Wrong Direction

      Натали не помнила, когда в их отношениях произошел сдвиг. Она припоминала, что это, скорее всего, произошло после того, как Эмили впала в кому, но не могла вспомнить подробностей. В один момент Габриэль горевал на полу в ателье, а в следующий она уже выкрикивала его имя в экстазе, когда он двигался на ней, придавливая сверху — в поту и в отчаянии.              Она, однако, помнит, что он ни разу не сказал её имени, когда наполнял её.              Натали вспоминала то непреодолимое чувство смущения, когда она вылезла из кровати, обернувшись шелковой простыней, и сбежала в ванную со своей одеждой.              Она поклялась, что этого не повторится. Никогда больше. Хватит того, что она начала испытывать чувства к своему работодателю вскоре после того, как стала работать с ним девять лет назад, но поддаться с этими чувствам было совсем другим делом. Другое дело — лежать рядом с Габриэлем, когда он произносит имя своей жены в агонии страсти, в то время, когда Натали находится под ним. Никогда больше.              Это было чуть меньше года назад, а она все еще лежала рядом с ним, голая и все еще безнадежно влюбленная. Её голубые глаза посмотрели на его лицо. Он выглядел умиротворенным и расслабленным, и его легкое дыхание заставило сердце Натали трепетать в груди. Тяжело вздохнув и беззвучно выругавшись, она вылезла из его постели и начала собирать одежду, чтобы одеться. Это было её правилом. Она никогда не оставалась на ночь в его объятиях, потому что было бы слишком больно просыпаться с Габриэлем утром. Тогда бы казалось, что вот он, её счастливый конец. Но в конце дня Габриэль и она снова боролись, чтобы вернуть Эмили, и, когда она вернется — Натали знала, что она отойдет на второй план. Забытая и убитая горем.              Её разум возвращается к с событиям вчерашнего дня. Тогда, когда она сцепляла застежки бюстгальтера за спиной, пытаясь вспомнить, что же привело к текущей ситуации, чтобы она могла избежать её в будущем, но воспоминания оставались туманными. Затуманенным ощущением его пальцев, впивающихся в её кожу, и грубыми поцелуями на губах. Натянув нижнее белье, она тяжело вздыхает, чувствуя, как по её лицу катится слеза. Это было не то, чего она хотела в своей жизни. Конечно, она никогда не была той маленькой девочкой, которая мечтала о принце и сказочном «долго-и-счастливо», но когда-то давно все же мечтала о том, чтобы её любили. И любили не только за утешение, которое она могла дать кому-то.              — Натали, — она ​​напрягается от его грубого голоса. Медленно поворачиваясь назад, она видит его серо-стальные глаза, смотрящие на её едва одетую фигуру, — останься.              — Габриэль, это не… — он протягивает руку, беря её ладонь в свою. Она смотрит, как он медленно переплетает их пальцы. Сердце забилось быстрее, когда разум начал рисовать счастливые финалы, которые мучили её в течение последнего года.              — Ты мне нужна, — голос Габриэля падает, его глаза наполняются похотью, когда он пытается утащить её обратно на кровать. Натали чувствует, как её сердце замирает при его словах, но позволяет себе снова упасть в теплую постель. Натали тихо проклинает себя, когда он начинает нежно кусать её ключицу. Габриэль снимает одежду, которую она только что надела, забираясь на неё. Мысли Натали о ненависти к себе разбиваются, когда он касается губами того сладкого места на шее, а его руки нежно скользят по её бледной коже.              Да, это был неправильный выбор.              Габриэль накрывает её губы своими, её тело выгибается над кроватью, чтобы приблизиться к нему. Её сердце снова побеждает разум.              Но возвращаться было поздно.