Поттера. Он правда был ему благодарен. Радость била через край. А потом он почувствовал, как чужие руки в ответ обвили его талию. Нежно, аккуратно, словно боялись его раздавить. Дыхание Гарри щекотало его кожу, отчего Драко глупо захихикал. Но счастье настолько накрыло его в тот момент, что он просто отложил тетрадь в сторону, продолжая благодарить брюнета. Хотя осмотрительность хотела заглянуть внутрь утерянной и вновь приобретённой вещи и проверить на целостность. Всё-таки Поттер оказался очень хорошим человеком. Ведь, судя по всему, именно он уложил его спать, накрыл пледом и оставил воду с таблетками неподалёку от него. Как будто знал, что Драко будет очень плохо по мере пробуждения. Он вспомнил о записке. Написано было мелким аккуратным почерком. Прищурившись, Драко беглым взглядом начал читать. Доброе утро, Драко. Если ты это читаешь, значит уже проснулся и выпил обезболивающее, которое я оставил. Оно должно быстро подействовать, на себе знаю. Завтрак стоит в холодильнике. Ты уж извини, я, во-первых, вчера съел у тебя всё, что было; во-вторых, я не умею так хорошо готовить как ты, но это правда съедобно! Извини, я немного решил навести порядок. Надеюсь, ты сильно не будешь ругаться. Но, если что, готов искупить свою вину! Я должен уйти, появились неотложные дела. Но постараюсь с ними быстро разобраться. Увидимся в институте! С наилучшими пожеланиями, Гарри Поттер. И правда, «спасителя» в квартире Малфой не обнаружил. Но, как и было сказано в записке, везде было идеально чисто. Краски были аккуратно сложены обратно в коробочку, палитра была отмыта (а её, наверняка, пришлось долго отмывать от акрила), кисти тоже были чистыми. Пустые бутылки не валялись на полу, где вчера парни их оставили, а были также вымыты и сохли вместе с остальной посудой. «Он что, решил просто так прибраться? Ненормальный…» — подумалось блондину. И брюнет ещё извинялся за то, что прибрался в квартире? Да Драко был безумно рад! Ему меньше работы. Он считал, что удивить после такого его уже ничего не сможет. Но рано он начал зарекаться. В холодильнике парня ждал завтрак. Завтрак, который приготовил никто иной, как сам Гарри Поттер и про который он ему также указал в записке. Но надо было признать, что готовил Гарри неплохо. Даже хорошо. Младший Малфой с аппетитом быстро умял свой завтрак и поспешил привести себя в порядок, так как в зеркале его приветствовал какой-то опухший и явно потрёпанный парень. «Меньше пить надо. А лучше вообще не пить». Настроение почему-то было прекрасным. Хотелось улыбаться и смеяться. Малфой даже спел какую-то мелодию, что всплыла в памяти. Такой окрыляющей радости он давно не чувствовал. И это ему определённо нравилось. Но потом обнаружил на столе чёрную тетрадь. Пальцы медленно прошлись по слегка шершавой обложке. Приятно вернуть в своё владение то, что, казалось, утеряно навсегда. Первые страницы внутри были нетронуты. Дальше Драко ожидал увидеть пустые листы, но… но они были не пустыми. На них небольшим, всё тем же аккуратным почерком было что-то написано. В том, что это почерк Гарри, Малфой не стал сомневаться, хотя на всякий случай сверился с запиской. Парень начал читать, хмуря брови. Несколько вещей, которые помогут взглянуть на жизнь под другим углом. И что это такое? «Зачем мне это? Зачем мне смотреть на жизнь под другим углом? Меня и так всё устраивает вполне». Но блондин заставил себя изучить написанное дальше.

Первое.

Твоё будущее зависит от того, насколько хорошо ты умеешь слушать себя в настоящем.* Звучало так легко и просто. Казалось бы, Драко точно знал то, кем будет в дальнейшем. Он даже мог детально представить каждый день из своей предстоящей жизни. Это был такой некий план, который он должен выполнить в жизни. Но… кому он должен? Правда ли он хочет этого? Это привело его в ступор. Сомнения поселились в душе, мысли метались из стороны в сторону, били тревогу. Кажется, храм в душе парня дал первую трещину. Вновь.

