Ярмарка сердца

      Казалось, кровь в венах закипела, а сердце перестало биться. Лань Чжань не просто касался его губ своими, а целовал так, будто ничего важнее в его жизни не было. Жарко, глубоко, настойчиво. Ласкал сначала одну губу, потом вторую, проводил языком, кусал, высасывал весь воздух. Вэй Ин перестал чувствовать своё тело, полностью отдаваясь неожиданно властному заклинателю. Он плавился, постанывал, ёрзал, податливо размыкая губы, но глаз не открывал. Боялся, что это окажется всего лишь сном или его фантазией. Да, Вэй Усянь фантазировал о Втором молодом господине Лань, теперь можно было признаться. Хотя бы самому себе.       Когда Лань Чжань отстранился, заклинателя тут же пробил озноб, настолько ощутима была эта потеря. Глаза сами по себе распахнулись, с измученных сладкой пыткой губ сорвался жалобный стон. Неужели сказка закончилась? То, что он увидел перед собой, чуть не лишило его сознания. Несмотря на опустившуюся на ночной город темноту, улицы всё ещё подсвечивались фонарями, поэтому лицо Лань Чжаня было хорошо видно. Вэй Ин больно прикусил язык и ущипнул себя. Ничего не изменилось, перед ним всё также был Второй нефрит ордена Гу Су Лань.       — Клянусь, больше никогда не называть тебя ледяным айсбергом, — зачем-то пробормотал Вэй Усянь, на автомате приподнимая дрожащие пальцы и показывая жест клятвы. Он пожирал глазами блестящие, распухшие и влажные губы Лань Чжаня, мысленно ловя каждый рваный выдох. Заклинатель выглядел настолько… человечным что ли, что хотелось потереть глаза и убедиться снова. Цветные лучи окрашивали обычно бледную кожу во все цвета радуги, а глаза излучали что-то такое, отчего внизу живота заныло. Вэй Ин, не в силах сдерживаться, снова застонал, утопая в остром хищном взгляде. Яркий. Лань Чжань такой яркий, такой горячий, что не было возможности противостоять.       — Ты опять дрожишь, — хрипло произнёс Ванцзи, от чего Вэй Ин еле сдержал очередной постыдный звук. Да что же это такое! Если он и дальше будет так реагировать, то не ровен час… Ах!       — Лань Чжань, пожалуйста… — только и смог прохныкать заклинатель, особо не понимая, что просит. Чтобы его поцеловали ещё раз? Чтобы Лань Чжань перестал его пожирать глазами? Чтобы больше никогда не смел смотреть на кого-либо, кроме него? Надо было придумать хоть что-то, иначе Ванцзи подумает о нём нехорошо. — Давай вернёмся в комнату.       Лань Чжань только кивнул. Послышался шелест, а потом стало невыносимо холодно. Пришлось быстро шевелиться, упаковывая снасти и хаотично складывая ткань, чтобы хоть как-то согреться. Дорога обратно казалась невыносимо долгой. Настолько, что Вэй Ин даже пожалел о том, что придумал именно это. А вдруг, как только за ними закроется дверь, всё вернётся на круги своя? Лань Ванцзи снова отстранится, а ему останется только кусать губы, да бережно хранить воспоминания.       В комнате было темно и душно. Вэй Ин наблюдал за тем, как Лань Чжань нетвёрдой походкой проследовал к столу и попытался зажечь свечу. Когда и третья попытка оказалась неудачной, заклинатель забавно вздохнул и надулся, хмуря брови и беря в руки четвертую спичку.       — Давай лучше я, второй молодой господин Лань, — Вэй Ин широко улыбнулся, ловко делая то, что не удалось захмелевшему Ванцзи. После этого он открыл окно, впуская в комнату свежий воздух, и вернулся за стол, садясь напротив Лань Чжаня. Сейчас от того хищника не осталось и следа. Взгляд Ванцзи был мягким и рассеянным, лицо расслаблено, губы чуть приоткрыты. Он сидел слегка покачиваясь, будто ловя равновесие. У Вэй Ина предательски ёкнуло сердце.       — Я хочу увидеть фейерверк, — вдруг сказал он, заставляя Лань Чжаня встрепенуться. Кажется, тот уже начинал клевать носом. Неудивительно, ведь уже давно за девять, ему непривычно нарушать свой график сна. — Пока нельзя засыпать, иначе пропустим.       — Мгм.       — Лань Чжань, ты же будешь сегодня спать со мной?       — Буду, — послушно кивнул Ванцзи, как-то тяжело вздыхая.       — Когда я ночевал у тебя в цзинши, ты не спал со мной? — неожиданно вспомнил, что хотел узнать Вэй Ин.       — Нет.       — Почему?       — Не хотел тебе мешать. Ты тогда был не в лучшей форме, твоим физическим и духовным силам нужен был полноценный отдых. — Странно, но Лань Чжань отвёл взгляд, уставившись на мерно горевшее пламя свечи.       — Я занял твою кровать, а ты боялся мне мешать? — хохотнул от подобной глупости Усянь. — Где всё это время был ты? Ты же мог просто запретить мне оставаться у тебя.       — Не мог, — покачал головой Лань Чжань, нахмурившись. На секунду Вэй Ину показалось, что он злится, но вскоре лицо снова расслабилось. — Я спал, сидя на полу или занимался твоей флейтой. — Неожиданно заклинатель поднялся, восстановил равновесие и подошёл к окну, устремляя взгляд вдаль. Это показалось странным, но Усянь никак не мог уловить почему. Он поднялся следом, подбирая слова. Если Лань Чжань снова закроется, этого он себе не простит.       — Спасибо тебе ещё раз за твой труд. Это лучший подарок, какой я когда-либо получал. Но теперь у меня появилась мечта…       — Какая? — Лань Чжань повернулся, с интересом и нетерпением во взгляде ожидая ответа. Вэй Ин улыбнулся, подойдя вплотную.       — Я хочу сыграть с тобой вместе. Ту самую мелодию. Как она называется? — Усянь наблюдал, как лицо Ванцзи исказила болезненная гримаса. — Лань Чжань? Что такое?       — Ван Сянь, — тихо произнёс заклинатель. Глаза Вэй Ина округлились, а изо рта вырвалось ошарашенное «О». — Я написал её для тебя.       Этого было достаточно, чтобы любые тормоза жалобно заскрипели и сорвались. «Без сожаления в сердце». Призыв к действию. Вэй Ин сократил расстояние до минимума, утопая в глубоком и жадном взгляде. Руки обвились вокруг тонкой, но сильной шеи, а губы прикоснулись к губам. Идеально. Будто так всегда и должно было быть, будто нашёл то, что так давно искал. Когда Лань Чжань притянул его ещё ближе за талию, заклинатель не смог сдержать вымученного стона. Они целовались страстно, жадно, болезненно, пока окружающий мир не перестал существовать вовсе. В те секунды, когда Ванцзи хотел отстраниться, чтобы дать глотнуть воздуха, Вэй Ин только сильнее прижимался, не в силах больше пережить и мгновения без этого безумия.       Внутри разгорался настоящий пожар. Вэй Усянь к своему стыду понял, что возбудился. Лань Чжань и вовсе забылся, уже совершенно неблагопристойно проникая горячими пальцами за верхние одежды. Привыкший всегда ловить момент, Вэй Ин рваными движениями сдёрнул с себя пояс и ханьфу, оставаясь в свободных штанах и нижней рубахе, при этом ни на секунду не отрываясь от горячих губ. Очередной протяжный стон вырвался наружу, когда чужая ладонь огладила поясницу, посылая по телу миллионы искр.       — Пожалуйста… — прохныкал Вэй Ин, осмелившись оторваться от губ Ванцзи и шальным, затуманенным взглядом посмотреть на его лицо. И ни капельки не пожалел. Чуть растрёпанный, с алыми скулами и яркими распухшими губами он выглядел невероятно соблазнительно. Вэй Усянь снова застонал, прикрывая глаза, потому что боялся потерять сознание от охвативших его чувств. Какое-то движение заставило пошатнуться, но чужие руки удержали. Заклинатель почувствовал крепкое тело, прижавшееся со спины, тихое, но рваное дыхание у уха и бешеное сердцебиение. Своё. Или нет? Откинув голову на плечо Ванцзи, он хотел повернуть голову так, чтобы снова дотянуться до желанных губ, но не успел, потому что эти самые губы мазнули по мочке уха и плотно прижались к тонкой коже шеи, выбивая воздух из лёгких.       — Лань Чжань… — даже стон складывался в красивое имя.       — Молчи.       