Времена не выбирают

Сомнения Гермионы блестяще подтвердились... Подтвердились они почти сразу – лес пересекала грунтовая дорога, по которой неспешной рысью ехал всадник с ружьём. С ружьём в кобуре у седла и в зелёном мундире. – Так, похоже, мы попали во времена Наполеона, – Гермиона прищурилась, разглядывая всадника, – мундир как раз тех времён, стрелок... Садись, сейчас выясним, куда именно нас закинуло. Спрыгнув с метлы, Гермиона взмахнула палочкой, вычертив запутанную линию, коснулась лба – и перед Гарри предстала эльфийская принцесса в золотом и зелёном. Глаз отказывался задерживаться на деталях, скользя по поверхности совершенства... – Отлично, – хмыкнула Гермиона, подмигнула Гарри и вышла на дорогу. – Доброй удачи тебе, путник! – сказала она. – Давно не была я в твоей стране, и прошу тебя, расскажи, в которую пятину привела меня дорога и кто нынче правит страной? – Не знаю, что за пятину вы имеете в виду, госпожа, но мы в Йоркшире, близ Рипона. Правит же Соединённым Королевством принц-регент Георг, ибо отец его, также Георг, помрачился рассудком. – Близ Рипона? Отчего же не слышу я колоколов аббатства и не вижу на дороге ни одного монаха? – Э... Госпожа... – стрелок замялся. – А как давно вы не были в Англии?.. – С того дня, как Ричард Горбун пал от руки узурпатора, а я не смогла спасти его, проиграв брату. Стрелок вздрогнул, неловко перекрестился и перехватил повод – так, чтобы пряжка оказалась под рукой. – В это трудно поверить, госпожа, – осторожно ответил он, – но глазам я верю, так что всякое может быть... И вы, ежели не шутите, пропустили три с лишним века, ибо год ныне от Рождества Христова одна тысяча восемьсот четырнадцатый... – Итак, август тысяча восемьсот четырнадцатого, – Гарри уселся на камень возле палатки. – Кстати, ты была чертовски убедительна в роли королевы фей... – Спасибо, я старалась, – улыбнулась Гермиона. – Что будем делать? – Можем посидеть в лесу. Можем выбраться к Поттерам, вот только... Так, стоп, – Гермиона прикусила губу, задумавшись. – Должно сработать... Гарри, ты слышал про розенкрейцеров? – Вроде какая-то секта? – Тайное общество, – поправила Гермиона, – причём даже неизвестно, реальное или выдуманное. С одной стороны, много кто себя называл розенкрейцерами, с другой – всё это были обыкновенные жулики... А самого Христиана Розенкрейца никто никогда не видел. В общем, мы с тобой – розенкрейцеры, и даже если они есть – скажем, что мы к другой ветви братства принадлежим. Весь вечер, а затем и следующий день ушли на сочинение и проработку легенды. Спешить было некуда, а Гермиона, покопавшись в библиотеке, нашла немало интересного и полезного. Детали добавили легенде глубины и загадочности, а все подробности можно списать на тайну братства... – Совершенству нет предела, но пора уже и закончить, – заявила Гермиона. – Завтра утром отправляемся. Спешить не стали, а потому закончили все дела к полудню, аппариовали в Годрикову лощину... И нос к носу столкнулись с мальчишкой лет одиннадцати-двенадцати, одетым по последней английской моде – только шейный платок у него был зелёным с серебром. А ещё у него в руках была волшебная палочка, направленная на гостей... – Живи долго и процветай, – Гарри поднял руку в приветствии. – Прошу, скажи, по-прежнему ли этой землёй владеют Поттеры? – Поттеры, сэр, издавна владеют этой землёй, и, да будет вам известно, не намерены её уступать. Если же я понял вас превратно – прошу простить меня, – мальчишка коротко наклонил голову. – Речь не мальчика, но мужа, – ответил на это Гарри, – и вы, юный джентльмен, полагаю, носите эту славную фамилию? – Совершенно верно. Гарри Бенджамин Поттер, к вашим услугам. – Гарри Джеймс Поттер, – Гарри наклонил голову, – моя супруга Гермиона. Младший Гарри ненадолго задумался, а затем сказал: – В таком случае, мой долг – предложить вам наше гостеприимство... Но сперва, сэр Генри, мне хотелось бы увидеть ваше копьё. Такого Гарри не ожидал, да и Гермиона, судя по донёсшемуся удивлению – тоже... Вот ещё, кстати, хороший вопрос – когда это он стал чувствовать её эмоции... Но это подождёт. – А откуда, позвольте спросить, вы вообще знаете о существовании этого копья? – Гарри, порадовавшись про себя, что всё-таки сделал карман с расширенным пространством, вытащил оттуда копьё и продемонстрировал младшему Гарри. – Вы удовлетворены? – В полной мере и