Второе.

Когда перестанешь обманывать себя, больше никто тебя не обманет. Придёт ясность, и в этой ясности станет всё возможно.* И это послужило основой для следующей трещины. «Нет, нет, нет…» — билась тревожность внутри черепной коробки. Она словно пыталась выбраться за границы тела Драко. И его прошибало крупной дрожью. Руки начали дрожать, дыхание учащалось. В общем, все признаки, характерные для банальной тревожности. Но давить в себе это состояние парень не стал. Он отключил разум, остановил все мысленные процессы. «Сначала дочитаю, а потом буду делать выводы». И это оказалось наилучшим решением в данной ситуации.

Третье.

Зверь, который однажды попал в капкан, впредь внимательно следит куда ступает. Прежде чем связать свою жизнь с кем-то, гляди в оба.

Четвёртое.

Перевязать раны предкам — значит самому от их боли освободиться.

Пятое.

Сердце ― тот же клубок, мареновый, колючий, горячий. Каждый день отматывай от него по чуть-чуть и вплетай в работу. Превратить своё сердце в свой труд немногие могут, а ты сумей, в этом твоя задача.

Шестое.

Жизнь опасна — в этом её прелесть. Только тот, кто готов к встрече с опасностью, растёт, поднимается выше.

Седьмое.

Если что-то злит — злись. Злость — острый нож, разрежь им верёвки. Верхом на злости быстрей доберёшься до места, в котором хотел бы оказаться.

Восьмое.

Если швея не попортит ткани, не научится шить платье.

Девятое.

Каждый сам ткёт свою жизнь. День — узел. Нить отматывай не от клубка, а от сердца, и наслаждайся.

Десятое.

Кто копирует, ошибок не допускает. Однако мастерство постигается через ошибки.

Одиннадцатое.

Не надо спасать всех подряд — вот и не будет разочарований.

Двенадцатое.

Род — это всегда загадка. Твой смех, твои мечты и сны — не случайность. Это всё от кого-то тебе досталось. И твоя судьба — не твоих рук дело, она выкована в кузнице твоего рода. Страдания завязывают узлы на нитях кровных связей. Кому-то из потомков придётся эти нити распутать.

Тринадцатое.

Узоры — главное в ковре, именно по ним тебя и запомнят. От тебя зависит — будешь повторять или собственные оставишь.

Четырнадцатое.

Всё приходит к тому, кто умеет ждать и черпать в ожидании силу.

Пятнадцатое.