От хрипа, мало похожего на привычный ровный голос второго молодого господина Лань, все внутренности сделали кульбит. Вэй Ин подсознательно дёрнул бёдрами, как бы намекая на то место, которое нуждалось в особенном внимании. На уровне инстинктов. Благородный заклинатель, видать тоже абсолютно бессознательно, разгадал жест, смело проникая за пояс штанов и обхватывая ладонью горячую плоть. Стон переродился вскриком. Лань Чжань вернулся к доверчиво подставленной шее, стараясь синхронизировать губы и язык с интимными ласками, с каждой минутой наращивая темп. Кто-нибудь знает, каково ощущать одновременно силу пожара и лёгкость? Каково падать вниз со скалы и парить в небе? Правильное и иррациональное? Невозможное и нужное? Вэй Ин знал. Знал, что самое правильное и нужное, то, что возвышает его в небо, будто жар-птицу, сейчас рядом. Страстный Лань Ванцзи, целующий его так, будто он самое желанное и любимое, и его ласкающая рука на члене, подтверждающая, что все правила мира могут катиться в бездну. Даже если потом неминуемо их обоих ждёт падение туда же.       Где-то вдали вспыхнула первая яркая искра, разбавляя уличный шум грохотом. Вэй Ин закрыл глаза и поморщился, не желая отвлекаться на внешние раздражители. Сейчас он хотел дальше вариться в личном сказочном котле, но ему это сделать не дали.       — Открой глаза. — Лань Чжань прикусил красную мочку уха, побуждая выполнить приказ. Вэй Ин недовольно хмыкнул, но послушался. — Твой фейерверк.       — Мм… — Вэй Усянь хотел было сказать, что он ему уже нафиг не нужен, но сильное движение на горящем члене заставило подавиться не произнесёнными словами. Небо снова озарил залп красных и зеленых вспышек, которых становилось всё больше и больше. Искры, хлопки, шум толпы, мягкая кожа щеки Ванцзи, которая прижималась к его собственной, поверхностное дыхание, уже непонятно чьё именно, сильные ласки и оголенные нервные клетки… Вэй Ин громко вскрикнул, запрокидывая голову и закатывая глаза. Его семя вырвалось наружу как раз с последним залпом золотистых искр. Некоторое время он содрогался всем телом в эйфории, а потом сознание просто отключилось, не выдержав эмоционального взрыва.

***

      Когда Вэй Ин открыл глаза, за всё ещё открытым окном было темно. Приятная слабость уговаривала снова погрузиться в спокойный сон, но знакомый запах мгновенно активизировал больную голову. Заклинатель чуть приподнялся, привыкая к темноте и внимательно вглядываясь в фигуру рядом. Лань Чжань лежал не прикасаясь к нему, но на достаточно близком расстоянии, и мирно спал. Его грудь, всё ещё облачённая в привычные одежды, мерно поднималась и опускалась, почему-то заставляя нервничать.       «Когда Лань Чжань проснётся, он даже не вспомнит то, что было?» — спросил сам у себя парень, припоминая прошлый случай во время обучения. Тогда заклинатель ордена Гу Су Лань всего лишь пригубил вина, а на утро вообще ничего не понимал. В груди неприятно заныло, распространяя по организму тревожные импульсы. Понимание того, что сегодня их последний день вместе, только усугубляло ситуацию. Стало тяжело дышать, поэтому Вэй Ин решил немного прогуляться, всё равно сон уже вряд ли придёт ему на помощь. Осторожно выбравшись из кровати, чтобы не потревожить Ванцзи, Вэй Усянь запоздало смутился тому факту, что следы вчерашнего безумия исчезли. Лань Чжань что, и правда… Ладно, не стоит думать об этом! Облачившись в услужливо сложенный на спинку кровати ханьфу, заклинатель вышел на улицу.       Поразительно, как изменились ярмарочные ряды, когда хозяева разбежались по домам. Улицы были усыпаны мелким мусором и конфетти, прилавки тоскливо сложены, кое-где даже остались части товаров. Ни души. Вэй Ин просто прогуливался, не намереваясь уходить далеко от гостевого дома. Лань Чжань рано встаёт, не хочется его тревожить своим отсутствием. Наверняка ему и так будет тяжело после алкоголя. Лучше думать о похмелье Ванцзи, чем о его горящем взгляде, сильных руках и страстных поцелуях…       — Прекрати думать об этом, идиот! — застонал Вэй Ин, запрыгивая на ближайший прилавок. Надо быть благодарным тому, что уже произошло, а не накручивать себя заранее. Вопреки своим же убеждениям, он просидел так до рассвета, предаваясь жарким воспоминаниям, а очнулся только тогда, когда на улице начали появляться люди. Прикупив пару зерновых лепешек, он кинулся обратно, надеясь застать Лань Чжаня спящим и выкроить для себя ещё немного времени.       