вновь приношу вам самые искренние извинения. Просто... Портрет леди Алиеноры много про вас рассказывал, а ещё она говорила, что вы однажды вернётесь, и я с детства мечтал с вами встретиться... – затараторил мальчишка, разом утратив всю чопорность и лоск. – А папа всегда говорит, что это просто легенда, а на самом деле нет! По дороге младший Гарри рассказал о множестве мелочей, буквально завалив ими – но не упомянул ничего важного. Ни о себе, ни о родных, ни о делах... Ну какая польза от рассказа о том, что все девушки Хогвартса без ума от Филеаса Фогга, молодого преподавателя географии? Правда, всё это работало для современников – а для Гарри открытием было само наличие географии в программе Хогвартса. Для Гермионы тоже – но не зная её, догадаться об этом было невозможно. Впрочем, самое главное было сказано при встрече – кто-то покушался на владения Поттеров, и Гарри этого спускать с рук не собирался. Даже если это изменит историю... А с другой стороны – всё это уже было в тот момент, когда они шагнули в аномалию, а значит – они уже вмешались и теперь изменят историю, не вмешиваясь... Тут Гарри решил остановиться – осознать всю эту заумь временных парадоксов не могла даже Гермиона, так что у него шансов тем более не было. Да и поздно было рассуждать о высоких материях – они вышли из леса... И Гарри мгновенно опознал тот самый луг, где принимал посвящение в рыцари. Правда, тогда здесь не было леса, но его, строго говоря, и сейчас не было. Большая, конечно, но роща... И относительно молодая, к тому же. Изменился и дом – сейчас он почти не отличался от того, что стоял в двадцатом веке. Разве что отделка другая... – Этот дом построили на месте старого около пятидесяти лет назад, – сообщил младший Гарри. – А три года назад его перестроили по современному вкусу, и мы тогда больше года прожили у дяди Эдвина в Мадрасе... И это ужасно! Чрезвычайно вредная погода, очень влажно и жарко... Дядя приобрёл у одного магловского учёного термометр – такую вещь, которая измеряет жару и холод – и он почти всё лето показывал не менее ста градусов, а это в полтора раза жарче, чем бывает у нас! А влажность! Представьте, каково там маглам, они ведь охлаждающими чарами пользоваться не могут... За разговором они как-то незаметно дошли до дома, и младший Гарри, открыв дверь, тихонько хмыкнул и произнёс: – Иви! – Слушаюсь, молодой хозяин! – в холле с хлопком появился домовой эльф. – Отец в кабинете? – Да, молодой хозяин. – ответил домовик. – Он велел вам передать, чтобы вы зашли, как вернётесь. – Хорошо, мне всё равно нужно с ним поговорить. И предупреди, что у нас гости. Домовик с хлопком исчез, и младший Гарри, указывая на лестницу, сказал: – Должен вас предупредить: мой отец, Саймон, в силу некоторых обстоятельств, вынужден с подозрением относиться к неожиданным гостям, а кроме того, обладает вспыльчивым характером. Я очень прошу вас отнестись к этому с пониманием... – Разумеется, – кивнул Гарри. – Обещаю ограничиться защитой, что бы ни случилось. Кабинет главы семейства впечатлял – и не столько размерами, сколько продуманностью и удобством. Всё под рукой, на своих местах – у самого Гарри такого порядка в вещах никогда не было... Впрочем, у него и кабинета не имелось. Хозяин же кабинета был удивительно похож на Джеймса Поттера – и тоже носил очки. Оторвавшись от бумаг на столе, он отложил перо и заговорил: – Гарри, что всё это... – Сэр Генри! – перебил его портрет Алой Бестии. – Рада видеть вас и леди Гермиону! – Взаимно, леди Алиенора, хотя и несколько неожиданно... – ответил Гарри. – Сэр Генри, значит... – протянул Саймон. – А ведь я считал вас легендой... Что ж, добро пожаловать домой. Рукопожатие у него было крепким и уверенным – человека, знающего себе цену. – Благодарю, мистер Поттер... – Саймон, только Саймон – не переношу все эти церемонии, тем более в семье. Жаль, жены сегодня нет... Полагаю, вы голодны? – Не настолько, чтобы утруждать вас, – отмахнулась Гермиона. – Для обеда ещё рано, но для беседы, пожалуй, подходящее время... – Иви! – распорядился Саймон. – Накрой чайный столик для чая по-адмиральски. Гарри обернулся к Гермионе, но та лишь пожала плечами. – Вижу, вам неизвестен этот напиток? – усмехнулся Саймон. – Что ж, не думаю, что он станет популярен у нас... И нет, Гарри, для тебя это слишком крепко. На столике тем временем появились чайник, тарелка