Если хочешь, чтобы с тобой обращались, как с королём, у тебя должно быть своё королевство. * На этом записи резко обрывались. На лице Малфоя больше не было улыбки. Нет, он не был опечален. Просто все эти строки заставили впустить в тело новое и странное чувство. Словно эти истины он давно знал, они спали в нём крепко. А теперь пришёл Поттер и заставил их пробудиться. Всё ли он делает так, как действительно желает? Всё ли устраивает в его жизни? Кем он хочет быть и кем хочет уйти из жизни? А главное, как долго он хочет быть в этой жизни? Слишком много вопросов с самого утра и ни одного внятного ответа. Выходные Драко провёл дома. Он не выходил в магазин, не заходил к родителям. Ни разу не притронулся к краскам и холсту. Ничего не готовил и не читал. Просто лежал в кровати, наполовину прикрытый одеялом, смотрел в потолок немигающим взглядом, словно там было что-то безумно интересное, и думал. Думал обо всём на свете. Обо всём, что приходило на ум. Поначалу это было похоже на самокопание, которым блондин не любил заниматься. Но после понял, что надо со всем разобраться. Бежать от себя и от проблем было максимально глупо. Ведь всё равно рано или поздно придётся с ними разбираться. И лучше уж сейчас, чем на старости лет, когда будешь уже думать, что потратил жизнь впустую, а изменить ничего не можешь. Поттер в его жизни за эти выходные ни разу не объявился. Порой даже казалось, что Малфоя младшего галлюцинации или ему всё приснилось. Но лежащая в раскрытом виде (надо сказать, после прочтения «дополнений» вещица так и осталась лежать нетронутой более) тетрадь на страницах с чужим почерком говорила об обратном. И если на свои личные вопросы блондин смог найти неуверенные и робкие ответы, но на вопросы «Зачем он это сделал?», «С какой целью?» и «Он что-то задумал?» вообще никаких объяснений не было. Самое разумное решение — это просто напрямую при встрече спросить у Гарри, а не придумывать самому себе оправдания. Утро понедельника подобралось незаметно. И если бы не совесть, что навязчиво пыталась достучаться до хозяина, Драко остался бы лежать в кровати. Он превратил утренние сборы в самую настоящую драму. Стонал и томно вдыхал отражению в зеркале, пока чистил зубы и умывался. Завывал жалобную мелодию в то время, как готовил себе завтрак на скорую руку. Он был похож в тот момент на шестилетнего ребёнка, что со старенькой потрёпанной кепкой в руках пел песню «У Курского вокзала стою я молодой, подайте Христа ради червонец золотой».** А что уж говорить про то, как он одевался на учёбу. На физиономии красовалось такое выражение лица, что хотелось отдать ему всё имущество, лишь бы перестал смотреть на мир таким образом. По дороге в институт он заметил, что ничего вокруг не поменялось. Всё тот же старенький автобус, что ведёт уже знакомый в лицо водитель. Дорога тоже не изменилась, осталась прежней, со всеми ямками и кочками. Остановка возле учебного заведения осталась неизменной, как и само заведение. Вообще ничего не поменялось. Но всё равно казалось, что что-то не так. Малфой не догадался, что изменился он сам. На короткий промежуток времени блондин смог почувствовать себя хорошо. Даже улыбнулся! Предвкушение от возможной встречи с Гарри не могло не радовать. Ведь он сможет сказать всё, что накопилось внутри. И потребовать ответы на все вопросы. На каждой паре он слушал внимательно, конспектировал каждое важное слово профессоров, хотя сам с усилием сидел на месте. Только вот совсем