Не повезло. Забежав в комнату, Вэй Усянь тут же натолкнулся на хмурый взгляд.       — О, ты уже проснулся, Лань Чжань! Доброе утро! — Вэй Ин натянул на лицо улыбку и положил импровизированный завтрак на столик, где уже клубился паром маленький чайник. — Проснулся от чувства голода, вот и решил сбегать прикупить что-нибудь съестного, — зачем-то добавил он, плюхаясь на подушку и благодарно кивая на протянутую пиалу с чаем.       Впервые Вэй Ин был благодарен правильному воспитанию Ванцзи, который всегда призывал принимать пищу в тишине. Единственное, что смущало и заставляло ёрзать на месте — хмурые взгляды Лань Чжаня. Ну зачем так смотреть? Подавиться же можно!       — Какие планы на сегодня? — наконец-то разрушил молчание Лань Ванцзи, когда с завтраком было покончено.       — В общем-то никаких, — пожал плечами парень, всё ещё избегая прямого зрительного контакта, но стараясь выглядеть непринужденно. — Прогуляемся ещё раз, прикупим сувениров. Будем импровизировать. Сегодня последний день соглашения, и если ты хочешь завтра же оказаться в Облачных Глубинах, то придётся выдвигаться уже после обеда.       — А правила? — всё также ровно спросил Лань Чжань.       — Правила? Какие?       — Ты не дал мне ещё правил на сегодня.       — Ах это, — Вэй Ин нервно хохотнул. Он совсем забыл, что донимал своего спутника подобными вещами. — Не будет никаких новых правил. К тому же, есть одно главное — делать то, что хочет Вэй Ин. Тебе этого мало? — Лань Чжань не ответил, и Вэй Усянь был ему за это благодарен.       До полудня они бездумно слонялись по улицам праздничного города. Вэй Ин старался вести себя как обычно непринужденно, но ни бесплатные пиршества, ни развлекательная программа уже не радовали. При виде дегустационных ларьков с вином его и вовсе начинало мутить, что никак не удалось скрыть от внимательного Ванцзи.       — Вэй Ин, ты плохо себя чувствуешь? — в какой-то момент заклинатель просто не выдержал и остановил Вэй Усяня, касаясь руки и поворачивая к себе. — Что случилось?       — Ничего-ничего, — тут же примирительно улыбнулся парень. «Если ты не помнишь, что случилось, то я больше ничего не хочу», — добавил он про себя. Хмыкнув, он задумчиво перевёл взгляд на стоявшие на прилавке разноцветные кувшины. — Просто я вчера насытился вином. Не хочу… пить.       Лань Чжань дёрнулся, как он удара током, и резко отпустил чужую руку, будто она вмиг стала невыносимо горячей. Вэй Ин удивлённо поднял взгляд на заклинателя, замечая, как на лице промелькнула болезненная гримаса. Или это ему показалось?       — Давай купим немного подарков и будем выдвигаться. Я дойду с тобой до Гу Су, а утром направлюсь в сторону Пристани Лотосов.       — Мгм.       Вот и всё. Сказка логично подходит к концу. Пока Вэй Ин выбирал сувениры для Цзян Чэна и шидзе, Лань Ванцзи просто стоял рядом с отсутствующим видом, даже не смотря на прилавок. Немного подумав, Вэй Ин взял понравившуюся бумажную фигурку и протянул ему.       — Для Сычжуя.       Покинули город они сразу после обеденного перерыва. Слов не было, да и смысла в них тоже не наблюдалось, поэтому дорога казалась томительной и скучной, но уместной. Вэй Ин шёл немного впереди, прокручивая меж длинных пальцев флейту, а Лань Чжань не мог оторвать взгляда от этого действия и, кажется, что-то старательно обдумывал.       — Остановимся, — вдруг сказал Лань Чжань, когда они забрались на самую вершину массивного холма. Место абсолютно безлюдное и дикое, но, пока солнце высоко в небе, переживать за безопасность не стоит. Вэй Ин тут же направился к речке, с удовольствием обтирая разгоряченное долгим походом лицо.       — Лань Чжань, пить хочешь? — спросил он. Ответа не последовало, поэтому пришлось повернуться. Ванцзи сидел прямо на траве, скрестив ноги в позе для медитации, а на коленях у него располагался гуцинь. — Ты что делаешь?       — Без сожалений. Ты мечтал сыграть вместе, — тихо сказал Лань Чжань, не поднимая головы. Не дав что-либо ответить, он чуть задрал рукава и принялся исполнять первые ноты.       