Мой дорогой призрак

«Приветствую! Я - Яширо Нэнэ, и в данный момент... Я попала в довольно-таки странную ситуацию».

      — Не стоит, я сам позабочусь о ней, - с улыбкой произнёс Седьмой, прижав девушку к себе. Минамото с отвращением взглянул на парня, что отвечал ему тем же. Через пару мгновений, девушка почувствовала чьё-то прикосновение к её руке, после чего её пальцы оказались сцеплены с пальцами Ханако-куна. По-детски хмыкнув, призрак повёл свою помощницу к туалету, оттолкнув Минамото плечом.       — Ханако-кун? - с неприкрытым удивлением в голосе позвала его Нэнэ, увидев как на мгновение пошатнулся её блондинистый принц. Тайна школы продолжала молчать, не давая никаких ответов. Фуражка закрывала его лицо, так что Яширо было трудно понять его эмоции, как и самому Ханако. Он понимал, что мог просто проигнорировать. Незачем было выходить и портить им их сказку. Возможно, они бы даже стали ближе после этого инцидента и... От этих мыслей, призрак сжал её ладонь ещё крепче, приближаясь к туалету. Он не хочет знать, что могло бы произойти. Не хочет знать, что будет, если она и вправду найдет своего принца, ведь именно он и хочет занять эту роль. Эту особую роль в её сердечке, пока не стало слишком поздно. Пусть её сердце бьётся только для него. До самого конца. Таково его желание, но произнеси он его вслух, как появится его брат-близнец, - Ханако-кун? - повторилась девушка, пересекая черту между туалетом и коридором.       Отпустив руку Нэнэ, призрак вошёл в свою кабинку и закрыл дверь на щелчок. Этот звук словно ударил ей в голову, заставив сознание вернуться. Она тут же подошла к туалетной кабинке, прислонившись к ней ухом. Тишина. Постучав пару раз, оттуда донёсся голос Седьмого:       — Занято!       — Ханако-кун, выходи! - избивая дверь, прокричала Яширо. Казалось бы, ещё пару ударов, и она вылетит, но преграда продолжала мешать девушке достать призрака, - Что случилось то? - её кулачки так и били эту дверь. Удар. Ещё один. Следующий. Она продолжала пытаться сломать этот чёртов кусок пластика, но всё было тщетно. Силы начали уходить, как и скорость ударов. Сделав последний, она прижалась к двери, стараясь вслушаться. Там была всё такая же тишина, - Ханако-кун, - присев на пол, начала она, - Я не знаю, что произошло, но что бы то ни было, не закрывайся от меня, пожалуйста. Я просто хочу узнать как я могу тебе помочь, ведь мы друзья, так ведь? А друзья помогают друг другу в любой ситуации. Открой дверь и просто расскажи мне что случилось.       Ответом ей был тишина. Она тяжело выдохнула, надумывая сдаваться. Нэнэ пыталась найти причину его поведения, ведь такого раньше не было, не считая тех моментов, когда...       — Ханако-кун, неужели ты ревнуешь? - её насмешливый голос заполнил туалетную комнату, ударяясь об стенки. Это скорее прозвучала как шутка, чем серьёзный вопрос, но за кабинкой раздался шорох, и она встала в это же мгновение, вновь приложив ухо к двери. Секунда. Другая. Тишина. Всё та же тишина. Стараясь придать наколённой атмосфере весёлых ноток, она добавила, - Серьёзно?       Нэнэ не успела даже взять воздух в лёгкие, как прямо перед ней появился тот самый призрак, что так смотрел на неё своими большими глазами, полными целой бурей эмоций. Скорее всего, это впервые, когда Ханако позволяет взять своим эмоциям верх. Прижав школьницу к двери кабинке туалета, он наконец ответил:       — Почему всегда они? - Яширо замерла. Он смотрел на неё с такой грустью и тоской в глазах, смешанных со злостью и яростью. Казалось, он был в отчаянии, во что сама редьконожка не могла поверить. Седьмой. Её Седьмой в отчаянии? В последний раз она видела это выражение лица только при первой встрече с Цукасой, - Почему именно они? Почему твой взгляд всегда устремлён только на них? - он отошел от неё, открыв ей путь к побегу, но она осталась. Осталась, потому что знала, что должна, - Чем я не подхожу? Я никогда не шутил. Все мои предложения были всерьёз. Так почему? - Ханако вновь прижал Нэнэ к двери, не давая той и шанса. Его глаза... В его глазах она видела отчаяние. То отчаяние, с каким он произносит эти слова, - Неужели тебе всё еще нужен «Минамото-семпай»? Яширо, я позабочусь о тебе лучше, чем кто-либо другой, - наполненный решимостью, он не отводил от неё взгляда, заставляя её краснеть.       «Неужели это признание в любви?» - наконец очнулась Нэнэ.       — Разве я тебе не нравлюсь? Хоть немного? - он приблизился к ней ещё ближе, заставляя ту медленно скатываться вниз по двери, - Ну, же. Ответь. Я тебе противен? - он аккуратно взял прядь её волос, слегка проходясь по ней большим пальцем, - Нэнэ, - её имя прозвучало больше как мольба, чем просто слово. Впервые. Впервые он назвал её по имени. Он терпеливо дожидался её ответа. Пальцы нежно перебирали её прядь, пока лицо краснело с каждым сказанным им словом всё больше и больше. Он опустил голову, стараясь скрыть столь милый багрянец. Девушка стояла не шевелясь. Казалось, что она не верила в происходящее. С осознанием пришёл и румянец на её щеках. Она слегка стряхнула головой, решаясь на что-то серьёзное. Схватив его лицо обеими руками, Яширо подняла его голову. Сейчас на неё смотрел не тот Ханако, которого она привыкла видеть. Вместо игривого и самодовольного лица извращенца она увидела простого парнишку, который стеснялся своих чувств. Как живой. Его глаза с неуверенностью устремились прямо в её, не разрывая контакт.       — Ханако-кун, я... - не успела начать его помощница, как её перебили.       — Ты всегда волнуешься за других больше, чем за себя. И каждый раз, когда я вижу как ты жертвуешь собой ради других, мне страшно, - признался дух, - Мне страшно, что в любой момент твоя жертва станет последней в твоей жизни. Как же ты не понимаешь, что тебе совсем ничего не осталось! - с некой злостью в голосе произнёс Седьмой. Наконец он открылся ей. Больше никаких масок. Никаких ролей. Он врал всё это время. Врал, что ему безразлична её смерть. Врал, что она ему лишь помощница. Натягивал улыбку, видя, как она липнет к другим. Он завидовал. Он ревновал. Он не хотел, чтоб её касались другие парни, так что при каждом удобном случае Ханако прижимал её к себе. Все видели его особое отношение к Яширо. Все знали его маленький секрет, но только не она. Призрак отвернул голову в сторону, стараясь успокоиться как можно скорее. И вновь касание его лица ладонями, но уже нежнее.       Он взглянул на неё, готовый был увидеть покрасневшее лицо редьконожки, но никак не её глаза прямо напротив его. Почувствовав касание её губ на своих, тайна замерла. Столь по-детски она прильнула к его губам, отдавая свой первый поцелуй этому самому мальчику, что каждый раз спасал её из всевозможных ситуаций. Она закрыла глаза, повторяя всё точь-в-точь, как в романах, которые она читала. Именно в этот момент Нэнэ поняла значение фразы «Бабочки в животе», прочувствовав это на себе. Пусть его губы и были холодными, но такими нежными, что хотелось, чтоб Первая тайна остановила время. Прошло лишь пару секунд, но для них всё казалось вечностью. Боясь дышать, Яширо начала постепенно ощущать нехватку воздуха. Нехотя отпрянув от него, два покрасневших подростка смотрели друг на друга, не осознавая происходящее.       — Ты мне не противен! - уверенно ответила его помощница, отпустив его лицо. Он впервые моргнул после происходящего, словно вернувшись в реальность. Парень посмотрел куда-то в сторону, пытаясь привести мысли в порядок. Его растерянное и покрасневшее лицо, казалось, готово было превратиться в помидор. Он вновь кинул на неё взгляд, тешась этим уверенным и, в то же время, смущённым личиком девушки.       — Правда?~ - хитро протянул Юги, вернувшись в своё прежнее состояние, - Раз так, то ты же не будешь против попробовать кое-что «Chotto Eroi»?       Девушка растерялась от такой мгновенной смены поведения, как и от его вопроса. Сжав свои ладони в кулачки, она надулась, не прекращая краснеть.       — Ханако-кун - извращенец! Сам мой свой туалет! - выбежала из туалета редьконожка, продолжая проматывать в голове всё то, что произошло. Но она не могла не согласиться с одним: он ей нравится. Нравится настолько, что бабочки до сих пор кружили в животе, и будут кружить до самой ночи.       Оставшись в одиночестве, Ханако наконец позволил себе шумно выдохнуть, будто сдерживаясь всё это время. Схватившись за сердце, что билось всё так же быстро, он вновь воспроизвёл в голове момент поцелуя. На его лице расплылась детская улыбка.

«И сегодня я отдала свой первый поцелуй Ханако-куну».