не подумал о том, где они и каким образом пересекутся. И в этом была ошибка. Пары закончились, а Гарри нет, нигде нет. Блондин внимательно осмотрелся, пытался в толпе отыскать знакомую макушку, но безуспешно. А факультет приятеля он не знал. «Может его вообще сегодня не было? А я как дурак ищу…». Малфой отбросил все мысли и решил навестить родителей. Наверняка их смутило его долгое отсутствие. Его просто тянуло к Поттеру. Он казался таким нереальным, но в то же время был таким простым и понятным. С ним хотелось говорить, проводить свободное время. хотелось смотреть мелодрамы по телевизору, шутить и пить алкоголь. Хотелось обсудить все возможные темы и узнать его точку зрения. В конце концов, просто хотелось узнать, зачем он написал в тетради те несколько вещей, что должны были помочь Драко взглянуть на жизнь по другому! «Взглянуть на жизнь по другому…». А ведь действительно. После прочтения записей блондин стал по другому относиться к окружающему миру. Нет, всё осталось прежде, просто теперь он сам себя заставлял подумать о привычных вещах под другим взглядом. И что-то внутри подсказывало, что это войдёт в привычку до конца его дней. Да, надо признать, Поттер оказался прав. И Драко был готов признать это ему в лицо, только Гарри нигде не было. Нарцисса была очень рада сыну. Сразу же поспешила накрыть на стол, попутно расспрашивая про самочувствие и учёбу. Драко поделился последними новостями. Рассказал о том, что решил заняться рисованием. Мельком также упомянул приятеля. Mama была приятно удивлена. Ей казалось, что сын в ближайшее время не сможет никому открыться, но, видно, прогадала. Углубляться в подробности сын не стал, а родительница не настаивала. «Захочет — сам расскажет» — это был девиз женщины. Немного позже домой с работы вернулся и Люциус. Уставший и вымотанный, но это не помешало ему также, как и матери, порадоваться приходу ребёнка. Даже усталость отошла на задний план, стоило только увидеть всю семью вместе. Всё вновь шло своим чередом. Уютная обстановка закутала парня в своё одеяло. На какое-то время он даже позабыл обо всех проблемах и переживаниях, которые ходили за ним по следам последнее время. Совсем даже не хотелось возвращаться домой. Нарцисса предлагала (а Люциус даже настаивал) остаться на ночь в родительском доме, но Драко будто кто-то толкал домой. Именно сегодня. Впрочем, остаться на ночь в любом случае не вышло бы. Настроение к ночи скатывалось стремительно быстро, грозило пробить даже дно. Зачем лишний раз расстраивать родителей? — Дорогой, береги себя! И не забывай нас навещать. Мы ведь волнуемся. — щебетала мать, пока блондин собирался. Она даже положила ему с собой еды. Драко очень повезло, что сумка была практически пуста и туда влезло всё то, что домой упаковала ему mama. Правда за чёрную тетрадь он всё-таки распереживался, тревога опять кричала мерзким голосом, поэтому было решено нести её в руках. — Хорошо, мам. Доброй ночи. Он поцеловал миссис Малфой в щёку, кивнул papa и поспешил на остановку. Темнело. Хотелось поскорее вернуться домой. Пришлось даже немного пробежаться, чтобы успеть на последний автобус. «Повезло» — подумал Драко. Стоило заплатить за проезд, как транспорт в тот же момент тронулся с места. Улыбка коснулась уголков его губ. Салон же был полностью пустой. Он уселся поближе к выходу, взял смартфон и наушники, подсоединил друг к другу и включил первую песню в своём плейлисте. Приятная и знакомая мелодия ласкала уши.

