Истории о деде (и дедах)

      — Дед Михеюшка, скажи, а какая у тебя мечта? — спросил Кирюша деда.       — Полетать на воздушном шаре, — мечтательно закатил глаза к потолку дед Михеюшка.       Все дети, Дашенька и дед Михеюшка, сидели кружком на полу в игровой комнате. Тут был свой камин, в комнате было хорошо натоплено, там находились разные связанные Стаськой из лоскутов ткани, ниток и клубков шерсти (из всего, что под руку попадало), паласы на полу и стенах, и даже прибитый к потолку огроменный ковёр был. Этот ковёр Стаське помогали делать Иван, тётя Саша, Никола и дед Бо. Славно получилось, а главное — уютно. Было тут и много всяких деревянных, железных и мягких игрушек, все их сделали жители этого дома. В общем, тепло и уют, любимая комната не только детей, но и взрослых.       — Ой, дед Михеюшка, может, мы может как-нибудь осуществим твою мечту? — загорелась Дашенька. В последнее время она хорошо себя чувствовала и была полна энергии, как никогда.       Старик засмеялся, хотя больше было похоже на то, что он кряхтит.       — Нарисуешь меня на воздушном шаре, Дашенька?       — Нет-нет, мы можем сделать воздушный шар!       — Да! — подпрыгнула Лидочка. — Мы будем иглать в воздусный сал!       Сёма погладил сестрёнку по голове и переглянулся с братом.       — Мы и правда можем сделать тут воздушный шар и поиграть. Мы тут и железную дорогу делали… Нам, конечно, взрослые помогали. И тут помогут.       — У вас и железная дорога тут была? — удивился дед Михеюшка.       — Да, — кивнул Кирюша. — Я два года назад гостил у Дениса и привёз домой толстую энциклопедию про поезда. Все загорелись, и мы сделали рельсы и небольшие вагончики. Сейчас они в сарае со всякой всячиной. Видишь тут стену с алым ковром? Там есть дверь, через неё наши рельсы в тот сарай со всякой всячиной и вели. Правда, потом их убрали. Но сказали, ежели ещё захотим — снова поставят.       — Решено, — сказал Кирюша, — сделаем воздушный шар. Только надо узнать — как.       — А я знаю, — дед Михеюшка подкрутил усы, — я во времена молодости устройство воздушных шаров изучал. Мечтал соорудить его и полететь. Видимо, время пришло, хех.       Все воодушевились, принялись распределять порядок действий и условились, что начнут с завтрашнего дня.       С утра за завтраком все живо обсуждали новую затею и раздали всем обязанности. Работа закипела.       Стаська заканчивала вязать плед, а маленькая Лидочка подавала матушке клубки, приносила воды и завороженно следила за тем, как ловко мелькают пухлые бледные руки со спицами. В комнату зашли Иван с сыновьями.       — Матушка, — вкрадчиво спросила девочка, — а зачем ты плед вяжешь?       — Сейчас зима студёная. Чтобы не помёрзли, нужно тёплым укрываться.       — Тымофэй спрашивает, не готов ли плед, — сказал Проша.       — А что, они уже с шаром закончили? — испугалась Стаська.       — До завтрашнего вечера управятся, — ответил Иван.       — Ох, я не уверена, что успею, — вздохнула женщина. — Я ещё хотела несколько вещей связать.       — А мы поможем! Ты же научила меня вязать. И ты ещё подушки же хотела, да? И накидки! Я умею! — встрепетнулся Сёма. — Не волнуйся, матушка.       — И я помогу, — вставил Проша. — Тогда я беру накидки, а Сёма подушки.       Иван кивнул.       — Я подсоблю.       — И я! — подскочила Дарёна.       Стаська с нежностью посмотрела на мужа и детей.       — Спасибо.       И работа закипела. Весь дом монотонно гудел, стучал, ругался, переговаривал и смеялся. Даже Олежа, любивший приложиться к бутылке во время работы, был трезв и забыл, что значит пить — некогда было.       И вот, воздушный шар был закончен, всё подготовлено, и решили запустить его в небо на следующий день.       — Старый, и чего на перине не сидится? Безумец, - проворчал дед Прохор.       Морозное утро, ясное солнышко, ослепительные блики на белоснежных сугробах — воздушный шар был вытащен на свет божий.       — Ох, нога пеком печёт, спина колом стоит, — хныкал дед Прохор, которого вытащили на мир посмотреть да себя показать, и дабы полюбоваться на запуск деда Михеюшки с детьми на воздушном шаре.       — Не боись, — похлопал по спине деда Прохора старый дед, заметно ободрившийся в связи с суматохой, возникшей вокруг воздушного шара (он пару раз под шумок смог добраться до запретной наливочки и закусывал свежим сырком. В связи с наказанием его лишили не только любой сердцу выпивки, но и деликатесичков). — Всё добре буде, это ж наш Михеюшка, он ма-а-астер.       — Да я не боюсь, мне вообще по боку одному всё! Я обратно хочу, я стар и болен, — продолжал ныть дед Прохор.       Не выдержавший его нытья дед Бо снял с голову снеговика железное ведро, нагрёб туда снега и надел всё это на голову старика со словами:       — А чтобы если и ныл, то по делу.       Тут пришли два соседа-деда, два брата, один нёс клетку с синицей. Эти братья как раз славились тем, что разводили этих птиц, аки голубей.       — По-нашевской традиции родня должна держать синицу в руках, а потом отпустить её, когда член семьи вернётся из авантюры.       — Я возьму! — загорелся старый дед, одним махом сиганул к клетке, чем напугал пернатую, открыл дверцу и вытащил птицу. Та взяла да как укусила старого деда за руку.       — Ай-ву! — взвизгнул дед да чуть не выпустил синицу.       — Ты только отпускать не вздумай, — сказал старший брат, — иначе не вернутся твои из авантюры.       — Другим тоже передавать нельзя — горе будет, — добавил младший брат, увидя, как старый дед стал вертеть головой в поисках того, кому можно было эту синицу всучить.       Пришлось старому деду, скрипя железной челюстью, которую изготовил для него Оскар, терпеть невероятно больные укусы синицы.       А в это время в корзину воздушного шара залезли: дед Михеюшка, Дарёна, Алёнка, Лидочка с Сёмой и Прошей, Денис с Инкой, следом полезла Янка, а завершил процессию Тымофэй.       Надюша испуганно дёрнула за рукав Кирюшу:       — Не упадут? Глади, как их много…       — Не должны, — неуверенно покачал головой юный жених. — Корзина большая, там бы и мы поместились за милу душу… Шар огромный… Мы, вроде, всё по инструкции делали.       — А где вы взяли эту инструкцию?       — Ну… — Кирюша запнулся.       — Что?       — Дед Михеюшка наизусть всё знает…       — Сколько лет назад это было? А шаром он-то управлять умеет?       Кирюша не нашёл, что ответить. Кристинка упёрла руки в боки и только и могла с сердитым видом выдохнуть:       — Ох…       Но ничего нельзя уже было поделать. Полетели.       Инка испуганно пряталась от Янки за Денисом, но та, казалось, и вовсе не замечала ту, над которой недавно свершила жестокую расправу. Она с восторгом завизжала, а Дарёна с Лидочкой и Сёмой радостно подхватили визг. Алёнка с задумчивой улыбкой на губах смотрела на постепенно удаляющуюся землю и родных, заботливый Тымофэй накрыл её плечи пледом и стал, вместе с Прошей, всех укутывать. Дед Михеюшка был доволен не меньше других — его мечта сбылась, он в небе! И не один, а с молодёжью. И пусть Тымофэй, эта лысоватая детина сорока лет, был далеко не молодёжью, но какая разница? Он улыбался так же солнечно, как и дети. У всех захватывало дух, и даже Денис, который, как оказалось, боялся высоты и зажмурился, под уговоры Инки, осмелевшей от равнодушия Янки, открыл глаза и потерял дар речи при виде открывшегося восхитительного вида.       Шар постепенно поднимался ввысь, пролетая мимо дворов, заваленных снегом. Из каждой трубы валил дым, где-то копошились дети, где-то - взрослые, и все задирали головы и тыкали пальцем. Что это?       Дед Михеюшка на радостях вдруг стал прыгать, отчего корзина шара слегка наклонилась. Если бы не Тымофэй, вовремя схвативший старика, тот точно перевернулся бы и полетел вниз. Но он не упал. Зато воздушный шар стал стремительно снижаться.       — Ой, — запаниковал Денис, — что делать?       — Ничого не боись, ободряюще улыбнулся внуку дед Михеюшка, — щас мы всё исправим.       И принялся дед Михеюшка что-то крутить, вертеть, в итоге шар ещё сильнее снизился, наклонился и снёс флигель на одной из хат. В их сторону послышалась отборная брань хозяев. Самое невинное, что услыхали горе-путешественники: - Да пропадите вы пропадом, сдёргоумки и туесы! - Это что такое? Сами они полудурки и повесы! - Да не, - истерично хохотнула Янка, - это значит полудурки и бестолочи! Дальше они застряли в кроне неправдоподобно высокой яблони, но смогли выбраться благодаря деду Михеюшке — он переломал верхние ветки. Они зацепили ещё несколько крыш, прежде чем подняться ввысь. Но недолго длилось счастье путешественников, шар снова стал падать. Уже ото всех мешков избавились, и тут выступил Тымофэй.       — Я пойду, — и прыгнул вниз под оглушительный крик детворы.       Все рванули смотреть, что же стало с домочадцем: они пролетали мимо реки, и Тымофэй упал в неё, проломив лёд. Как раз на его счастье рядом рыбачили несколько односельчан, которые тут же кинулись его вытаскивать. А горе-путешествие продолжалось, пока шар не упал в конце концов во чистом поле. Все жители окрестных деревень и сёл сбежались. Шар успел покружить по окрестностям и навёл немало шума, и, конечно, люд негодовал. Приволокли наконец горе-путешественников с воздушным шаром на санях до родного двора, там уже был Тымофэй и изводился бедный старый дед, чьи руки истекали кровью, а глаза - слезами из-за неистовства всё ещё беснующейся синицы.       — Да что же это за синица такая? — недоумённо пробормотал Олежа.       И только дед обрадовался, увидя своих, как все накинулись, наперебой рассказывая о несчастьях, постигших их в следствии управления деда Михеюшки шаром.       Наконец воцарилась тишина, а старый дед сжал сильнее синицу и внимательно на неё посмотрел. Дед Прохор мрачным голосом нарушил тишину:       — Лучше синица в руках, чем дед в небе.