с лимоном, блюдо с сэндвичами, три больших чашки, одна поменьше, а также большой графин с ромом. Разлив чай и добавив в чашку сына немного рома, Саймон принялся рассказывать: – Начну издалека – в позапрошлом году мой шурин Уильям Гринграсс с отрядом коммодора Хорнблауэра ходил на Балтику, и в Петербурге перенял этот обычай у русских моряков. Суть его в следующем: заваривают крепкий чай, наливают в кружку – Уильям настаивает на пинте, но для сухопутного человека это решительно невозможно – и сдабривается лимоном и небольшим количеством сахара. Затем следует отпить глоток-другой... Гарри последовал примеру хозяина – чай был хорош, но ничего «адмиральского» в нём не было. Хотя... – Теперь доливаем ром, – волшебной палочкой Саймон за столом не пользовался, – снова отпиваем... И повторяем процедуру. Прикинув, что в итоге в кружке останется чистый ром, Гарри решил, что пинты совершенно точно будет много. – Ну а теперь настало время вашей истории, – подал голос портрет Алиеноры, – уважаемые гости... из будущего. – Когда вы догадались? – Гермиона отставила чашку. – Я? Мне на такое не хватило бы ума, – фыркнула Алиенора. – Нет, это леди Анна поведала мне перед смертью, а уж когда и как она догадалась... – Разговор в саду незадолго до нашего ухода, – ответил Гарри. – Она так и сказала, что поняла: мы не из прошлого. А вот как она это поняла, я не знаю до сих пор... – Леди Анна была пророком, – сообщила Алиенора. – Дар её не был стабильным или сильным, но иногда Господь открывал перед ней будущее... И она, что удивительно, всегда понимала откровения. Тогда, перед смертью, она узрела весь ваш путь, но мне она велела передать вам только одно: круг замкнёт чужая рука. – Хотел бы я знать, что это значит... – вздохнул Гарри, и принялся рассказывать об их приключениях – избегая подробностей и с помощью Гермионы объясняя непонятные моменты. И вот тут возникла проблема... В тысяча восемьсот четырнадцатом году обычный волшебник гораздо лучше ориентировался в магловском мире, чем его потомок из тысяча девятьсот девяносто седьмого – но вот реалии будущего для него оставались загадкой. Самые обыкновенные вещи слишком изменились за это время... – Маглы удивительны! – подвёл итог беседе Саймон. – Не прошло и двух веков, а они добились большего, чем мы – за тысячу! Но ведь сейчас ничто не предвещает подобного – как же это получилось? – На самом деле уже началось, просто это не так заметно. Вы ведь слышали о пироскафах?.. О пароходах Саймон слышал, но значения не придал. Гермиона, услышав это, вздохнула и сказала: – Вот в этом и состоит проблема – маги не придают значения магловским изобретениям... А потом оказывается, что уже поздно, и маглы нас очередной раз переплюнули... – Так уж и переплюнули, – Саймон отмахнулся, – это просто курьёз... – Который дал маглам неограниченный источник энергии, – сказа Гермиона. – Смотрите – всего полвека назад паровая машина едва справлялась с откачкой воды из шахты, а сейчас может двигать корабль или повозку... И маглы больше не зависят от ветра или мускулов животного. А ведь пятьдесят лет – не такой уж большой срок даже для маглов – что уж говорить о магах! Нет, ни пар, ни электричество не могут напрямую заменить магию, но в наше время они обеспечивают маглов многим из того, что здесь и сейчас доступно лишь волшебникам. Да, по-прежнему многое остаётся на недоступным, но лишь пока – маглы не могут реализовать аппарацию, но вполне представляют её теоретически, так что... – И что же, набор неволшебных предметов в Хогвартсе увеличен, как мы с Уизли не раз предлагали? – Ха! Ничего подобного! – объявила Гермиона, неожиданно запнулась, а затем взмахнула палочкой. Гарри словно ледяной водой окатили, сама Гермиона встряхнулась, а Саймон заозирался с ошеломлённым видом. – М-да, кажется, я взял не ту бутылку, – сказал он спустя пару секунд. – Ну да, ром двойной крепости... Иви! – Хозяин сказал – чай по-адмиральски, – с достоинством сообщила возникшая домовушка. – Мастер Уильям сказал – ром должен быть двойной. – Вот почему шутки моряков всегда глупые и либо плоские, либо непристойные?.. – вздохнул Саймон. – Так вы говорили, магловские дисциплины в Хогвартсе более не преподают? – Да, с развитием всеобщего образования это стало излишним, – усмехнулась Гермиона. – Хотя некоторые мои однокашники и заставляли меня в этом сомневаться. Впрочем, вы