Вэй Ин почувствовал, будто его крепко ударили по голове. Ноги тут же приросли к земле, а руки закаменели. Это значит… значит… Музыка продолжилась. Стряхнув оцепенение, Усянь поднял свой инструмент, закрыл глаза и заиграл. Казалось, будто он играет её вечность.       Мелодия закончилась, а Вэй Ин всё никак не мог открыть глаза. Снова столкнувшись с иррациональным чувством облегчения и тревоги, он не мог определиться что сильнее. Получается, Лань Чжань всё помнит. Помнит о вчерашнем фейерверке чувств, о ярмарке их сердец. Что он мог подумать, видя подавленное состояние Вэй Усяня? Что тот жалеет о случившемся! Заклинатель шумно втянул воздух и открыл глаза. Ванцзи всё также сидел на траве, низко опустив голову. Его пальцы так и застыли на струнах, можно было заметить, как побелели костяшки. Он напряжён?       — Лань Чжань… — что можно было сказать, когда недосказанное уже крепко осело в их упрямых головах? — Спасибо.       — Пора идти, — ответил Лань Чжань, поднимаясь и отзывая свой инструмент.       Теперь молчаливый путь сменил свой настрой. Вэй Ин старался идти рядом, плечом к плечу. Он думал о том, есть ли ещё хоть небольшой шанс всё исправить. Уместно ли будет объясниться? Привыкший действовать с горячей головой, он чувствовал колоссальный расход энергии на терзавшие мысли. Очнулся заклинатель только тогда, когда они оказались в Гу Су, а Ванцзи расплачивался за гостевые комнаты. За две. Конец так близок. Больше не сомневаясь ни в чём, он проследовал за Лань Чжанем.       — Твоя комната дальше по коридору.       — Ясно, — просто кивнул Вэй Ин, толкая заклинателя вглубь покоев и плотно закрывая дверь. — Ты ведь всё помнишь, да?       — Помню что? — переспросил Лань Чжань, бережно устраивая Бичэнь возле стены. Свой меч Вэй Ин просто бросил рядом.       — Вот это. — Руки сами взлетели вверх, оборачиваясь вокруг шеи Ванцзи, а губы идеально легли на чужие. Он снова почувствовал эйфорию. Вот так, прижимаясь к гибкому стройному телу. Даже если бы ответа не последовало, остановить Усяня было невозможно. Он недовольно отстранился, оставляя руки на плечах. — Почему ты не сказал? Почему даже не намекнул на то, что помнишь?       — Я намекнул, — очень тихо ответил Ванцзи. Он всё так же стоял столбом, кажется, даже не моргая. — Песня.       — Да, но это было потом! Я весь извёлся к тому времени! — тут же вспылил Вэй Ин.       — Ты был подавлен, — гнул своё заклинатель ордена Гу Су Лань.       — Я думал, что ты всё забыл, ты же напился! Думал, хорошо это или плохо, потому что боялся, если ты будешь помнить, то тебе будет стыдно и противно! — Вэй Усянь повысил голос, сжимая пальцы на плечах Ванцзи так сильно, что наверняка останутся синяки. — Но я хотел!       — Не шуми.       — Да плевать! Я хотел, чтобы это не оказалось сном или твоей пьяной выходкой!       — Прекрати.       — Не прекращу! Я весь извёлся и… — договорить ему не дали. Лань Чжань притянул возмущённого Усяня к себе, затыкая ему рот поцелуем. Все обиды вмиг растворились, как и растаяли невысказанные претензии. Они целовались до тех пор, пока тёмная ночь не вступила в свои права, пока из лёгких не был выпит весь воздух, пока тела не накалились до предела, спуская адреналин на белые простыни.       — Зачем ты снял две комнаты, — тихо спросил неугомонный Вэй Ин, пальцем вырисовывая на белоснежной груди Лань Чжаня своё имя. — Я не уйду.       — Не уходи.       — Не засыпай, Лань Чжань. Я хочу… Мы ещё не… Я думал, что ты меня… — Вэй Усянь хотел продлить эту ночь любым путём, даже если придётся пожертвовать своим телом. Потому что прямо сейчас, лежа в одной кровати в объятиях Ванцзи, он был счастлив. А завтра… завтра снова ждали неизвестность и терзания души.       — Не спеши, — Лань Чжань мягко прижался губами к его лбу, обнимая крепче.       — Так хорошо, Лань Чжань. Так хорошо… — Вэй Ин закрыл глаза всего лишь на секунду. Просто, чтобы насладиться этим моментом. Моментом, когда он чувствовал себя таким уязвимым, защищенным и желанным. Всего мгновение, и он крепко уснул с улыбкой на губах.

