Freedom

В пятницу я отпросилась. Я. Отпросилась. Потому что поняла, что мое холостяцкое жильё не готово к женщине. Оно и меня-то не особо радостно встречает. Весь день я протирала пыль, мыла полы, меняла всевозможные чехлы и драила кухню. Кухня! А надо что-то готовить? А может, она что-то привезёт? Черт! Я совершенно не подготовлена к спонтанным свиданиям. Присев и решив перевести дух, здравая мысль пришла в голову: всегда есть доставка. Если что, в моем холодильнике хватит еды на сандвичи, ведь я даже пополнила запасы! А дальше я. Мне и себя нужно привести в порядок. Остаться в домашнем? А может, придумать наряд? А может, давай будем использовать одежду, как в порно? Я откинулась на кровать и начала равномерно дышать. Пусть всё идёт, как идёт. Сколько раз в моей жизни я строила планы, и все они катились в жопу. Вспомнить только мои первые серьёзные чувства: в то время мало что понимала в отношениях, но чувствовала, что творится какое-то дерьмо. У неё был парень, у неё была я, у неё была ещё одна. И во всей этой неразберихе я пыталась разобраться. С тех пор никаких треугольников и всего, что больше числа два. Заварив свежий чай, я вышла на балкон. Квартира была расположена в районе, где много зелени и мало машин. Улыбка расползлась на лице от осознания, что сегодня пятница, а я дома, пью вкусный чай и у меня встреча с потрясающей девушкой. Кстати, о ней. Я не знаю даже ее фамилии, возраста. Кем она работает, какая у неё семья, что она любит делать по выходным, какой у неё любимый певец, нравятся ли ей компьютерные игры. Признаться, почти ничего о ней не знаю. Может быть, стоит подождать? Если всё закрутится очень серьезно, то можно будет спросить или само всплывёт. А если нет, зачем грузить голову ненужной информацией? Я сама себе кивнула: надо плыть по течению и выбирать нужные повороты при развилке. Иногда можно и выпрыгнуть, но не сейчас. Приняв душ, выбрала самый оптимальный вариант: мягкие джинсы (в них можно посидеть дома и, если что, погулять) и футболка. С нижним бельём вообще не заморачивались: если до этого дойдёт, то уже без разницы, в чем я. Приготовила новый чай, заварила кофе. Пару бутылок (ладно, не пару, а штук шесть) сидра убрала в холодильник. Зажгла любимые аромасвечи и оставила уведомления только на чат с Эшли. Минута в минуту она позвонила в дверь. Ещё днём сообщила, что будет к семи вечера. С пунктуальностью у неё проблем нет: если я прихожу заранее, то она как штык. Я открыла дверь и ждала лифт с ней. Было очень интересно, в чем она будет сегодня. Открылись двери лифта, она все так же была в пальто и рубашке. А мне уже было плевать, какая одежда на ней. В руках Эшли держала пакет из Subway, а в другой - две бутылки пива. Улыбка у неё была шикарная. Эта паутинка вокруг глаз меня порабощала. Я открыла дверь шире и жестом пригласила ее войти. Эшли как будто по-домашнему легко поцеловала меня в губы и прошла в квартиру, сама повесила пальто, сняла начищенные до блеска ботинки и поставила их ровно по линии со стоящей там обувью. В моей голове снова поставилась галочка. Неловкость можно было резать ножом, но это было с моей стороны. С ее - она прошла на кухню, нашла открывашку, открыла пиво и протянула мне бутылку. Стукнувшись со мной, жадно сделала три глотка, а я стояла и просто смотрела. Эшли улыбнулась, будто засмущавшись. ⁃ Тяжёлый день. Я села рядом с ней за столик. Он у меня был как раз на двоих в гостиной. Взяла ее за руку и поцеловала костяшки, обратив внимание, что они у неё были сбиты. ⁃ Хочешь рассказать? ⁃ На самом деле, нет. Сказать, что я не знала, что делать, - ничего не сказать. Но, видимо, брать инициативу в свои руки - жизненное кредо Эш. Она встала и начала расстёгивать рубашку. Под ней была футболка и спортивный топ. Рубашку она повесила на стул, потом так же аккуратно разложила на стул брюки, оставшись в спортивных боксёрах. Эшли протянула мне руку, и я, сделав быстрый глоток пива, взяла ее. Будто она уже была в моем доме, потянула нас в небольшую спальню, которая была огорожена стеной от гостиной. Эш легла на мою кровать, всё так же потянув меня на себя. Вот тут я уже знала правила игры. Мы стали целоваться, и она стягивала с меня одежду. Ее губы сегодня были непривычно горячие, но руки все так же холодили кожу. Быстро спустив ногами одеяло, я накрыла нас с головой. Поцелуи Эшли были жадными, срываясь на укусы. Такого напора не было в Европе, но я и не возражала. Прижав ее руки к подушкам, мне хотелось показать, что здесь необязательно вести именно ей. Через какое-то время я явно почувствовала, что она расслабилась. Она переплела наши пальцы и завела руки мне за спину. Мы снова оказались в сидячей позе и, освободив свои руки, я распустила ее светлые и мягкие волосы. Какой-то вздох свободы сорвался с ее губ, и поцелуи медленно заскользили по моей шее. Никому из нас не хотелось переходить к более серьёзным действиям. Мы целовались и гладили тела друг друга, не торопясь, не задыхаясь от нахлынувших эмоций. Я коснулась ее груди, и Эш резко выдохнула. Мне показалось это знаком. Надавив на плечи, уложила ее на кровать, спускаясь поцелуями вниз, а руками сжимая ее грудь. В свете уличных фонарей из окна я видела, как напряжен каждый кубик на ее животе. Кажется, мне слегка снесло крышу, и я больше ни о чем не думала, только слышала ее дыхание, наблюдала за реакцией ее тела: то как она изгибалась, то как кусала губы. Когда первая волна прошла, я поднялась к ней за поцелуем, но вместо этого она своими крепкими руками обняла меня, лицом уткнувшись в волосы. Я закинула на нее ногу и прижалась плотнее. Видимо, это был действительно тяжёлый день.