и сами, думаю, понимаете, почему мы не можем рассказать о будущем ничего конкретного... – Нельзя встречаться с самим собой, используя хроноворот, – кивнул Саймон. – Но... – Хроноворот же так далеко не достанет! – неожиданно заявил младший Гарри. – Не достанет, – согласился Гарри. – Но он тут и ни при чём. Виновно в наших странствиях некое природное явление, суть которого остаётся загадкой даже для моей жены – умнейшей ведьмы двадцатого века. Гермиона кивнула. Она действительно не понимала, что из себя представляют аномалии, но этого, собственно говоря, не понимал никто... А то немногое, что было известно в будущем, оказалось не по зубам Гермионе – не хватало базы. Ну а объяснить то, что сам плохо понимаешь... – Давайте, я попробую завтра изложить всё, что знаю об этом, – предложила Гермиона. – Не знаю, получится ли – всё-таки, та физика далека даже от привычного мне... Сегодня я уже не в состоянии. – Да уж, – вздохнул Саймон. – Что ж, Иви покажет вам комнаты и всё прочее, и пригласит на ужин. Разумеется, разместиться в разных спальнях парочка отказалась категорически, несмотря ни на какие протесты домовушки. – Мне без разницы, что там у вас не принято! – вскипела Гермиона. – На нас ваши правила не распространяются, запомни это! Иви с хлопком исчезла, а Гермиона, рухнув на кровать, выдохнула: – Знаешь, я готова пересмотреть своё отношение к домовикам. Нихрена они не страдают... А очень даже наслаждаются. Если их вообще можно освободить, то минимум через пару поколений нормального воспитания. – Пара поколений нормального воспитания и магам бы не помешала, – заметил Гарри, садясь рядом. – Знаешь... Когда мы вернёмся и покончим с Волдемортом, нам придётся самим брать власть, иначе эти недоумки всё сольют. Вспомни Орден Феникса – кто там понимает, что менять надо всё? – Только Дамблдор понимал, – вздохнула Гермиона, – а теперь уже никто. В лучшем случае – не понимают масштабов... Как мы с тобой раньше. Ладно, это явно дело не завтрашнего дня, так что давай-ка быстро приведём себя в порядок – понятия не имею, когда у них ужин. К ужину пригласили около восьми вечера. За столом разговор шёл о пустяках – гости всё больше расспрашивали о времени, в котором оказались – но даже Гарри было заметно: Саймона что-то гнетёт. Ну а если уж это заметно Гарри... – Саймон, у вас что-то случилось? Может, мы можем чем-то помочь? – Случилось... Гарри, ступай в свою комнату. – Но отец!.. – Ступай. Младший Гарри, повздыхав, ушёл, а Саймон достал сигару, прикурил от свечи и заговорил: – Проблема действительно есть, и я действительно хотел бы попросить вас о помощи, но не знаю, возможно ли это... Впрочем, решать вам, я же изложу суть дела, и, с вашего позволения, начну издалека. Война на Американском континенте нанесла нашей семье немалый урон, как финансовый, так и политический – причём политический даже в большей степени. Нет, о банкроте речи нет – но на это сейчас уходят почти все наши силы. Вокруг нас уже собрались гиены... А из них наихудшие – Трэверсы. Они пытаются заставить нас продать за бесценок все наши земли... И дошли уже даже до угроз. Я бы, возможно, и продал бы кое-что... Но не всё и за настоящую цену. Трэверсы этого понимать не желают... – И вы надеетесь, что мы можем в этом помочь, – кивнула Гермиона. – И, насколько мне известно, земля Поттеров осталась за ними – по крайней мере, участок с домом точно... Так, стоп... Сначала тот разговор, теперь это... Кажется, я начинаю понимать, но это подождёт... Гарри, решать тебе – это твоя семья. – Твоя тоже, – поправил Гарри. – Не забывай этого... Я помогу, Саймон. – Я с тобой. – Спасибо, – Саймон отложил сигару. – Нам действительно необходима помощь кого-то, кому можно доверять. – Трэверсы... – протянула Гермиона, привалившись к плечу Гарри. – Похоже, они всегда были мерзавцами. – А ты ждала чего-то другого? – Гарри обнял жену. – Почти все старые семейства – редкостная мразь, чванливая и самовлюблённая... И невежественная. Так что нынешним я урок преподам с таким же удовольствием, как и нашему. Кстати, а что ты поняла? Что-то про наши метания? – Не совсем, – Гермиона поёрзала, устраиваясь, – скорее, про вмешательство... Но мне надо ещё немного подумать, давай завтра? – Как только с Трэверсами разберёмся. – Угу... Прислушиваясь к мерному дыханию спящей Гермионы, Гарри сам не заметил, как заснул.