***

      Лань Чжань проснулся как обычно с первыми лучами солнца. Его тело приятно ныло от тяжести Вэй Ина, который вольготно расположился практически на нём, крепко прижимаясь сбоку и закидывая на него руку и ногу. Тяжелый вздох вырвался сам по себе, потому что было неизвестно, как поведёт себя заклинатель в этот раз. Снова сбежит, думая, что он спит? Одно Ванцзи знал точно — теперь он так просто не отпустит его. Получив такое сокровище, о котором даже мечтать не мог, не в его правилах от этого отказываться. Даже если это будет выглядеть неправильным в глазах его клана, даже если нарушает несколько десятков правил. Сейчас он не хочет следовать правильному пути, выбирая для себя кривую, сомнительную, но такую яркую дорожку.       — Доброе утро, — Вэй Ин пошевелился, открывая сонные глаза и приподнимаясь на локте. — Ты не ушёл.       — Нет. — Лань Чжань искренне улыбнулся. Вэй Ин застыл, не моргая смотря на это чудо. — Но нам пора вставать.       В этот раз до распутья дорог они шли вместе. Не просто рядом, а именно вместе. Иногда держась за руки, иногда останавливаясь, чтобы погрузиться в музыку или просто целоваться. Сердца пели, но песни с каждым шагом становились всё тоскливее. В какой-то момент их дороги должны разойтись, и этот момент настал непозволительно скоро.       — Тебе обязательно возвращаться? — ни на что не надеясь, спросил Вэй Ин. Как же сложно было расставаться с тем, кого только обрёл.       — Да. Ты же знаешь, — Лань Чжань приник к опущенным уголкам губ в нежном поцелуе. Вообще, после этой ночи именно Ванцзи был инициатором любой близости, будто больше не собирался позволять каким-либо сомнениям закрадываться между ними.       — Когда мы снова увидимся? — не унимался Вэй Усянь, уткнувшись носом в прекрасную шею. — Обещай, что мы расстаёмся ненадолго.       — Скоро. Обещаю.       — Я гостил у тебя целых две недели. Теперь твоя очередь. Поверь, Пристань Лотосов тебе очень понравится, ты даже не захочешь покидать её! — затараторил Вэй Ин. В какой-то момент в носу защипало, поэтому, чтобы не опозориться перед великим господином ордена Гу Су Лань, он с силой отпихнул от себя Ванцзи и просто развернулся, ступая на свою дорожку.       — Вэй Ин.       — Я всё сказал!       — Вэй Ин, подожди. — Лань Чжань поймал его в свои объятия, прижимаясь со спины, и быстро, очень непривычно для своего образа, заговорил. — Когда ты прибыл в Облачные Глубины, я действительно отправился на охоту. Но задержался я не из-за тварей. Я… я захотел увидеть тебя, потому что был неподалёку. Но ночью на меня напали водные гули, а я ни разу с ними не сталкивался ранее, поэтому получил ранение и решил вернуться. Я был так близок, но не смог добраться… А потом вернулся домой и обнаружил тебя там. Это ли не судьба?       Вэй Ин слушал рассказ, зная, что сердце остановилось и жалобно ноет, прося пощады. Значит, в тот момент, когда он изнывал от скуки и тоски в Облачных Глубинах, ожидая возвращения Ванцзи, тот пробивался через озера к нему в Пристань Лотосов?       — Если это судьба, то у неё странное чувство юмора, — Вэй Ин не сдержался и громко рассмеялся, смахивая вырвавшуюся слезу с щеки. Он повернулся в объятиях и поднял три пальца вверх. — Не волнуйся, Лань Чжань, я не позволю ни одному водному гулю долины лотосов нанести рану моей любви.       — Обещаешь?       — Клянусь!       — Тогда скоро увидимся.       Долгий поцелуй оказался не точкой, а многообещающим многоточием.