Истории о деде (и дедах)

      Праздники подошли к концу, пришла пора думать и о свадьбе Кирюши и Надюши.       - Пронесла нелёгкая с дедом Сергеем, - облегчённо вздохнула, попивая ромашковый чай, тётя Саша.       - Да, наш дед хорош, - зевнул дядя Лёва, лениво посасывая бублик. – Хоро-о-ош.       - Ну, теперь лихо минуло и явится не скоро, - подытожила тётя Саша.       - Если вообще явится после этого, - хихикнул старый дед и потрепал коротко стриженную головку Алёнки. – Наша-то дивчина с Николом ой как услужили. Кстати, Алёнка, тебе идёт твоя новая стрижонка, - подмигнул дед, девочка пропустила это мимо ушей и глаз, сосредоточенно наблюдая за высунувшимся из норы тревожно подрагивающим мышиным носом.       - Гости разъехались, - прошептала Алёнка, - охота началась.       В этот миг мышь быстро выскочила из норы и кинулась было за хлебными крошками, валявшимися на полу, но не тут-то было. Миг – и она оказалась заложницей в зубах Картошки. Алёнка самодовольно, и даже как-то по-злодейски, улыбнулась.       - Хо-хо, - только и сказал на это старый дед и полез обратно на печь греть свои старые бока.       - Давайте о свадьбе теперь речи вести, - предложил дед Бо, и домочадцы одобрительно загалдели.       На следующее утро все встали спозаранку, а кто не мог, того вытащили за ноги и высыпали на них ушат снега с улицы, да пригрозили в одном исподнем под забором на весь день оставить курам на смех да детворе на потеху, если отлынивать будут. К вечеру всё было почти готово, а у Кирюши голова кружилась от стремительности всего происходящего. На следующее утро должны были играть свадьбу.       - Да, - выдохнул облачко пара Кирюша, - дела-а.       Уже и новая спаленка была пристроена для Кирюши и Надюши. И когда только успели? В четыре дня строили, а он и не замечал. Всё его лихорадило от волнения и счастья дома, и от этого он больше на работе среди дерев да топоров своих проводил да Надюше на глаза не показывался.       На утро собрались все домочадцы от мала до велика, и дружной гурьбой зашагали да покатили к порогу Надюши в соседнее село, и было так весело и задорно, что соседи повываливались и присоединились к процессии.        Вот пришли на порог, встретили их шумно и радостно, приветливо, как полагается, и закатили пир на весь мир. Тут нежданно-негаданно приехал троюродный племянник Николия – Андрей.       - Мне тут сорока пожилая принесла на хвосте со слезами крокодильими, что тут свадьба-гулянка намечается, - подмигнул Андрей, - и я решил заглянуть с подарочком да опосля в командировочку.       - Рады-радёшеньки всем, кроме сорок пожилых да жадных, - крепко обняла баба Зоя новоприбывшего гостя.       - Ты к нам на сколько? – поинтересовалась Никола.       - Да до завтрашнего утреца. Что я, изувер что ли, не погулять на свадьбе родни? – добродушно обнажил свои крепкие зубы Андрей.       - То-то, наш, сразу видно, - тут же подскочил и похлопал по спине Андрея дед Демьян, который со всей семьёй тоже прибыл на свадьбу. – Надюша, гляди, теперь ты в надёжной и дружной семье!       Надюша радостно улыбалась и была весела, а Кирюша весь зардевшись, сидел словно истукан, боясь и взор поднять на свою невесту, от чего родственники со всех сторон сыпались шуточки да прибауточки насчёт того, кто среди этих двоих ещё жених, а кто невеста.       - Без рюмки не разберёшь! – крикнул старый дед.       - Да ты без рюмки даже нужду справить не можешь, - засмеялся дед Артём.       Гости веселились, развлекались, вот и игры вышли, за стол сели, после встали, какую бы забаву выдумать?       - А я вот что предлагаю, - залез на лавку Андрей. – Сор-ревнование! С призом. На желание.       - Такое мне нравится, - заулыбался беззубый дальний дед Надюши и ткнул свою старую рыхлую бабку костлявым локтем. – Аглаюшка, выполнишь моё желаньице, сойдёшь в могилку на сей недели же?       Пышущая энергией и молодостью не смотря на свой преклонный возраст Аглаюшка одарила благоверного высокомерным взглядом:       - А ты победи для начала. А проиграешь, будешь год скотину один управлять.       Дед что-то заворчал да и умолк.       - У меня предложение, - встал дед Михеюшка, - принесите коробку, карандаши иль ручки да листов побольше. Напишем желания свои и имена, да сложим в коробку. Кто выиграет, возьмёт свой лист и зачитает желание.       - Долгосрочное? – нахмурился дед Нетет, – а то мало ли, кому что в голову взбредёт, - и покосился на потирающего руки старого деда.       - Месяц, - хлопнул ладонью по колену Андрей. – А теперь соревнование!       - В чём же гвоздик твоего соревнования? – нетерпеливо постучала ложкой по столу племянница Надюши, возрастом той годков на пять старше.       - А гвоздик вот в чём! Вон у нас дитятко Анфискино малюсенькое, часто губы дует да подражает рёве-корове. Весь вечер такое наблюдаю. Тащите тряпки старые, коврики, всё, что Надюшино было, румяна там, белила тут и всё такое! Ей в новом доме своё новое всё будет, вы наших знаете – не обидят, да и полна хата удальцов на все руки мастерцов! И вот в чём гвоздичек наш: разряжаемся и как на ярмарку выстанавливаемся, а наша истерюша маленькая сама выбирает, кто ей по душе.       - Ему, - надулась Анфиса.       - Ну-ну, голубка, не курлычь понапрасну, - замурлыкал Андрей.       - Ну тут наш древний в простаках останется, - хихикнула баба Зоя, стоя рядом с дедом Демьяном. – Он нарядно и забавно разряжаться, дабы дитятко привлечь, никогда не умел. Мы уже с Андреем обсудили, пока деда рядом не было, что, ежели захочет развлечение якое придумать эдакое, то только так, чтобы наш древний оплошал, а то худо потом всем будет. Умочка у нас Андрей!       В общем, повыносили всё добро Надюшино, а та и глазом не моргнёт, улыбается лишь. Стали все гости разряжаться, и Кирюша, глядя на это, развеселился. В общем, одет и раскрашен каждый кто как мог и во что мог, даже дети то с кастрюлями на голове, то с дуршлагами. Выстроились все в ряд, взяла Надюша малого племянничка на руки, подумала-подумала и Кирюше, вмиг оробевшему всучила. Замер Кирюша, а потом улыбнулся, потрепал малыша за щёчки, подмигнул ему и сказал:       - Ну, арбузик, выбирай.       Опустил он его на снег, зашатался малыш, обвёл всех взглядом и радостно улыбнулся, кинувшись к завёрнутой в ветошь и тюль фигуре, чьё лицо перемазано было ярко румянами, а шея и руки – белилами.       - О! – ткнул маленьким толстым пальцем ребёнок.       - Ха! – подпрыгнула высоко фигура, избранная малышом.       Дед Демьян рассмеялся со словами:       - Хотели как лучше, а получился дед.