It's not too late To turn this ship around To sail into the wind my love Before we run aground.

Взгляд уставился на виды за стеклом. Пускай и было плохо видно, но даже темнота не мешала Драко любоваться даже асфальтом. Но он нашёл к чему можно придраться. Свет фонарей. Он любил тёплый и мягкий жёлтый свет. Он успокаивал и сильно не бил по глазам. Под таким освещением хотелось гулять поздно ночью. Но то, что он видел сейчас… нет, конечно же Драко понимал, что для участков дороги лучше использовать белый яркий свет, чтобы водители в темноте видели, куда едут. Но гулять под такими фонарями самая настоящая пытка. Сразу чувствуется дискомфорт. Словно ты на допросе по какому-нибудь убийству. Согласитесь, ощущение не из лучших. Пускай уже было поздно и надо было быть давно дома. Пускай, возможно, стоило остаться у родителей, но ощущение того, что ты едешь к себе домой лучшее, что можно было испытать. На душе было тепло. И вишенкой на торте была играющая в наушниках музыка. Драко вообще особо не любил слушать музыку таким образом, но именно в данный момент очень хотелось. Малфой младший не заметил как быстро добрался домой. Еда, которую дала mama, оказалась как никогда кстати. Особенно за рисованием. Было странно, конечно, но вдохновение проснулось внезапно. И пока оно было, стоило этим пользоваться. Час, второй, третий и первая картина была закончена. На холсте красовалась небольшая деревушка, во главе которой стоял храм. По дороге вглубь села шла женщина. И самое главное (Драко нравилось это больше всего) — клумба. Клумба с пионами под забором у одного из домиков. Это всё так сочеталось, так выглядело гармонично, что Малфой очень был доволен своей работой. Акриловой краски потребовалось на всё очень много, но оно того стоило. Оставалось только повесить свой первый «шедевр» на стену. Малфой лениво потянулся, зевнул и направился на кухню для того, чтобы приготовить кофе. Сонливость потихоньку накатывала, но блондин знал — это от того, что он долго сидел на одном месте. Немного активности и небольшая доза кофеина должны были исправить ситуацию. Чайник медленно закипал. В одном из кухонных шкафчиков нашлось печенье с кунжутом. И пока вода закипала, Драко решил размяться. Наклоны взад-вперёд всем телом и приседания помогли размять тело. Правда блондин едва удержался на ногах, едва не падая на спину, попутно ударяясь головой о все косяки и углы мебели, когда услышал, как к нему стучатся в дверь. «Я же не ждал никого». Но всё же направился открыть нежданному гостю. — Ну что такое… — начал было возмущаться Малфой, открывая дверь, но не договорил до конца. Он застыл в немом шоке. Перед ним стоял никто иной как Гарри Поттер, что улыбался во все тридцать два. — Ну, привет. Я войду? Неловкое молчание повисло между парнями. — Драко? И тут Драко вышел из шокового состояние, нервозно поправляя прядки волос. — Да… да, заходи. Не ожидал тебя увидеть… Это было чистой правдой. Он уже успел расстроиться днём и успокоиться после у родителей. Казалось, день должен прекрасно закончиться, без всяких мыслей о брюнете, но нет. Он появился собственной персоной в его квартире как ни в чём не бывало. Стоит такой уже знакомый, улыбается. «Нет слов, одни эмоции.». Поначалу оба молчали. Никто из них не спешил нарушить идиллию. Стояли на кухне и наблюдали за закипающим чайником. Гарри даже успел украсть «незаметно» одну печеньку, на что блондин лишь хмыкнул и улыбнулся. Это выглядело слишком мило. Потом же чайник начал издавать свист, словно говорил «Ну и чего мы ждём? Я готов!». — Почему тебя не было в институте? — Малфой решил нарушить их молчание, пока разливал по кружкам кипяток. Гарри выдавил тихое «спасибо» и по детской привычке подул на жидкость в кружке. Драко правда едва сдерживал в себе рвущуюся наружу нежность. — Были некоторые… неприятности. Но сейчас уже всё хорошо, я же пришёл вот к тебе. — Поттер пожал плечами и поднял взгляд. Теперь уже блондин смутился, его щёки потихоньку начали заливаться алым цветом. Брюнет лишь приподнял уголки губ. И разговор завязался сам по себе. За печеньем пошли бутерброды. Драко настолько был воодушевлён беседой, что едва не нарезал палец. Повезло, что вовремя остановил Гарри, он отделался лишь царапинами. Больно не было, но неприятно саднило, да ещё и кровь долгое время не хотела останавливаться. Поттер, видя это и не слушая слабое сопротивление приятеля, подручными средствами, найденными в ванной, обработал порезы и заклеил пластырем. И всё бы ничего, но парень не сдержался и коснулся в невесомом поцелуе пластыря. Драко шумно сглотнул, не смея отвести взгляд от лица, на котором появилась искренняя улыбка. С его уст после сорвалось едва слышимое «спасибо», но Гарри этого вполне хватило. После же они переместились в гостинную, на диван. На фоне шла по телевизору мелодрама, на которую ни один, ни другой не обращали внимания. Поттер увидел законченную картину и очень долго нахваливал её, рассматривая абсолютно все детали. Румянец не думал даже сходить с щёк младшего Малфоя. Было до жути приятно слышать такую критику к своей первой работе. Особенно от этого человека. Так уж получилось, что Малфой смеялся так долго и заливисто с очередной шутки, что, не удержавшись на одном месте, упал головой на коленки прямо Гарри. Только последний совсем не был против. Наоборот, зарылся пятернёй в светлые пряди, нежно и аккуратно их перебирая. Драко замер, будто ждал, когда его прогонят, но такой реакции не последовало. Он позволил себе расслабиться и дальше лежать в такой позе. Постепенно усталость брала верх, блондин чувствовал, что скоро уснёт. Рой мыслей покидал его голову под приятный тембр гостя. Хотя гостя ли? — Кстати, Гарри, я хотел спросить. — парень заёрзал на своём месте и улёгся так, чтобы видеть глаза приятеля (и опять вопрос, приятеля ли?). Поттер равнодушно пожал плечами. — Спрашивай. — Тетрадь, которую ты мне вернул… это же ты написал в ней те пункты. Я… зачем это? — в голове слова звучали гораздо смелее, нежели вышло на самом деле. Но сказанное уже не воротишь. Блондин, казалось, в ожидании замер и перестал дышать, попутно пытаясь отыскать хоть что-нибудь во взгляде зелёных глаз. Поттер слишком тяжело вздохнул. На секунду в зрачках потухли задорные искорки, что до этого плясали. — Гарри? — Я просто не хочу, чтобы ты даже думал о смерти. Я всегда… всегда желал тебе только самого лучшего? Даже со стороны, лично тебя не зная, я всегда хотел видеть тебя только счастливым. Мне не составило труда узнать, что это твой почерк, да и ты мелким шрифтом на форзаце указал фамилию. Я просто испугался за тебя. И мне ничего лучше не пришло в голову. Я очень надеюсь, что ты дочитал до конца и тебе это помогло, — он замолчал и невесело усмехнулся. То ли с самого себя, то ли с глупости Драко. Последнему стало дико стыдно и неловко за свои записи, но всё же кое-что он не мог уложить с своей голове. Нахмурив брови, он молча ждал продолжения. — Да, я понимаю, что мы познакомились совсем недавно, но я тебя знаю давно. Наблюдал за тобой со стороны. Не подумай ничего плохо, просто… просто ты мне действительно нравишься. И я искренне хочу стать близким для тебя человеком, которому ты можешь доверить абсолютно всё. Но я пойму, если ты попросишь меня уйти, ведь… Договорить Поттер не успел. Его губы накрыли чужие, такие желанные, надо признать. И он, откинув все мысли далеко и надолго, поддался. Целовал он остервенело, самозабвенно. Целовал так, будто блондина сейчас не станет. В порыве страсти случайно укусил нижнюю губу Малфоя, тот протяжно застонал прямо в поцелуй, не прерывая его. И Гарри сносило голову. Он бережно зализывал ранку языком, будто извинялся, а внутри появилось дикое желание кусать намеренно, чтобы слышать стоны. Драко же понял сразу, что его «звуки» пришлись по душе брюнету, поэтому не стал сдерживать пляшущих в душе чертей и слишком откровенно стонал. Парень не понимал, что творит, но на черепной коробке просто было выцарапано огромными буквами «Поцелуй Гарри Поттера». И он поцеловал. Хотелось сделать всё нежно, но о какой нежности идёт речь, когда Поттер целуется как бог и ласкает пальцами его лицо. Сколько так они сплелись друг с другом? Неизвестно. Но воздуха стало критически не хватать в лёгких. Малфой отстранился и открыл глаза. Зелёные радужки напротив были затуманены, поэтому, усмехнувшись непонятно чему, блондин вновь прильнул к сладким губам. На этот раз уже смелее и немного наглее пропихнул язык в чужой рот, куда его впустили с огромной радостью. Языки переплелись и стали одним целым. Оба парня улыбались прямо в такой интимный момент. «Не хочу, чтобы это заканчивалось» — томно вздохнул Драко, из-за чего брюнет остановился и взволнованно окинул бледное лицо взглядом. «Вот же ж, кто просил?». — Ты в порядке? — Поттер прищурился. — В полном. Второй раз говорить парню не надо. Он с губ переместился на нежную кожу шеи Драко, зацеловывая каждый миллиметр и щекоча сбитым дыханием. Малфой младший хотел возмутиться, так как побоялся засосов, но шёпот Гарри «Я не буду метить, не переживай» заставил окончательно расслабиться. Стоило бы обсудить произошедшее, но оба думали о чём-то своём. — Драко… ещё не поздно сказать, что я люблю тебя? — Нет. Но готов ли ты подождать, пока я смогу наверняка ответить, что тоже люблю тебя? Поттер тихо рассмеялся, перебирая светлые пряди в своих руках. Время остановилось для этих двоих. Но, кажется, его ответ был заведомо известен давным давно. — Если ты будешь рядом, то хоть до конца моей жизни.